Побег из Альтарьера

Глава 15

— Это не имеет значения, лард Кравер, — потрясённо проговорила я. — Ваши клятвы и ваше внимание мне не нужны. Я всё равно не хочу, чтобы вы ко мне прикасались и сопровождали меня.

Эрик обернулся, и его лицо медленно каменело по мере того, как я говорила. Нахальный маг выглядел уязвлённым, но, наверное, он просто раздосадован, что не сможет больше игнорировать мои слова. Я старалась, чтобы мой голос звучал ровно, но сидя на полу в одном одеяле, сложно олицетворять достоинство, по крайней мере мне.

— Эрик, думаю, лучше нам всем отдохнуть ещё пару часов и выдвинуться в путь перед самым временем перехода. Мы с Томином можем подежурить тут, либо оставим ларду одну, если ты дашь слово, что больше не нарушишь границ её приватности.

— Не хочу оставаться одна, вы можете быть тут. Или спустимся вниз, — я наконец осмелилась взглянуть в серые глаза ларда Кравера. — Одной мне теперь тоже страшно оставаться, даже в закрытой комнате.

Я говорила тихо, но он меня услышал. На красивом лице отразились удивление и досада, а потом он всё-таки отвернулся, как предписывали приличия, и глухо проговорил:

— Прошу прощения, эрцегиня Альтарьер.

Эрик вышел из комнаты, одним резким движением всадив петли двери обратно в раскуроченные пазы. Она осталась перекошенной, но прикрылась.

— Наверное, Эрик не привык, что полуобнажённые ларды выставляют его из своей спальни, а не пытаются туда заманить. Какой удар по самолюбию! — Томин заговорил с присущей ему подтрунивающей интонацией и тем мгновенно разрядил обстановку. — Следующий раз, если увидит, что ларда при нём одевается, а не наоборот, его просто удар хватит.

— Томин, мы не одни, последи за языком. Такое ощущение, что я путешествую в компании ларды и двух гамадрилов из её частного зоопарка, один другого несноснее. Ларда Амелия, мы с братом подождём вас за дверью, можете не торопиться.

После этих слов Итлесы покинули мои покои, осторожно прикрыв за собой безвинно пострадавшую дверь. Надеюсь, ларду Краверу хватит совести за неё заплатить.

Одевалась я быстро, замирая от каждого шороха. Удобный дорожный наряд пришлось убрать в сумку: он был слишком грязным. Вместо него надела чистое платье нежно-лавандового цвета, менее приспособленное для дороги, с полностью открытой шеей и небольшим декольте. Будь у меня что-то более подходящее для езды в седле, я бы предпочла другое, но выбирать не из чего, ведь дорожное платье я успела сшить лишь одно. К счастью, путешествовать нам осталось всего половину дня, а потом я окажусь дома, и станет уже неважно, как я одета.

Волосы собрала в высокую причёску, но как ни старалась, аккуратной она всё равно не получилась, а пряди после местной воды стали виться жёсткими непослушными локонами. Смирившись с результатом, я с трудом приоткрыла скебущую по полу дверь, вышла в хорошо освещённый коридор и обнаружила Томина с Ийнаром, оживлённо режущихся в кости на полу у моих дверей.

— Спасибо за ожидание и поддержку, — я постаралась улыбнуться дружелюбно, но вышло всё равно как-то скомканно.

Томин стремительно поднялся на ноги и уставился на меня с озорной улыбкой.

— Вы невероятно прекрасны этим утром. Разрешите подать вам руку.

Я вежливо улыбнулась в ответ и кивнула.

— Вы знаете, я тут подумал: Ийнар помолвлен, с Эриком вы ехать не хотите, а вот я — прекрасная кандидатура для вашего сопровождения. Одинок, красив до икоты, богат до… ну до разумных пределов, молод… Ах да, а ещё красив, не знаю, упоминал ли я раньше? — пока он говорил, мы дошли до лестницы, и я неожиданно для себя рассмеялась, спускаясь по ступеням и держа его под локоть.

— Нет, лард Итлес, вы как-то совершенно забыли это упомянуть.

— Для вас я просто Томин, моя блистательная эрцегиня. Но можете называть меня прекрасным Томином, я не обижусь.

Я кивнула и вновь рассмеялась. Как Томин всегда мог поднять настроение и найти нужные слова, чтобы развеселить?

— Томин, вы, кажется, говорили о красоте.

— Да, ларда Амелия, о моей непревзойдённой красоте. Знаете, ларда Оласса посвятила моему изяществу несколько поэм и даже песню. Вынужден признать, что несколько скабрезного содержания, но сам факт! — его дурашливая улыбка никого не могла оставить равнодушным.

Мы как раз спустились мимо второго этажа, когда снизу лестницы появился лард Кравер.

— Это та самая песня, где твоя непревзойдённая красота сравнивается с великолепием огородного озла? — раздался напряжённый голос Эрика, но Томин не дал ему возможности испортить атмосферу.

— Именно она! Вы бы знали, насколько она мелодична в исполнении обворожительной ларды Сериллы.

— Ларда Серилла исполняет её каждый раз при виде твоей физиономии.

— Я же говорю: моя красота затмевает сознание прекрасной половины человечества, и только эрцегиня Альтарьер остаётся преступно равнодушной к моим чарам, — Томин скроил такую скорбную мордаху, что я не выдержала и снова рассмеялась.

— Вы споёте мне эту замечательную песню? — спросила я у старшего ларда Итлеса.

— Что вы, разве я могу петь такое в присутствии благородных дам? Только слушать!

— Я тебе её спою, моя фиалочка, если поедешь со мной, — Эрик смотрел мне в глаза с самым невинным выражением лица и, несмотря на всю досаду и злость, мне так не хотелось портить этот весёлый момент, что я ехидно ответила:

— Мне не настолько любопытно, кроме того, я уверена, что у вас получится не так хорошо, как у ларды Сериллы.

— Вообще, это довольно спорное утверждение, но я уверен, что Томин рано или поздно познакомит вас с его будущей женой, и вы сможете лично насладиться её сопрано.

— Томин, вы помолвлены? — я едва не споткнулась от удивления. — А ведь я всерьёз собиралась рассматривать ваше предложение руки и сердца. Как коварно с вашей стороны!

— Рука и сердце абсолютно свободны, ларда Серилла претендует исключительно на разум и кошелёк, поставив своей целью оставить меня без того и другого. Вы бы видели её поверенных, настоящие звери! — сказано это было с таким восторгом, что я поняла: Томин получает от ситуации истинное наслаждение. — Вы знаете, что у меня своя небольшая юридическая компания? Нет? Так вот, поверьте на слово, я знаю, как отличить обычного зануду-крючкотворца от безжалостного гения. И на Сериллу работают именно последние. Мы уже полгода согласуем договор о помолвке, и, судя по толщине черновика брачного договора, раньше, чем через пять лет не поженимся. Но я готов идти на эти жертвы, лишь бы слышать ежедневно до конца своей жизни её прекрасное пение про огородного озла.

Тем временем мы подошли к столу, и трактирщик уже шёл к нам, чтобы принять заказ.

— Лард Кравер, вы будете то же, что и вчера? — ехидно спросила я.

— С огромным удовольствием, моя фиалочка, мне вчера всё очень понравилось. Гарнир был великолепен, жалко только, что я остался без основного блюда, — двусмысленность фразы заставила меня залиться румянцем и сбила дыхание, а Ийнар нахмурился. — Пожалуй, сегодня я возьму сразу основное, аппетит, знаете ли, зверский. Уважаемый, есть ли у вас нежное мясо ягнёнка?

Я покраснела ещё сильнее и беспомощно посмотрела на Томина в поисках поддержки. Понимание промелькнуло у него в глазах, и он строго посмотрел на трактирщика:

— Уважаемый, если ларду будет подан нежный ягнёнок, то ларде придётся есть мясо упрямого озла. У вас такое подают?

— Нет… — трактирщик выглядел совершенно обескураженным.

— Тогда свиные отбивные на всех, остальное на ваше усмотрение, любезный, но лард Кравер останется без ягнёнка, — Томин победоносно улыбнулся и подмигнул Эрику.

Тот лишь рассмеялся и ответил:

— Томин, я всегда восхищался твоим оптимизмом. А теперь напомни мне, было ли хоть раз такое, что я не добился поставленной цели?

Старший Итлес хмыкнул, продемонстрировав озорные ямочки, и ответил:

— Всё зависит от того, что ты полагаешь своей целью, Эрик. И мне кажется, что вот здесь и кроется твой главный просчёт.

— И в чём же, на твой взгляд, моя цель?

— На мой взгляд, ты подходишь к вопросу по-военному. Действуешь в меру своих скромных интеллектуальных и эмоциональных возможностей. Видишь крепость и идёшь на штурм вместо того, чтобы заключить мирный договор и взять её не силой, а умом. Собственно, неудивительно, потому что первого у тебя в избытке, а второго… не на всё хватает, скажем мягко. И для тебя не имеют значения разрушения, которым ты подвергаешь крепость. Тебе кажется, что обладание крепостью доставит тебе удовольствие, несмотря на масштабы нанесённых повреждений. Возможно, ты даже считаешь, что сможешь восстановить разрушенное, но это не всегда так. Иногда при осаде крепости сравнивают с землёй, а победитель остаётся один на один лишь с фактом своего бесполезного завоевания.

За столом повисла тишина, а Эрик медленно перевёл взгляд на меня, словно давая понять, что его следующие слова предназначаются только мне.

— Иногда при одном взгляде на крепость невозможно удержаться от штурма. Особенно если учесть, что как только координаты крепости станут всеобщим достоянием, то её снесут и растащат на камни.

— И вы совершенно отрицаете возможность, что другому завоевателю крепость может понравиться не меньше, чем вам? — тихо спросила я.

— О, я абсолютно уверен, что от неё будет в восторге любой завоеватель, обладающий зрением, обонянием и хотя бы зачатками мозгов.

— А если другой завоеватель понравится крепости больше?

— А вот это уже будет проблемой, потому что далеко не каждый сможет её защитить. И тогда крепость будет обречена сначала смотреть на смерть этого несчастного другого завоевателя, а потом снова будет подвергнута жесточайшему штурму. Много лет вращаясь в кругу завоевателей, могу сказать, что достойных крепости кандидатов среди них крайне мало.

— А как же Тириан? Достойный кандидат и воспитан не в пример лучше тебя, — Томин не упустил момента поддеть Эрика.

— Кто это? — я обернулась к ларду Итлесу.

— Старший брат Эрика, гораздо более галантный кавалер и почти такой же красивый, как я. И также одинок, насколько мне известно. Сколько у него цветов в ауре, Эрик, напомни, пожалуйста. Всё время забываю… — проговорил Томин с нарочито задумчивым лицом.

— Девять, — процедил лард Кравер.

— Точно! Девять! И по силе вы примерно равны, только опыта у него на пару лет побольше. Вот и замечательный кандидат. И, в отличие от Эрика, из хорошей семьи, — я удивлённо посмотрела на Томина, а Ийнар прыснул и добавил:

— Я бы наоборот сказал, что Эрик из хорошей семьи, потому что у него брат — Тириан, а вот у Тириана брат — Эрик, и это, конечно, трагично вышло.

Итлесы дружно заржали, как два невоспитанных кабальда, а сероглазый маг предостерегающе сощурился, глядя на их веселье.

— А помимо Тириана есть ещё достойные кандидаты? — спросила я только потому, что эта тема была крайне неприятна ларду Краверу, а побесить его хотелось до дрожи.

— Вам составить список? — галантно предложил Ийнар.

— Было бы неплохо, — улыбнулась я, — а вы, Томин, будете входить в этот список?

— К сожалению, нет. Видите ли, я не боевой маг. Моя магия довольно специфична, я незаменим в группе, но в бою один на один есть много магов, которым я проиграю, тот же Эрик и Ийнар гораздо сильнее меня. Поэтому со мной, к сожалению, вы не будете в безопасности, а союз с вами будет означать для меня смертный приговор, пусть и отсроченный.

— Зачем же вы тогда сходу предлагали мне брак? — возмущённо стукнула я по столу ладонью.

— Чтобы вас посмущать. Да и вообще, ни один разумный человек не предложит брак малознакомой ларде всерьёз.

— Лард Кравер предложил, — отозвалась я.

— Не вижу никаких противоречий с тем, что я сказал, — озорно вздёрнул брови Томин.

Ийнар рассмеялся, а подошедший трактирщик уставил наш стол заказанными блюдами.

— Я сделал предложение, когда почувствовал, что ты мне подходишь, вот и всё, — проговорил лард Кравер, когда трактирщик ушёл. — Какой смысл было тянуть, если я уже определился. В отличие от Томина, я не шучу такими вещами и держу своё слово.

Эти слова я проигнорировала так, будто даже не услышала. Не глядя на Эрика, спросила у ларда Итлеса:

— А в чём специфика вашей магии, Томин?

— Это секретный секрет, моя дорогая, и я не делюсь им с очаровательными девушками в шумных трактирах, — напустил он загадочности и лукаво подмигнул.

— Моя фиалочка, я снова готов прийти на помощь и раскрыть тебе эту тайну, если ты согласишься составить мне компанию. И даже в качестве бонуса накину сверху ещё пару-тройку унылых секретов Томина, которые смогу вспомнить.

— Спасибо, я всё ещё не настолько любопытна. Кроме того, в свете вашей клятвы мне достаточно просто спросить напрямую и вам придётся ответить, не так ли?

— Нет, моя фиалочка, я обещал тебе не лгать, но раскрывать чужие секреты вовсе не обязан, хотя если ты попросишь достаточно ласково, то, возможно, моё суровое сердце и дрогнет.

— Сердце? Простите, мне показалось, что у вас его нет, — колкость сама сорвалась с губ, и я вздёрнула подбородок, довольная остро́той.

— Это вам не показалось, ларда Амелия, у Эрика нет ни сердца, ни мозгов, только мышцы и магия. Его потому и кидают в самые горячие точки, где даже нежить в шоке от его поведения. Вы не поверите, его отвергли даже русалки. Побрезговали! Что опять же возвращает нас к разговору о Тириане как о вашем возможном кавалере. И, может быть, Хельгарде? — пробарабанил Томин пальцами по столу.

— Да, Хельгард — могучий маг, — согласился его брат. — И парень хороший, весёлый, высокий, девушкам нравится.

По слегка прищуренным глазам Эрика и похолодевшему взгляду стало понятно, что он злится, поэтому я искренне наслаждалась беседой. Ийнар с Томином даже не пытались сгладить углы, напротив, подливали взрывное зелье в огонь ярости нашего собеседника.

— Аскельт? Это если вам нравятся романтично настроенные начитанные кавалеры, — предложил Томин.

— Очень нравятся, намного сильнее, чем беспардонные, невоспитанные и наглые.

— Аскельт слишком слаб, пусть у него и девятицветная аура, но силы маловато, я бы размазал его на дуэли, — отозвался Эрик.

— А не скажи, он парень хитрый, что-то вечно придумывает, иначе его бы давно уже смяли. А тот факт, что ты его всерьёз не воспринимаешь, как раз говорит в пользу его разумности.

— И как слава слабого мага поможет ему защитить, кхм, — лард Кравер демонстративно закашлялся, — крепость? В таком деле отпугивающая репутация тоже имеет значение.

— Соглашусь с Эриком, — хлопнул Ийнар по столу. — Тогда принц Чивисар.

Лицо Эрика потемнело, а мне стало интересно.

— Принц? Настоящий? — заинтересовалась я.

— Да, наследник одного из южных эмиратов. Говорят, очень красив.

— Говорят, у него уже есть целый гарем, — фыркнул Эрик.

— Гарем есть, а жены нет, — резонно возразил Томин и вопросительно посмотрел на меня: — Как вы относитесь к заморским принцам, эрцегиня Альтарьер?

— Нет, варианты с релокацией рассматривать не будем. Если уж придётся смириться с необходимостью брака, то хочу жить в Альтарьере, восстановить его, заботиться о людях. Там очень много работы, замок пришёл в запустение, а с опекунством Синвера у меня вообще нет доступа ни к счетам, ни к документам.

— Получается, что в мужья нужен не только сильный, но и состоятельный маг, готовый к переезду в вашу глубинку… — Эрик слегка откашлялся. — То есть я хотел сказать, в прекрасную провинцию, на свежий воздух, к пастухам и оровам. Кроме того, наверное, ещё нужен молодой и красивый… Если бы только такой сидел прямо перед тобой, да, фиалочка?

— Ну почему сразу красивый? Достойному кандидату можно было бы простить даже такую невзрачную внешность, как у вас. Вашу кандидатуру я не рассматриваю не из-за внешности, а исключительно из-за вашего скверного характера, — ехидно фыркнула я.

Ийнар расхохотался, а Томин поддержал:

— Ну, не всем рождаться такими красавцами, как я.

— И то верно, Томин. Вы, как всегда, правы, — пришлось согласиться мне.

— И чем же так невзрачна моя внешность? — насмешливо вскинул брови Эрик, разумеется, уверенный в своей неотразимости.

— Ну… даже не знаю. Выглядите вы вечно недовольным, будто у вас несварение, а брови хмурите, словно при этом забыли, где ближайший туалет… — я хотела выдать эту тираду с серьёзным лицом, но последние слова едва смогла выговорить из-за смеха.

— Ещё и ходит в кабальдячьих соплях, — прохохотал Томин, стукнув ладонью по столешнице.

Присутствие Ийнара и Томина рядом придавало сил, а за вчерашнее очень хотелось поквитаться. Эрик слегка порозовел, а ларды Итлесы сползали от смеха под стол.

— Фиалочка, ты ходишь вокруг полыньи, — предупредил лард Кравер, сдерживая коварную улыбку. — Я же обязательно получу компенсацию за все эти шуточки. Не с Итлесов, с них взять нечего. С тебя.

В этот момент в светлом помещении вдруг стало темно и мрачно, пространство наполнилось тёмно-зелёным светом, словно мы внезапно оказались в бутылке из-под вина. Я всё ещё смеялась, не понимая, что произошло. Подумала, что лард Кравер сотворил какую-то магическую каверзу, чтобы меня испугать.

В следующую секунду Томин вскочил и ринулся к выходу, Эрик поднялся, мощным рывком вытащил меня из-за стола и прижал к себе. Со скрипом распахнулась входная дверь. Ийнар сотворил заклинание, и оно разлетелось в разные стороны, словно он выпустил из рук стаю белых полупрозрачных птичек.

Томин вернулся к столу и неожиданно зло улыбнулся:

— Это Саарский купол! Ну… хоть повеселились перед смертью!