Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

Глава 19

На заре мы поднялись, наскоро перекусили оставшимся мясом, и направились на переговоры к соседним племенам.

- Ты хочешь с ними воевать? - с тревогой спросила меня Ида с утра.

- Нет. Поговорить. А вот если разговор не получится, то и припугнуть.

- Не понравится это Дае, - покачала головой подруга.

- А тебе самой по душе такая жизнь? Боятся? Прятаться?

- Нет, - Ида улыбнулась, - поэтому я и иду с тобой.

Мы шли со своими тиграми впереди, с нами рядом шагала Эна, показывала дорогу. Она хорошо ориентировалась в этой местности.

- Далеко до племени этих девушек? – указала я на пятерых молодок.

- Нет, мы и направляемся к ним, - ответила женщина, - они же хотят вернуться, - она поморщилась.

- Ты не хочешь?

- Мне некуда, - она замолчала, понурившись.

Злость, утихнувшая с вечера, опять забурлила в душе.

Мы прошли богатые на краски луга и вышли к лесу, западней от того места, где путешествовали с людоедами.

Кир и Ида отправились на охоту. Мы же отыскали симпатичную поляну, рядом с которой бежал весёлый ручеёк и расположились там. Детворы я насчитала девять человек. Самому маленькому едва исполнилось два года, старшему было около двенадцати, но мне судить сложно: малыши были сильно измождены.

- Ребятня, айда со мной, - окликнула я их, - Айя, Ная, Юна, помогите мне их вымыть.

Подруги кивнули, Юна подхватила на руки мальца и мы отправились к ручью. Солнце припекало, а значит, дети не простудятся. Почти все они бегали голышом, лишь у двоих старших были жалкие подобия набедренных повязок. Я вошла в воду, ведя за собой за руки девочку и мальчика лет пяти-шести. Поначалу детвора побаивалась, но потом они разыгрались и с удовольствием плюхались, брызгались и бултыхались в неглубоком, но достаточно широком ручье.

Послышался голос Кеи, нас звали обедать.

- Выбираемся на берег, - окликнула я подруг, которые тоже от души веселились в воде.

Добежали до стоянки, мокрые, замёрзшие и голодные. Сели греться возле костра. На нём уже поджаривалась чья-то аппетитная тушка.

Юна рассадила детей, ей вообще, как я заметила, нравилось возиться с ними.

- Скоро мы доберёмся до племени? – спросила я Эну, женщина держалась поближе ко мне. Пленницы вообще не очень охотно общались друг с другом.

- До захода солнца будем там, если сильно не задержимся.

- Понятно. Едим быстро, нам надо поторапливаться, - обратилась уже ко всем.

Мясо дожарилось и все активно заработали челюстями. Быстро поели, затушили костёр и отправились в путь.

По дороге смотрела, что за флора здесь растёт. Пока ничего интересного не попадалось. Всё те же пальмы, папоротники, гинкго. Пышные кустарники вытянулись почти с наш рост. Тигры исчезли в зарослях, отправились на охоту. Я беспокойно оглянулась, не потерялись бы.

- Не переживай, - заметил мой взгляд Кир, - они нас найдут.

Скоро дети притомились и их пришлось взять на руки. Вернулись тигры, как раз вовремя. Я ссадила малыша лет пяти на спину Гая, проверила, как ведёт себя тигр с ребёнком. Но он только обернулся и спокойно пошёл дальше. Скоро все дети разместилась на спинах зверей, от души наслаждаясь новым аттракционом. Как мало им надо для счастья!

Мы шли рядом, чтобы никто из юных наездников не соскользнул со спины заеря.

Над нами покачивались ветви на слабом ветру, словно желая удачного пути, порхали большекрылые бабочки, изредка пробегали осторожные, маленькие компсогнаты. Почуяв больших кошек, ящеры моментально скрывались из вида. Растения тут немного отличались от растущих возле нашего селения, деревья были не столь высоки. Словно их высадили не так давно.

- Смотрите, что это? - закричала девочка.

Обернувшись, я ахнула. Мы шли мимо рощи хлебных деревьев или джекфрутов. Удача явно сегодня на нашей стороне! Таких три высадить возле деревни и голод нам не страшен. Большие плоды, похожие на дыни можно есть сырыми, жарить, запекать в костре, сушить на солнце и хранить несколько месяцев.

Раскидистые кроны с перистыми листьями, взметнули ветви высоко к небу так, что не добраться. Но нам туда и не надо. Плоды джекфрута растут прямо на стволах, похоже, как будто их просто привязали верёвкой.

Я подошла к первому дереву:

- Кир, подсади меня. Надо нарвать плодов.

- Они станут плохими завтра, - поморщился мужчина.

- Это если собрать спелые. Нам же нужны зелёные. Такие дозреют в пути.

Кир с сомнением посмотрел на меня, но подошёл помочь. В одном таком фрукте до пятисот семян. Если прорастёт хоть зёрнышко, никакая осада нам не страшна. Джекфрут плодоносит почти круглый год. Сиди себе за забором, ешь вкусные плоды. Красота.

Мы надёргали несколько «дынек». Я передала их подругам:

- Берегите их. Они очень нам пригодятся,- напутствовала женщин. Один всё-таки, понесла сама. Мало ли, что случится в пути.

Старший мальчик слез со спины Рэя и, как обезьянка взобрался на дерево, скинул нам три спелых, больших плода. Кир разделил его детям, потом уже всем остальным. Мы с удовольствием полакомились сладковатой мякотью.

Лес немного поредел, появились чётко протоптанные тропинки.

- Уже близко? – спросила я Эну.

- Да. Скоро придём.

Интересно, тут как объявляют о мирных переговорах? Я сорвала по пути большой белый цветок. Не флаг, конечно, но может мой посыл будет понятен аборигенам? Никто ведь не ходит воевать с цветами.

Минут через пятнадцать вышли к высокому частоколу. Вперёд выбежали молоденькие пленницы:

- Здесь мы живём! Дом! – Наперебой затараторили они.

- Погодите радоваться, - осадила я их, - поговорим сначала с вашим вождём. Вы можете его позвать? К своим он выйдет охотнее.

- Шан! – заголосили они разом так, что нам пришлось прикрыть уши. – Это мы!

В щелях изгороди виднелись чьи-то любопытные глаза, но открывать ворота нам не спешили. Я махнула цветком.

- Шан! – ещё громче закричали девицы.

Наконец, створка распахнулась и к нам вышли вооружённые до зубов мужчины, с копьями и ножами наперевес.

- Вы собираетесь воевать с женщинами? – усмехнулась я, глядя на них.

Воины растерянно оглянулись на пожилого вождя, что шествовал позади. Тот кивнул, и оружие опустили.

Тигров предусмотрительно спрятали за спинами людей, чтобы их не видели. А то ведь могут и не открыть. Бегай потом вокруг забора.

- Что тебе надо? – Надменно спросил вождь. Высокий, седовласый мужчина с неприятным взглядом. Прямо, папа Римский, африканского розлива.

- Мы привели ваших девушек, - указала я на бывших пленниц. Хотя он и сам их давно разглядел.

Вождь пожевал губами:

- Зачем? Они могут носить детей людоедов, - лицо его приняло брезгливое выражение.

- Нет. Людоеды их не тронули. Берегли для вождя, - пришлось врать, а что делать.

- Я этого не знаю, - мужик явно собрался уходить.

- Шан! Постой! – остановила его, - ведь там их дом. Прими их, ручаюсь, что людоеды не тронули их.

- Ты тоже была их пленницей? – вождь сощурив глаза, смотрел в упор.

- Да, полдня. Но потом мы их всех убили.

Крик изумления вырвался из уст вождя:

- Не лги, женщина! Разве вы способны одолеть людоедов?!

- Выходит, да. Мы же здесь, - я спокойно стояла рядом с нервничающими девушками.

Вождь обернулся к своим, словно ища совета. Воины лишь удивлённо переглядывались.

- Как ты можешь это доказать? – спросил Шан.

- Слушай, если ты ждёшь, что мы принесём вам их головы на палках, то, скажу тебе это невозможно. Они воняют. Людоеды и при жизни смердели, как куча навоза, а мёртвые и подавно. Таскать за собой такие трофеи очень неприятно, знаешь ли. Но вот с нами все их пленницы и часть из моего племени, они подтвердят все слова.

- Слово женщины, - начал чванливо Шан.

- Ничем не отличается от мужского, - злобно оборвала я. – Ты возьмёшь ваших дочерей назад? Да или нет?

Девушки задрожали, как осиновые листы, глаза наполнились слезами.

- Нет, - издевательски скривился Шан, - они были у людоедов.

- Хорошо, - я подошла поближе и что есть сил закричала. – Женщины! Кто меня слышит! Вы можете пойти с нами. В наше племя. Мы те, кого изгнали мужчины. Но мы выжили. И вас научим охотиться, драться, добывать еду и строить хижины наравне с мужчинами. Мы победили людоедов и убили их всех! И вас защитим от ваших отцов и мужей.

Повисла гробовая тишина. Воины ошалело хлопали глазами, не зная, что предпринять. Шан раскрывал рот, как рыба выброшенная на берег.

- Убить её! - он, наконец, пришёл в себя.

До этого скрывавшиеся в густых джунглях Кир и мои тигры, шагнули вперед, выходя из тени деревьев.

Гай подошёл ко мне, угрожающе зарычал, наклонив вниз лобастую голову, его пасть страшно ощерилась, демонстрируя острые клыки. Шан и его воины ошалело выпучили глаза, было заметно, что они изрядно струхнули, и потому не сразу подняли копья.

- Я бы не спешила на вашем месте, - указала на оружие.

Мужчины без колебаний опустили наконечники к земле.

- Теперь ты мне веришь? – подошла почти вплотную к вождю.

Тут из распахнутой калитки выбежала девушка и кубарем покатилась мне под ноги:

- Я пойду с тобой! Возьми меня! – она обняла мои колени, трясясь от страха.

- Как тебя зовут? – наклонилась к ней.

- Чия, - девушка не отпускала моих ног.

Без резких движений оторвала её руки от себя, кивнула Кее, и та подняла её на ноги.

- Ступай с Кеей, - мягко сказала Чие, - мы возьмём тебя с собой. Ничего не бойся.

Кивнув, девушка покорно пошла за подругой.

- Это моя дочь! – глаза вождя метали молнии, - ты не можешь забрать её!

- Могу. И заберу. Как и всех остальных, кто захочет.

Вперёд вышли мои соплеменницы, держа в руках копья, раскручивая пращи.

- Мы не желаем войны. Но если вы обращаетесь со своими матерями, дочерями и жёнами, как с ненужной вещью, заберём всех.

Бочком из деревни прошмыгнули ещё две женщины и затерялись среди наших рядов. Следом выбежали ещё пятеро.

Вождь зарычал не хуже моих тигров:

- Закрыть ворота!

Воины мигом захлопнули створку, подперев её снаружи.

- Мы придём, - зашипел он, словно разъярённая кобра, - и убьём вас всех.

- Дерзайте, - отсалютовала я ему, - будем ждать. Эй, кто ещё захочет к нам, - крикнула снова, - идите, - обернулась на Иду, ведь ориентиров не знаю.

- К реке, - подсказала та.

- Идите к реке, - проорала я, - найдёте там огромные заросли жгучей травы, это и есть наша деревня.

Вождь скрылся за воротами, пинками подгоняя воинов.

- Счастливо оставаться, - крикнула ему в спину, - мы ещё вернёмся за вашими женщинами.

Ворота с треском захлопнулись. А я предвкушающе усмехнулась.