Неправильный попаданец 3

Глава 10

«Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться». Не помню, кто сказал, но как же верно… Вот кто меня дёрнул за язык упомянуть, что разлом знакомый? Да даже если бы он и был знакомым на самом деле! Оранжевый разлом я видел всего раз, а его обитателей — дважды. И первый контакт, как водится, вышел болезненным.

Тогда из него в центральном мире вылезла целая рота разведчиков армии машин — роботы с бластерами. Я, в общем-то, был морально готов к ним. Но, мать его, чужие — это уже перебор.

Ужас ситуации заключался в том, что Ферлингх умудрялся выкашивать их поголовье с поразительной скоростью. Стрелял метко, мгновенно переключаясь с цели на цель. Перевёл автомат на двойной выстрел и работал по тварям так, будто всю жизнь служил в спецназе.

Но твари оказались живучими. Редко, но орк промахивался. Подраненные или целые, они подбирались к нам. В эти моменты в дело вступал я — раскидывал гнилостные сгустки, укладывая тварей. Живых (у нас их было двое) мы близко к кислотным монстрам не подпускали. Хотя Серкач рвался в бой — брат (он же мой слуга) что-то ему сказал, и тот остыл.

Первая проблема возникла, когда орк попытался сменить магазин. Я-то забыл показать ему, как это делается! Сначала он несколько раз нажал на спуск — предсказуемо последовали пустые щелчки. Орк ошарашенно уставился на оружие, потом перевёл тревожный взгляд на меня.

— Сломал? — наигранно покачал я головой.

Орк понял буквально — и побледнел. Бледный орк — это нечто!

— Ты же, мать его, маг! Стреляй магией, блин!

Орк замешкался, долго приноравливался, но всё-таки продолжил отстрел. Жаль, паузы между выстрелами выходили ощутимые — бойцам ближнего боя пришлось лезть в самую гущу схватки.

Я тоже не отставал — стрелял, хоть в первые мгновения и оказался на острие атаки. Пришлось срочно вкачать две капли силы в ноги, чтобы отпрыгнуть вбок.

Чужой нёсся на меня, округло выставив голову, дико шипя и разбрызгивая слюну. В голове тут же вспыхнула картина: тело Петруши и мой первый кислотный плевок. Я нервно хихикнул.

Но смеяться быстро расхотелось. Я споткнулся обо что-то, потерял равновесие и неловко взмахнул руками. В прыжке промахнулся по наседающему монстру — и покатился кубарем по пыльной дороге. В голове уже вспыхнула картина: тварь настигает меня и нанизывает на свой хвост, как сочный кусок шашлыка…

Но Харил спас положение. Он принял чужого на себя — взмахнул увесистым мечом и разрубил тварь пополам. Кислота брызнула во все стороны, окропив и мечника. Орк лишь брезгливо стряхнул слизь на землю — будто это сущий пустяк. Меч зашипел, задымился, придав Харилу по-настоящему грозный вид.

На этом везение иссякло. Я на пятой точке отполз к стене дома — оставаться без прикрытия было смерти подобно даже для меня. И пока полз (чёрт возьми, исключительно на заднице — оказалось дьявольски сложно!), не прекращал прицельно отстреливаться, метко швыряя зелёную слизь в атакующих.

Харил попытался повторить трюк с расчленением, но твари оказались не так просты: учились на ходу. Скотина в последний момент подпрыгнула, изящно перекувырнулась в воздухе и перемахнула через воина. Приземлилась позади него — и тут же пронзила Харила в трёх местах быстрыми, точными ударами хвоста.

Орк будто и не заметил новых отверстий в своём теле. Обратным движением клинка за спиной отсёк хвост твари. Кислота — кровь этих созданий — ошпарила спину, но Харил и бровью не повёл. Перекатом ушёл вбок — а чужой уже занял его место, яростно шипя.

— Хватит тут брызгаться! — рявкнул я и выстрелил силой. Пол-капли хватило: существо отправилось к праотцам.

Несколько чужих прорвались ко мне — мимо Харила, который в тот момент сражался сразу с тремя противниками. Орк одолел одного, взялся за второго, а потом сцепился с третьей тварью. Они буквально обнялись, как старые друзья. Вот только Харил явно не жаждал этих объятий — и пронзил «друга» насквозь здоровенным тесаком.

Инородный предмет в теле слегка расстроил чужого. Тварь обиженно зашипела и попыталась откусить моему слуге голову. Но вместо этого получила мощный удар лбом — и они покатились кубарем, исчезнув из моего поля зрения.

А вот трое хищников разом кинулись на Кагана и Кантру. Оба орка орудовали палицами — вроде шестоперов, — ловко и даже с какой-то грацией. Но скорости им отчаянно не хватало.

Двоих первых тварей они пропустили над собой, а третью синхронно приложили шестоперами по голове. Брызнула слизь, чужого перевернуло в воздухе. Орки молниеносно отпрыгнули в стороны, уворачиваясь от следующей пары тварей. Теперь каждый взял себе по противнику…

Но тот, кого они «приголубили» чуть раньше, и не подумал отправляться в мир иной.

Он уже прицелился в голову Кантры. Пришлось стрелять.

Башка твари разлетелась в клочья, обдав орчанку кислотным фонтаном. Кантра взвизгнула — не от боли, а от неожиданности. И тут же поплатилась за оплошность: трубчатый язык твари вонзился в грудь, пробив её насквозь.

Кантра глянула на рану, прищурилась — и с размаху врезала шестопером по твари. Башка с хрустом отделилась от тела: шея у существа оказалась на диво тонкой.

Теперь орчанка стала счастливой обладательницей «медальона» фирмы «Аля-чужой-без-стразов». Оценивающе оглядела новое «украшение», скептически хмыкнула — видимо, дизайн не впечатлил. Резким движением выдернула голову из своей груди и отбросила прочь.

Каган такими боевыми навыками похвастаться не мог. Он едва успевал отбиваться от непрерывных атак. Пришлось вмешаться — и это стало ошибкой. Взорвавшаяся голова обдала лицо орка кислотой. Каган схватился за лицо руками и рухнул на колени — судя по всему, кислота выжгла ему глаза.

Я мысленно обложил себя последними словами, но что толку? Изменить уже ничего нельзя. Продолжил отстрел.

Одна из тварей просекла, кто именно отправил на тот свет её товарок. Бросила на меня взгляд — полный нескрываемой злобы — и ловко отпрыгнула от моего гнилостного сгустка. Заинтересованно покосилась на шипящую у её ног субстанцию, а потом вновь уставилась на меня — с явным намерением расквитаться.

— Сучка крашенная! — вырвалось у меня. Выстрелил ещё раз.

Почему я решил, что это сучка? А кем ещё она могла быть? Зараза умудрилась увернуться от трёх плевков. Но когда до твари осталось пять метров и она прыгнула, моё сердце от ужаса пропустило удар а потом просто упало в пятки. Резервуар не успевал пополняться — я был пуст и просто смотрел в раскрытую пасть которая была всё ближе и ближе и ближе… время словно замедлило свой ход в последний миг перед смертью.

И только тогда Ферлингх начал отстреливать тварей магией. до этого видимо у него были проблемы. или силы закончились или ещё чего- не следил не знаю. Раздался громкий хлопок — громче, чем ожидалось. Тварь дёрнулась вбок и в двух метрах от меня впечаталась башкой в стену. В голове зияла дыра с кулак.

Я показал Ферлингху большой палец судорожно выдохнул, сглотнул, пытаясь промочить пересохшее горло и продолжил своё нелёгкое дело — геноцид черных зубастиков. Пока я упражнялся в меткости, на Кантру навалились сразу два чужих. Её раздирали на куски — она рычала, пытаясь успеть за всеми. Каган, ослепший полностью или частично, махал дубиной без разбора, постоянно пропуская удары и выпады противника. Такими темпами через этого орка можно будет макароны промывать как через друшлаг.

Я попытался вести отстрел, но мои орки двигались совершенно непредсказуемо. Плюс на меня снова нацелились две чёрные зубастые рожи.

Серкач не выдержал. Сорвался с места с безумной скоростью — я даже не знал, что так можно! Вот он стоит возле Ферлингха, а вот уже у Кантры — прямо на месте чужого. Тот в тот же миг разлетается ошметками о стену избы, которая слегка кренится. Раздаются два оглушительных хлопка.

— Почему мы этого парня держали в резерве? — спросил я вслух, но никто не услышал.

На меня неслись две твари — явно тупее предшественницы. «Самцы», — смекнул я. Два выстрела: один в молоко. Второй раненый покатился по земле. Третий выстрел — опять мимо. Да что со мной не так⁈ Руки дрожали — слишком много энергии проходило через тело? Нет! Просто тело не выдерживало. Инсульт, нервы сдают… Две капли в мозг.

Вот оно что, Михалыч! — картинка сразу стала чётче.

Руки замерли в одной позиции — и два выстрела прошили чужих в десятке метров от меня.

Серкач носился между домами, не задерживаясь ни на секунду. Его могучие удары отправляли тварей в полёт, а на срубах домов оставались кровавые «фотообои» — зелено-чёрные лепёхи. Орк, можно сказать, вносил свежую струю в местную архитектурную моду.

Ещё с десяток тварей я отстрелял, расчищая пространство вокруг Кантры и Кагана. И тут из оврага выбрался Харил. Вид у него был жуткий: от правой руки остались лишь кости, пол-лица словно содрали, тело испещрено дырами, кишечник он придерживал левой рукой, сильно, еле волоча ногу, хромал.

Меня передёрнуло — вспомнил свой эксперимент в центральном мире. Отвлёкшись от отстрела тварей, собрал четыре капли белой силы и шарахнул их в Харила. Орка сдуло обратно в овраг. Прислушался к ощущениям — живой. Ну и то хлеб.

Вобрал в себя силу из земли и с двух рук выстрелил «лечилкой» в двоих «не слуг» — по две капли в каждого. Ребятки выглядели очень хреново. Обоих выгнуло, но не критично. А вот я пострадал.

Мразь возникла сверху, ухватила меня за подбородок и швырнула в центр двора. Хорошо, что на мне был щит! Жалкие капли слюны твари сожгли три единицы. Когти, вцепившиеся в челюсть, содрали ещё четыре, а от приземления ушло сразу две капли.

В итоге в щите осталась жалкая единичка, в лёгких — пусто, в голове — туман. Пока я пытался перевернуться на спину, тварь уже подползла ко мне. Я просто не успевал сориентироваться — вот что значит хреновые нейронные связи!

Серкач не дремал, но, видимо, полностью истощился: перед самым ударом его скорость упала в десятки раз. Вместо удара орк просто схватил тварь и покатился с ней в обнимку.

— Дьявол! — взревел я. — Ты же живой! Ррррр!

Не целясь, плюнул сразу четверкой белой силы — и промазал. Сила угодила в спину чужому. И тут началось!

Тварь выгнуло дугой. Она забыла о Серкаче и закрутилась волчком. Слизь испарялась, стоило ей показаться на воздухе. Тварь буквально растворялась.

Всё поле боя замерло. Никто не шевелился — все пытались осознать, что произошло. До этого момента Каган сидел верхом на твари и вбивал шестопер в её голову. Кантра крутила свой шестопер над головой прицеливаясь кому бы врезать половчее. Ферлингх отпустил автомат, чтобы лучше разглядеть «перформанс». Харил вновь выползал из оврага — уже целый, только правая нога блестела белой костью. Твари, что любопытно, тоже замерли на месте позабыв о драке, наблюдая за странной гибелью своего товарища. Ощерившись в статичном положении и только капли слюны свисали и капали с их зубастых пастей. Зверушки явно прихренели от увиденного.

— Пипец котёнку! Муа-ха-ха-ха! — взревел я и рассмеялся, как душевнобольной. — Да прибудет со мной сила! Всем выйти из сумрака! Работает! Ночной! Дозо-о-о-о-ор!

Я «взорвался». Ну, как взорвался… Раньше я уже стрелял силой из каждой клеточки, но приходилось себя контролировать, что бы не навредить своим союзникам или подчинённым. Но теперь-то какие ограничения? Белая сила не причинит мне вреда. Оркам — тоже. Разве что орчата-малыши слегка «поймают кайф»… Но это, в общем-то, самая мелкая из всех проблем.

Два десятка капель белой силы, раздробленных на мельчайшие крупицы, разлетелись во все стороны — досталось всем без исключения. Но больше всех «поймали кайф» чужие.

Одной крупицы оказалось достаточно, чтобы их начало нещадно колбасить: тварей било судорогой, они извивались и крутились волчком, выгибались под немыслимыми углами. Они дымились, шипели, визжали — и стремительно иссыхали, тая прямо на глазах.

Изгнание нечисти!

— УА-ХА-ХА! Да, детка! Да! Я — мегаэкзорцист, мать вашу!!!

Это зрелище лаской отзывалось в душе. А главное — их слизь наконец стала безвредной.

Несколько тварей, увидев такой поворот, дали дёру — разбегались во все стороны.

А я всё ещё сидел на жопе. Да-да, именно из этого положения и раздавал всем «плюшки» — сидя на заднице в пыли посреди дороги.

Поняв, что бой выигран, я откинулся на спину, растянулся во весь рост на земле и тяжело задышал. Сердце колотилось как бешеное где-то в районе горла — будто выскочить собиралось. В ушах пульсировало, в глазах плавали, словно медузы, белые мутные пятна. Каналы жгло — но не критично, терпимо, просто неприятно.

Выдать разом два десятка капель оказалось непросто.

Через минуту я уже сидел и ковырялся ножичком в теле чужого. Любопытный эффект давала моя белая сила: она иссушала даже мёртвых тварей, делая их абсолютно безопасными.

В теле хищника обнаружилась довольно крупная оранжевая бусина — новый цвет! Размер был таков, что в пузырёк из-под таблеток она не влезла. Пришлось срезать одну штанину, завязать конец узлом и собирать бусины туда.

Воскрешать существ я пока не стал — как и собирать все камни. Я всё ещё слышал шум и крики — значит, живы ещё люди. Двух шариков для будущих экспериментов будет достаточно. Собрать остальные никто не мешает.

Мы побежали по улицам — кривым, как моя жизнь (по старинной русской традиции). Ориентировались на звук.

Вскоре выскочили на широкую улицу — на удивление прямую, как стрела. «Всего-то?» — подумал я. В конце виднелся здоровенный дом — явно жилище местного царька-князька. Вокруг этого дома и кипела ожесточённая битва.

Подбегая, я понял: людям отступать некуда — за домом непроходимая чаща.

В окнах трёхэтажного каменного дома мелькали человеческие головы — видать, монстры загнали их туда. Последний рубеж обороны! На крыше стояли люди: судя по огненным шарам и сосулькам, слетавшим с их рук, — маги. В первых рядах обороняющихся тоже вспыхивала магия.

Тварей было немало. Но сзади всех них стоял… падла-пастух. Я уже научился различать некромантов и пастухов — не визуально, а по ауре. У некромантов аура была близка к моей, а эти «ребятки» крайне неприятно воздействовали на мой внутренний мир.

— Ферлингх! — остановил я всех и указал пальцем на уродца в капюшоне. — Гаси его, силы не жалей! Если сразу эту тварь не завалим — можем диких люлей огрести.

— Чего? — удивился орк.

Пастух, что-то почуяв, начал разворачиваться.

— Стреляй, курилка картонная, иначе нам пипеп!!!

Моё новое любимое слово сработало как надо. Пять одиночных выстрелов — и пастух завалился. Он успел вздёрнуть руки и выставить щит, но куда там!

Я заранее показал орку, как менять магазин. Теперь он стрелял не просто магией или пулей — а сборной «комбой» магии и технологии.

Из рядов атакующих вдруг выскочили чужие и рванули в нашу сторону. Я даже усмехнулся. Видимо, сбежавшие твари отправились грабить город — или к себе домой. Предупреждать своих не стали — и это было нам на руку.

Дождался, когда до тварей останется полсотни метров, — и жахнул.

В этот раз решил поберечься: направленным веером распылил перед собой десять капель белой силы. Погорячился.

Пробивной способности — ноль. Лишь первый ряд тварей опрокинулся, устроив свалку для второго. Но остальные перепрыгнули через подбитых и извивающихся собратьев — будто и не заметили их — и помчались дальше.

В запасе оставалась ещё десятка. На этот раз стал дозировать: две капли, потом ещё две… Но когда до врагов остались считаные метры, с перепугу опять выпустил последние шесть целиком.

Почти сотня чужих была уничтожена — без единой потери с нашей стороны. А главное — нас заметили.

И атакующие, и обороняющиеся. Из окон понеслись радостные крики. Воины издали незнакомый мне клич и с новым задором взялись отбиваться от противника — который и так уже отступал, разбегаясь по улицам города.

Пастуха мы ликвидировали, но зомбяки реагировали подозрительно слаженно. Часть войска развернулась к нам и двинулась в атаку. Радовало, что с ними не было великанов и циклопов — иначе мы бы точно не успели на выручку. А так — орки, люди, гоблины. Ни гномов, ни эльфов, ни мифических существ.

Быстренько зарядил силами всех своих слуг и спутников, а сам встал в сторонке — на невысокое крыльцо. Должен же кто-то следить за обстановкой в целом!

Улица была широкой — метров десять. В моём распоряжении — четыре пехотинца и один стрелок. Плюс я — на подхвате.

Битва вышла довольно прозаичной. Один Серкач чего стоил! Поначалу работал кулаками, пока не раздобыл две костяные дубины — отобрал у собратьев по расе. Вот тогда-то дела пошли на лад. Он один стоил всех остальных братьев и сестры.

Шёл, как мельница, проделывая в рядах врагов целые аллеи и улицы. Остальным оставалось лишь добивать раненых недобитков.

Вдруг перед нами возникла нежить. «Дьявол!» — хлопнул себя по лбу, увидев, как Харил вырывает камни силы, не утруждая себя добиванием тварей.

Отправил ему мысленный посыл: надо делиться информацией с роднёй. Тот кивнул и сообщил, что добивать противника необязательно — достаточно вырвать камень силы. Дела пошли ещё бодрее.

Нежить опадала, как листва после первых морозов. Уже через десяток минут партия, посланная нас уничтожить, была перемолота в фарш. Люди тоже не дремали: отбили территорию внутреннего двора и добрались до своих баррикад.

Остатки врага раздавили быстро и дружно. Правда, Серкач опять истощил весь резерв — тяжело пыхтя, уступил место братьям и сестре.

Я наполнил его силой, но в бой не пустил — приказал оставаться возле меня. По какой-то причине эти люди мне резко разонравились. Да и в прошлый раз, когда имел дело с людьми в Петрушином мире, меня посадили в тюрьму, а потом отправили на убой.

Когда всё закончилось, нашу компанию начали осматривать — и настроение людей стало меняться. Особенно когда дело дошло до осмотра моего слуги Харила. Костяная нога впечатлила всех. По рядам пошли шёпотки, люди постепенно отступали, недобро косясь на нас. Дело начинало пахнуть керосином.

— Я княжич Аркадий Бестужев, младший сын князя московского Александра Сергеевича Бестужева! — раздался властный, но совсем юный голос.

Люди расступались, пропуская хромающего, перебинтованного паренька лет восемнадцати. А у меня, похоже, опять начала свистеть фляга. Княжич? Князь московский⁈ Да ладно… Может, не надо? Серьёзно? Боярка подъехала?

— С кем имею честь общаться? И кому обязан спасением Торжка? — спросил княжич.

— Князь Милославский! Устраивает это вас? — выпалил я первое, что пришло на ум.

Стоило мне это произнести — зазвенело оружие. Все разом приняли боевые стойки, сомкнули ряды, нацелили на меня клинки. Маги на крыше зажгли ладони сияющей энергией. А юный княжич уставился на меня с диким подозрением — в его глазах явственно читался страх.

Я не выдержал:

— Что такое⁈

— Да ведь казнили тебя намедни! — выдохнул бледный княжич.

— Пипеп…