Наставница Темного Властелина - 2

Эра 43. Бабочка

— Слушай, ты уверена, что это сработает? — уже в который раз спрашивало возбужденное предстоящей аферой божество Злого Рока, сжимая в руке неприметную бирку. Небольшой прямоугольный кусочек дерева болтался на плетеном шнурке, привязанный к поясу парня.

— Конечно. Я ведь сама ее зачаровала, — безмятежно ответила я, любовно прижимая к груди бумажный кулек с зефиром. Сладкий мятный аромат окутывал меня, даря счастье и умиротворение.

Мы с братцем потратили несколько дней на подготовку ко дню отборочных испытаний в Фандагероне. Я воодушевленно зачаровывала все, что можно было зачаровать, а Хедо с нетерпением ждал дня, когда он сможет войти в обитель, из которой появился на свет. Задач стояло много, но мы справились. Шагая по дороге, ведущей к ступеням школы, двое были полностью собраны и готовы к любым неожиданностям.

Умытые, причесанные, с нормального цвета глазами и волосами, мы были одеты в новые наряды. Ради этого дня Хедо даже немного изменил вид своего воплощения — стал на пару лет младше, так что теперь мы оба выглядели на тринадцать лет.

Несмотря на то что несколько дней назад братец-гадатель с большим воодушевлением принял мое предложение отправиться в Фандагерон, чем ближе были врата школы, тем больше уверенности появлялось в парне. Главный страх был в том, что он своим присутствием принесет несчастье обитателям школы. Искренне понимая его опасения, я потратила две ночи на создание особого артефакта, который смог бы подавить силу демонического князя тринадцатого ранга. Хотя "подавить" — не совсем верное слово. Я воспользовалась особенностью его чар, чтобы стать единственной целью проклятия Божества Злого Рока. Пока жива, он не сможет принести беды другим людям. Это особая связь, обо всех особенностях которой он и сам пока не знал. А я не стала рассказывать. Пусть будет сюрпризом.

Этот артефакт, конечно, был временной мерой. Постоянно связывать нас он не сможет, но ближайшие две сотни лет отличной работы я гарантировала. Вряд ли же Хедо будет в школе дольше этого срока, да? Были и свои плохие стороны в таком подходе к делу. Прежде всего, артефакт будет препятствовать поглощению духовной энергии — божество не сможет совершенствовать ранги. Все из-за особенности культивации Хедо. Ведь для получения силы ему нужно делать трагичные предсказания и получать оплату гневом, а этого я ему дать не смогу. Нет предсказаний и ауры злосчастья — нет силы. Но так как братец и так уже тринадцатого ранга, то было решено не заострять на этом внимание.

Теперь, когда ранговые умения демонического князя были скрыты, его могли видеть все, а не только избранные неудачники вроде меня. Поэтому вторым шагом была светлая маскировка. У меня-то корень духа светлый, а вот у Хедо темный, как летняя ночь. Некогда я и сама использовала этот трюк, чтобы сойти за светлую заклинательницу, а теперь и братцу он пригодился. Всего лишь небольшого артефакта, накапливающего светлую энергию, было достаточно, чтобы вокруг гадателя образовалась слабая, едва заметная светлая аура. Разумеется, артефакт начнет действовать только после ритуала пробуждения корня духа, чтобы все было достоверно.

Помимо маскировки, у нас были пространственные кольца. Светлые заклинатели повсеместно такие используют вместо сумок, а мне вот впервые довелось. Все же сумочка моя куда надежнее, да. В кольцах хранился наш золотой запас, сменная одежда, кое-какие нужные инструменты, немного артефактов на разные случаи жизни и, разумеется, годовой запас самого мятного зефира в Лучистой Долине. Ничего такого, что могло бы нас раскрыть, если кто-то отнимет кольца и достанет их содержимое.

— А если меня все-таки раскроют? — натянуто улыбнулся Хедо.

— Тогда уверенно делай то, что делал последние несколько сотен лет.

— Что же? — с надеждой спросил парень.

— Беги, — лучезарно улыбнулась я.

— Знаешь, сестренка, если будешь лопать столько зефира, то станешь очень толстой светлой заклинательницей, — огрызнулся в ответ гадатель.

— Не беда, — с улыбкой отмахнулась я. — Я уже не то что в двери, даже в Небесные Врата пролезть не смогу. Десятый ранг во все стороны выпирает. А тело, как видишь, довольно непостоянная величина в этом мире. Сегодня одно, завтра другое, и только вкус зефира остается неизменным. Хочешь кусочек? Очень вкусно.

— Нет, спасибо, — весело фыркнул мальчик.

— Что? Боишься стать толстым боженькой, которому будет трудно убегать от разгневанных верующих? — тихо веселилась я, смешливо щуря глаза.

— Да нет, просто такое количество сладкого в меня больше не поместится, — прижал ладонь ко рту Хедо, а его лицо даже немного побледнело. — Я этих конфет и пирогов объелся еще на сотню лет вперед. Не понимаю, как ты можешь есть столько сахара.

— Почему нет? Отличный способ сделать жизнь слаще. Если становится совсем горько, что еще остается? Эх…

— Эра, я все спросить хотел, но как-то времени не было. Какой у нас план?

— Очень простой, — вежливо улыбнулась я. — Заходим через парадный вход, поступаем учиться в Башню Изобилия, идем в Павильон Чистой Воды, забираем мои вещи, уходим. Все просто и элегантно. Они даже не успеют понять, что за прекрасные люди посетили их школу. К счастью, в объявлении было указано, что в этом году учеников набирают даже в Башню Изобилия и Охранную Башню. Это очень кстати.

— Как-то слишком просто звучит, — почесав затылок, неловко улыбнулся гадатель. — Помнится, тот малыш из теневого клана сказал, что барьер школы сильно улучшили.

— И как это наф кафаефа? — с раздутыми от зефира щеками, удивленно округлила я глаза.

— Как касается? Ну… мы как бы… — тоже растерялся темный боженька, не зная, как объяснить мне очевидные вещи. Но я и так все поняла. Прожевав зефирку, со всей ответственностью начала объяснять:

— Пусть хоть сотого ранга ставят барьер. Знаешь, как он работает? Это массив из светлой энергии, который полностью отсекает внешние потоки энергии от внутренней. Все, что наполнено духовной энергией, не сможет пересечь заграждение. Разумеется, на ворота такое не поставишь, иначе все заклинатели окажутся заперты внутри. Поэтому вход находится в Охранной Башне, башня в руках стражей, а стражи в руках козла. Нам не чары обмануть нужно, а глаза не самых опытных людей.

— Погоди, я не понял. Какой еще козел? — опешил Хедо.

— Да есть там один, — поморщилась я. — Если не повезет, познакомишься лично. Если почувствуешь непреодолимое желание погадать ему — не сдерживайся.

— Старый знакомый? — понимающе усмехнулся парень. — Хорошо, это понятно. Мы войдем внутрь, а дальше что?

— Дальше нас отведут на арену духа, где проведут церемонию пробуждения духовного корня.

— Ты понимаешь, что мой духовный корень слишком прекрасен, чтобы у них не случился сердечный приступ от его облика? — уточнил на всякий случай гадатель.

— Не беспокойся. Чары арены устроены особым образом. Энергия пройдет по нашим духовным каналам, снимая печати, а на выходе покажет только количество стихий и их силу духа. Заклинание рассчитано на настоящих детей без духовной энергии, так что мы легко сможем управлять его силой. Ну… в теории, — смущенно почесала я нос.

— Ясно. Управлять, значит? Хорошо, — задумчиво поджимал губы Хедо. — А потом?

— Потом мы должны на арене показать хорошие результаты. Ты покажешь одну древесную сферу с полной силой духа, а я водную. Остальные стихии показывать не стоит. Эти светлые заклинатели даже с моими прекрасными уроками остались зашоренными скептиками. Откуда им знать, что обладатель духовного корня трех стихий может быть могучим титулованным ранга Небесного бедствия? Потом будет самая неуправляемая часть испытания. После пробуждения дети должны выбрать башню, в которой хотят учиться. Каждой башне будет соответствовать своя часть арены, на месте сразу все поймешь. Нам нужно будет выбрать Башню Изобилия. С одной стихией и полной силой духа нас обязательно возьмут в ученики.

— Я не понял. Зачем нам именно в Башню Изобилия?

— Она отвечает за бытовое снабжение всей школы. Если станем ее учениками, сможем входить в любую башню Фандагерона, не вызывая подозрений. Кто замечает слуг? К тому же, нам тринадцать лет. Если мы куда-то уверенно идем, значит, нас туда послали. День проведем как послушные ученики, а ночью я проберусь в павильон и заберу свои вещи. Утром нас там уже не будет. Конечно, если ты захочешь, то можешь остаться. Да я и сама начинаю думать, что можно было бы задержаться там на недельку или две.

— Сдается мне, сестрица, ты не только за вещами туда так попасть стремишься, — проницательно улыбнулось темное божество Злого Рока.

— Не только, — холодно улыбнулась я в ответ. — Смотри, мы пришли.

Уйдя от ответа, я кивнула мальчику на толпу гостей, заполонившую собой все подступы к школе. Множество детей и их сопровождающих собрались здесь сегодня, ожидая благоприятного часа, когда всех нас запустят внутрь, чтобы пройти церемонию. На самом деле, даже если кого-то не возьмут в ученики, польза все же будет получена — дети благополучно пробудят свой духовный корень под присмотром опытных мастеров, а в империи есть множество других духовных школ, которые не столь придирчивы к талантам будущих учеников.

Заняв место в стороне от основной группы поступающих, я ощутила то самое волнение обычной ученицы, предвкушающей самый важный день в своей карьере светлой заклинательницы. На губах играла искренняя улыбка, а сердце трепетало в ожидании. Остался последний момент, который нужно было прояснить.

— Брат, когда завершится церемония пробуждения и нас примет к себе старейшина Анлес, нас впишут в книгу школы. Для этого придется назвать свои имена. Не думаю, что пяти лет достаточно, чтобы все забыли личность наставницы по демонологии, поэтому я войду под другим именем. Раз мы с тобой родственники, нет ничего странного в том, чтобы имена были созвучны. С этого момента, пока не покинем Фандагерон, мое имя — Хида. Мы не из благородной семьи, поэтому обойдемся без фамилии. Прошу тебя запомнить это и не проговориться случайно.

— Хедо и Хида? Мне нравится, — ярко улыбнулось темное божество, забавляясь происходящим. — Раз уж мы стали с тобой так близки, может, хотя бы теперь ответишь честно, для чего привела меня сюда?

Услышав этот вопрос, заданный беззаботным и чуть насмешливым тоном демонического князя, я на мгновение застыла. Проведя столько дней бок о бок с парнем, который выглядел младше меня, я совсем позабыла, что тот был куда древнее на самом деле, а следовательно — гораздо проницательнее. Кто-то вроде меня рядом с ним — не смышленей младенца. Не стоило его недооценивать. Приняв поражение, я усмехнулась и перевела на Хедо нечитаемый взгляд:

— В чем дело, братец? Я больше не десятая княжна, и поэтому моя компания тебе стала неинтересна?

— Что ты, сестрица, — дружелюбно улыбнулось темное божество, однако взгляда эта улыбка не коснулась. — Просто хотел спросить, не будет ли проблем, если я сейчас захочу уйти?

— Смотря у кого, — кривя губы в улыбке, пожала я плечами, дав расплывчатый ответ, и отвела взгляд, вновь глядя на ворота школы.

Парень отступил на шаг назад и попытался призвать свою силу, однако даже поднять сокрытие рангов не смог. Лишь на краткий миг появилась едва заметная, призрачная, но внушительная и толстая цепь, опутывающая все его тело, когда демонический князь попытался полностью убрать подавление рангов. Не глядя на мальчика, я скрыла ладони в рукавах, продолжая стоять на месте с прямой спиной и легкой вежливой улыбкой на губах. Вместе с неуловимым мигом проявления цепей, на деревянной подвеске, подаренной мной темному божеству, глубже проступили несколько символов, свидетельствуя о том, что именно она сейчас сковывает гадателя.

Замерев, Хедо некоторое время стоял с опущенной головой, быстро обдумывая произошедшее, а после тихо рассмеялся:

— И как давно ты знаешь?

— Это важно? — наслаждаясь теплым летним деньком и щурясь на яркое солнышко, улыбнулась я.

Дело в том, что во времена своего заточения в Клетке я действительно немало узнала о многих демонах, не говоря уже о князьях. Имея в своем распоряжении многовековые знания духа-защитника Города Кошмаров, я могла узнать то, чего не найти ни в одной из рукописей. Так же, как я узнала о клятве Стужи, я узнала и об особенностях Божества Злого Рока.

Так как ученик Башни Прорицания, который когда-то создал Хедо, погиб в возрасте пятнадцати лет, это накладывало определенные ограничения на ранговые умения темного божества. В частности, я узнала, что братец не может явиться тому, кто будет младше этого возраста. Проще говоря, по своей воле или благодаря злому року он никак не мог показаться девочке десяти лет.

Я не соответствовала условиям проклятия злосчастья.

Среди всех темных созданий, только Хедо имел внушительный ранг и мог свободно разгуливать среди людей. Только его чары могли поразить любого, не вызывая подозрений как со стороны заклинателей, так и со стороны отступников. Злой рок тесно связан с судьбой, а та является ключом к предвидению. Зная будущее, кто не захотел бы его изменить? И последнее… С чьего попустительства демонический князь тринадцатого ранга мог свободно разгуливать среди людей и культивировать совершенствование?

Они знали будущее. Они имели возможность тихо устранить проблему. Почему бы им этого не сделать?

То событие из кристалла Хедо, где я запечатываю Небесные врата, наверняка неслабо взволновало небожителей. Небеса накладывают ограничение, и их обитатели не могут сами влиять на судьбу мира людей, поэтому нужно было найти того, кто сделает это за них. Хедо идеально подходил. Получив благословение небес, демонический князь смог преодолеть ограничение и явиться девочке, не достигшей возраста проклятия. Всего три встречи — это же так просто. Она даже не поймет, как закончится ее жизнь. Только лишь из-за того, что Царство Великого Духа изолировано от влияния времени, небесного закона и судьбы, я могла выскользнуть из расставленных сетей.

Это было очень сложно, но я все еще не могу найти в себе ненависти к Небесам или старшему брату. В какой-то мере я даже понимаю их. Однако это не значит, что нет поводов сопротивляться. Клинок, который использовали Небеса, я заберу с собой в качестве трофея.

И этот клинок все еще ждал ответа, с интересом разглядывая мое лицо.

— Узнала еще до второй встречи, — тепло улыбнулась я, бросая взгляд на растерянное лицо мальчика.

— В таком случае… что насчет твоего дружелюбия? — с небольшой заминкой, но все же спросил братец.

— А что насчет твоего кристалла? — весело усмехнулась я. — Слушай, нас можно лишь назвать жертвами обстоятельств. У тебя было задание, но ты все равно предупредил меня и дал возможность спастись. У меня была возможность сделать из тебя безвредный стакан с деревянными дощечками для гадания, но я налила тебе вино в день своего рождения. У меня раньше было много друзей, но теперь я одна; у тебя раньше никогда не было друзей, но теперь есть я. Не думаешь, что наша встреча, действительно, предрешена судьбой? Чем оставаться марионеткой в божественных руках, почему бы тебе просто не пойти со мной? Столько лет однообразной жизни… Я могу дать тебе гораздо больше. Просто выбери меня.

Между кем выбирать, пояснять не требовалось. То, что я снова его встретила, говорило лишь о том, что задание Хедо устранить меня все еще в силе. Деревянная подвеска имела на себе сложный массив формаций, который мог быть инициирован только в том случае, если демонический князь по своей воле его наденет. Но никто не говорил, что после этого он сможет сам его снять. Однако, если прямо сейчас Хедо скажет, что мое предложение ему неинтересно, я лично сниму с него подвеску и при следующей встрече забуду о былой дружбе.

Все эти мысли отчетливо проступили в моем мягком, как первый снег, взгляде. Ошибиться было невозможно.

— Хида, сестренка, сколько же в тебе еще тайн? — опустив, наконец, руки, облегченно рассмеялся князь. Выдохнув, будто сбросил со своих плеч груз тысячи горных хребтов, Хедо подошел и встал рядом со мной. Плечом к плечу. Это и был его ответ.

— Смотри, — кивнула я на ворота школы, — сейчас начнется.

Двое стражей, соблюдая все церемонии, величественно распахнули массивные створки врат Охранной Башни. Это не та дверца, через которую все ходили в обычные дни. Используя поворотный механизм, стражи развели в стороны две части громоздких врат, обитых полосами зачарованного железа с нанесенными на выпуклые квадратные гвозди отгоняющими зло заклинаниями.

Сияя в лучах полудня, на пороге появился прекрасный, как божественный меч, покрытый инеем, заклинатель. Великолепное белоснежное одеяние мужчины ослепляло и заставляло верить, что он не человек, а небожитель. Собранные в высокий пучок черные волосы придерживала серебряная корона с ярко сверкающим в центре алмазом. Взгляд черных глаз был холоден и безразличен, скользя по лицам собравшихся, но на краткий миг все же запнулся, увидев мое выразительное лицо.

— Эк тебя перекосило, сестрица! Что, тот самый козел, которому срочно надо погадать на ребрах? — развеселилось Божество Злого Рока, увидев непередаваемое выражение моего лица.

— Заткнись, пожалуйста. У бессмертных слух, как у совы. Не приведи темные боженьки, услышать может, — шикнула я, хотя вероятность быть услышанными была крайне мала.

— Да все в порядке. Гляди, он даже не смотрит уже сюда, — успокоил меня братец.

— Да? Тогда почему я вижу его покрасневшее ухо? — ворчала я, едва слышно. — Знаешь, у него всегда были проблемы с головой. Она вечно у него краснела. Или это был лис? Не помню уже.

Удовлетворившись произведенным эффектом и ошеломленными лицами собравшихся, Фантайн дождался, когда восхищенные возгласы утихнут, и начал речь:

— Приветствую будущих светлых заклинателей на пути совершенствования. Я — старейшина Фантайн, глава Охранной башни. Благоприятный час настал! Пришло время начать церемонию пробуждения корня духа. Я проведу вас на арену духа, следуйте за мной.

Высказавшись, бессмертный развернулся, и полы его одеяний взметнулись, будто небесный цветок распустился. Еще раз восхищенно вздохнув, дети ринулись в ворота, чуть не снеся охрану и сами ворота. Сложно сказать, бежали ли они на церемонию или просто еще поглазеть на прекрасного небожителя. Чинно сложив ладони перед собой и продолжая удерживать на лице легкую вежливую улыбку, я дождалась, пока толпа детишек протиснется во двор школы, и спокойно пошла следом. Хедо осторожно ступал рядом, все еще опасаясь кары небесной за вторжение в обитель святости и священных знаний. Видя его настороженный взгляд, я едва слышно усмехнулась. Однажды ты научишься мне полностью доверять, второй князь.

Под маской нерушимого спокойствия я скрывала самое обычное волнение. Фандагерон навсегда останется значимым в моей жизни местом, с которым у меня было связано наибольшее количество воспоминаний. Я искренне любила эту школу и, кажется, смогла доказать это пять лет назад. Сейчас же я чувствовала лишь дрожь в сердце, природу которой была не в силах понять. Это не страх, но что-то близкое. Обуреваемая сложными чувствами, но сохраняющая идеально вежливое спокойствие, я шла по знакомым до боли аллеям, а затуманенный воспоминаниями взгляд скользил по совсем не изменившимся крышам главных башен и дворца главы школы. Только одна крыша выделялась среди всех, так как была возведена самой последней. Это была Башня Меча, разрушенная первым князем пять лет назад.

Люди могут искренне верить, что спокойная безопасная жизнь, тихая радость от прожитых дней и стабильность будущих событий могут быть пределом их мечтаний. Однако если такие люди попадают на долгое время в напряженные ситуации, граничащие с бедствиями мирового масштаба, а после еще и выходят из них с победой, покрытые неоднозначной славой, то, вернувшись к местам, где разворачивались события, могут ощутить легкий зуд под ребрами. Это предвкушение от встречи с прошлым. Интересно, многое ли изменилось?

Следуя за толпой, мы прошли аллею и вышли к центральной площади школы. Круглая, вымощенная духовными камнями арена быстро заполнилась детьми, неспособными устоять на месте от волнения. Сегодня очень важный день в их жизни, и только мы со вторым князем стояли в центре этого моря радости, сохраняя спокойствие.

Над ареной, поддерживаемые духовной энергией, парили платформы, на которых уже заняли места старейшины. Однако две из них пустовали. Я медленно скользила нечитаемым взглядом по знакомым лицам, отмечая, что за пять лет ничего не изменилось. Старейшина Башни Изобилия неспеша потягивал чай из изящной чашечки, слегка постукивая по ее краю фарфоровой крышкой. Он еще не догадывался, кого примет по итогам сегодняшнего испытания в свои ученики. Интересно, как бы изменилось его лицо, если бы он узнал?

Старейшины башен Литературы, Полнолуния, Меча, Крови и Небес не чувствовали тревоги, восседая на своих местах. Взгляд немного дольше задержался на лице главы Башни Небес. Кажется, старейшина Блиди стал выглядеть взрослее. Наверное, он был очень разочарован тогда, пять лет назад?

Места старейшины Башни Прорицания и главы школы еще пустовали, вызывая у меня легкий интерес. Кто же сейчас занимает место хозяина Фандагерона? А на недавно установленной дополнительной платформе сидел старейшина Охранной Башни. Фантайн, откинувшись на спинку стула и задумчиво перебирая пальцами пару духовных камней, всматривался в лица детей на арене, будто силился кого-то найти. Чувствуя, что наши взгляды вот-вот встретятся, я отвернулась, принимая отстраненный вид. Кажется, на этот раз начало испытаний почему-то задерживается.

Прошло примерно полчаса с момента нашего прибытия. Пока дети томились в ожидании, галдя и переговариваясь, я каждую проклятую секунду ощущала на себе пристальный взгляд бессмертного. Хедо, ощущая ненормальность происходящего, притих за моей спиной и старался слиться с окружением.

Я уже почти пустила корни в священную землю Фандагерона, когда на главную платформу легко взлетела изящная фигура главы школы. В этой прекрасной светлой заклинательнице я моментально узнала бывшую старейшину Башни Прорицания — Нану Эрлен. Ту, что некогда мечтала стать парой для моего отца. Интересно, что она почувствовала, когда узнала, кому так неосмотрительно хотела стать родственницей? Сейчас на лице женщины было очень сложное выражение. Губы гневно поджаты, а взгляд исполнен раздражения. Кажется, у нее что-то случилось?

На моих губах не дрогнула легкая вежливая полуулыбка, но взгляд все же переместился на платформу старейшины Башни Прорицания. Если Нана возглавила школу, то кто же занял ее место? Насколько я помню, пять лет назад у предсказателей не было других мастеров четвертого ранга. Или все настолько плохо, что они допустили до управления кого-то третьего ранга? Но это, если не ошибаюсь, противоречит правилам Фандагерона.

Ответ я узнала через несколько минут. Мощная фигура мужчины в черных одеяниях с белым поясом и подвеской в виде восьмиконечной звезды, вписанной в квадрат, легко взмыла в воздух и приземлилась на последнюю пустующую платформу. Среди изящных светлых заклинателей он выделялся внушительным ростом и широкими плечами. Источаемая им аура подавляла, и казалось, что настоящим хозяином здесь был именно он. И не только здесь. Когда этот старейшина пинком отодвинул стул и занял свое место, создавалось полное ощущение, что перед нами император мира людей по меньшей мере. Заклинатель был явно раздражен, и по взгляду Наны я поняла, что именно он её разозлил накануне.

На миг у меня сбилось дыхание и расширились глаза, когда я увидела лицо нового главы Башни Предсказаний. Его длинные черные волосы были собраны на затылке золотой заколкой с острыми краями, от изогнутых в презрительной усмешке губ спину будто кипятком окатило, а безразличный взгляд глубоких черных глаз мог заморозить душу. Мне прекрасно было знакомо это лицо благодаря играм девятой княжны, но такого выражения на нем я никогда еще не видела.

Никто не знает, чего мне стоило отвести ошеломленный взгляд от этого мужчины и вновь принять невозмутимый вид. Я все еще ощущала пристальный взгляд бессмертного, поэтому должна была тщательно следить за собой. Фантайн всегда был невероятно подозрительным, как старая бабка-шаманка, поэтому меньше всего мне нужно было привлекать его внимание. Если он и на этот раз будет меня преследовать, ведомый своими слишком развитыми инстинктами воина, будет худо.

Голоса детей слышались все глуше, будто я постепенно погружалась в глубокую воду, и из этого состояния меня вырвал чистый и нежный голос главы школы. Подойдя к краю платформы, Нана расправила плечи и озарила день своей улыбкой:

— Приветствую вас, будущие заклинатели! Духовная школа Фандагерон рада принимать вас в своих стенах!..

Знакомая приветственная речь главы школы лилась подобно чистому, освежающему ручью, когда, приблизившись, Хедо весело зашептал мне в ухо:

— Сестрица, видишь того старейшину в одеждах прорицателей? Погляди-ка на его лицо. Такое ощущение, что кто-то взял духовный корень Стужи и засунул ему прямо в зад! Ой, кажется, он нас заметил…

Еще ни разу я не испытывала свою выдержку таким образом. Смех и страх смешались в груди, бурля кипящей лавой, но на лице ничто не отразилось. Прямая спина, спокойный взгляд и легкая улыбка, а второго князя побить все же не помешает. Он без побоев, как я без зефира.

Я, как и три сотни других детей, полностью посвятила свое внимание распинающейся заклинательнице, но не могла разобрать ни слова, так сильно шумела кровь в ушах. Лишь когда она взмахнула рукой, призывая яркий свет Фандагерона, я смогла очнуться. Ослепляющий луч устремился к нам и инициировал чары спящей формации арены духа.

Настал момент, когда требовалась предельная сосредоточенность. Из духовных камней под ногами вырвались потоки энергии и устремились к детям. Врываясь в тела, эта сила проходила по духовным каналам, срывая врожденные печати и пробуждая духовный корень, чтобы выйти наружу и застыть над головами в виде цветных сфер разной степени наполненности.

Нас это заклинание также не обошло стороной. Я чувствовала, как ласковая светлая энергия входила в духовные каналы, но уже имеющаяся во мне сила твердо направляла заклинание по желаемому пути. В нужное время над моей и второго князя головами появились правильные сферы воды и дерева с полной силой духа, а на моих губах чуть отчетливее проступила холодная улыбка. Это было совсем не сложно, уважаемые старейшины. Ваша усиленная защита заслуживает нашего с вторым князем восхищения.

— Ты ж гляди, получилось! — зашептал мне на ухо пораженный князь, в то время как арена наполнилась возгласами сотен новых маленьких заклинателей.

Из-за этого неожиданного шепота я на секунду потеряла контроль над чарами, и остатки энергии от заклинания прошли по духовным каналам без участия моей воли, что привело к катастрофическим последствиям. Рядом с водной сферой появилась вторая — огненная.

— Хедо! — раздраженно зашипела я. — Ты воистину божество злосчастья!

Тихо ойкнув, братец смущенно улыбнулся и взглядом попросил прощения. На его детской мордашке это смотрелось очень мило, поэтому я не смогла дальше ругаться и просто отвернулась. Даже зная, что никакой он не ребенок, не могу на него рычать. Дети всегда вызывали у меня только улыбку, а их ошибки никогда не злили. Вздохнув, я стала оглядываться в поисках нужного места.

Над ареной единовременно вспыхнули символы главных башен, а Нана объявила второй этап. Ученикам предстояло первым сделать выбор будущего наставника, встав под нужным знаком. Найдя изображение в виде денежного мешочка, принадлежащего Башне Изобилия, я стала пробираться туда сквозь толпу. Хедо, разумеется, пошел следом. А через пару минут на арене получилась странная ситуация.

Как несложно догадаться, большая часть учеников хотела попасть на обучение в Башню Небес и к бессмертному старейшине. Те, кто хотели к первым, без колебаний встали под символом Блиди, а вот вторые не могли так сразу выбрать между Башней Меча и Охранной Башней. В итоге желающие распределились равномерно. Немного меньше хотели попасть к целителям и прорицателям, но все же и там собралось довольно много учеников. Остальные башни также не были обделены желающими.

И только под знаком Башни Изобилия стояли лишь мы двое! Все верно. Никто не хотел идти в услужение, все мечтали быть великими заклинателями. Поэтому несложно догадаться, что, увидев двух детей с весьма сильным даром уверенно стоящих под золотым символом башни снабженцев, ошеломленно на нас уставились.

— Сестрица, ты, правда, не хотела привлекать внимание? — стоя за моей спиной, шепотом посмеивался второй князь демонов. — Кажется, на нас не смотрят только камни.

Я ничего на это не ответила, стоя под прицелом взглядов не только старейшин, но и многих учеников. На губах играла спокойная уверенная улыбка, взгляд был твердым, а осанка прямой и естественной. Разве не хорошо получилось? Пусть у меня две стихии, что хуже, чем одна, но при таком стечении обстоятельств меня гарантированно примут в желанную башню. Я чувствовала, что уже победила.

Некоторое время таращась на нас двоих, Нана все же взяла себя в руки и тихо прокашлялась, привлекая внимание детей. Сделав шаг вперед, глава объявила начало последнего этапа отбора, приглашая старейшин сделать свой выбор. Первым выбирать пришлось Анлесу, однако старейшина еще минуту растерянно на нас смотрел, считая, что мы вот-вот передумаем и уйдем в более востребованное место, но я спокойно смотрела ему в глаза и тепло улыбалась, ожидая приглашения.

Разумеется, он не стал отказываться. Нана тихонько окликнула главу снабженцев, выводя его из ступора, и Анлес немного нервно создал двух зеленых бабочек, которые спорхнули с его пальцев и подлетели к нам.

Я уже видела эти чары раньше, когда сама была в числе старейшин на отборочных испытаниях. Эта бабочка была простым проявлением духовной энергии старейшин и имела вид, соответствующий стихии их духовного корня. Анлес имел древесный духовный корень, поэтому его бабочка была чистого изумрудного цвета. Очень красиво.

Нам оставалось лишь прикоснуться к ней, чтобы энергия обратилась в маленькие подвески с символом башни, когда начались большие проблемы.

Сверху внезапно вспыхнуло белое пламя, и сверкающая бабочка главы Охранной Башни подлетела ко мне. Фантайн наплевал на очередность и правила отбора, заявляя о своем желании принять меня в ученики, а демонический князь за спиной из последних сил сдерживал хохот. И если раньше все были просто немного удивлены нашим с Хедо выбором башни, то теперь удивленные возгласы стали раздаваться со всех сторон. Даже простые наблюдатели, которые стояли за пределами арены, возбужденно загомонили.

Но будто и этого мало было. Не дав опомниться от предыдущего потрясения, наверху снова вспыхнула энергия. Новая бабочка алой молнией устремилась к нам, зависнув прямо перед лицом. С ее крыльев стекали искры истинного пламени. Того самого, которое сейчас наполняло мою вторую сферу, все еще висящую над головой.

Вокруг поднялся невообразимый шум, а у меня зазвенело в ушах. Медленно, будто само время желало застыть, я подняла голову и встретилась с тяжелым черным взглядом старейшины Башни Прорицаний.

Галдели ученики, что-то успокаивающе говорила Нана, возмущенно молчал Анлес, выразительно хмурился Фантайн, и только Тайхан продолжал игнорировать всех, молча удерживая мой взгляд. Черные глаза опасно прищурились, будто пытались что-то рассмотреть на моем лице, а я понимала, что одно неосторожное движение может полностью сломать все планы.

Уверена, нет никакой причины распознать во мне покойную наставницу Эру Луару. Я выгляжу иначе и не имею темной энергии. На мне даже черного плаща нет, хотя сейчас я не отказалась бы скрыться под ним! Не имею ни малейшего понятия, что здесь происходит, но если меня еще не бросились уничтожать, то я себя еще ничем не выдала.

Поэтому я сделала то, что должна была. Состроила обычное удивленное лицо, добавила в глаза непонимания и перевела взгляд на три бабочки, ожидающие моего согласия. Я — обычная ученица, которая не понимает, что здесь происходит. Но дела посторонних меня не касаются, а выбор второго этапа игнорировать нельзя. Я же приняла решение? Приняла. Поэтому могу смело игнорировать нарушителей школьных правил.

Но стоило мне поднять руку, чтобы коснуться зеленой бабочки, как раздался раздраженный треск алого пламени и с крыльев красной бабочки сорвались атакующие огненные искры. Не прошло и секунды, как две другие бабочки были уничтожены. Старейшина Башни Предсказаний не хотел оставлять мне выбор. Когда этот ребенок обзавелся таким сложным характером? Это я его таким воспитала?

Анлес тем временем обиженно воскликнул, а Фантайн начал отчетливо скрипеть зубами. Нана достигла просветления и с меланхоличным видом плюхнулась на свое место, всем видом выражая нежелание принимать во всем этом участие и пытаться как-то повлиять на своего преемника на посту старейшины Башни Предсказаний.

Тайхан же закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди, чем вызвал восхищенные вздохи нескольких заклинательниц за пределами барьера арены, и изогнул губы в провокационной улыбке, чем добил остальных девушек. Взгляд его упорно прожигал дыру в маленькой ученице.

От моей выдержки оставалось все меньше частей, но я все еще отказывалась сдаваться. Отступив назад на шаг, я таким образом выразила свое мнение по поводу этого поступка бывшего ученика и устремила выжидающий взгляд на старейшину Анлеса, предлагая ему снова позвать меня.

Оказалось, что это было последней каплей терпения новоявленного предсказателя. Великий Дух знает, что у него в голове за каша, но внезапно красная бабочка двинулась в мою сторону и села прямо мне на нос.

Я удивленно распахнула глаза, сводя их к центру, и, не выдержав щекотки, чихнула, а вредное насекомое посчитало, что выбор сделан, и рассыпалось довольными искрами, после чего мне в ладонь упала квадратная подвеска с восьмиконечной звездой.

За спиной издевательски захохотало Божество Злого Рока.