Первый поход (СИ)

Глава 10 Огненная вода

Засада была подготовлена идеально. Капитан «Железнобокого» не первый год бороздил воды Тёплого океана и отлично знал, что этот небольшой островок, нанесённый не на каждую карту, отличное место для стоянки. Многие торговцы и контрабандисты навещали его, чтобы переждать шторм, пополнить запасы пресной воды или просто дать небольшую передышку уставшей команде.

Впрочем, пойманные в бухте два тяжелых медлительных барка и в открытом океане вряд ли могли сбежать от «Железнобокого». А со спущенными парусами напоминали неудачливого любовника, пойманного в самый ответственный момент со спущенными штанами.

Когда над бухтой грохнул холостой выстрел, возвещая об отправке досмотровой партии, флаг на фок-мачте одного из барков дернулся вниз, выражая покорность принять судьбу.

Пока гребцы шлюпки мерно работали веслами, лейтенант Каор Ирдал с интересом разглядывал приближающуюся добычу. Обычные трехмачтовые барки, похожие словно братья близнецы. Не новые, побитые волнами и временем рабочие лошадки морей. Пусть пароходы и появились добрый век тому назад. А сеть угольных станций овивает мир плотно, словно паутина, но большинство грузов по морям всё еще перевозят под парусом.

— Каор Ирдал, лейтенант флота Его Величества. Кто такие? Откуда и куда следуете? Каков характер груза? — поднявшись по сброшенному вниз верёвочному трапу, дежурно перечислил он, с подозрением всмотревшись в лицо капитана судна.

Дхивалец! Точно дхивалец! Да и моряки не лучше. Он этих краснокожих обезьян за морскую милю чует! А значит, есть неплохие шансы, что добыча окажется стоящей. Большинство дхивальских собак — это пираты или контрабандисты. Честные моряки встречаются, но крайне редко. И в капитаны не лезут! Сидят себе в нижних чинах, драят палубу, кидают в топку уголь — только на это они и способны.

Сама мысль, что приличный почтенный великогартец будет подчиняться какой-то краснокожей макаке вызывала у Ирдала отторжение. Только эданские предатели на такое способны. Тяжёлая, но почётная доля белого человека — повелевать низшими расами, наставлять их на путь служения.

— Капитан Онхус, — представился дхивалец, — барк «Звезда Востока», порт приписки Нокас, компания «Вилод и сын». Везём груз вина из Нокаса в Сихим.

— Соседний барк тоже ваш? — уточнил лейтенант, слегка поскучнев.

Про компанию «Вилод и сын» он ничего не слышал, но если дхивальский пес не врёт, то конфисковать груз не получится. Вино — товар хороший, но военной контрабандой не является. А из метрополии пришёл строгий приказ не обострять отношения с Эданом.

— Нашей компании, — подтвердил капитан. — Груз тот же.

— Перт! Возьми шесть человек и проверь трюм. Хорошенько проверь! — Ирдал махнул рукой морским пехотинцам.

— Сделаем ласс лейтенант, — степенно кивнул опытный унтер, сделав знак подчинённым следовать за ним.

— Сколько человек на борту? — продолжил допрос лейтенант, лениво прохаживаясь по палубе.

— Одиннадцать человек.

— Всего одиннадцать? — удивился Ирдал. — Для такой махины парусов и двадцати человек будет мало.

— Хозяин — жадная свинья, — поморщившись, поведал капитан «Звезды». — Экономит на всём.

— Бывает, — лениво согласился Ирдал.

Его внимание привлекла черная точка в небесах. Весьма похоже, что это дирижабль. Наверное, один из воздушных патрулей или курьер с почтой. Хотя что-то слишком далеко на север его занесло.

Да неважно!

— Перт! Где ты там? — выждав несколько минут, бросил Ирдал, подойдя к откинутой вверх крышке трюма.

В ответ из глубины трюма донеслись тихие ругательства, а затем показался и пропавший унтер морских пехотинцев.

— Тут вино, ласс лейтенант. Трюмы забиты бочками с отличным эданским вином! Даже десяток небольших бочонков с «Хрустальной слезой» есть, — доложил он, хитро сверкая глазами.

— Что, пробу уже сняли? — понял Ирдал.

— Так ведь по капле. Только чтобы убедиться! — не стал отрицать опытный унтер. — К тому же в крайнем бочонке «Слезы» кто-то ловко проделал дыру. С той стороны, что ближе к борту. Там почитай двух третей уже нет, — нажаловался он.

Судя по довольной роже унтера и морских пехотинцев, каплей дело не ограничилось. Да и обычно пустые кожаные фляги на их ремнях подозрительно сильно отвешивались вниз. Но Ирдал решил не заострять на этом внимания. Не то место и время.

— Всё проверили? Больше ничего нет? — только и спросил он.

Отпускать столь жирную добычу лейтенанту не хотелось. Но вино — не тот груз из-за которого стоит ссориться с Эданом. Будь барк один, были бы варианты. Но исчезновение сразу двух «торговцев» скрыть сложно. Особенно если эти корабли впоследствии оказываются в одном из великогартских портов.

— Нашли! — бальзамом на душу лейтенанта внезапно донеслось из трюма. — Тут под парусиной ящики. Четыре штуки!

Два зачем-то задержавшихся в трюме морских пехотинца, выволокли на солнечный свет закутанный в парусину длинный ящик, подозрительно похожий на те, в котором перевозят оружие.

Сердце Ирдала радостно забилось. Глаза загорелись от возбуждения. А вот и повод! Не пришлось ничего придумывать.

— Что в ящике, почтенный? — не без злорадства поинтересовался он у капитана «Звезды».

— Не знаю, ласс лейтенант, — не моргнув глазом удивленно выдохнул почтенный Онхус.

Хороший актер или и правда не знает? Да неважно, решил для себя Ирдал. Сейчас важно лишь содержимое странной находки.

— Вскрыть! — быстро распорядился он.

В руках одного из морских пехотинцев появился небольшой абордажный топорик. Заколоченная крышка недолго сопротивлялась и сдалась, обнажив содержимое ящика. А оно радовало! Десять лоснящихся от смазки револьверных винтовок.

— Оружие! — Ирдал даже не пытался скрыть радость.

— Это для защиты от пиратов, — поняв, куда дует ветер, попытался сменить курс капитан «Звезды».

— Четыре ящика на одиннадцать человек экипажа? Не делайте из меня дурака, почтенный! — рявкнул Ирдал, погладив пальцами рукоять револьвера.

Судовладелец, да и капитан, о левом грузе, скорее всего, не в курсе. Это инициатива кого-то из команды. Попытка срубить немного деньжат на контрабанде. Но какая к преисподней разница? Теперь они в своём праве!

— За перевоз контрабанды военного назначения все ваши суда подлежат немедленному аресту, а груз — конфискации, — вынес свой вердикт Ирдал.

— А может, договоримся? — тихо предложил ему капитан «Звезды». — Пятьсот ктанов.

— Ты что, хочешь всучить взятку офицеру флота Его Королевского Величества⁈ Да тебя за это повесить мало, обезьяна дхивальская! — Не удержавшись, Ирдал отвесил капитану барка звонкую оплеуху, опрокинув на палубу.

Эта дхивальская рожа ему сразу не понравилась. Оскорбительным было не предложение, а предложенная сумма.

Пятьсот ктанов! Ха! Ищи дурака! Весь груз судна, перевозившего контрабанду, подлежит конфискации, как и само судно. И экипажу «Железнобокого» положен процент от реализации конфискованного.

Таможенные чиновники короны сделают всё, чтобы уменьшить окончательную сумму выплат. Эти жадные свиньи так и норовят влезть в карман честных мореходов! Но есть другой вариант, более прибыльный — отвезти контрабанду в близкий и гостеприимный Нильм. Там весь груз с удовольствием примут чиновники, но уже князя Норома, чтобы пустить его с молотка. Часть денег придется отдать местным чинушам и непосредственно в казну князя, но значительная часть, куда более жирная, чем в портах Великогартии или Компании Южных морей, достанется опять же команде «Железнобокого». А значит, и Ирдал получит своё. Вино всегда в цене. Два полностью груженых корабля, да сами корабли. Тут и на простого моряка выйдет не меньше трёх сотен. А его доля, как офицера, в три раза больше.

Конечно, решение, куда вести арестованные корабли, будет принимать капитан «Железнобокого». Но Ирдал ничуть не сомневался, какой вариант тот выберет.

— Перт! Арестовать команду и запереть в трюме, — распорядился он.

— В трюме? — выразительно дёрнув бровью унтер, намекая, что незачем держать экипаж так близко к столь желанному грузу. Откупоренные бочки явно не сами собой появились.

— Запереть команду на юте, — тут же поменял решение Ирдал. — Берешь шесть человек и остаешься на корабле. С «Железнобокого» сейчас прибудет призовая партия. Но смотри у меня, больше ни капли, — пригрозил лейтенант. — Пошалили и хватит! Праздновать будем в порту!

— Есть, праздновать в порту! — вытянулся унтер, стараясь не коситься на всё ещё открытый трюм.

— Да и вот что, — подумав, решил Ирдал. — Все бочонки с «Хрустальной слезой» немедленно перегрузить в шлюпку.

Слишком дорогое вино и большой соблазн, от которого простых моряков следует держать как можно дальше. Да и не почину им таким угощаться! Такое вино только адмиралам пить!

Будет чем похвастаться в Нильме, и отпраздновать удачу со скучающими офицерами и магами эскадры.

Наблюдая за пробивающимися сквозь лес мачт огнями Нильма, унтер-офицер Перт только тоскливо вздохнул. Оказаться в порту, но не иметь возможности сойти на берег — разве это не пытка после такого долгого патруля?

Фляга с вином несколько сглаживала настроение морского пехотинца. Но душа рвалась туда — к огням, веселью, продажным девкам и хорошей жратве, вместо надоевших сухарей, солонины и консервов.

Ничего, утром сдаст пост — и в порт, к шлюхам! С выпивкой, слава богам, всё и так в порядке. Всё согласно приказу лейтенанта Ирдала!

Он вновь приложился к фляге и понял, что та пуста.

К счастью, эта проблема решаема. Его молодцы быстро отыскали ещё одну «вскрытую» бочку. Не с «Хрустальной слезой» конечно, но эданские вина плохими не бывают. Особенно когда за них не приходится платить. Да и команда «Звезды» была настолько любезна, что в этот раз не просто просверлила бочку, но и установила деревянный краник, а не банальную затычку.

— Молодой, метнись в трюм, обнови, — распорядился Перт, всучив флягу вышагивающему по палубе безусому морскому пехотинцу. Одному из тех шести несчастных, что вынуждены скучать на борту конфискованного корабля, охраняя пленников и ценный груз.

— Так там же темно, — непонимающе хлопнул глазами его юный подчинённый.

— Фонарь возьми, дубина! — раздраженно рыкнул на него унтер. — И под ноги смотри! Свернёшь шею — я тебя убью! — пригрозил он.

Немного помедлив и с опаской покосившись на унтера, часовой снял один из фонарей и спустился в трюм. Несмотря на гул так и не заснувшего порта, Перт отлично слышал, как он ходит под палубой. Но затем звук шагов пропал и всё резко стихло.

— Молодой, ты где там? — позвал унтер, встав около распахнутого люка. В трюме стояла полная темнота — свет фонаря пропал, как и морской пехотинец.

Неужели и правда навернулся? — подумал Перт. — Дурак криворукий! Хорошо, что пожар не устроил!

— Молодой⁈ — вновь позвал Перт, внезапно почувствовав, что из темноты трюма за ним кто-то внимательно наблюдает. — Это не смешно! — добавил он, положив руку на рукоять висевшего на поясе револьвера.

Приглушённый смешок, донёсшийся в ответ, заставил унтера вздрогнуть.

Он хотел крикнуть, поднимая тревогу, но внезапно понял, что не может издать ни звука.

Черная магия! Колдун е… — ещё успело промелькнуть в голове Перта, прежде чем в руках появившийся из трюма тени сверкнул кривой нож.

Разделавшись с немногочисленной охраной, некогда шахарт Джагар Прим, а теперь всего лишь презираемый, недостойный имени михат инар на короткий миг остановился, посмотрев на сверкающий огнями порт. Впервые за долгое время на его лице поселилась весёлая улыбка.

Наконец-то! Эти несколько дней ожидания в одной из бочек были мучительнее последних лет!

Молодой князь не просто дал им возможность с честью умереть. Он практически воплотил в жизнь давнюю мечту. Великогартские крысы надолго запомнят эту ночь! Будут бояться каждого захваченного корабля.

Если смотреть со стороны, то план их временного господина казался безумием. Но Джагар знал, что это не безумие. Нет, не безумие! Расчёт, такой точный, что впору было заподозрить молодого князя в даре предвиденья. Гарн Вельк словно опытный шахматист не только выстраивал свои фигуры в нужную позицию, но и наперёд просчитывал все ходы великогартских крыс. Видел их, словно открытую книгу.

Это пугало и одновременно с этим восхищало.

За прожитые годы Джагар много где побывал и встречал разных людей: умных и дураков, хитрецов и тех, кто лишь считал себя таковым. Но эданец сбивал его с толку. Словно в молодую оболочку вселился кто-то древний, мудрый и способный видеть будущее.

Взять те же десять бочонков с «Хрустальной слезой». В девяти из них вино щедро разбавлено самым обычным сонным зельем. Тем, что можно найти у любого аптекаря.

Безвредная в общем-то штука. Знакомая и в Дхивале. Чаще всего это зелье используют при бессоннице или чтобы успокоить детей. Смешанное с вином оно вызывает лишь сонливость и лёгкую апатию, которую вполне можно списать на само вино, и всё так же совершенно не вредит здоровью. Но разбудить порядочно набравшегося человека станет той ещё задачей.

Что самое интересное, ни один самый тонко чувствующий яды артефакт, а у фольхов они нередко встречаются, не поднимет тревогу.

Ну а в том, что скучающие в порту офицеры флота, а значит и маги, не преминут напиться, отмечая успех одного из «охотников», можно не сомневаться.

Джагар вздохнул. Жаль, что нельзя дотянуться до магов. Но князь Вельк прав — отравив вино чем-то смертельным, они только повышали риск провала всей миссии. На корабле, который их захватил, явно продегустировали трофеи, прежде чем хвастаться ими перед другими офицерами. А смерть нескольких великогартских крыс — ничтожный успех.

Отогнав ненужные мысли, шахарт погибшего княжества и носитель меча мёртвого господина двинулся к корме. Ночь темна, но коротка. А сделана лишь половина дела — прикинувшись овцами, волки пробрались в центр стада. Впрочем, они не волки в центре стада овец. А скорее волки в пещере драконов.

Что может волк против дракона?

Но ночью драконы спят. Ночь — время волков.

— Чаю, Ваше Сиятельство? — предложил решивший подежурить этой ночью на мостике капитан «Веселого Толстяка».

После знакомства, у меня создалось впечатление, что дирижабль назвали в его честь.

Для фольха, происходившего из древнего рода (не чета всяким выскочкам), ласс Адаман Беган-Фрид оказался довольно приятным в общении человеком. Возможно, всему виной довольно слабый магический дар. Кажется, я говорил, что адепт в пятьдесят лет, это приговор. Адепт в сорок немногим лучше. А Адаман Беган-Фрид было не меньше сорока пяти, и он всё ещё пребывал на нижней ступеньки магической иерархии.

Будь он более сильным магом, да хотя бы подмастерьем, мог претендовать на мостик боевого дирижабля, а не какого-то «грузовоза».

Но ласс Беган-Фрид не унывал. Либо не показывал вида.

— Не откажусь, — согласился я, отрываясь от окуляра длинной, похожей на телескоп подзорной трубы, расположенной в носовой части мостика «Весёлого Толсяка».

Сколько летаю, ни разу не обращал внимания на эту штуку — а зря! Не скажу, что всё отлично видно, но с тем же биноклем, даже морским, не сравнить.

Яркая вспышка взрыва сверкнула в порту.

— Демоны! — забыв про чай, я приник к окуляру подзорной трубы и чуть не ослеп — вторая вспышка, ещё более мощная, чем первая, разорвала ночь, сделав ее на мгновение днём. В зареве пламени над портом вырос огромный, похожий на гриб столб дыма.

Это было завораживающе красиво и одновременно с этим страшно. И никакой магии! Только огонь, порох, земляное масло и несколько собранных в одном месте бочек с очень дорогой алхимической взрывчаткой. Той самой, что вместе с магией альвов поспособствовала моему возвращению в прошлое.

Эхо взрыва поднялось в небеса и долетело до нас густым, протяжным гулом. Мне показалось, или дирижабль даже слегка вздрогнул всем корпусом?

Протерев глаз, я вновь прильнул к окуляру подзорной трубы. Огненный дождь падал на стоявшие в порту корабли. И они вспыхивали, словно свечи. Парусники, пароходы броненосцы — дерева везде всё ещё хватает. Про паруса и говорить не стоит — горят лучше пороха. А есть ещё угольные склады. Да и боеприпасы для эскадры должны находиться где-то в порту.

Ветер яростно разносил пламя. Сумевшие поднять паруса уцелевшие корабли метались по бухте, сталкивались, тонули. Картина полнейшего хаоса. Новые взрывы на берегу и на воде были не такими яркими и потонули среди пожаров. Казалось, что в порту горит сама вода. Впрочем, добрая половина груза трюмов моих брандеров — это бочки с земляным маслом и огнесмесью, а оно не тонет в воде, растекается по ней тонкой плёнкой и отлично горит.

Дальше можно было не смотреть, не прошло и получаса, а весь порт превратился в один большой костёр. Более того, горящие обломки падали и на город, вызывая пожары уже там.

Я рассчитывал на многое, но такого эффекта не ожидал! Даже если большая часть магов города сейчас не валяется в плену пьяного сна, совладать с вышедшей из-под контроля стихией они смогут разве что к утру. А за это время от флота и порта мало что останется. Да и от большей части города, пожалуй, тоже.

Думаю, за сброшенные на восточный форт бомбы с отравой я с лихвой отплатил… главное, чтобы Великогартия узнала об этом как можно позже.