Проект: "Возмездие" Книга 6.

Глава 8

Я открыл заспанные глаза и медленно проморгался. На белом потолке лениво крутились лопасти центрального вентилятора, обдувая приятным холодком. От выпитого прошлой ночью всё ещё гудела голова, и уставший разум принялся выдергивать картины из прошлого вечера. Я решил, что всё ещё слишком рано для слайд-шоу вчерашней попойки и, повернув голову, увидел лежащее на полу женское бельё.

Квартирка оказалась довольно уютной, хоть мне вчера совсем и не удалось её как следует осмотреть. Мой взгляд блуждал в поисках хозяйки, которую нигде не было видно. Надо вставать и заниматься делами, но вместо этого разум погрузился в лёгкую стадию досыпа, и перед глазами появились картины прошлого вечера.

Алкоголь, очень много алкоголя. Для Фокс наше путешествие оказалось через чур реалистичным, и после КиберСанктуума и сразу двух таблеток от виртуального похмелья после смерти, она потащила меня в какой-то бар. Поначалу я пытался всячески отнекиваться и даже придумал фальшивый предлог, чтобы девушка от меня отвязалась, но в конечном счёте сдался, так как действительно очень хотелось выпить.

Помню заведение. Довольно неплохое и уютное. Бармен — мужчина средних лет с протезом правой руки и металлической пластиной вместо скальпа. Он постоянно наливал нам какую-то бурую бормотуху, которую доставал из-под стойки в отдельной бутылке без этикетки. Каждый раз, когда мы выпивали, я чувствовал, что все сильнее погружаюсь в себя и начинаю размышлять о смысле показанного сценария, а потом — тьма…

Не помню, как прошли следующие два часа, но осколки воспоминаний перенесли меня в уборную, где на раковине сидела обнажённая ниже пояса Фокс с задранной футболкой и обнимала меня за шею. Какой-то имбецил постоянно ломился в дверь, и от этого в груди начинали ворочаться остатки ярости виртуального нейрококтейля. Решил, что набью ему рожу после, а Фокс тем временем застонала ещё громче.

Я открыл глаза, поднял правую руку, на костяшках которой всё ещё была чья-то подсохшая кровь, и довольно улыбнулся. Разум твердил, что я не до конца досмотрел картинки и вновь попытался погрузить меня в дремоту. Однако я резко вдохнул, вновь открыл глаза и решил, что дальнейший сюжет мне и так известен.

— Кофе будешь? — прозвучал милый женский голосок откуда-то справа.

Я повернул голову, увидел обнажённую Фокс стоящую в дверном проеме кухни с кружкой парящего напитка в руках и ответил:

— Кофе. Буду.

Она скрестила ноги, сделала издевательский глоток и, поправив пышные рыжие волосы, произнесла:

— Ты разговариваешь во сне.

— Да? — протянул я раскрытую ладонь за напитком. — Ну и что я такого тебе наговорил?

— Бурчал что-то невнятное, что-то про Элли, какую-то Мышь и часто повторял цифру семь. Тебе в семь часов куда-то надо?

Какая же сложная штука человеческий организм. Моё тело занималось одним, мозг думал о другом, а подсознание выдавало то, что на самом деле меня волновало. Я медленно выдохнул и, так не дождавшись обещанного напитка, открыл интерфейс. Шёл второй час дня, и значит, я только что потерял почти сутки. Сначала на Санктуум, потом на сеанс разгрузки после и крепкий сон. Пора вставать.

Мои ноги коснулись холодного пола, а руки устало прошлись по шершавому от щетины подбородку. Всё это время Фокс с интересом осматривала моё обнажённое и покрытое шрамами тело и пила свой утренний кофе.

— Штаны, — коротко сказал я, раз уж мне не дали напитка.

Девушка поставила кружку на прикроватный столик, издевательски вильнула бёдрами и наклонилась за диван. Я проводил её взглядом, а затем поймал брошенные в лицо джинсы.

— Ну так ты ответишь на мой вопрос? О ком это ты бурчал во сне?

Я натянул штаны, встал с кровати и, направляясь в ванную, бросил в ответ:

— Дела. Надо разобраться.

После первого приема алкоголя за всё время пребывания на рубежах тело требовало холодной воды. Я уже привык к маленьким душевым кабинкам, где проходило бактериальное очищение, но заспанные глаза лучше промывать водой.

Достал сразу три бутылки, одну из которых сразу выпил залпом, и принялся за процедуры. Снаружи шумела Фокс, то ли разгребая наш бардак, то ли наконец делая мне кофе. Очень надеюсь на второе.

Питьевая вода приятно освежала, а я посмотрел на себя в зеркало и задумался. План-минимум на сегодня: посетить заведение, о котором писал Баух, и встать на его след. Мне порядком надоедали все эти кошки-мышки, и пора бы нам уже встретиться лицом к лицу. Не успел закончить мысль, как в животе забурлило, и на секунду подумалось, что сейчас начнётся второй приступ.

На всякий случай, достал термос и сделал глубокий глоток всё ещё горячего чая. Не знаю, что в нём было, но стало намного лучше, и даже похмелье уже не так сильно мучило.

Когда вышел, Фокс уже была одета и пальцем указывала на кружку порошкового кофе. Я подошел, сделал глоток, довольно выдохнул, и она, натягивая на себя чёрную форму Дивизиона, произнесла:

— Будешь уходить — закрой дверь, мне пора на задание, — она подошла, поцеловала меня в щёку и добавила: — Спасибо тебе за вчера, это было незабываемо.

— Ага, — невнятно буркнул я в ответ, надеясь, что она говорила про сценарий в КС, и проводил её взглядом.

Пока пил кофе, открыл интерфейс и быстро раскидал характеристики. Сороковой уровень и десять свободных очков. Подмывало увеличить реакцию и догнать её до крепкой полусотни, но думаю, пора укреплять тело. Классическая формула «скорость против мяса» здесь не работала, и можно было достичь идеального баланса. На мне слишком много шрамов, и каждый из них говорит о совершенных ошибках, на которых пришлось учиться.

Увеличенный параметр крепости тела должен в совокупности укреплять кости, мышцы и даже плотность кожи. Доводить его до абсурда не стоит, так как в таком случае зачем мне скорость? Но иметь способность прыгать с верхних этажей и не ломать себе при этом кости — было бы неплохо.

Ещё раз прошёлся по списку и вложил десятку в крепость тела, тем самым подняв её до двадцати одного. Обратный отсчёт пошёл, и я, сделав ещё один глоток, заглянул в раздел профессии.

Вот она, моя награда за самоубийство. Рецепт нейрококтейля, который должен подействовать на меня вне игровых условий КиберСанктуума. Вокруг существовало достаточно психоделиков, которые могут превратить меня в безумного маньяка, но в моём было нечто большее. Я не просто терял контроль — а становился сильнее и быстрее, словно все мои параметры взвинтились в несколько раз.

Опасная концепция, но если приспичит, можно использовать как крайний вариант. К тому же, мне никто не запрещал подлить раствор кому-нибудь в напиток. Я посмотрел в кружку с чёрным кофе, прошёлся языком по зубам, словно пытался ощутить кислый привкус, и коротко ухмыльнулся. Синтетические катехоламины, ацетилхолин и глутамат, нейропептид, перфторуглеродная эмульсия. Чёрт. Да где мне всё это взять?

К тому же, рецепт требовал не просто смешать, но не взбалтывать, а настоящую лабораторную центрифугу. Хм, думаю, с этим мне сможет помочь мой добрый друг доктор Баух, как, собственно, и с ингредиентами. Наделаю сразу доз двадцать, и пускай лежат до следующей зимы.

Последнее, что заметил, пока ещё не допил кофе, — это появившееся задание на получение следующего социального ранга элитного наёмника. Новость хорошая, но тратить ещё половину дня на выполнение в то время, как доктор может и вовсе пропасть с радаров, у меня возможности нет. Поэтому отложил мысль в сторону, допил кофе и закрыл за собой дверь квартиры.

На цветастой футболке остались пятна крови и алкоголя с прошлой ночи, поэтому первым делом пришлось зайти в ближайший магазин и совершить быструю покупку. В заведение всё равно не пустят, если приду как упырь с Третьего рубежа, а обновки помогут вытянуть информацию.

Джинсы, ботинки, футболка и лёгкая куртка с высоким воротом. Кто-то сказал бы, что ничего не изменилось, но я стал чувствовать себя намного лучше.

Кусок ткани, который я оставил в качестве сообщения моей ватаге, всё ещё лежал в отдельной ячейке. Я на всякий случай его вытащил в надежде найти хоть какую-то информацию, но ничего нового. В разделе интерфейса система утверждала, что члены ватаги всё ещё живы. Тогда почему молчат? Неужели у них нет возможности ответить?

Чушь, Седьмая бы точно что-нибудь придумала.

Паршиво, но расклад пока именно такой. Надо как можно скорее найти доктора и обменять его на информацию о гетто. Если придётся, буду выбивать её кулаками из Кая, но надеюсь, до этого не дойдет. Как бы то ни было, я сверился с картой, наметил маршрут и последовал за указателем.

Заведение с огромной красной женской попкой в виде сердечка нельзя было спутать с другим. Оно находилось в одном из тупичков аллей ОлдГейта, куда захаживали люди разных мастей. Здесь были и те, с которыми лучше не иметь дело, и обычные офисные клерки, и городские рабочие, и даже двое людей в гражданском, которые явно принадлежали к особому отделу военной полиции.

Я зашёл внутрь и первым делом ощутил отчётливый запах парфюма. Он был везде, даже в напитках, которые разносили откровенно одетые — или раздетые? — девушки. С виду бордель не отличался от любого подобного ему заведения. Небольшая барная зона, где расслаблялись после или накачивались перед делом многочисленные клиенты. Вышагивающие на высоких каблуках работницы с подносами в руках и терпкий запах табака.

Меня встретила женщина, которая заметно выделялась на фоне остальных своим весьма почтенным возрастом. Пока она не начала говорить, я первым делом посмотрел по углам помещения и не заметил камер наблюдения. Вот это хорошо, вряд ли клиентам понравится, если их похождению будут записывать, а затем и вовсе использовать для шантажа.

Мне это точно на руку, но прежде, чем проникать внутрь, я решил узнать, кто любимая работница нашего доброго доктора. Меня проводили к барной стойке и предложили немного расслабиться и подождать, пока освободиться одна из рабочих девочек. Как только сел на стул с высокими ножками, перед глазами вновь вспыхнули картины из прошлой ночи, а во рту появился противный привкус алкоголя.

Милая девушка с длинными фальшивыми ушками улыбнулась и спросила, что я буду пить. Я заказал ещё кофе и тут же поинтересовался:

— Сюда недавно не заходил мой товарищ? Невысокий, редеющие волосы, заметный живот.

— Тебе нужно подробнее описать его, зайка, — игриво ответила девушка, насыпая в небольшую чашечку порошок из чёрной упаковки. — У нас тут каждый день столько клиентов, что под твоё описание подойдут сразу несколько. Как его зовут?

— Он постоянный клиент, имени не хочу называть, сама понимаешь почему, но могу сказать, что работает он в сфере науки.

— Баух? — заинтересовано спросила проходящая мимо блондинка с шикарными большими глазами.

Я резко обернулся, схватив её за руку, отсканировал индекс и перевёл пятьдесят омни, а затем прищурился и указательным пальцем свободной руки коснулся кончика её носа. Девушка на мгновение замерла, её взгляд потускнел, а затем она вернулась к жизни и мило улыбнулась.

— Так значит, Баух? — переспросила за спиной барменша, поставив чашечку с кофе. — Эм, ты знаешь такого, Розалина?

Девушка замялась, и по её глазам стало понятно, что она уже сожалела о сказанном.

— Ну же, Розалина, ты уже взяла деньги, поэтому открывай свой миленький маленький ротик и начинай говорить.

— Я, — девушка опешила, а затем моментально изменилась в лице, соблазнительно улыбнулась и пропела: — Не хочешь подняться со мной наверх?

Наверх так наверх. Залпом допил горячий напиток, ощутил заряд бодрости и последовал за ней. Ещё в самом начале я услышал лёгкую дрожь в её голосе, а когда она схватила меня за руку и повела за собой, понял, что с обычными клиентами она так себя не ведёт. Девушка крепко сжимала мои пальцы, а когда мы поднялись по широкой лестнице на третий этаж, она встала у двери с номером семнадцать и осмотрелась по сторонам.

Я терпеливо стоял и ждал, пока зайдём внутрь, в то время как Розалина, щелогяя в мини-юбке, материализовала ключ в руке и вставила в замок. Три полных оборота плюс защёлка сверху: именно на столько она закрыла дверь, когда мы вошли внутрь, и в нос попал запах чего-то кислого и крепкого. Она ещё раз дёрнула за ручку, проверила замок, и лишь потом спешно прошептала:

— Сюда, скорее! Я уж думала, придётся помощь звать. Ты точно его друг? Ты ведь ему поможешь, да?

Наивная и глупая девочка… Но именно её доверчивость сэкономила мне целую кучу времени и избавила от поисков по всему ОлдГейту. Полный мужчина с заметным волосатым животом и редеющей шевелюрой лежал на двойной кровати звездой и смотрел в потолок. На белых трусах желтело сухое пятно, а кожа на кончиках пальцев заметно посинела.

Если бы не её паника, то я подумал, что передо мной хладный труп, однако едва заметно двигающаяся грудная клетка говорила о том, что человек всё ещё жив. Жив, вот только в каком-то трансе. Я подошёл, на всякий случай, приложил кончики двух пальцев к шее и нащупал пульс. На движение моей руки зрачки мужчины не реагировали, и даже звонкие щелчки у ушей не заставили его поморщиться.Это Баух, несомненно, Баух, только, кажется, доктору сейчас самому требуется лекарь. Я медленно выдохнул, повернулся и вопросительно поднял брови.

— Я не знаю, что с ним! — спешно завопила девушка, а затем закрыв рот ладонями, понизила голос и добавила: — Я отошла за контрацепцией, так как у него не было, а обычно он сам с собой приносит, возвращаюсь — и вот…

Её голос дрожал, ладони крепко прижимались к груди, а сама девушка едва стояла на ногах. В такой ситуации она сделает и расскажет всё что угодно, главное, чтобы об этом не узнала хозяйка или, ещё хуже, другие клиенты. Нужно этим воспользоваться и вытащить больше информации, прежде чем возвращать Бауха на этот свет.

— Что он говорил до того, как ты ушла за резинкой? О чём шёл разговор? Эй, смотри на меня, слышишь? Я сейчас твой единственный шанс не потерять не только клиента, но и работу, поэтому отвечай на мои вопросы. Он ведь твой постоянный, да? Такие обычно очень смело делятся секретами. Что он тебе сказал?

Девушка хмыкнула, утёрла выступившую слезу и ответила:

— Много чего говорил. Говорил, что связался с плохими людьми, и они его использовали. Что совершал ужасные вещи, и теперь погибли невиновные в этом люди.

— Уже лучше, продолжай. Что ты ему ответила?

Она промочила слёзы тряпочкой, дабы не потёк макияж и, хмыкнув, сказала:

— А что я ему могу ответить? Клиенты разные бывают. Кто-то приходит за сексом, кто-то душу излить, а кому-то просто не с кем поговорить. Человеку легче делиться секретами, когда нет одежды, а сам в объятьях того, которому на тебя не наплевать.

Говорить ей о том, что у всех так называемых чувств есть своя цена, я не стал, да она и сама это понимала, поэтому молча кивнул и дал ей продолжить.

— Только Баух не такой. Он всегда был со мной нежным, даже очень. Рассказывал о своей работе, делился успехами и так далее, а в этот раз пришёл, лица на нём нет. Усадил меня на стул, а сам сидел минут пять и молчал. Я и решила, что, может, ему стресс сначала снять надо, но не успела выйти, как он начал рассказывать про людей. Что связался не с теми, наделал ошибок, правда, не сказал каких. Видимо, что-то очень серьёзное.

Ладно, пришла пора узнать все тонкости его ошибки от самого доктора Бауха. Розалина зря переживала, решив, что тот погрузился в своего рода кому, так как правда была куда скучнее. На самом деле добрый доктор обдолбался чем-то очень серьёзным, и, судя по внешнему виду и пустым глазам — сейчас он смотрел цветные мультики.

Вывести человека из такого состояния не так просто, и обычно требуется покой и крепкий сон, но ждать, пока он насмотрится и выспится, у меня времени нет. Помогли бы дополнительные химикаты, чтобы сбалансировать деятельность его головного мозга и вернуть в чувства. Сам не знаю, откуда у меня эти познания, но это меня не удивило. Стрельба, убийства, тактические знания — и теперь это. Каким бы ни было моё прошлое — жил я явно на полную катушку.

— Давай сюда порошок, — произнёс я, не глядя протягивая раскрытую ладонь.

— Какой порошок? — непонимающе переспросила девушка, вжимаясь в спинку стула.

— Тот порошок, который я у тебя с носа вытер, когда поймал выходящей из туалета.

Она опешила, инстинктивно потянулась к носу, дабы убедиться, что следов не осталось, и виновато опустила голову. Я всё ещё не смотрел на неё и терпеливо ждал, пока наркотик не окажется на ладони. Маленький пакетик, порошка всего на дне, но должно хватить. Высыпал содержимое на указательный палец и зажал доктору рот вместе с носом. Раз, два, три. Отпустил и… Баух резко вдохнул воздух вместе с порцией порошка, и я сразу перевернул его на живот на случай, если тот вздумает блевать. Мужчина резко закашлялся и начал быстро моргать. Розалина от страха пискнула и, закрыв рот ладонями, испуганно смотрела на происходящим.

— Ну-ну, — произнёс я, хлопая того по спине. — Выплёвывай гадость, пускай всё выходит. Давай, давай, Баух, мне за тобой через половину ОлдГейта пришлось носиться.

Вдруг он изогнул спину и опустошил содержимое желудка на кровать. В основном алкоголь и желудочный сок вместе не до конца переваренной таблеткой. Хорошо, значит, наркотик не успел сильно всосаться в кровь. Розалина протянула стакан воды, и Баух с жадностью человека из глубокой пустыни выпил его залпом.

Я дал ему пространство, чтобы прийти в себя, а когда он посмотрел на девушку, а затем на меня, я улыбнулся и произнёс:

— Добро пожаловать в мир живых, доктор.

Зрачки у него всё ещё были расширены, а сам мужчина до чёртиков напуган. Правда, возможно, виной всему та порция наркотика, которую я ему скормил, или всё вместе. Он посмотрел на дверь, словно планировал путь отхода и спешно поинтересовался:

— Кто ты? Тебя они послали, да? Они?

Я заметил, как он всё больше и больше косится на дверь, поэтому сложил руки на груди и грозно произнёс:

— Я бы не советовал.

Паника вконец накрыла доктора, и он, в одних испачканных трусах, схватился за голову и жалобно застонал. Я выждал короткую паузу, периодически поглядывая на не скрывающую облегчения Розалину, и заметно прочистил горло. Мужчина повернулся, и в его взгляде откровенно читалось, что он понятия не имел, доверять мне или стоит меня бояться.

— Мне нужна твоя помощь, Баух, профессиональная. Ты ведь изучением монстров занимаешься? — тот спешно закивал. — А у меня как раз небольшая с ними проблемка, видишь ли. Так что как насчёт того, что Розалина сейчас метнётся вниз, заварит нам с тобой кофейку, а ты пока залезешь в камеру и приведёшь себя в порядок? Звучит заманчиво?

Мужчина понял, что убивать вроде не собираются, поэтому молча посмотрел на меня, а затем, словно маленький ребенок, медленно закивал. Я взглядом поинтересовался, почему Розалина всё ещё здесь, а затем снаружи послышался визг шин автомобиля. Либо у кого-то заметно свербело в одном месте, и он дождаться не мог, как бы кому-нибудь влупить, либо у нас неприятности.

Я подошёл к окну, отодвинул красную шторку и внимательно присмотрелся. У входа в бордель остановились три чёрных автомобиля, из которых вышли облачённые в форму люди. Гончие, все до одного, а возглавлял их кто бы вы подумали? Мой старый знакомый с распределительного пункта, всё в той же фуражке и надменным взглядом.

Чёрт, мне казалось, он сдох, а он живее живых. Взгляд доктора изменился. Теперь он стал боятся ещё сильнее, правда, в этот раз смотрел на меня не как на врага — а как на спасителя. Не знаю, с чего бы он так решил, но в тот момент он, словно понимая, что приехали за ним, вытер рот от блевотины и спешно затараторил:

— Какой бы у тебя ко мне ни был вопрос, я обещаю, что сделаю всё, что будет в моих силах, но для начала нам нужно отсюда выбраться. Если гончие меня схватят, пострадает ещё больше людей, понимаешь? Я слабый и не смогу выдержать их пытки, прошу тебя, ты поможешь мне? Как тебя зовут?

Я посмотрел в окно, прикусил нижнюю губу и прикинул, куда его можно отвести. Не то чтобы у нас получится вернуться в его квартиру, а собственного жилища у меня здесь нет. Придётся вытаскивать, причём не только его. В любой другой ситуации я, возможно, убил бы шлюху, дабы она не рассказала об увиденном и услышанном, но прежде, чем она вернётся в принтер, возможно, получится её использовать.

Доктор терпеливо ждал моего ответа и, когда я озвучил детали постепенно выстроенного плана, то согласно кивнул. А я и наконец представился:

— Смертник. Меня зовут Смертник.