Неправильный попаданец 3

Глава 21

— Ясен-красен, вернул жизнь, — тяжело выдохнул я, пользуясь общей заминкой, споро пополняя запас сил и щита. В последнем осталось меньше десятка капель. — Причём, прошу заметить, сделал это бесплатно и по своей воле. Но предвижу ваши вопросы и говорю сразу: это была бесплатная акция. Аттракцион невиданной щедрости. Далее — только за деньги.

— И сколько ты хочешь, алчный человек? Сколько надо килограмм золота за одного живого орка?

— Вы меня неправильно поняли, уважаемый Ёрт, — я заполнил все резервы, восстановил щиты и, подняв один из перевёрнутых стульев, сел. — Мне это золото — как собаке пятая нога. Я уже сказал, что мне надо! Мне надо попасть на ваше собрание всех планет — Великую Сходку? Вот туда мне и надо!

— Ты очень не вовремя — сходка была месяц назад. Так что это теперь будет не скоро. Я предлагаю десять килограмм чистейшего золота за одного орка.

— Да хоть двадцать и алмазов! Устрой мне встречу с правителем вашей планеты! Надо собрать внеочередную вашу сходку! — тупость орка начинала бесить.

— Я могу и силой тебя заставить! — орк поудобнее перехватил меч.

— Отец! — раздался голос Ёку́на, сына мэра. — Нам нельзя становиться живыми!

— Устами младенца глаголет истина, — я картинно поаплодировал. — Ваш сын мыслит в корень.

— Великое пекло… — мэр схватился за голову и тоже сел — только на стол. — Я же забыл, в каком положении наша планета.

— Вот и я в шоке от положения вашей планеты. Вечные дозорные — чудесно устроились другие планеты, однако. Так вы им ещё и жрачку даёте. Там вообще берега потеряли? — меня распирал праведный гнев.

— Но что же тогда ты хочешь предложить? И внеочередных сходок не было после стабилизации ситуации с машинами, — на скелета было жалко смотреть, он чуть не плакал.

А вот его сын, напротив, ползал по полу, подбирал еду и смаковал её. Каждый укус — он закатывал глаза, мелко трясся и блаженно постанывал.

— Веди меня к вашему правителю, — подмигнул я орку. — Будем исправлять несправедливое положение вашей планеты.

Сразу мы не отправились — мне нужно было разобраться с моими живыми зелёными друзьями. Они стояли кучкой, опустив головы и шаркая ножками. Больше всех волновался Ферлингх — ведь он уже косячил, когда я наделял даром Серкача.

— Ну что, братцы-кролики, прикажете с вами делать? Косяк, однако, — обратился я к оркам, пока скелет-отец ощупывал живого сына.

— Инстинкты в нас сильнее здравого смысла! — ответил за них Ёрт. — Не вини их, они ещё совсем молоды.

— И ты хочешь, чтобы я доверял им свою жизнь? — я вскинул бровь, глядя поочерёдно на каждого собравшегося.

— Простите нас, — шмыгнула Кантра носом. — Не убивайте и не лишайте братьев силы. Пожалуйста.

— Боюсь, — я сделал картинную паузу, а Кантра пустила слезу, — наши дорожки с вами теперь разойдутся. Здесь много миров, и, я так понимаю, есть ещё миры орков. — Ёрт кивнул. — Довериться вам ещё раз у меня нет никакого желания. Живите, как умеете.

Я достал из «холодильника» кошель, который мне вручил княжич Бестужев, и отдал его Кантре.

— Здесь не много, но, думаю, на первое время вам хватит, — безэмоционально произнёс я.

Что-то ещё говорить не имело смысла. Кантра тихонько плакала, а остальные орки с сожалением смотрели мне в спину. Может, и стоило их простить — а потом умереть от их глупости. Но я и так привязался ко многим за последнее время. И уже получил нож в спину от женщины, которая носит моё дитя. Ждать удара и от них я не хочу. Убивать их особо не за что. Пускай живут. Так будет лучше.

Орки провожали меня до самого портала, а я так ни разу и не обернулся.

Наша маленькая делегация прошла через местный стационарный портал. Выскочили мы на огромной площади. Вот теперь я очень сильно был удивлён. Тысячи и тысячи разумной и неагрессивной нежити сновали во все стороны. Костяки, полуразвалившиеся и почти целые орки бегали по огромной площади. Некоторые даже перевязывали участки тела верёвками, другие носили тесную одежду. Но были и те, кто принимал себя такими, какими они есть.

Сама архитектура и в целом внешний вид города внушали уважение. Брусчатка, огромная площадь. На ней были участки с зелёной травой и деревьями. Стояли беседки и лавочки. В центре был огромный фонтан. Такого я даже представить себе не мог. Он был многоярусный, изображавший сцены сражений. Сотни существ в полную величину были скованы навеки камнем.

Мы двинулись по площади в неизвестном мне направлении, а я, как маленький, любовался окружающим. Вот вроде побывал уже в десятках миров, а удивляться не перестаю. Но тут действительно есть чему удивляться. И дело не в масштабах и архитектуре. А в самой сути.

Нежить, которая не потеряла волю к жизни. Нежить, которая пашет поля. Нежить, которая защищает живые планеты, отдавая себя без остатка. И при всём при этом верит во что-то, радуется фонтанам. Сидит на лавочках и нежится на солнце. Звучит как абсурд, но это так. За две тысячи лет войны и пребывания в состоянии нежити они ещё помнят, что такое быть живыми.

Постепенно на горизонте начала возвышаться первая исполинская постройка. Этажи я даже не стал считать — явно больше двадцати. При этом, судя по окнам, каждый этаж был не меньше пяти метров высотой. Здание было облицовано ядовито-красным кирпичом. При этом фасад не был плоским и гладким: его украшали колонны и барельефы, выступали вперёд балконы. Десятки башенных шпилей — какие-то выпирали вперёд, а какие-то были утоплены внутрь здания.

Уже подходя к этому чуду инженерной мысли, можно было разглядеть справа и слева высотки домов. Они тоже были выполнены в непривычных для меня архитектурных решениях, но выглядели красиво и величественно.

— Сколько же вас на планете? — спросил я у Ёрта.

— Число постоянно меняется, — ответил мэр. — К нам присылают постоянно пополнение. Сейчас в столице живёт около десяти миллионов орков. На всей планете — около миллиарда.

Миллиарда. Карл, миллиард мертвецов! И это только одна из планет нежити.

— На остальных планетах такая же ситуация? — спросил я, отойдя от шока.

— Мы самая густонаселённая планета, — покачал орк головой. — Среди живых часто идут междоусобные войны. Есть даже одна планета с населением в двести тысяч. Я даже не знаю, зачем они нам и что там за существа такие.

— Никогда не было интересно? — вскинул я брови.

— А что мне на них смотреть? Мы защитники. Говорят, это прямоходящие лягушки. Очень воинственные — их бы страсть да в наше русло.

— И что, ни одной лягушки среди нежити нет? — как-то странно это всё начинало пахнуть.

— Нет! Но точно знаю, что есть ещё планеты с такими существами, — орк начал уставать от моих вопросов. — Это всё политика. Тебе на эти вопросы лучше ответит наш правитель. Его зовут Плевр — правитель и представитель планеты Зару́ма.

До самого входа в здание правительства планеты мы молчали. А я? А что я? Смотрел, думал и анализировал: как сдвинуть с места такую машину и в какое русло её толкнуть.

Внутри меня ждало множество изумлений. Во-первых, были пункты досмотра. Совершенно непонятно зачем, но нас просканировал какой-то орк-маг. Сам он был на удивление очень целым, хотя и нежить. После чего Ёрт показал какие-то бумаги, отметился в журнале и, развернувшись, сообщил мне:

— Нас записали на приём. Через два с половиной месяца.

— Чё мля⁈ — видимо, я сказал это громче, чем положено: вокруг нас замерло множество неживых и уставились на меня. — Какие, нафиг, месяцы? Тут дело мирового масштаба!

— Будьте добры, не создавайте панику, — обратился ко мне маг. — Иначе нам придётся силой вывести вас из здания.

— Ёрт? — перевёл я бешеный взгляд на мэра. — Надо подключать связи или что-то делать. Надо к правителю! Срочно!

— Не кричи! — строго шикнул на меня скелет. — Живых тут не любят. Радуйся, что хотя бы так, а не отправили в пекло.

— Ты вообще указал причину нашего появления?

— Если я такое озвучу, — Ёрт отвёл меня в сторону, — меня отправят на передовую, где я и дня не проживу.

— Объяснись! — прищурился я.

— Что говорить? Тебе мой сын пророчество вон зачитывал! Хотя в него никто не верит, но многие надеются.

— На что можно надеяться? Там пророчество — бред сивой кобылы!

— Не совсем так, — Ёрт потихоньку выводил меня из здания правительства. — Многие верят, что придёт бог и вернёт всем жизни. Но тогда некому будет воевать с машинами. Поэтому в правительстве не любят живых. Тут стоят маги из других миров — живые! Они под иллюзиями, я это случайно узнал, — зашептал орк мне на ухо уже на улице. — Они следят за всем, что происходит на планете, и в случае чего…

— Зашибись! Тайны, интриги, расследования, — выдал я в сердцах.

— Не хочу вмешиваться, как и в целом разговаривать с вами, — раздался в голове голос Николая Семёновича. — Но за нами слежка, и нас уже трижды просканировали.

— Ещё лучше! А почему это почувствовал ты, а не я?

— Ни тебе «здрасьте, Николай Семёнович», ни тебе «как здоровье, Николай Семёнович», ни «крепкого здоровьица вам, Николай Семёнович». А я, между прочим, личность! Ещё и пострадавшая личность!

— Николай Семёнович, давайте без драматизма. Я, конечно, накосячил, но починить вас — дело двух секунд. А мой вопрос так и остался без ответа.

— Я сам себя уже починил. А ответ прост: я от природы очень внимательный!

Сеанс связи оборвался на грубой ноте — видимо, ещё обижается. Но безусый прав: теперь и я чувствовал на себе немало взглядов.

— За нами слежка! — тихо обронил я скелету, а тот, как болванчик, заозирался по сторонам.

— Да не крутись ты, костяк безмозглый. Спугнёшь!

— Как же быть? — перепугано заголосил костяк. — Что теперь делать? Сына убьют! Меня на передовую! А как же город? Я правлю им две тысячи лет!

— М-да, ценности у вас, конечно… Город… Погоди, ты же говорил, что нежить держит нормальную оборону, а потом сказал, что на передовой и дня не протянешь. Не вяжется.

— Нежить можно уничтожить — сложно, но можно. И потери у нас есть. Но благодаря поставкам с других планет мы перекрываем эти потери. Но если надо избавиться от неугодного, это делается очень легко.

— Всё как и везде. Так, друг мой, нам надо прогуляться, а затем найти какое-нибудь тихое и укромное местечко.

— Где нас тихо и укромно уничтожат, — обречённо буркнул скелет.

— Почти. Там будем мы укромно резать оркам глотки. А за сына не переживай: если его на атомы не разберут, верну его к жизни — как и тебя.

— Если… — ответил орк лишь одно слово.

А я задумался.

Вообще какой-то очень странный и пессимистичный народ. Ну и, конечно, со своими интригами. Оно так всегда: приезжаешь в чужую страну — всё так прекрасно, красиво и хорошо. Но стоит там пожить какое-то время, желательно годик, как всё встаёт на свои места. Ты больше не смотришь на страну как на диковинку, а видишь уже её начинку. А как часто бывает? Начинка — говно, зато обёртка… Ммм…

Так и с этими чёртовыми орками. Да и не в них, получается, дело. Чует моя жопа — всё тут совсем не просто. Глупых и наивных орков используют, причём в крайне извращённой и грубой форме. Какая-то планета Квакеров с крошечным населением диктует условия — пускай и не самолично. Да и отсутствие лягух на передовой тоже о многом говорит.

Гуляли мы до самых сумерек: заглядывали в различные лавки и магазины, парки и музеи. В общем, провели мне целую экскурсию. Из запоминающегося, конечно же, был музей. Смотреть на историю орков в разрезе было любопытно до слёз. Вся их история разделена на «до» и «после».

Картины и книги, музыка и одежда, косметика и прочее — всё это осталось в далёком прошлом. Даже косметика ушла из их обихода: зачем она, если проще себя удерживать магией? Но наводило тоску иное: орки перестали творить. Оказывается, до становления нежити орки были неплохие скульпторы и живописцы. В целом по зданиям это заметно. За последние две тысячи лет практически ничего не появилось нового. Эпоха застоя.

Да и это неудивительно. Население не растёт естественным путём. Нет развития поколений, нет стремлений и спешки. Зачем что-то выдумывать сейчас, если ты бессмертен? Не для кого оставлять шедевры — потомства не будет. Некому писать баллады и поэмы, некого радовать красивыми нарядами и новыми духами.

Я смотрел на это с тоской и грустью. И чем больше смотрел, тем больше укреплялся в мысли: местным балом правит плохиш. И его надо отшлёпать — причём в грубой и извращённой форме.

Чем меньше становилось орков на улицах и чем дальше мы отходили от центра, тем больше нервничал Ёрт. Первое время я ещё умудрялся сдерживать его порывы обернуться, но в какой-то момент не уследил. Преследователи и раньше догадывались, что их засекли: мы уже изрядно отошли от телепорта. Ну а теперь они точно понимали — мы ведём их в тихое место.

Причём после этой догадки они сделали единственно верное решение в их ситуации: вызвали себе подкрепление. Ведь ненормально, когда мышка ведёт себя как кошка. Значит, надо подстраховаться и позвать собачку. Таракан в моей голове очень нервничал. Он отменил временно бойкот и активно просил меня свалить подальше отсюда.

Этот прохиндей научил меня посылать волну голубоватой силы. Она создавала нечто сродни эхолоту — давала понимать, что происходит вокруг меня. Причём эхолот был очень любопытный и настраиваемый. Нас преследовало и окружало по меньшей мере пятьдесят различных существ. Причём глазами я видел не больше двух десятков.

Любопытным было ещё то, что половина, если не больше, из них были живыми! Собственно, это не удивляло — но очень подстёгивало. А вот об их силе можно было лишь строить догадки.

Наконец мне окончательно наскучили эти кошки-мышки. Выбрав одну из узеньких улочек, я остановился, чуть пройдя по ней. Преследователи немного не ожидали — один чуть не врезался в меня, спешно повернув на улицу встречи. А десяток шедших впереди ещё долго возвращались обратно.

— Ну таки здрасьте! — выдал я, уперев руки в боки. — Танцы сразу начнутся? Или вначале пококетничаем?

Что мои спутники, что преследователи немного растерялись. Первых потряхивало — они нервно озирались (ну и орки!). А вторые просто были шокированы моей наглостью.

— Мы, это… — замялся преследовавший меня орк. — Ну надо это…

— Болеешь? Витаминку? — я похлопал по лбу орка. Сцук, он живой — самый живой орк из всех живых!

— Вам надо проследовать за нами! — наконец взял себя в руки собеседник.

— Кому надо? — решил я уточнить.

— Вам надо! — уже твёрже кивнул орк.

— Враньё! Нам не надо! Кто такое сказал? — я был непреклонен, но не груб.

— Мой начальник, — засомневался в своих словах орк.

— Ну если ему надо, пусть приходит. У нас дела с моими друзьями. Мы ещё в кафе не были. Кушать хочется — не подскажите приличный ресторан поблизости?

— Поблизости нет, отсюда пять километров, там очень вкус…

— Заткнись, дебил! — прошипел, подходя, здоровенный орк.

— Здрасьте, очень приятно, я Толя, — я спешно подскочил к новому действующему лицу и протянул руку.

Первый орк окончательно стушевался и даже побледнел настолько, что магия иллюзии уже не справлялась. Новое действующее лицо брезгливо осмотрело меня и протянутую руку. Пожнимать не стал — лишь сплюнул мне под ноги. Ну так тоже пойдёт: у нежити слюны нет. Я широко улыбнулся, а орк, кажется, понял свою оплошность — и стал ещё злее.

— Так что там насчёт ресторана? — меня всё это крайне нервировало. — Проводите? Это, я так понимаю, у вас эскорт для всех гостей такой?

— Сам пойдёшь? — скривился здоровенный орк. — Или тебя нести придётся?

— Только если в паланкине понесете, — подмигнул я грубияну. — Тесный мужской контакт я недолюбливаю. А так могу и сам — если мы в ресторан.

Похоже, мои шутки наскучили орку. Я не был полностью готов, поэтому сдвинуться в сторону не успевал. Но щиты всегда при мне — причём резерв опять подрос: почти семь сотен капель в щитах.

Кулак с ошеломительным и оглушительным хрустом разлетелся в кровавую кашу о мой нос.

Орк взвыл похлеще карательной сирены. Всё произошло безумно быстро. Скорость феноменальная — а главное, я понял: Ёрт в подмётки не годится местным силовикам. На удивление остальные орки даже с места не сдвинулись. Надо отметить, что с меня слетело тридцать капель — и это голыми руками, одним ударом! Учитывая, что шаман Ёрта заклинанием сбил столько же, впереди меня ждёт веселье. Кто же вы такие?

— Ребята! — я шуточно погрозил пальчиком. — Давайте жить дружно!