Побег из Альтарьера

Глава 9

Просыпаться было тяжело, меня, кажется, будили, а я сопротивлялась. Спать на кровати — это так приятно, кто бы только знал!

— Амелия, вставайте, мы скоро выезжаем, а вы ещё не поели, — раздался голос ларда Кравера.

— Я посплю, пока вы едите, я не голодная, — сонно отмахнулась я.

— Мне ужасно неприятно вас будить, но вы правы в том, что нельзя давать Синверу много времени, иначе он использует его для реализации какой-нибудь пакости.

Я нехотя села на кровати и потёрла глаза, ощущая себя уставшей, разбитой и даже заболевающей.

— Так, фиалочка моя, мне это совсем не нравится.

Эрик нежно взял меня за руки и погладил запястья большими пальцами.

— А теперь расслабьтесь и не сопротивляйтесь, я попытаюсь вас подзарядить.

Дальше произошло что-то совершенно необыкновенное: я почувствовала, как рукам становится жарко, и в меня врывается поток силы.

Энергия жениха Реи была чуждой, я ощущала, что она отличается от моей собственной, но в тоже время она не вызывала отторжения. Словно разношенные сестрой сапоги, вроде бы неудобные, но к этому быстро привыкаешь и через несколько минут уже не замечаешь, что они чужие.

— Расслабьтесь, позвольте моей энергии разлиться по телу. Она теперь ваша, примите её, — шептал мне на ухо Эрик, а у меня не было сил ответить, что я и не планировала сопротивляться и что мне очень приятно.

Наконец, силы стало столько, что, казалось, она сейчас перельётся через край, и пришлось отнять руки.

— Спасибо! Я не знала, что так можно.

— Это работает только между близкими, Амелия. Я рад, что вы приняли мою энергию, это сильно облегчит мне жизнь.

Лард Кравер сел на постель рядом со мной и положил мне на колени большой обтянутый бархатом пенал.

— Это вам. В качестве извинений, — прокомментировал он.

С одной стороны, приличия не позволяли брать подарки у чужого жениха. С другой — он действительно чуть меня не убил, а за такое даже суд может назначить компенсацию, так что по закону…

Ещё ничего не решив, я раскрыла подарок. На тёмном бархате лежал гарнитур необыкновенной красоты. Белый металл — не просто серебристый, а именно белый, как снег — обрамлял крупные аметисты разных оттенков. Ожерелье, серьги и две потрясающе красивые заколки в виде бабочек с ажурными крылышками и лиловыми камешками на них.

— Я решил, что на ваших волосах белый будет смотреться выгоднее всего.

— Но… я не могу это принять… это очень дорогой подарок… — пробормотала я, совершенно растерявшись.

Гарнитур стоил целое состояние. Принимать его — верх неприличия, но и отказываться глупо. Кто знает, какие у нас долги? С Синвера сталось бы заложить наши земли или сделать нечто подобное. Да и потом, даже если нам удастся от него избавиться, сбережений нет, продать нечего. Не выставлять же на торги изъеденные молью шубы и изгрызенные древоточцами этажерки?

На стоимость этого гарнитура можно жить несколько лет!

— Можете и должны. Это — извинения. Просто они блестящие, — уверенно ответил Эрик, поднимаясь с постели. — И не думайте, что из-за этого подарка я потребую от вас взаимности. Я потребую её в любом случае, так что пусть хоть подарок мирит вас с моим неподобающим поведением.

— Эти украшения стоят целое состояние, — тихо ответила я.

— Но они всё равно дешевле вашей жизни, поэтому сменим тему, — лард Кравер принялся расстёгивать пуговицы на парадном сюртуке. — Насколько я понимаю, Синверу нужен брак с вами, эрцегиня, чтобы войти в Совет императора. Обычному ларду без титула и даже карону там не место. Император выделяет карона Альтара среди других и многократно намекал ему, что место в Совете будет его, если тот сможет заполучить достойный титул. Император даже предлагал ему нескольких невест, но семьи отказались от такой чести, а одну из избранниц и вовсе вывезли из Даларана подальше от сомнительного счастья составить ему партию.

— Очень разумно с их стороны, — проговорила я, не в силах ни вернуть подарок, ни убрать его в сумку.

— Это то, что я знал до вашего появления. Сейчас ситуация такова, что карон Альтар активно ищет вас, но ни имени, ни рисунка ауры ни у кого нет, есть лишь описание внешности. Синвер в ярости, он был в столице вчера, получил личную аудиенцию императора, на которой они обсуждали возможности внедрения новых цветов в ауры. Насколько понял мой источник, Синвер добился невероятного успеха и смог вживить себе новый цвет, жёлтый. Теперь у нашего карона Альтара в ауре восемь цветов, а император остался в диком восторге от его разработок. А вы не теряйте времени и ешьте, пока я рассказываю, — указал Эрик на поднос с едой, поставленный на прикроватную тумбочку.

— Он может добавлять цвета в ауры? — удивлённо спросила я, поднимая крышку с самого большого блюда.

Рыба и овощи на гриле. По спальне тут же поплыл приятный аромат, а живот скрутило от голода. Повторный приступ ждать не стала — подхватила вилку и отправила небольшой кусочек белого мяса в рот.

— Не всё так просто. Скажем так, он научился выжимать из ауры энергию жёлтого цвета и на время приращивать её к другой ауре. Цвет — только этот. Насколько осведомлён мой источник, Синверу нужно постоянно поддерживать баланс энергии в ауре реципиента. Вы знали, что жёлтый — самый распространённый цвет в аурах людей? — Эрик кинул сюртук на спинку стоящего возле кровати кресла и принялся снимать шикарные, расшитые золотой нитью сапоги.

Не будет же он раздеваться догола? Наверное, просто поменяет обувь на дорожную и наденет более удобную куртку.

Так ведь?

— Я вообще мало что знаю об аурах, — ответила я ларду Краверу, стараясь при этом на него не смотреть.

— У Синвера теперь этот цвет есть, но он есть и у императора, и практически у всех его приближённых. Я так понимаю, что жертв этот способ приживления цвета требует много, карон Альтар говорит, что проводил исследования последние пять лет. Также он считает, что универсальная аура может стать универсальным донором. Он предложил императору искать таких женщин и отправлять ему, — Эрик подошёл к гардеробной и вынул из неё комплект одежды.

— Сколько цветов у императора?

— Девять. Но он более слабый маг, чем я. Ему не хватает фиолетового, это довольно редкий цвет. Не встречается в аурах обычных животных, оборотней, нежити, да и у людей он так же редок, как голубой и синий. Кстати, я видел голубые и синие ауры у русалок на южных берегах Месатонии. Старший брат там часто бывает по делам, вот и я как-то раз плавал с ним, — он подошёл к постели и бросил вещи на кровать рядом со мной.

— Вы видели русалок? Какие они? — широко распахнула я глаза.

Лард Кравер усмехнулся и ответил:

— Капризные, заносчивые, зубастые, мокрые и скользкие. Иметь с ними дело крайне неприятно, и меня они совершенно не привлекли. Ну, знаете все эти мифы, что русалки неотразимы? Во мне они никакой симпатии не вызвали, но ауры у них красивые, тут не поспоришь. Никаких тёплых цветов: только синий, чёрный, фиолетовый, белый, голубой и зелёный. Обычно в их аурах было по четыре-пять цветов, больше не встречал. Синие и голубые цвета преобладающие.

— Существуют преобладающие цвета?

— Да, практически у всех, — кивнул он и принялся расстёгивать рубашку. — У меня это изначально были белый и жёлтый, но занятиями и тренировками я смог вытянуть остальные цвета на близкие уровни. Сейчас этого не скажешь, но в семнадцать лет эти два цвета занимали половину моей ауры.

Я отвернулась и на всякий случай смотрела только на еду. Неужели он будет менять рубашку при мне? Это же неприлично!

— А сколько вам сейчас лет?

— Двадцать семь.

— И вы смогли так сильно поменять ауру за десять лет?

— У меня не было других занятий, и я ни на что не отвлекался, — хмыкнул собеседник в ответ.

— А какого цвета вам не хватает?

— Красного. Довольно распространённый цвет, кстати. Даже немного обидно, что столь редкий фиолетовый у меня есть, а обычного красного — нет. Кстати, у вас фиолетового в избытке, но это и естественно. И как ваш род сохранил такой большой процент крови полевых фей?

Ну уж нет, это ларда Кравера никак не касается, лучше перевести тему.

— Я думала, что ауры не меняются… Что дано от природы, то и есть… — проговорила я, глядя исключительно на запечённые овощи у себя под носом.

— Нет, это не так. И исследования карона Альтара в очередной раз это подтверждают.

— И что для нас означает вся эта информация, которую вы раздобыли?

— В первую очередь то, что нам необходимо срочно добраться до ублюдка, пока он не обнародовал результаты этих исследований. Иначе эксперименты над людьми начнутся во всех концах страны.

— Но ведь император уже получил все данные…

— Нет! Карон Альтар не идиот. Он обещал выдать ещё одну часть информации в обмен на вас. А пока император усилил охрану Синвера и наверняка подослал ему парочку шпионов. Нам необходимо уничтожить не только самого карона, но и все материалы по его исследованиям до того, как они попадут в руки к людям императора. Иначе эту лавину будет не остановить, хотя новые эксперименты наверняка начнутся уже сейчас.

— Как вы планируете добираться до замка Альтарьер? Это далеко от столицы, южнее Уартага.

— Да, я посмотрел по карте. Самым оптимальным вариантом мне кажутся Тёмные Тропы. Мы будем рядом с вашим замком через полтора дня, если выедем прямо сейчас.

— Так долго? А порталом?

— Порталом мы сможем добраться только до Огонаса, а оттуда ещё несколько дней пути в зависимости от погоды. Не хочу полагаться на случайность, тем более что своих кабальдов взять не получится, а на поиск достойных в Огонасе понадобится время. А у нас его нет. По моим данным, карон Альтар отбыл из столицы ещё вчера. Жаль, что я никогда не был в вашем Альтарьере и не смогу открыть туда портал… — маг на секунду задумался, а потом добавил уже другим тоном: — Знаете, неприятнее всего эта информация о возможной охоте на универсальные ауры. Они и без того слишком редки! По крайней мере, раньше таких девушек, как вы, носили на руках, ведь считалось, что они могут наделить новым цветом только при большой взаимной любви. Если карон Альтар научится выцеживать и приживлять любой цвет, то людей с универсальными аурами начнут отлавливать и истреблять, а значит, их будет рождаться всё меньше.

Услышав эти слова, я невольно обернулась на Эрика и чуть не подавилась куском рыбы, так как он стоял у кровати в одном белье и пристально смотрел на меня.

Никакой совести!

— Что вы делаете?! — возмущённо просипела я, сразу же отвернувшись от полуголого нахала.

Неужели ему совсем никаких приличий не привили в детстве? Хотя вот у Томина их тоже нет, а они вроде бы росли вместе.

— Переодеваюсь, — весело отозвался он. — Нам предстоит полтора дня верхом, белая батистовая рубашка не лучший выбор на такой случай.

— А вам не пришло в голову переодеться где-то ещё? Или вы нарочно пытаетесь меня смутить?

— В первую очередь я пытаюсь сэкономить время. Отвернитесь, если вам неловко, — чуть насмешливо посоветовал лард Кравер.

Я давно отвернулась! Сама не знаю, почему взгляд так и норовил метнуться в его сторону!

Заметив брошенный украдкой взор, Эрик расправил плечи и рассмеялся. Великолепно сложенный, высокий, сильный и до противного уверенный в себе. Кто бы сомневался. Я никогда не видела раздетого мужчину так близко, поэтому смутилась, медленно опустила взгляд на лежавший на коленях великолепный подарок и залилась краской. Теперь ситуация выглядела ещё более двусмысленной, но я просто не могла себе позволить отказаться от такого сокровища.

Лучше принять подарок и потерпеть нахальное поведение ларда Кравера несколько дней, чем несколько лет голодать всей семьёй. Пять Столпов, я начинаю рассуждать, как блудница! Неужели моё падение на дно уже началось?

— На меня так неприятно смотреть? — провокационно спросил полуголый нахал.

— Я не магесса, поэтому не могу ехать Тёмными Тропами, — сказала я, совершенно проигнорировав последний вопрос ларда Кравера и возвращая его к теме обсуждения дороги в Альтарьер.

Эрик, разумеется, вёл себя просто дико и абсолютно неприемлемо, но лучше я помолчу до тех пор, пока он не избавит меня от Синвера. А как только освобожусь от невыносимого опекунства, сразу же выгоню этого наглого, невоспитанного ларда взашей.

— Сможете. Во-первых, энергии в вас сейчас хоть отбавляй, во-вторых, вы будете со мной. Я уже вывозил людей таким образом.

— Там страшно?

— Со мной вам нечего опасаться, на Тёмных Тропах нет ничего, с чем я бы не смог справиться.

— Там могут быть ловушки? Синвер что-то мог оставить за собой, если он тоже шёл этими тропами?

— Отличный вопрос, моя фиалочка, — отозвался Эрик. Ох, как же бесило это прозвище, которое он дал мне без спроса и разрешения, но спорить с ним об этом сейчас я сочла излишним. — Пожалуй, только немного нежити. Слишком большое войско не сделать, очень уж энергозатратно, но нежить достаточно стабильна, чтобы оставить её позади на неделю-другую.

— А у вас как раз красного цвета нет! — взволнованно обернулась я к собеседнику.

Он как раз надевал тёмную рубашку через голову, и я невольно залюбовалась его фигурой, пока он этого не видел. Поджарый рельефный живот, узкие бёдра, широкие плечи…

Эрик, кажется, снова заметил моё внимание и поэтому рассмеялся.

— Да, всё так, но зато у меня есть все остальные, так что в данной ситуации мне будет очень удобно атаковать и неудобно обороняться. Значит, атаки должны быть превентивные, только и всего. Вы готовы отправляться?

Еды на подносе почти не осталось, только сладкая булочка, но её можно и с собой взять.

— Я — да, а вы разве поели?

— Да, час назад. Вы поедете в этом платье или хотите что-то подобрать из гардероба Реи? У неё где-то были брюки для верховой езды.

— Я поеду так. Это платье удобное, пусть и мятое.

Я неловко улыбнулась и попыталась разгладить складки на подоле. Не самый умный поступок — спать в платье, в котором планируешь куда-то ехать.

— Можете воспользоваться моей ванной комнатой, если нужно.

Кивнув, я скрылась за резной дверью, быстро сделала свои дела, провела влажной ладонью по подолу, умылась и попыталась разгладить розовые складки на щеке, но вид у меня всё равно был заспанный, а лицо выглядело так, будто его скомкали и оставили валяться в бельевой корзине на неделю. Вышла из ванной, приложив ладонь к щеке, несущей следы поражения от подушки, и убрала подарок в сумку. В конце концов, если лард Кравер меня им попрекнёт или потребует взамен постельных утех, я всегда смогу с гордым видом швырнуть гарнитур ему в лицо. Благородная ларда имеет право не только принимать подарки, но и возвращать их.

— Зря стесняетесь, ваши мятые щёчки прекрасно гармонируют с вашим мятым платьем.

— Это такой сомнительный комплимент? — насупилась я.

— Это такая правда. Как вы любите. А знаете, что хочется сделать при виде ваших розовых щёчек и сонных глазок?

— Что? — спросила я раньше, чем подумала, что ответ мне не понравится.

Пророческая мысль. Так и вышло.

— Уложить вас обратно в постель, желательно без платья.

— Я бы не отказалась от постели, только без вас. Можно даже в платье. Всё равно мятое.

За разговором мы дошли до выхода, Эрик развернул меня к себе и закутал в плащ прежде, чем я успела возмутиться его фамильярностью.

На улице лютовал мороз, я натянула капюшон поглубже, отыскала в сумке перчатки и замерла на крыльце. Эрик потянул меня за руку к кабальдам. Огромным кабальдам! Самый большой жеребец игреневой масти, с тёмно-шоколадным корпусом и молочно-белыми гривой и хвостом, был такого исполинского размера, что холкой равнялся с макушкой хозяина, а Эрик, между прочим, очень высок.

— Знакомьтесь, это Белодан. Белодан, это Амелия, она своя.

Кабальд подозрительно принюхался, затем выгнул шею и мягко упёрся лбом мне в щёку, обдав горячим дыханием. Я подняла руку и провела по шерстистой скуле.

— Какой ты красавец! Приятно познакомиться, — я погладила его от бархатистого на ощупь носа до самых оснований двух острых загнутых рогов.

— Рад, что вы пришлись ему по душе. По крайней мере, буду уверен, что он вас не скинет.

— А что, мог?

— Да, он у меня своенравный, не всякую барышню к себе подпустит.

— И много барышень ты поскидывал, проказник? — с улыбкой обратилась я к Белодану.

Он фыркнул, кивнул и начал приплясывать на месте, словно сообщая, что да, барышень много, а сожалений по этому поводу — ни одного. Я рассмеялась и неожиданно для самой себя обняла тёмно-шоколадную морду с белым пятном на лбу.

— Наклонись, Белодан, сажаю Амелию.

Кабальд охотно подставил холку, а Эрик поднял меня за талию и усадил на седло боком, после чего упёрся ногой в стремя, взмыл вверх и мгновенно очутился сбоку от меня, прижав к себе одной рукой.

— Так удобно?

— Можно я перекину ногу?

— У вас же юбка!

— Это походное платье, тут широкий подол со скрытым разрезом, а снизу штаны, тёплые. Я же в лесу ночевала, да и в дороге так удобнее, — я приподняла юбку и показала Эрику нижние брюки в цвет платья.

— И как это снимается? — вдруг заинтересовался лард Кравер.

— Что значит «как»? Это просто штанишки, пододетые под платье.

— Понятно, возьму на заметку.

— В смысле?

— В смысле, на тот случай, когда придётся вас раздевать.

— Вам не придётся меня раздевать! — возмущённо зашипела я.

— Предпочитаете раздеваться сами? Что ж, согласен, так даже эротичнее.

Покраснев в который раз за последние сутки, я фыркнула и пихнула его в плечо, а потом отклонилась назад, перекинула правую ногу через шею кабальда и уселась поудобнее.

— Хорошо, уговорили. Сейчас приладим вам стремена, раз уж вы так залихватски сидите в седле.

Лард Кравер свистнул, и из денничной выбежал кабальдщик, прицепил вторые стремена к большому двойному седлу и хлопнул Белодана по корпусу, когда закончил. Ларды Итлесы уже были в сёдлах, но на меня старались не смотреть, проявляя повышенный интерес к ограде и звёздам. Эрик обнял меня одной рукой, прижав к себе максимально тесно, и пустил скакуна шагом по мощёной брусчаткой дорожке.

— Это как с портальным переходом? Нужно прижаться? — обеспокоенно уточнила я спустя какое-то время.

Близость ларда Кравера раздражала и хотелось отодвинуться от него подальше.

— Зачем прижиматься при переходе порталом? — изумился он.

— Томин сказал, что нужно, иначе мне станет дурно.

Эрик выразительно хмыкнул.

— Его вы не связывали клятвой говорить правду, не так ли, фиалочка моя? А вообще отличная идея, надо отдать ему должное.

— То есть прижиматься и молчать не нужно? — раздосадованно спросила я.

Он расхохотался.

— Ещё и молчать? Да Томин просто гений! Нет, не нужно, но уверен, что очень приятно.

— Зачем тогда вы меня стиснули? — рассердилась я, провожая глазами освещённую фонарями улочку, с которой мы свернули в какой-то парк.

— А мне нравится ощущение близости с вами.

— Мне дышать нечем!

— Дышите грудью, я вас за неё не держу, — посоветовал бессовестный маг.

Застыв от мысли, что рука на талии действительно лучше, чем рука на груди, я положила ладонь на неё сверху, чтобы она не посмела подняться выше. Тем временем кабальды вышли шагом на полянку, края которой терялись в темноте.

О Тёмных Тропах ходили самые разные слухи, как правило, неприятные. Не так давно появился этот феномен и был ещё слишком мало изучен, оттого я сейчас отчаянно мандражировала перед очередным испытанием на прочность.

И даже присутствие ларда Кравера не особо утешало. Это на словах он герой, а на деле?