Первый поход (СИ)

Глава 26 Непримиримая позиция

— Я вас услышал, маркграф Гарн Вельк, — холодно кивнул Осоман Сухарат.

По случаю похода, дорогие одежды он сменил на не менее дорогой, позолоченный доспех со сложной вязью незнакомых мне рунных цепочек. А вместо лошади у князя всех князей был слон! Могучее животное так же было облачено в сверкающую позолотой и драгоценными камнями броню. Больше напоминая драгоценную статую, чем живое существо.

— И я благодарен за предупреждение, — продолжил Осоман Сухарат. Хоть слон и был довольно большим, всё же уступал в размерах рыцарю, и князю приходилось смотреть снизу вверх, что ему явно не нравилось. — Компания сильна, но не всесильна. Под моими знамёнами цвет князей Дхивала, — он слегка возвысил голос, что бы как можно больше «цвета» слышали его слова. Опытный политик, что ни говори. Но сейчас нужен не политик, а военачальник. — Мы разобьем армии Компании, возьмем Хальт и вышвырнем захватчиков с Талхала!

Он ещё раз высокомерно кивнул, показывая, что короткая аудиенция закончена. Стоя на рыцаре я склонился в легком поклоне. Мне не сложно, а князю всех князей приятно.

Пышная свита двинулась дальше вместе с остальной армией к сверкающей полоске Дерага — реки, что течет от гор к Хальту. Я забрался обратно в «Дракона» и некоторое время просто сидел, не пробуждая боевую машину.

Не скажу, что скрытое за красотой слов пренебрежение со стороны князя всех князей стало для меня неожиданностью, но неприятный осадок остался. Фольхи такие… фольхи! Даже если князья. Особенно князья!

Ладно, я хотя бы попытался. Но нельзя спасти тех, кто не желает быть спасённым.

Пробудив «Дракона» я некоторое время стоял на месте, наблюдая за движением объединённой армии князей. С одной стороны — это сила. А с другой, меня не отпускала мысль, что я вижу какой-то причудливый и гротескный парад мертвецов.

Несомненно, численный перевес на стороне князя всех князей, а боги любят большие батальоны. Но качественный… тут не всё так однозначно. Да и насчёт перевеса в магах я неуверен. Их из Великогартии перебросить проще всего. Хальт, а вернее в целом Талхал — главная жемчужина захваченных Компании земель Дхивала. А когда жадные фольхи разбрасывались жемчугом?

Остаётся надеяться, что хоть какие-то сомнения я в голову князя всех князей вложил, и он будет не станет безрассудно бросаться на форты Хальта, забыв о флангах. Да и море всё еще за дхивальцами. Если что, отступит к побережью под прикрытие флота.

Возвращались молча. Преодолев небольшой змеевидный подъём, мы вошли в разрушенный Ховран. Над внешними стенами время или магия были особенно безжалостны, превратив их в пыль. О некогда могучих укреплениях теперь напоминали лишь остатки насыпи, да уцелевшие огрызки башен.

— Двигайте обратно в лагерь, — приказал я своему сопровождению, сегодня это были Амрат и Ямир. — Мне нужно немного задержаться в городе.

При последней встрече Дивия показала несколько способов, как с ней можно быстро связаться. Самое время один из них испробовать. Исключительно дела ради, а не потому, что мне захотелось вновь полюбоваться красотой местных кошек.

Спорить пажи не стали. Тот факт, что через руины Ховрана прошла целая армия, да и им самим приходилось туда-сюда по дороге бегать, поколебал крепость их веры в силу древнего проклятия.

Оставив рыцаря на дороге, я привычно выбрался наружу. Если в первый раз с ним ничего не сделали, то и во второй раз ничего не случится.

Спуститься вниз не успел — знакомый огонек сверкнул ровным светом в стороне от дороги. Значит, никого искать и не надо — меня ждут. Но в этот раз огонёк горит явно не в районе купальни.

Жаль. Искупаться я бы не отказался. Особенно в хорошей компании.

Пришлось порядком покружить по развалинам, ища путь, но до нужного места я добрался. В этот раз это был неприметный, чудом уцелевший небольшой домик. Штукатурка на внешних стенах обвалилась, обнажив бутовый камень фундамента и изъеденный временем кирпич-сырец стен. Но черепичную крышу явно недавно подновляли. Просто она так заросла, что со стороны это не заметно.

Дверей не было, но стукнув ради приличия в стену, я вошел внутрь к свету. И тут же нос к носу столкнулся с хмурым, сердитым стариком с длинным ружьём.

Поморщившись, словно увидел что-то мерзкое, он молча сделал жест следовать за ним.

Задняя стена дома оказалась снесена, плавно перетекая в длинный, неосвещённый ход. Но шёл он не вниз, а под небольшим углом уходил вверх. Вскоре ход сменился жилой комнатой. Окон не было, но с десяток рунных светильников освещали не хуже солнца. Недешёвое удовольствие. Впрочем, и не такое дорогое.

Комната была богато украшена: ковры, шелковые занавески, да и сами светильники были сработаны из серебра и золота.

Вот это больше похоже на место обитания кого-то из фольхов. Пусть и в изгнании.

Сама изгнанница, а может и настоящая хозяйка этих мест, скрестив ноги, сидела на некогда дорогом, но потрепанном и потёртом временем ковре. На фоне прочей роскоши он выглядел довольно странно. Наверняка какой-то местный обычай или просто памятная, дорогая сердцу вещица.

В центре зала стоял небольшой столик, накрытый для позднего завтрака или раннего обеда.

— Похоже, меня ждали и заранее готовились, — отметил я, оценив количество подготовленных блюд.

Для одной пантеры тут явно многовато.

— Заметив, как один знакомый рыцарь спешит через руины, я почему-то сразу же подумала, что на обратном пути он обязательно заглянет ко мне, — не стала отрицать Дивия.

В этот раз на девушке были воистину княжеские одежды — традиционное платье из синего шелка, богато расшитое золотыми нитями. Узоры извивались по ткани, словно реки расплавленного золота, подчеркивая соблазнительные изгибы тела. Черные волосы были собраны в высокую причёску, укреплённую жемчужными нитями.

Неужели она для меня так прихорашивалась? Зря! Лучшая одежда женщины — полное отсутствие одежды. Но мысли эти лучше держать при себе. Магичка обидится.

На правду всегда обижаются…

— Ты совершенно не таишься. Неужели не боишься нападения? — поинтересовался я, пытаясь отыскать хоть какую-то охрану кроме старого сахсара, статуей застывшего у стены.

Пусть Дивия и маг. Возможно, весьма сильный. Но и маги смертны. Да и у противника маги найдутся. На её захват Компания могла с легкостью подрядить если не архимага, то хотя бы архимагистра.

— Ха! Мои люди знают каждый камешек в этих руинах, — самодовольно бросила Дивия. — Подвалы, тайные ходы. Старые и новые. Если хочешь хорошо спрятаться — прячься в самом очевидном месте. В нём тебя станут искать в последнюю очередь.

Спорное утверждение, очевидное место и проверить проще. Но руины Ховрана явно не этот случай. Тут целый лабиринт, который нужно либо сносит, либо привлекать для прочесывания настоящую армию. А люди Дивии в нём как дома.

Я бы круг магов привлёк, да с воздуха ударил по площадям. Но без точного знания всех укрытий мятежников это бесполезно, а без знания их возможностей ещё и опасно. Сомнительно, что у Диви в рукаве припрятан малый круг, но кто его знает.

Девушка плавно поднялась, дошла до накрытого стола и провела ладонями над блюдами.

— Раздели со мной трапезу, Гарн Вельк.

Сказано это было таким тоном, что не поймёшь: это приказ, предложение или просьба.

— В Эдане говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, — намекающее усмехнулся я.

— У вас настолько плохие хирурги? — мягко улыбнулась Дивия в ответ, небрежно кивнув на второе низкое ложе с подушками.

В этот раз в противовес приёму у князя всех князей стол был обставлен на дхивальский лад: низкий столик и широкие, такие же низкие ложа. На них следует лежать, а вернее возлежать на левом боку.

Несколько непривычно. Но если Дивия рассчитывала, что я растеряюсь и начну делать ошибки. Например, выпью воду, которая предназначена для полоскания рук, то она просчиталась. Благодаря незабвенной Савари Дивите, хозяйке лучшего борделя Степного Стража, я неплохо поднаторел в некоторых дхивальских обычаях и столовом этикете.

Блюда на первый взгляд простые. Ничего, вызывающего у меня неприязнь своим видом, который обманчив. Вместо вина имелся шербет из каких-то местных фруктов. Но столовых приборов нет. Как привычных, так и непривычных. Есть всё предлагается руками. Предварительно омыв их в небольшой, поставленный специально на этот случай чаше с ароматической водой. Что я и проделал, прежде чем наложить себе риса.

Брови девушки слегка взлетели вверх, лицо поскучнело. Развлечение в виде теряющегося без привычных столовых приборов варвара, считающего себя вершиной цивилизации, отменялось.

Ха, видела бы она меня во время отступления пятого корпуса к Артону. Тогда нам часто приходилось есть руками. Но чаш с ароматической водой не было. Да и вообще с чистой водой были проблемы.

Рассыпчатый рис только казался простым, обилие специй придавало ему непривычный, яркий вкус. Должен признать, от местных пряностей меня уже начинает мутить. Их добавляют везде! Причём весьма обильно, не зная меры. Порой блюда такие острые, что поневоле начинаешь сравнивать себя с драконом — так и хочется плюнуть струей огня.

— Твой хмурый спутник смотрит на меня таким взглядом, словно хочет не просто убить, а расчленить и порезать на мелкие кусочки. Желательно, ещё живого, — отметил я, скользнув взглядом по молчаливому стражу.

— Это да, он может, — согласилась Дивия. Мягко улыбнувшись старику, она сказала ему что-то на дхивальском. Но тот и бровью не повёл, продолжая буравить меня немигающим взглядом.

Но не только негативный настрой старика к моей скромной персоне привлёк моё внимание.

— Это же настоящий джезайл, да? — не скрывая интереса, спросил я, указав на длинное в рост человека ружье, которое спутник Дивии бережно баюкал в руках, словно младенца.

Дивия удивлённо вскинула брови.

— Что⁈ — возмутился я. — Мои знания о Дхивале скромны, но про стрелков с джезайлами я слышал. Но думал, что их уже не осталось.

— Намхол один из последних, — не стала скрывать она. — И ты довольно много знаешь о Дхивале, — Дивия вновь едва заметно поморщилась при этом слове, — для чужеземца. Куда больше, чем многие фольхи и наемники Компании, прожившие здесь несколько лет. Продолжай в том же духе, и мы сделаем из тебя настоящего дхивальца, — шутливо добавила она.

— Спасибо за предложение, но мне и эданцем живётся неплохо. Там я всё же маркграф. А тут всего лишь временный гость.

Разговор увял. А моим вниманием вновь всецело завладел джезайл в руках старика.

Красивое и смертоносное оружие.

Иногда его называют рунным ружьем. Собственно, это просто прямой перевод с дхивальского. Но к обычному ружью он имеет такое же отношение, как самоходный сержантский доспех к простым рыцарским латам. От магического артефакта в нем гораздо больше, чем от ружья. Несмотря на гладкий ствол, джезайлы даже на большую дистанцию бьют поразительно точно. Иногда стрелков с ними называли убийцами магов, но мага даже из джезайла достать сложно. А вот офицеров в отряде латников выбить, или сержантов — это стрелки с джезайлами могут с лёгкостью. Оруженосцы? Думаю, тут возникнут определённые сложности. Хоть и считается, что «слонобои» произошли от джезайлов, но первые гораздо более мощная штука. Да и насчёт происхождения я сильно сомневаюсь.

Стрелков с джезайлами всегда было не так много, а к нашему времени их практически не осталось. Почему? Проблема состоит в том, что такой стрелок должен быть одаренным на уровне сержанта, а то и оруженосца. А зачем тебе в таком случае какое-то пусть и очень точное ружье? Можно облачиться в самоходную броню и взять «слонобой», а если повезёт, то и на оруженосца выучиться.

— Зачем ты гнался за князем всех князей? — поинтересовалась Дивия, когда первый голод был утолен. — Хотел его остановить?

— Да, но проще остановить лавину, — вздохнул я. — Жажда славы и зависть к племяннику ослепила его, сделала уязвимым. Боюсь, этот поход закончится катастрофой.

На это утверждение Дивия ничего не сказала, но многозначительно переглянулось со своим сахсаром. Не удивлюсь, если этот старик с лицом каменной статуи отлично знает эданский.

— Если нельзя остановить, значит нужно готовиться, — задумчиво протянула она.

— Уже готовимся. Собственно, именно поэтому я пришел. Когда придет армия Компании, эти руины резко перестанут быть надёжным убежищем. В этот раз страх проклятия Компанию не остановит. А без этой грозной славы это просто куча древних камней. Советую их оставить.

Добавлять, что от них мало что останется, не стал. Но догадаться несложно. Пушки мы не для стрельбы по воробьям ставим. Конечно, древние руины — это не главная цель, но им точно достанется. Не от артиллерии, так от магов.

— Не беспокойся. Я в состоянии о себе позаботиться, — отмахнулась Дивия. — Да и эти стены прочнее, чем кажется на первый взгляд. Лучше позаботься о себе, Гарн Вельк. Твои союзники могут быть опаснее иных врагов.

— Жизнь вообще опасная штука со стопроцентной смертностью, — пожал я плечами. — Да и других союзников у меня на острове нет.

— А ты посмотри внимательно, — многозначительно произнесла девушка, — может и найдёшь.

Намёк понятен. Но я его проигнорирую.

Не скрою, Дивия мне симпатична. Но бросаться в её объятия не стоит. Что-то я не вижу её в рядах если не армии князя всех князей, то хотя бы среди людей Руяна. Пока что так называемые «Непримиримые» сидят, смотрят со стороны, выжидают, да пытаются соблазнить княгинями диковинными одного маркграфа заморского. Тактика может и разумная, но не для заморского маркграфа.

Воображение тут же нарисовало обнажённую Дивию. Такой красотой сложно не соблазниться.

Но ей бы для начала определиться, чего она хочет. Компанию изгнать? Или роду Сухарат за старое предательство отомстить?

Если первое, то неплохо бы начать нам помогать. Не людьми, так информацией. Уверен, у неё везде свои глаза и уши. А если второе, то нам не по пути. Инструментом мести в её прекрасных руках я быть не собираюсь.

Первое, что я отметил по возвращению в лагерь, был роскошный шатёр, выросший в центре. Похоже, Руян не усидел в Сонгале. Дождался, пока любимый дядя окажется за горами, и тут же рванул к нам.

Надеюсь, не за тем, чтобы обеспечить его НЕвозвращение? Зная привычки фольхов, я бы этому не удивился. Зачем Руяну кусок Талхала, если без дяди он может претендовать на титул князя всех князей и Дхивал, тот который остров, и тот, который страна?

Если он это предложит, я соберу людей и просто вернусь в Эдан.

— Руян! — поприветствовал я князя, выбираясь из голема. — А как же Сонгаль?

— Оставил его на попечение Зумии. Все эти административные дела у неё в крови. Да и не зря же я столь щедро оплачивал её обучение, — отозвался он.

— А защита побережья?

— Пока у берегов Талхала стоит флот моего дяди, побережью ничто не угрожает… Сам-то где пропадал? Свита твоя еще два часа тому назад вернулась.

— У меня была встреча, — не стал скрывать я. — Имя Дивия тебе о чем-нибудь говорит?

Он скривился, словно съел лимон.

— Значит, слухи не врут. «Непримиримые» всё же живы и всё так же непримиримы. Стоило догадаться, что в Сонгаль заявилась именно она.

— Так ты и догадался, потому и усилил охрану. А мне ничего не сказал… — отметил я, слегка уколов князя.

Руян поджал губы, а затем криво усмехнулся.

— Точно я не знал, лишь догадывался. Да и это старые дела между нашими семьями. Княгиня Дивия, подражая своему отцу, всё так же тешит давнюю обиду? — поинтересовался он.

— Если ты про то старое предательство, то да.

— Мы не предавали Талхал, — поиграл желваками Руян. — Если не вдаваться в детали, мы не пришли, потому что не могли. Наши владения сотрясали мятежи. Дхивал пылал не хуже Талхала. Сихим едва не оказался в осаде. Выбирая между спасением своей власти в сердце княжества и помощью Талхалу и Ховрану, мой дед выбрал Дхивал. Но «Непримиримым» этого не объяснишь! Слишком они гордые. Порох и оружие, что мы поставляем на остров по своим каналам, с удовольствием берут. Хотя знают, что именно мы за всё платим. А так да — гордые.

Ещё одна версия старой истории. Я мог бы спросить, кто в таком случае распространяет про князей Ховрана порочащие слухи, но зачем? Не мне судить, кто в той древней истории прав, а кто виноват.

Если Дивия и её люди хотят победить Компанию, то им следует забыть про былые обиды.

— При следующей встрече передай княгине, что я готов делиться, — добавил Руян без былого апломба. — Вернуть все старые земли Ховрана не обещаю, но часть — это возможно… И Гарн, — помедлив, добавил он. — Не поддавайся её чарам. Она опасна! Кто-то утверждает, что ещё и безумна. Ей нравится лично пытать пленников.

— В нашем безумном мире, безумие — это не столько недостаток, сколько достоинство, — философски отметил я. — Так что ты там говорил про дополнительные пушки?

Прекрасные княгини — меньшая из наших проблем. Даже если они и правда безумны.

— Разве я что-то говорил про пушки? — с недоумением спросил Руян, почесав подбородок.

— Нет, — признал я, — но они нам нужны! И чем скорее, тем лучше.