Развод. Проданная демону

Сюрприз

Разлепляю глаза.

— Девочка моя! Моя маленькая госпожа! — Жанин, трет мне щеки. — Да как этот упырь смел тебя одну оставить? Голову не разбила себе?

— Жанин, — я обнимаю ее.

Вот он сюрприз. Дариан принял ее в дом. Я испытываю чувство, похожее на благодарность.

— Ну-ка поднимайся. Или позвать кого?

— Нет, — качаю головой я. — Я в таком виде, мне бы привести себя в порядок.

— Сейчас все будет, — говорит моя служанка.

Ванная уже набрана, стоит ей только махнуть в ту сторону рукой.

Жанин тройка. К сожалению, и этого мало, чтобы быть богатой, но достаточно, чтобы быть свободной.

Жанин замужем. Ее муж постоянно в разъездах. У них цель — заработать и построить большой дом. Брак был вынужденным, как и у многих, но пара оказалась очень схожих взглядов. При упоминании мужа моя подруга расплывается в таинственной счастливой улыбке. Я всегда отпускала ее на сколько нужно, когда он возвращался в город, а она потом хвастала колечком или сережками.

— Кэйри, давай я тебя вымою, — говорит она мне.

Я не очень-то согласна, потому что даже переодевать себя позволяю редко — только если платье особенное и сложное. Но новый обморок, еще и в теплой воде, может стать фатальным.

Позволяю позаботиться о себе, завернуть меня в халат, высушить волосы. Это я и сама могу, но Жанин несравненна в укладке моих темных локонов.

Когда я выхожу из ванной, на моей аккуратно заправленной кровати разложена одежда.

Я осекаю себя. Сказать честно, я не знаю, чья это спальня: Дариана, гостевая или же она для меня. Кровать тоже не может быть моей. У меня ничего своего нет.

Подхожу и разглядываю одежду.

— Жанин, это что? — интересуюсь я с ужасом. — Это зачем?

— В твоем гардеробе все приблизительно одинаковое, — со вздохом говорит Жанин. — Хозяин только такие вещи для тебя приготовил.

Я скидываю это с кровати и топчу ногами. Глаза привычно наполняются слезами, но они не текут. Я просто не в состоянии дальше плакать.

Он унизил меня всем! Абсолютно всем! Я раздавлена, я сломана. Мне хотелось выйти в сад, подышать хоть немного воздухом, но как я в этом шлюшьем шмотье покажусь при слугах? Неужели всем до единого нужно знать, для чего я тут и кто я? Ошейника недостаточно?

Я очень сильно злюсь. Меня переполняет раздражение. Голова вспыхивает болью, а затем я падаю. Снова! Ноги за мгновение превращаются в кисель, подгибаются, складываются. Что интересно, сознание я не теряю, просто лежу среди прозрачных газовых тканей, вышитых золотом.

— Кэйри?

К моему огромному сожалению, это голос Дариана. Жанин низко склоняется и спешит прочь.

— Что здесь произошло? — интересуется мой хозяин.

Я равнодушно лежу на полу. Мне хочется наговорить ему гадостей, чтобы хоть что-то понял, но у меня нет сил.

— Ты играешь в молчанку? — он садится рядом и гладит мои волосы.

— Дариан, — тихо говорю я, — пожалуйста, отпусти. Пожалуйста, отпусти меня. Я ни дня не выдержу. Не то что год. Я не могу.

Зря я подумала, что слез больше нет. Они просто клокочут. Мне кажется, что если я продолжу сдерживаться, то соленые струи хлынут из ушей.

Он молча поднимает меня и кладет на кровать. Вроде бы забота, но я сжимаюсь и не могу расслабить ни одной мышцы. Разозлится же на меня. Уже, наверное, жутко зол, что я так с вещами, которые он дал. И сейчас изнасилует. Этого я особенно боюсь. Теперь я понимаю, что к чему. Разобралась в этих делах.

Его рука тянется ко мне, я оживаю, запахиваю халат туже, отползаю по кровати.

— Кэйри! — Дариан выглядит растерянным. — Что такое?

— Не трогай меня! — кричу я.

Голос настолько жалкий, что даже тошно. В него прорвалась паника, истерические нотки. Мне самой противно.

Глаза моего хозяина вспыхивают нечеловеческим огнем. Он нависает надо мной как хищник и принюхивается к моему ужасу. С ним стоит быть спокойнее, потому что демон реагирует на эмоции.

А я не могу. От его близости я срываюсь на жуткий визг. Во время его недавнего визита я не чувствовала такого, а сейчас энергетика и сила давят на меня. Я захлебываюсь криком.

Дариан сгребает меня в охапку, чувствую его руки на себе и снова кричу так, что голова наполняется звоном.

— Кэйри, успокойся, пожалуйста. Скажи же мне, что случилось?

— Не насилуй меня, — умоляю я. — Не надо, Дариан…

— Черт! — взрывается он. — Черт, Кэйри! Я не…! Ты же была согласна!

Отстраняется, я хватаю подушку и обнимаю ее, зарываюсь лицом, чтобы укрыться в ней.

— Успокойся! — рычит он. — Перестань! Я сейчас ничего не сделал! С чего новая истерика? Сейчас почему?!

— Я не могу…

Не хочу объяснять ничего. Не хочу и точка. Я просто не выйду из спальни. Не буду пить и есть. Не буду одеваться, мыться и причесываться. Пусть использует силу ошейника, пусть зверствует и мучает.

Пусть играет мной как куклой, если захочет нарядить или отмыть.

Так мне будет проще. Пусть лишит магии, но я больше не унижусь. Да хоть на улицу пусть выкинет или продаст! Или даже еще лучше — вернет Номдару. Может быть, они с Вендрой меня не больно убьют.

Я закрываюсь внутри себя. Больше не реагирую на его голос, не отвечаю на то, что он говорит и полностью расслабляюсь, когда трясет.

Дариан что-то говорит, но я заполняю свое сознание музыкой и отключаюсь.

Несколько раз он пытается отнять у меня подушку, но я держу ее мертвой хваткой. Без пальцев не оторвать.

Жду ударов ошейника. Жду со странным чувством торжества. Хочу, чтобы он расписался в своей жестокости, чтобы стал в моих глазах полным ничтожеством и насильником. Давай же, Дариан. Просто добей. Как вчера.

Тебе же не сложно, правда?