(Не)Идеальная пара для дракона

ГЛАВА 25

Несколько дней спустя

– Ты меня не слушаешь.

В голосе Майка, который сидел напротив меня в столовой, не было раздражения и злости, скорее усталость и какая-то безнадежность. Именно это и привело меня в чувство.

Оторвавшись от изучения остывшего супа, я подняла голову и взглянула на друга, пытаясь воскресить в голове его последнюю фразу. Я его слушала. Правда! Просто не сразу воспринимала. Слишком много противоречивых и сложных мыслей постоянно крутились в голове. Другим через них было крайне сложно пробиться.

Так о чем же мы говорили? Кажется, Майк опять притащил какие-то новые разработки в сфере артефакторики и хотел использовать их. Точно. Что же нам с ним еще обсуждать, как не учебу?

– Неправда, – поспешно отозвалась я, откладывая в сторону ложку. – Слушаю. И думаю, что открытия профессора Урдора еще слишком противоречивы и малоизучены. Я не стала бы на них опираться при составлении доклада. Лучше используй трактат профессора Зорда. Пусть он довольно старый, но зато не вызывает сомнений.

Майк не ответил, просто изучал меня секунд сорок. После чего вздохнул и тихо спросил:

– Бри, что с тобой происходит?

– А что со мной происходит?

Я постаралась изобразить недоумение на лице, но не получилось, поэтому вновь склонилась над тарелкой с супом. Есть его совершенно не хотелось, но я мужественно проглотила ложку.

– Ты стала невнимательной и нервной. Это из-за Корфа?

Как-то так сложилось, что последние дни между нами действовало негласное правило не упоминать Хантера Корфа, и мы ему следовали. До этого самого момента.

– При чем тут дракон? – мгновенно напряглась я и, не дожидаясь ответа, принялась оправдываться: – Дело совсем не в нем. Я просто волнуюсь из-за пересдачи. Говорят, профессор Мар вернулся из поездки весьма недовольный. Как бы ни завалил меня сегодня на зачете.

– Уверен, ты справишься.

Майк потянулся вперед и в стремлении приободрить накрыл ладонью мою руку, которая лежала на столе.

И надо было именно в этот момент Хантеру войти в столовую! Сидя спиной к входу, я не видела рыжего дракона, но остро почувствовала его присутствие. Тело сразу отреагировало: расправились плечи, выпрямилась спина, и я напряглась в глупом ожидании того, что не произойдет. Хантер держал свое слово и все еще оставлял мне право выбора.

Последние три дня, с того памятного разговора в доме Алифы, мы не общались.

Удивительно, но после всего пережитого я смогла довольно быстро уснуть и проспала несколько часов. До самого прихода Райда, который вызвался проводить меня до Уатерхолла. По дороге я подробно расспросила брата о состоянии песца, как он пережил наш разрыв и хорошо ли его принял юный наследник.

– Не переживай, с ним все будет хорошо, – заверил Райд, шагая со мной по заснеженным улицам. И пусть его лицо скрывал капюшон, но народ, который встречался нам на пути, улавливал исходящую от него силу, опасливо косился и старался обходить стороной. – Заговорщики найдены и арестованы. Песца вернули владельцу. Вы с драконом свободны. Больше никаких приступов удачи и неудачи.

– Да. Все прошло на удивление хорошо.

Я очень старалась не думать о Хантере, который ушел, так и не попрощавшись. В отличие от Алифы и Фила. На прощание ведьма и ее бело-красный помощник просили не забывать и приглашали заглядывать к ним в гости. Далее последовал совет: «Если этот вредный мальчишка начнет сильно доставать, то непременно приходи и жалуйся».

– Не передумала возвращаться? – спросил Райд, когда мы уже подошли к академии.

– Нет. Здесь мой дом. И здесь я нашла себя.

– Будь осторожна, Бриана. Что бы ни случилось в прошлом, помни, что ты не одна, – сжав мою руку, тихо произнес брат. – Я передам матери, что с тобой все хорошо.

– Спасибо.

Вроде бы с того момента прошло не так много времени, а ощущение, что это случилось в прошлой жизни. И моя нынешняя, к которой я вернулась, мне совершенно не нравилась. Я не хотела заниматься одной лишь учебой. Не хотела прятаться за обликом скучной серой мышки. Но разрушить все, что создавала на протяжении трех с половиной лет, я жутко боялась. Вот и застыла на перепутье. Ни туда, ни сюда.

Осторожно высвободив руку, я натянуто улыбнулась Майку.

– Спасибо за поддержку.

– Это не просто поддержка. Я уверен, что ты легко пересдашь зачет. Вспомни, как мы вчера тренировались.

Мы тренировались – это слишком громко сказано. Тренировалась я, а Майк первое время пытался что-то изобразить. Правда, длилось это недолго. Поняв, что у меня получается намного лучше, чем у него, он скромно отошел в сторонку и оттуда давал команды, не забывая периодически меня нахваливать.

Я стояла в центре арены и чувствовала, как, лишившись блокировок, через меня медленно течет магия. Как руки порхают сами собой, делая привычные движения. И я совсем перестала думать о том, как стоять и как правильно делать пассы, доверившись своей интуиции.

А еще я вспомнила Хантера. Как совсем недавно мы вот так же вместе стояли здесь. Как дракон, стараясь помочь, заходил мне за спину, и как ярко и остро я чувствовала его присутствие. Как он бережно касался, посылая болезненные разряды по телу, отчего вставали дыбом все волоски. Эти воспоминания оказались такими реальными, что я закусила губу, чтобы сдержать стон. Мне не хватало его. Очень сильно не хватало.

Я ведь искренне верила, что разлука пойдет нам на пользу. Эмоции утихнут, и все станет как прежде. Только вот я ошиблась.

Судорожно вздохнув, я постаралась сосредоточиться на сфере в руках. Она была очень ровная, яркая, почти совершенная и так красиво переливалась алым и золотым, готовая выполнить любую мою команду.

– Молодец, Бри! – громко захлопал из своего угла Майк. – У тебя получилось.

Вот только я радости от этого не испытывала. Рыжий дракон слишком глубоко забрался мне под кожу. И каждое рядовое событие в жизни воспринималось уже не так.

Погасив сферу, я развернулась и застыла. В дверном проеме, скрестив руки на груди, стоял Хантер и наблюдал за мной. Ему не требовалось ничего говорить, улыбаться или даже кивать. Все это было лишнее. Он просто снова находился рядом, готовый в любой момент прийти на помощь. Стоило лишь позвать.

– … и снова где-то далеко, – донесся до меня тихий голос Майка.

Вздрогнув, я поняла, что сижу в столовой напротив лучшего друга. И ничего не изменилось. Я все также не решалась сделать последний шаг.

– Идем на арену, – поднимаясь со своего места, предложила я и повесила сумку на плечо.

– Но до пересдачи еще несколько часов, – тоже вставая, заметил Майк.

– Знаю. Но лучше начать готовиться заранее.

Я знала, что Хантер пойдет следом. Не сейчас, так позже. Но сейчас я нуждалась в короткой передышке, чтобы собраться с мыслями и понять, как же жить дальше.

Чего я точно не ожидала, направляясь на арену, что наткнусь на профессора Мара. Вредный дракон в крайне раздраженном состоянии запускал под потолок огненные шары. Те, взлетев к самой высокой точке, превращались в крохотных бабочек, зависали в воздухе и через пару мгновений рассыпались в прах. Зрелище получилось необычное и красивое. Правда, длилось недолго. Нашему появлению преподаватель совсем не обрадовался и даже не собирался этого скрывать.

– Уайт? – перестав играть с огнем, удивился он. – Здесь? Да еще со своим верным помощником. Ну и что вы оба тут забыли?

– Так пересдача же, – отозвалась я, выступая вперед.

Майк на всякий случай остался стоять на своем месте.

– Через два часа, – напомнил профессор, медленно наступая на нас.

– Хотела потренироваться и подготовиться.

Вообще профессор Регнер эль Мар был очень красивым мужчиной. Настолько красивым, что та половина, которая не сходила с ума по Корфу, набравшись смелости, строила глазки мрачному темноволосому профессору с ярко-синими глазами.

Говорят, он был старшим сыном какого-то влиятельного советника с Сапфирового острова, но бросил все и решил податься в науку.

Я в который раз подумала, что жизнь – крайне несправедливая штука. Мало того, что драконы были невероятно сильны, так еще все как один красавцы и страшные смутьяны. Через одного бежали из дома в поисках приключений.

– Трауб, а ты что, тоже пришел тренироваться? – бросив взгляд мне за спину, насмешливо поинтересовался профессор.

– Нет, я здесь для поддержки. – И, судорожно сглотнув, Майк уточнил: – Моральной.

– Обойдемся без поддержки. На выход! – приказал профессор, небрежно взмахнув рукой. – Нам зрители не нужны. Не так ли, Уайт?

Я на всякий случай кивнула. Понимала, что спорить с преподавателем, который пребывал в не самом лучшем расположении духа, да еще перед пересдачей зачета – подобно смерти.

– Майк, ты иди, погуляй, – не оборачиваясь, попросила я и стянула сумку с плеча, после чего положила ее на ближайшую лавку.

Мар с любопытством следил за каждым моим движением и молчал.

– Я потом подойду, – неуверенно пообещал друг, прежде чем уйти. Судя по тону, он очень хотел добавить: «Кричи, если что», но благоразумно не стал этого делать.

На несколько мгновений наступила тишина.

– Закрыть арену ото всех, – приказал Мар, явно обращаясь к духу, который тут всем заведовал.

В ту же секунду все входы и выходы покрылись едва заметной золотистой рябью, которая отрезала нас от внешнего мира. А мне стало как-то тревожно. С каких это пор профессор стал таким затворником?

Честно говоря, за эти два с половиной года мы ни разу не оставались наедине, предпочитая спорить при других студентах. Не то, чтобы я боялась профессора, но, если вспомнить наши с ним сложные отношения, то у него имелся повод отомстить. В академии еще не встречалось такой глупой студентки, которая раз за разом пыталась доказать, что боевая магия ей ни к чему.

– Может, мне тоже уйти? – поправив очки на носу, осторожно поинтересовалась я. – Вы же… тренировались, а я помешала.

– Нет. Начнем пересдачу прямо сейчас. Раз уж ты все равно сюда явилась, – заявил Мар, после чего резко развернулся и зашагал к центру арены.

– Ладно.

Кто я такая, чтобы спорить с грозным драконом? Вновь поправив очки, я пригладила юбку и край пиджака, который опять топорщился в разные стороны, делая меня квадратной. А потом двинулась вслед за профессором. Правда, не так быстро и не столь уверенно.

– Говорят, с тобой во время каникул занимался Хантер Корф, – начал профессор. – Как тебе удалось заполучить в репетиторы моего лучшего студента?

Он уже занял место у центра одной из завитушек и теперь стоял, нетерпеливо на меня поглядывая. Словно подгоняя.

– Его ректор Голх попросила.

Конечно, не стоило мне подставлять дорогого и любимого ректора, но она сама виновата. Не оставила бы меня с Хантером, все было бы по-другому… наверное.

– Дорогая Минерва так трогательно заботится о своей любимице, – оскалился Мар.

Узоры и символы на полу начали медленно загораться, отбрасывая на мужественное лицо причудливые тени. Глаза профессора при этом будто еще сильнее засияли синевой. Я опять подумала о том, что он столь же красив, как и опасен.

– Тем не менее, зачет я готова сдавать сама, – с легким раздражением в голосе ответила я. – Без помощников и группы поддержки.

– Готова ли? – усмехнулся он, делая приглашающий жест рукой. – Давай, Уайт, покажи, чему тебя научил Корф.

Мне почудилось или в его голосе проскользнула легкая издевка? Учитывая, что я и так находилась немного на взводе, чтобы не реагировать на насмешки, жажда продемонстрировать свои навыки стала почти невыносимой.

Тут самое главное было не напортачить. В запале это сделать очень легко. Поддаться эмоциям, разозлиться и совершить ошибку, которая для меня могла оказаться фатальной.

Однако все мои страхи оказались напрасны. Пробудившись, память предков уже не могла исчезнуть. И никакими иллюзиями ее скрыть было нельзя. Боевая магия, которую я так старательно душила с момента ее активации, вновь всколыхнулась внутри.

Все происходило совсем как на тренировках: правильная позиция, четкие и отлаженные движения, слова заклинания и сила, которая билась внутри меня, словно второе сердце. Сфера в моих руках вышла практически идеальной. Вернее, для меня она выглядела идеально, но я не сомневалась, что профессор найдет к чему придраться. Удерживая сверкающий шарик перед собой, я застыла в ожидании вердикта. А Мар не спешил его выносить. Медленно приблизился и два раза по кругу обошел меня, периодически многозначительно хмыкая.

Тут я и осознала, насколько сложно не шевелиться и при этом не терять контроля. Сфера требовала движения, действия и нетерпеливо билась, стремясь высвободиться. От перенапряжения сводило мышцы на руках, пальцы дрожали, а по спине начал медленно стекать противный пот, щекоча и охлаждая разгоряченную кожу. Я закусила губу, надеясь, что это хоть немного разозлит и придаст силы, и снова принялась ждать.

– Интересно, – наконец произнес профессор, потирая подбородок.

И пусть в его голосе не звучало привычного осуждения и раздражения, а в глубине синих глаз я даже рассмотрела намек на одобрение, расслабляться было еще рано.

– Может, мне стоит пригласить Корфа в свои лаборанты? Вон какой хороший учитель оказался. Смог сделать то, на что не хватило сил мне.

Услышав имя рыжего дракона, я едва не потеряла контроль над сферой. Она дрогнула, слегка наклонилась, а потом – под бешеное биение моего сердца, – выпрямилась, продолжив свое вращение.

– Интересно, в чем же его секрет? – не унимался профессор, вновь совершая круг почета вокруг меня.

Но не дошел, остановившись за спиной.

Совсем как Хантер. Вот только эмоции от этого я испытывала совершенно другие. И, надо признать, не совсем приятные. Я словно попала в ловушку огромного хищника и никак не могла найти выхода.

– Запускай, – раздался голос над самым ухом.

Дрожь удержать не удалось. Она волной прошлась по телу, заставив пальцы дернуться, и я едва не потеряла контроль над ситуацией. Сфера снова накренилась и задрожала.

– Что за нерешительность, Уайт? – возмутился Мар. – Запускай сферу. Разве ты не для этого ее создала?

Сглотнув, я позволила сверкающему шарику выскользнуть из моих рук и с тихим шипением полететь вперед. До противоположной стены она не долетела – сработали щиты безопасности. Они моментально поднялись и встали на пути сверкающего шара, который моментально рассыпался на части.

А потом наступила тишина. Такая напряженная, что я едва не оглохла от грохота пульса в голове и собственного учащенного дыхания.

– Отлично, Уайт, – отступая, кивнул профессор. – Зачет.

– Правда? – переспросила я, поворачиваясь к нему и все еще боясь поверить в то, что у меня получилось.

– Да, – равнодушно отозвался Мар. – Кстати, был бы рад видеть тебя на своих дополнительных занятиях.

– Зачем? – насторожилась я.

– С таким уровнем способностей в комплекте с древней кровью тебе надо развиваться. Артефакторики будет мало. Или ты думаешь, что сумеешь заглушить дар василисков?

«Ну вот! Я так и знала! Ну не может у меня все быть прекрасно и замечательно. Обязательно что-нибудь да случится. И вот, пожалуйста! Дождалась!»

– И давно вы знаете? – хрипло спросила я, продолжая стоять на месте. Руки медленно опустились и безвольными плетьми повисли вдоль тела.

– Боишься, что раскрою всем твой секрет? – догадался Мар. – Не раскрою. Не вижу в этом смысла. Практически у каждого в академии Уатерхолл имеются тайны и скелеты в шкафах. Чем твои лучше?

– Но я же из рода василисков. Скрыла свою внешность.

– И что? Хочешь меня напугать своим вытянутым зрачком и уходом за-тень? – усмехнулся профессор. – Не рассчитывай на это, Уайт. Я в своей жизни видел намного более жуткие вещи. А ты просто девочка, которая так боится принять себя, что закрылась от всего мира.

– Я не боюсь, – возмутилась я и тут же осекалась под насмешливым взглядом синих глаз.

– Правда? Тогда к чему весь этот маскарад?

– А что вы предлагаете? Ходить по академии в истинном облике? С вертикальными зрачками? И слушать шепотки за спиной, смотреть, как все вздрагивают, когда я буду проходить мимо? Разве это жизнь?

От перенапряжения я забылась настолько, что повысила голос на преподавателя. Надо отдать должное, Мар на это совершенно никак не отреагировал.

– Ну зачем так радикально? Что же у вас, девчонок, все так запутано-то? Мир либо белый, либо черный. А он другой. В нем много разных красок. Глаза свои прячь, раз хочешь, но жить не забывай.

– Я живу, – возразила я.

– Блокируя свой дар? – усмехнулся дракон. – А скажи мне, любимая ученица профессора Голха, что бывает с теми, кто насильно пытается свои способности уничтожить?

Выгорание.

Я молча поджала губы, отказываясь произносить вслух это слово. Впрочем, мой ответ и не требовался. Мар по моим глазам видел, что я поняла, что он имел в виду.

– Спряталась за учебниками как за очередной маской, как пугало одеваешься в одежду, которая тебе не по размеру. Разве это не попытка спрятаться от всех?

– Да что вы ко мне пристали?! – возмутилась я, с силой сжав кулаки. – Вы ничего обо мне не знаете!

– А может, это ты ничего о себе не знаешь, Уайт?

Я с трудом сдержалась, но смогла проглотить обидные слова, которые уже готовились сорваться с губ. Замерла, тяжело дыша и не сводя глаз с темноволосого профессора, который будто развлекался со мной как кошка с мышкой, провоцируя на эмоции. Как же эти чешуйчатые любили издеваться надо мной! Но я только одного не могла понять.

– Зачем вам это? – прохрипела чуть слышно.

Как бы я ни старалась скрыть эмоции, они все равно прорывались наружу, противным комом застревая в горле и не давая мне нормально вздохнуть.

– Чисто из корыстных побуждений, – спокойно признался он. – Всегда хотел заняться обучением василиска, но не получалось. Вы очень скрытый народ, Уайт.

– У нас свои академии и свое обучение.

Совершенно бессмысленное замечание. Все об этом знали. Василиски никого не допускали к себе и уж точно не учились в других академиях. О женщинах моего рода я вообще молчу.

– Вот именно! – заявил Мар и его синие глаза блеснули фанатичным огнем.

– То есть вы хотите меня изучать? – на всякий случай уточнила я.

Желание дракона сделать меня подопытным зверьком как-то не воодушевляло.

– Я хочу помочь тебе раскрыть дар.

– Я артефактор, – напомнила на всякий случай. – И становиться боевым магом не собираюсь.

– А как же древняя кровь, которую, – кивок на мои белые волосы, – в тебе пробудили насильно. Неужели тебе не хочется узнать, на что ты способна?

– Нет, эта сторона жизни меня не интересует.

– То есть ты готова всю жизнь пользоваться правой рукой, отказавшись от левой, которая тебя не устраивает, – вывернул он мои слова наизнанку.

– Я просто хочу быть собой.

– Прячась за учебниками, странными нарядами и личиной серой мыши? – повторил Мар. – Тебе не кажется, что в этом имеется некое противоречие.

– Мне кажется, что вы на меня давите, – сухо проговорила я. – Если это все и зачет я сдала, то можно мне удалиться? Или вы решите прибегнуть к шантажу?

– Я не столь ужасен, как ты обо мне думаешь, Уайт. Шантажировать и заставлять не стану. Но ты умная девочка и сама поймешь, что я прав. Нельзя лишаться части себя в порыве гнева. Ты мстишь не своим родным, которые отказались принять тебя такой, какая ты есть, ты мстишь сама себе.

Сказать на это мне было нечего.

– Спасибо за бесценный урок, профессор, – вежливо ответила я. – Постараюсь больше не допускать ошибок и сдавать все зачеты и экзамены с первого раза.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – усмехнулся он, отступая в сторону и давая мне возможность пройти.

Хотя это было лишнее. Я легко могла обойти его. Но жест оценила.

Кивнув, поспешила к лавке, где лежала моя сумка. Удивительно, но радости от сдачи сложного зачета я не испытывала. Скорее легкое раздражение. Из-за того, что понимала: дракон в чем-то прав. Даже не так, оба дракона правы. Я слишком долго пряталась в своем домике. Пришла пора что-то менять. Это вовсе не значило, что я собиралась снимать личину и на каждом углу кричать, что принадлежу к роду А`Фэрроу. Нет. Но и играть образ скучной серой мышки я тоже не видела смысла.

Золотистая завеса пала, открывая мне выход.

Подхватив сумку, я вышла в коридор, завернула за угол и застыла. На полу стояла плетеная корзина с невероятно красивыми белыми лилиями. Их было так много, что они с трудом помещались и торчали в разные стороны. И я точно знала, что это мне. Ну не Мару же, право слово. И знала, от кого этот подарок.

Присев на корточки, коснулась хрупких лепестков и поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Записка, написанная знакомым аккуратным почерком, нашлась быстро.

«Поздравляю со сдачей зачета. Горжусь тобой. Х.»

– Хантер, – беззвучно прошептали губы.

Я даже не удивилась подарку. Нет, не так. Я не удивилась осведомленности Хантера о том, что мой зачет начнется раньше и все пройдет отлично. Даже записку с поздравлениями оставил. А вот подарку, разумеется, приятно удивилась.

Мне никогда не дарили цветы. Правда. Те букетики, которые я получала от братьев и кузенов Сэлли, когда гостила у лучшей подруги, не в счет. Там они не воспринимались как подарок. Просто цветы, просто здравствуй, просто как дела. Ничего особенного, никакого скрытого подтекста. Тем более цветов там росло море и дарили их всем.

И даже в те времена, когда я была Брианой А`Фэрроу, мне никто не дарил цветов и подарков. Сама мысль о том, что можно оказать внимание дочери великой семьи, казалась безумной. За девушками в долине не ухаживали так, как это принято здесь. Даже слишком пристальный взгляд на василиску могли расценить как личное оскорбление, которое жестоко каралось. Поэтому мужа мне выбрали родители.

Обычно помолвку заключали в раннем возрасте и ждали, когда девочка достигнет совершеннолетия, но меня данная участь миновала. До десяти лет я была пустышкой, разочарованием и далеко не самой лучшей партией для любого уважающего себя василиска.

Потом случился мучительный обряд пробуждения, который мало что решил. Долгое время никто не знал, выживу ли я. После того, как я пришла в себя и даже осталась в своем уме, все ждали весть о том, пробудится ли сила. И когда это произошло, началось самое интересное.

За меня начали драться. Даже не так. Право стать мужем очень сильной василиски пытались вырвать друг у друга клыками. А отец наслаждался своим могуществом и медлил, подбирая более выгодную партию для нашего рода.

Это помогло. К семнадцати годам я все еще не была обручена. Уникальное явление, просто невероятное для долины василисков. Имя моего жениха отец собирался назвать на свадьбе Райда. На той самой, с которой я сбежала, воспользовавшись предпраздничной суматохой и ослаблением контроля.

Я ставила на Колдера А`Гроу. Старший сын и наследник древней семьи. Богатый, успешный, сильный, с идеальной репутацией и большим шансом возглавить совет правления долины. И совсем неважно, что он уже лет пятнадцать был обручен с Эмилен О`Дерр. При сильном желании и больших отступных столь досадное недоразумение ликвидировалось в течение пары дней.

Идеальная партия, как любила говорить мама.

«Ты станешь женой повелителя!», – восторгалась бабушка.

А я… я больше всего на свете хотела сбежать из золотой клетки, в которой жила. Те десять лет, когда я считалась изгоем, как бы странно это ни звучало, были лучшими в моей жизни. Свобода и счастье. Больше всего на свете я жаждала их вернуть.

И вернула. Не стану говорить, кто именно помог мне бежать. Сама я, разумеется, провернуть все это не смогла бы. Нашлись те, кто встал на мою сторону. Именно благодаря ним я сумела вырваться из долины и добраться до Уатерхолла.

Всего два с половиной года прошло с тех пор, а такое ощущение, что целая жизнь.

И вот теперь я сидела на корточках перед корзиной с лилиями и улыбалась как дурочка, чувствуя себя бесконечно счастливой.

– Ненавижу тебя, Хантер Корф, – поднимаясь на ноги, прошептала я и сама не верила в то, что сказала.

Я испытывала вовсе ее ненависть, а любовь. Пора было уже признать это.

Я не стала ждать Майка. Просто не нашла бы в себе сил на общение с лучшим другом. Слишком все запуталось в моей жизни. Подхватив корзину, которая оказалась не только объемной, но и довольно тяжелой, я поспешила на выход. Оставалось надеяться, что трех кусочков сахара хватит для домовых, чтобы они выполнили просьбу и отнесли цветы в мою комнату.

И ведь я почти дошла, когда наперерез мне шагнула Жилье. Девушка снова была в окружении своих подпевал. Похоже, без постоянного сопровождения она не передвигалась по академии. Окинув меня и цветы удивленным взглядом, она тут же замаскировала его издевкой.

– Уайт? Ты ограбила магазин цветов или тебя заставили поработать грузчиком?

– Угадала, – спокойно кивнула я, пытаясь обойти толпу.

Но мне вновь перегородили дорогу.

– Я так и знала, что Хантер поиграет с тобой и бросит.

– Странно, что он вообще обратил внимание на такую серую мышь, – поддержала ее вторая подружка.

– Это вам лучше спросить у него.

Жилье явно собиралась сказать мне еще что-то, но появление в холле одного из профессоров помешало. Прошипев что-то неразборчивое, она гордо задрала нос и вместе со своей свитой удалилась.

«Вот и прекрасно», – подумала я, спеша скорее покинуть это место. Тем более, корзина с каждой минутой становилась тяжелее, и держать ее становилось все труднее.

Домовик, который выглянул на зов, конечно, недовольно кривился, но согласился. За три кусочка сахара. Прожорливый мелкий негодяй!

Сама возвращаться в общежитие я не стала. Мне хотелось подумать и разобраться в том, как быть дальше. Не имея определенного плана, я просто бродила по академии, пока не поняла, куда именно принесли меня ноги.

Башня воздушников. Та самая, где мы с Хантером ждали Фила с новостями. Запрокинув голову, я посмотрела вверх и отчетливо осознала, что самостоятельно не поднимусь. А если все-таки и окажусь наверху, то свалюсь прямо на пороге и буду несколько часов лежать, не в силах даже пошевелиться.

Только вот меня тянуло туда.

Не знаю, что за сила руководила мной или просто веление сердца, но я чувствовала, что мне надо туда. А своему чутью я верила. Однако пока оставалась нерешенной проблема, как попасть в башню и не умереть от усталости.

Его приближение я не услышала – почувствовала. В одно мгновение тело обожгло жаром, а по коже пробежали мурашки. Застыв, я прикрыла глаза и задержала дыхание. Не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто пришел.

– Помочь?

Тихий вкрадчивый голос Хантера вызвал очередной забег мурашек по телу.

– Ты преследуешь меня? – прошептала я, постаравшись не сделать ни одного лишнего движения, ведь казалось, что еще немного и сорвусь.

– Тебе понравились цветы?

Одни вопросы. Никто из нас не желал отвечать. Мы словно играли в странную, болезненную игру, от которой все внутри скручивалось узлом.

– Да, – кивнула и, медленно повернувшись, встретилась с потемневшим пламенем в его глазах. – Спасибо. Чудесные лилии. Как ты узнал, что я сдам?

– Я в тебе не сомневался.

Мой взгляд медленно скользил по его худощавому лицу, подмечая каждую деталь.

– Так что ты здесь делаешь? – спросила я.

– Хотел отправить послание Алифе. А ты?

– Не знаю… наверное, ждала тебя.

Признание само сорвалось с губ, и я вздохнула с облегчением. Так правильно. Так и должно быть. К чему лгать и притворяться, если все давно решено до нас.

Ответом мне стала улыбка. Такая мягкая и нежная, что у меня мгновенно пересохло во рту.

– Тогда наверх? – предложил Хантер, протягивая мне руку.

– Наверх, – согласилась я, вложив свою ладонь.

Подъем наверх получился таким же, как в первый раз – в сильных руках дракона и в окружении ревущего пламени. Только оказавшись на верхней площадке, мы не торопились размыкать объятия. Так и стояли. Я чувствовала его напряженные плечи под своими ладонями, чувствовала на лице его обжигающий взгляд и прекрасно знала, почему Хантер медлит и чего ждет.

Я приподняла голову, посмотрела Хантеру прямо в глаза, встала на цыпочки и, обхватив лицо руками, прижалась губами к его губам.