Покоритель башни

89

Сакура держала обе руки на стекле, наблюдая за битвой с паническим беспокойством.

Сайрус собирался ударить Макса, а потом…

Ничего.

Абсолютно ничего.

Два студента-альпиниста просто стояли там, застыв.

— Интересно, — сказал президент альпинистов, почесывая подбородок. — Макс избежал поражения, но теперь битва зашла в тупик.

Сакура присмотрелась к земле.

«А, понятно», — подумала она. — «Умно придумано, Макс. Используйте собственную черту Сайруса против него».

Сайрус заерзал перед Максом.

Макс на мгновение задержал дыхание. Скальпель, который собирался убить его, был всего в нескольких дюймах от его плоти.

Макс понял, как спастись, только в самую последнюю секунду. Он понял, что черта Сайруса, парализуя его, все же позволяла ему дышать и говорить. Значит ли это, что он может делать и другие вещи? Например, вызвать его собственную черту характера? Именно тогда он понял, что теперь может использовать собственную способность Сайруса связывать и парализовать своего противника.

Это была очень интересная способность, которую Макс осознал. То, как это работало, было просто. Струна маны исходила из твоего пальца, как нить паутины, а затем замораживала любого, кто к ней прикасался.

Сайрус продолжал извиваться, застыв на месте, пытаясь вырваться из захвата.

Зрителям стало скучно от того, что они просто стояли там вдвоем. Они начали хихикать и освистывать.

Матч зашел в тупик. Макс не был уверен, как долго это продлится. Он все еще не полностью знал всю функциональность черты Сайруса. Как долго длился этот паралич?

— Сдавайся сейчас же, — крикнул Сайрус. — Сдавайся. Ты только оттягиваешь неизбежное.

Неизбежный.

Для Макса это слово было как удар под дых.

Много лет назад, когда Максу было одиннадцать, он подкатил к мистеру Граймсу на своем инвалидном кресле с листком бумаги, который он получил из школы, сидя на коленях.

— Чего ты хочешь, Бесполезный!?

Он протянул бумагу мистеру Граймсу, и управляющий сиротским приютом выхватил ее из рук мальчика.

— Что это, Бесполезно!?

— В ближайшую субботу у нас экскурсия, — сказал маленький Макс. — В центре города ярмарка вакансий. Приглашаются все школы.

— Тьфу! Ты не можешь уйти, Бесполезный! — крикнул мистер Граймс маленькому мальчику. — В субботу ты будешь убирать подвал, помнишь?

— А что, если я уберу подвал в следующую субботу? — спросил Макс.

Мистер Граймс покачал головой. — Так дела не делаются, Никчемный. Тебе нужно почистить подвал в эту субботу. Для чего вам вообще нужно идти на карьеру?

Макс оживился, услышав это. Такой вопрос наводил на мысль, что, возможно, с мистером Граймсом можно было бы договориться.

— Мне нужно уехать, чтобы посмотреть, кем я смогу стать, когда вырасту, — объяснил маленький Макс.

Менеджер-сирота рассмеялся ему в лицо. — Ты!? Но ты-ничто. Ты вырастешь никем. Доверьтесь мне. Это неизбежно.

Сайрус раздраженно поежился, глядя на Макса сверху вниз.

Что-то изменилось в рыжеволосом мальчике. Он смотрел на него с новым уровнем гнева и ярости.

Внезапно ужасная пронзительная боль наполнила все тело Сайруса, как будто он горел изнутри.

— Что со мной происходит?! — он закричал.

Способность связывать не была оскорбительной чертой. Если они оба замерзнут, то не смогут причинить друг другу боль. Как, черт возьми, Макс тогда причинял ему такую боль?

Обжигающий внутренний ожог был слишком силен для Сайруса.

Он должен был избежать этого. Единственный способ-это отпустить его связывающее заклинание.

Он отпустил привязь на Максе, но ожог все еще продолжался.

Как Макс мог так поступить с ним?

— Я так устал от людей, которые говорят мне, что неизбежно, — закричал Макс. — Ты не понимаешь, о чем говоришь, придурок!

Испепеляющая боль внутри Сайруса исчезла, как и связь Макса с ним. Тем не менее, к тому времени, когда Сайрус осознал это, наполненный маной кулак врезался в его собственное лицо, заставив его снова броситься через арену от боли.