Мой пленный генерал

Отступление 4

Галактика Путь Андромеды. Империя Ках-Шахрастар. Планета-столица Хагрос. 5218 год после Объединения.

Разбитый флот, едва поддерживаемый ослабевающими кровавыми нитями, вошел в зону военного космопорта Хагроса. Это событие вызвало настоящий переполох, так как военное министерство давно потеряло связь с группой, улетевшей подавлять восстание в Кольце Смерти.

Военные чиновники, офицеры внутренней службы безопасности, медики и служащие космопорта столпились на посадочной площадке и в ужасе смотрели, как некогда блистательный флот во главе с Первым Генералом в жуткой тишине заходит в ангар.

Ни на одном корабле не работали двигатели, и людям было неясно, как звездолеты могли продолжать целенаправленно двигаться. Если корабли выглядели так катастрофично, то что же с экипажем? Военные готовились к худшему.

Когда несколько десятков эсминцев бесшумно опустились на площадку, на армированный бетон тихо закапали капли крови. Это ужасающее зрелище заставило людей затаить дыхание, а некоторые невольно потянулись к оружию.

Солдаты не знали, что их ждет, поэтому, к тому моменту, как один за другим начали открываться шлюзы звездолетов, большинство уже сняли плазмеры с предохранителей и целились в неведомую угрозу. Их руки ощутимо подрагивали от нарастающего напряжения.

Все в той же гробовой тишине на площадку стали выходить измученные и подавленные солдаты Первого Генерала. Выглядели они ненамного лучше, чем их корабли, ведь большая часть электроники на борту была повреждена, а значит, никакого душа, туалета и техники пищеблока. Они две недели не могли нормально помыться и поесть синтезированную пищу. Про то, куда им пришлось ходить в туалет, и вовсе лучше промолчать. Грузовой отсек такого надругательства еще не видел.

К счастью, в хранилищах было достаточно биомассы из белков, жиров и углеводов, которая обычно используется вместе с ароматизаторами и вкусовыми добавками в пищевом синтезаторе. Иначе до базы долетели бы усохшие трупы.

Вид вооруженной делегации никого не удивил. Каждый солдат понимал, что их облик и состояние кораблей выглядели слишком странно, чтобы охрана космопорта не насторожилась. Хорошо хоть сразу не пристрелили.

Первым нарушил ошеломленную тишину помощник генерала. Этот парень оказался на редкость стрессоустойчивым. Он вышел вперед, примирительно подняв руки, и устало сказал:

— Не стреляйте, это мы.

От этих слов застывшее в ужасе время будто вновь ускорило свой ход. Люди зашумели, медики бросились к выжившим, а министры столпились у главного эсминца, ожидая выхода генерала.

Однако, когда тот вышел, собравшиеся вновь притихли. Всем стало очевидно, что подавление восстания провалено. Сказать по правде, это первый раз, когда империя не справилась с бунтом. И в то, что другой стороной была одна единственная крошечная планета без магов и техники, оказалось слишком трудно поверить. Такого они даже представить себе не могли.

Конечно, все хотели поскорее услышать отчет генерала. Вот только тот в несвойственной ему манере наплевал на ожидания военных. Лаен вышел в помятой форме, с опухшим лицом и отросшей бородой, а запах от него стоял такой, что воздух поджигать можно было.

— Это… что? — ошеломленно прошептал один из министров, потянув помощника генерала за рукав.

Тот устало вздохнул, бросив раздраженный взгляд на генерала, после чего отмахнулся:

— А на что похоже? Он две недели бухал. В медотсеке почти весь спирт закончился. Если бы полет затянулся еще хотя бы на пару дней, он перешел бы на ракетное топливо. Забудьте. Просто… пусть проспится. Император в курсе.

Помощник вовсе не пытался понизить голос, и все присутствующие услышали его недовольство, однако генералу было глубоко плевать. Он даже не взглянул на встречающих. Оттолкнув плечом министра, который мешал пройти, Лаен побрел в неизвестном направлении, не сказав ни слова, и никто не попытался его остановить.

Неизвестно, куда направлялся поверженный генерал, но его уход прервал звонок коммуникатора. Непонятно, о чем подумал парень, но, увидев идентификатор звонящего, он, на удивление, принял вызов. В воздухе вспыхнул полупрозрачный экран, с которого не него смотрела группы прилично выпивших парней:

— Йоу, чувак! Хреново выглядишь, ха-ха! А мы только собираемся в загул. Прикинь, Хемиш женится через неделю! Так что мы тут мальчишник решили организовать. Присоединишься? Айзек девочек в модельном заказал, так что компания будет приятная, ха-ха-ха.

В мрачных потухших глазах генерала не промелькнуло ни тени интереса, однако голос был ровным, хоть и немного хриплым от двухнедельного молчания:

— Где вы?

— На Анказаре, конечно! Тут лучшие клубы, чувак!

Анказар был планетой-столицей соседней федерации Индар-Кор. Лететь до них не так долго, учитывая, что космопорт находится почти на границе двух галактических держав.

Улететь в другую страну, чтобы пробухать еще неделю в компании едва знакомых отморозков и незнакомых телок? Лаен в деле!

Сказав, чтобы прислали координаты бара, парень сбросил вызов и тяжелым шагом направился в другой ангар. Доступ туда был только у членов императорской семьи, поэтому никто не смог помешать пьяному племяннику правителя войти и угнать личный боевой эсминец императора.

Не помешала ни охранная система корабля, которую он взломал, проломив панель кулаком. Не помешала охрана, примчавшаяся на вой сирены. Даже закрытые шлюзы космопорта не помешали, ведь он без колебаний протаранил их лобовым стеклом. Обломки вышвырнуло в космос, а космопорт закрыли с объявлением чрезвычайного положения.

А пьяное «чрезвычайное положение» тем временем на максимальной скорости неслось в соседнюю федерацию. Пока он летел по территории Ках-Шахрастара, это еще ничего, но когда он пересек границу, наплевав на пограничные посты, то только благодаря сертификатам личного эсминца императора Айдана Эрда его корабль не разнесли к чертям. Однако до нужной планеты Лаен девять часов летел с хвостом из еле поспевающих эсминцев Галактической Службы Безопасности. Догнать не вышло, но обматерили его до девятого колена.

Различие между двумя странами было действительно велико. Едва Лаен приземлился в космопорте Анказара, как обстановка разительно изменилась.

В его родном Ках-Шахрастаре царила атмосфера строгости и военного минимализма, влияние технологий было настолько незаметным, что порой казалось, будто те полностью отсутствовали. Планеты выглядели так, будто кроме крепостей и фортов на континенте больше ничего нет, а дома простых жителей больше напоминали военные базы: с арсеналами, тренировочными площадками, высокими стенами и строгой дисциплиной.

Индар-Кор в свою очередь является высокотехнологичной федерацией, в которой техника тесно сплетается с магией. Пожалуй, главная особенность этой страны — повсеместное изучение, создание и распространение устройств, использующих магию как источник энергии.

Эта особенность в основном и определила облик городов. Смог плотно затягивал небо, создавая вечерние сумерки днем и подсвечивая облака копоти ночью; узкие улочки утопали бы в непересыхающей слякоти, если бы не были вымощены металлическими решетками вместо привычного асфальта; а обилие всевозможных неоновых вывесок заливало улицы светом до такой степени, что отпала всякая надобность в уличных фонарях. Это был город вечной ночи, в котором жизнь не засыпала ни на минуту.

Конечно, так было не везде. Был один небольшой материк, на котором строжайше запрещалось организовывать производства, из-за чего небо было чище, чем в других частях планеты. Днем там можно было увидеть голубое небо и яркое солнце, а сухие дороги были вымощены высокотехнологичным асфальтом с подогревом и самоочищением. Улицы там были широкими, а стоящие вдоль дорог фонари яркими и однотипными. Практически уголок порядка и организованности в пучине хаоса и всевозможных пороков.

В этом месте, как несложно догадаться, жил правитель Индар-Кора — Эш Тан, а также его приближенные. Однако правительство в этой федерации также было весьма условным. Вся власть принадлежала корпорациям, и самая влиятельная управляла общими делами страны.

Генеральным директором именно такой корпорации и являлся господин Тан. В связи с этим нетрудно понять, что человеком он был крайне занятым, а также весьма стрессоустойчивым. Поэтому, когда на его коммуникатор поступил тревожный звонок от службы безопасности космопорта с донесением на вторжение инопланетного правителя, тот даже в лице не изменился.

— Какой именно правитель? — сухо уточнил Эш, не прекращая просматривать документы на своем рабочем планшете. После завершения турнира артефакторов у него появилось несколько новых идей, и мужчина планировал открыть у себя новые производства. Увы, его потрясающую идею с треском разгромил совет директоров, так что сейчас Эш… подбирал новый совет директоров.

— Правитель империи Ках-Шахрастар! — взволнованно отвечал голос на том конце связи. — Его императорское Величество Айдан Эрд!

— Понял, — произнес без всякого удивления Эш, после чего сбросил вызов и набрал Айдана напрямую. Спустя пять гудков его вызов был принят.

— Это не я, — без предисловий сразу сказал Айдан. Он тоже занимался бумагами у себя в кабинете, но в отличии от своего иностранного коллеги предпочитал работать на бумаге. Его секретарю действительно было нелегко вести одновременно архив и дублировать его в базу данных.

— А кто? — спросил Эш, даже не подняв головы от изучения документов на планшете. Ситуация казалась комичной, но выглядела на удивление гармонично. Мало кто знает, что в далеком прошлом, лет сто назад Эш перешел дорогу Айдану, чтобы помочь скрыться у себя бывшей невесте Айдана. Но будем снисходительны, он действительно не знал, кто эта сумасшедшая девица.

— Лаен, — в свою очередь без утайки ответил император. Подумав, что Эш может не помнить этого дикого мальчишку, Айдан уточнил: — Мой племянник и Первый генерал.

— Понял, — коротко бросил Эш и повесил трубку. Следующим шагом стал его звонок самому Лаену.

На этот раз дозваниваться пришлось немного дольше. Генерал поднял трубку раза с двадцатого, когда Эш почти забыл про него, погрузившись в отчеты инженерного отдела разработок. Отчет был не самым радужным, поэтому глава корпорации вникал в цифры и сосредоточенно хмурил брови.

— Эш, — раздалось хриплое приветствие из динамиков, оторвав мужчину от подсчета корреляции между инкубационным ядром и переменной базового начала стихии огня. Он был уверен, что инженеры продались конкурентам, если делают такие грубые ошибки в расчетах.

Очнувшись от бесконечных цифр, Эш вспомнил о собеседнике и причине своего звонка, после чего высказал свое мнение обо всем одним словом:

— Не шуми.

— Понял, — хрипло ответил генерал и сбросил вызов.

Настоящие мужчины такие суровые и великолепные, что даже интернациональные политические скандалы могут решить двумя-тремя словами. Действительно потрясающе! Достаточно одного взгляда — и они, видите ли, все поняли. А как девушка просит свалить в закат и не загораживать обзор, так поразительная догадливость тут же сменяется тяжелой формой аутизма.

Генерал в свою очередь даже не подозревал о том, какой круговорот звонков в природе произошел из-за его действий. Найдя по навигатору нужное заведение, он вошел в клуб и был встречен улыбкой управляющего:

— Господин Коган, добро пожаловать! Позвольте проводить вас.

Что ж. Репутация генерала, как гуляки и повесы, действительно появилась не на пустом месте. В всех странах осталось мало престижных и не очень заведений, в которых у того не было бы еще членской карты. Лаен не знал недостатка в деньгах и любил проводить время с размахом. Так что на любой гулянке он был желанным гостем. Гостем, который гарантированно все оплатит. Лопух, короче.

«Вортем» был далеко не самым элитным клубом Анказара, и публика тут собиралась самая разношерстная. Однако он славился тем, что мог предложить любое развлечение за демократическую цену. Чего бы ни пожелала душа гостя, «Вортем» это исполнит.

Первый этаж клуба представлял собой сплошной танцпол, с тремя барными зонами по периметру. Нет такого напитка, которого бы не нашлось в запасе у местных барменов. Тяжелый плотный дым стлался по полу, вспышки света распарывали кромешную темноту, а музыка заглушала любые другие звуки, объединяя и изолируя десятки танцующих людей.

Второй этаж представлял собой балконный коридор, из которого можно было попасть в отдельные комнаты из смарт-стекла. Комнаты отличались по размеру и предназначению. Где-то можно было посидеть с деловыми партнерами, обсуждая бизнес и высокомерно наблюдая за неистовствующей толпой на танцполе первого этажа. Где-то уединиться со стриптизершей для приватного танца. А где-то можно было собраться шумной компанией за полным выпивки столом и собственным небольшим танцполом.

Управляющий проводил Лаена как раз в третий тип комнаты, где его уже ждала шумная компания молодых людей и их спутниц. Спутниц «Вортем» также великодушно поставлял в соответствии с каталогом товаров. У таких девушек на тыльной стороне ладони стояла люминесцентная печать клуба в виде буквы «В».

На низком стеклянном столе с мигающей подсветкой стояли десятки различных бутылок, полупустых бокалов и в гораздо меньшем количестве тарелки с закусками.

Собравшиеся встретили товарища свистом и приветственными криками, не обращая внимания на мрачное лицо последнего. Пара особо шустрых «сотрудниц» клуба подбежала к парню и утащила его за стол. В считанные секунды у него в руках оказалось два стакана с чем-то легковоспламеняемым, а на каждом колене по полуголой девице.

— Эй, братишка, что-то ты хмурый какой-то! — обнимая двух других красавиц, с ухмылкой крикнул тот самый парень, который недавно звонил генералу. — Тебя опять бросили?

Не совсем трезвый генерал стал решать задачи по мере их поступления. Сначала перелил один бокал в другой, а потом одним махом выпил. После чего посмотрел на говорившего и без труда стряхнул с себя красавиц. Прямо на пол.

— Закрой рот и пей свое вино, — сказал он хрипло. Лаена не очень интересовали люди вокруг, а вот батарея разноцветных бутылок внимание привлекла. Не читая этикетки, он взял ближайшую, опрокинул в пустой стакан и стал методично надираться.

Присутствующие идиотами не были, так что быстро поняли запретную тему дня. Болтать по душам с племянничком императора никого не тянуло, так что было решено переключиться на более приятные занятия. Например, высасывание бабок.

— Кстати! — некстати воскликнул парень. — Познакомься, это наш новый друг — Орималь Сабади. Орик у нас недавно компанию организовал, представляешь? Будет заниматься производством новейшего теплового оружия! Может ты даже уже слышал о нем, фирма называется, э-э…

— «Фьорд»! — любезно подсказал сам Орик, перегибаясь через стол с протянутой рукой, чтобы поздороваться с генералом. В глазах его горели радость и предвкушение, но недолго, если честно. Лаену на всех Ориков в мире вместе взятых было так глубоко плевать в этот момент, что они могли бы расплакаться, если бы узнали.

Рукопожатие было напрочь проигнорировано, а вот следующая в очереди бутылка облагодетельствована пристальным вниманием. Орику ничего не оставалось, кроме как смущенно сесть на место. Однако его друг не смутился и продолжил расплываться в лести:

— Братишка, ты ведь самый крутой генерал в галактике! Тебе наверняка пригодится такое мощное новейшее оружие? Мы все тут друзья. Что скажешь, если Орик сделает тебе скидку, как оптовому покупателю?

Орик тоже не был лишен предпринимательской жилки и внес свое предложение:

— Три процента!

Другие парни за столом лениво тискали девочек и молча следили за разговором. Сотрудницы клуба переглядывались, но подходить к генералу опять не решались. Они умели тонко чувствовать настроение мужчин и понимали, что новоприбывший почему-то не настроен играть с ними. Лучше выждать более благоприятный момент, когда парень выпьет еще чуть-чуть.

Парень же вообще не слушал этих стартаперов, опрокидывая стакан за стаканом. Видя, что «денежный мешок» не заинтересовался, двое продолжили наседать.

— Орик, — с улыбкой воскликнул друг, — сегодня такой замечательный день, прояви больше искренности! Что скажешь насчет десяти процентов?

Орику это очень не понравилось, но на поверхности он лишь сильнее скулы напряг, чтобы улыбнуться:

— Это отличное предложение! Для нашего генерала я действительно готов пойти на это!

— А! Лаен, что скажешь, братишка? — хлопнул друг, нетерпеливо потирая ладони, словно торопился поскорее нагреться на чужой сделке.

Они долго доставали генерала и в итоге достали. Вылив остатки из двух разноцветных бутылок в свой стакан, Лаен откинулся на спинку дивана, устало вздохнул и поднял красные от недосыпа глаза на двух бездельников. Неожиданно, его голос звучал хоть и хрипло, но на удивление трезво:

— Опустим тот момент, что ты без разрешения военного министерства решил продавать оружие заграницу, но с чего ты взял, что тепловые пушки в наш век еще кого-то интересуют? Какая еще фирма-производитель? Вы двое наткнулись на бесхозный склад старого оружия и пытаетесь его продать? Я похож на оленя?

Орик перепугался так, что цветом лица сравнялся с простыней. Ему казалось, что он от страха сейчас в обморок упадет. К счастью, его друг не был таким впечатлительным и ловко умел выкручиваться. Громко засмеявшись, будто услышал невероятную шутку, он поднял бокал и резво перевел тему:

— Да что же мы все о делах да о делах?! Мы ведь не работать сюда пришли, да, парни? Давайте, поторопитесь и поднимите тост за нашего брата Лаена!

— За Лаена! За Лаена! — мигом поддержала его компания, натягивая улыбки поприветливее и поднимая бокалы.

У генерала не было никакого настроения разбираться с этими двумя, так что он снова опустил голову и ушел в себя. Из-за этого казалось, будто в его углу собираются черные тучи, а это сильно портило атмосферу праздника. Разговорчивый друг не мог этого вынести. Так как примерная причина хандры новичка была определена, он решил клин клином выбить и сделал звонок управляющему, после чего похлопал по столу, привлекая внимание:

— Народ! Давайте-ка взбодримся! Я сейчас кое-что из «спец-меню» нам заказал, ха-ха-ха! Свежачок, такого еще не было!

Собравшиеся приободрились, зашумели и стали с нетерпением ждать заказ, а генерал застыл неподвижно, глядя пустым взглядом с стакан. Его мысли были очень далеко.

Вскоре народ зашевелился. Свет погас, музыка сменилась на что-то тягучее с таинственным барабанным ритмом и стала громче, а дверь кабинки распахнулась, пропуская внутрь тот самый «заказ».

Есть свет или нет, Лаена мало волновало. Прямо сейчас на столе находился его враг в бутылках, и он упорно с ним сражался. Это были те самые отношения вражды-дружбы, когда ты нуждаешься в чем-то, но битва неизбежна и кто-то исчезнет. Пока что коньяк проигрывал.

Он пил до тех пор, пока на дне бокала не почудилась пара прекрасных глаз, что смотрела на него с нежностью. Это была явная иллюзия, она совершенно точно никогда так на него не смотрела, но опьяневший разум легко принимал желаемое за действительное. Лаен не сошел с ума, но очень этого хотел и всерьез уставился в бокал, ища какие-то ответы на дне.

Иллюзии очень эфемерны и легко разбиваются, когда кто-то их загораживает. Тонкая белоснежная рука изящно легла на край бокала и отвела его в сторону, а точеная женская ножка с алыми ноготочками призывно погладила его бедро поверх брюк.

Прекрасный взгляд в бокале исчез тот же час, и генерал пришел в ярость. Раздался шлепок, и прелестница, прибывшая станцевать эротический танец для гостей, вскрикнула, держась за пострадавшую ногу, а генерал поднял на нее полный смертельных намерений взгляд. Только теперь он понял, что в комнате появился новый человек.

Заказанная девушка была фантастически красива. Белоснежная кожа, тонкие черты лица, изящная фигура в кроваво-красном платье — она стоила целое состояние вообще-то. Одна бретелька уже сползла с плеча, готовясь продемонстрировать гостям пикантное зрелище, а ткань платья была похожа на прозрачный шелк, сотканный… из алых нитей.

Гневные слова, готовые вот-вот сорваться, так и застыли на губах парня. Вот только первый бабник галактики пялился далеко не на девушку, а на ее платье. Вид алых нитей так больно резанул по сердцу, что аж дыхание перехватило.

Конечно, это была не она, но некоторые вопросы просто невозможно было больше держать в себе. Спихнув часть посуды со стола, генерал грубо усадил напуганную девицу напротив себя. Его глаза с полопавшимися сосудами и так пугали людей, а в сочетании с помятой небритой мордой и вовсе вгоняли в ужас.

— Вот ты женщина. Скажи мне, ты хочешь детей? — сверля прелестницу тяжелым взглядом, хрипло спросил генерал.

Девушка удивленно разинула рот и замотала головой. Она только стала совершеннолетней и съехала от родителей. Детей ей сейчас хотелось меньше всего.

Генерал нахмурился и задал следующий вопрос:

— И замуж не хочешь?

— Смотря за кого, — обольстительно улыбнулась красавица, которой менеджер все уши по дороге в комнату прожужжал про крутого генерала, который их посетил.

— За меня, допустим, — ответил он сквозь зубы.

— За вас, генерал, с радостью, — шире заулыбалась она, профессионально стреляя глазками.

— А от меня знаешь какие дети сильные были бы! — настаивал он. Этот диалог был похож на разговор слепого с глухим. Очень конструктивный.

— Ну если это дети от господина генерала, то я не против, — мягко выдохнула танцовщица, плечиком опуская бретельку еще ниже, однако смотреть в ее наглые глаза генерал не перестал.

— Вот! Ты не против! — рявкнул Лаен, саданув кулаком по столу так, что часть бутылок опрокинулась. — А она почему против? Что со мной не так? Почему не нравлюсь?

— Ну… — с сомнением протянула девица, почуяв запах сплетен, и окинула пьяницу критическим взглядом: — Может, помыться для начала?

— Я мытый был, — мрачно ответил он.

— Побриться? — предположила девушка.

— И бритый. И одетый в чистое. И с цветами. Что еще вам бабам надо?

И тут танцовщицу некстати озарило:

— Так она, наверное, в другого влюблена была!

И уже через пять секунд полной тишины за спиной ошеломленной красавицы с грохотом захлопнулась дверь кабинки. Есть вещи, которые не стоит говорить отвергнутому ревнивому мужчине, вступившему в брачный период.

После неудавшегося танца вечеринка протекала как-то тухло. Парни начали расходиться по одному, девочки уходили с ними, и меньше чем через полчаса в кабинке остался один только генерал с батареей недопитых бутылок и астрономическим счетом. На счет плевать, а вот бутылки еще могли послужить благой цели. Да, он продолжил мрачно пить в одиночестве, пока не уснул.

И приснился ему дивный сон.

То, что все вокруг ненастоящее, Лаен понял сразу. Свое тело он почти не ощущал, а вот мир вокруг был ярким и незнакомым. Единственное, что давало хоть какую-то подсказку о причинах его перемещения — вернувшаяся на запястье метка. Она источала пульсирующий свет и приковывала его к месту.

По долгу службы и в следствие бурной молодости, генерал побывал в самых разных местах галактики, поэтому вполне обоснованно подозревал, что попал в какое-то очень отдаленное место. Хотя бы потому что в данный момент он находился на борту летательного аппарата, явно построенного не в этом тысячелетии.

Было непонятно, для чего метка привела его сюда, но что-то предпринимать парень не спешил. Не чувствуя недавнего опьянения, он внимательно осмотрелся по сторонам. Его внимание привлекла пара отца и дочери, сидящая рядом. Зависнув в проходе между рядами кресел, генерал попытался понять, о чем это видение.

Он слышал весь диалог пары от начала и до конца. Неизвестно, в какой момент он начал улыбаться, но рассуждения маленькой девочки вдруг сильно напомнили ему одну особу, которая тоже очень хотела семью. Точнее, клан. Еще раз взглянув на пульсирующую метку, Лаен начал что-то понимать.

Видение быстро добралось до момента крушения самолета, но, вместо ожидаемого конца, время вдруг застыло. Рядом с ним в проходе появился странный мужчина, и диалог между ним и девочкой не ускользнул от внимания андромедовца. Вот только в отличии от ребенка, он прекрасно рассмотрел перемену в человеке в определенный момент.

Условие ей ставил кто-то совсем другой.

Стоило парню усомниться в происходящем, как его сознание разделилось, и перед глазами предстали две реальности. В одной человек с яркими, как Свет, глазами предлагал ребенку исполнить желание в обмен на помощь в создании клана за десять лет, а в другой тот же человек, но с глазами темными, как звездная ночь, врал и увиливал, вытягивая у ребенка непонятное обещание.

Лаен помнил рассказ Лидии о просьбе какого-то существа, называющего себя Творцом. Если видение не лжет, то в первой части показывалась как раз встреча Лиды с этим существом. Но что со второй частью? И она, к слову, еще не подошла к концу.

Вместе с ребенком генерала перенесло в странное место. Вроде бы обычный пейзаж с озером и лесом, но что-то не давало бывалому воину покоя. Лес казался ненастоящим, штампованным каким-то, будто все деревья по одному трафарету вырезались; птичий щебет разносился по округе, но ни одной живой души парень разглядеть не смог; а озеро больше напоминало лужу нефти, в которой тонут новогодние гирлянды.

Лживая, плохо проработанная иллюзия, рассчитанная на того, кто наивно верит в сказки.

Взять хотя бы эти странные холмики на поляне. Это совсем ненатурально выглядит. На какой лесной опушке будут строго в два ровных ряда стоять холмы?

Это больше на курган похоже. На два десятка курганов.

От этой мысли у Лаена похолодел затылок. Вынужденный стоять и молча смотреть, он слышал весь дальнейший диалог между черноглазым мужчиной и ребенком, а также то, что произошло после его ухода.

Как бы ни рвался Лаен вон из кожи, он не мог сдвинуться с места и остановить то, что, очевидно, было настоящим погребением заживо. Он мог лишь смотреть, как ребенок мирно и без сопротивления становится еще одним курганом на этой фальшивой поляне.

Из сна, превратившегося в кошмар, генерала имперского флота вырвал звонок коммуникатора.

Клуб «Вортем» был очень клиентоориентированным. Даже если гости засиживались до утра, им никто не мешал, чего не скажешь о назойливый родственниках и сарафанном радио.

Так уж случилось, что небезызвестная советница-рецидивистка, отправившая Лидию в Порядок, теперь промышляет в соседней галактике, о чем рано утром узнал император Айдан. Советница Эсфирь устроилась на должность советницы при императоре Талахае — правителе галактической империи Терра. И так как талант ее не подлежит сомнению, Айдан вздумал переманить девушку. Увы, безрезультатно. Соотечественницы ни в какую не хотят работать с бывшим главой клана Войны. Но это не главное.

Главное то, что в своем разговоре Эсфирь и Айдан коснулись одной особы, которая сначала планету отжала, а теперь на бога Смерти глаз положила. Слово за слово — и выяснилось, что общие знакомые действительно сближают. Сближают настолько, что советница согласилась помочь в амурных делах незнакомому генералу. Или если не помочь, то хотя бы мозги на место вправить.

Очнулся Лаен весь в поту. Панический пульс грохотал в ушах, руки дрожали от напряжения, и понадобилось добрых пять минут, чтобы отличить реальность от вымысла. Диким взглядом он обвел пространство и, наконец, вспомнил, где сейчас находится. Очевидно, ему приснился обычный кошмар, но время шло, а его образ не мог померкнуть. Каждый эпизод он помнил с предельной четкостью. Это совершенно точно был не простой сон.

Возможно, с Лидой что-то случилось, пока его не было. Не будет ли преувеличением, если он отправится обратно и просто проверит? Ему, конечно, сказали не возвращаться, и вчера Лаен был серьезно настроен больше не докучать маленькой богине, но…

Давайте просто сойдемся на том, что он не очень хороший человек, и как мужчина не всегда готов держать слово. Он просто сходит, проверит, убедится, что с ней все в порядке, получит заслуженный нагоняй и вернется обратно, чтобы продолжить героически бороться с врагом всех трезвых людей — алкоголем.

Вот только от одной мысли, что его сердце снова смешают с пылью, становилось плохо. Почему из всех женщин в мире именно эта послала его нахрен? Он что, такой отвратительный?

Генерал опустил голову и уткнулся лбом в стол, пережидая мигрень от похмелья и собираясь с силами. И только после того, как его немного отпустило, Лаен понял, что это не в башке звенит, а в кармане.

Он достал устройство и уставился на экран немного озадаченно. Если бы там было написано просто «Дядя», он бы послал дядю лесом и не обратил внимания. Но там было написано, что абонент «Дядя» отправил запрос на видеоконференцсвязь.

То есть он не просто хотел посмотреть на пропитую морду племянника, он ее еще и показать кому-то хотел. Это становилось интересно. Лаен принял вызов.

В воздухе развернулся голографический экран, разбитый сеткой на несколько экранов поменьше. На одном из них мужественно хмурился император, а на остальных — не менее значимые люди галактики. Так этой, так и соседней. Такое количество хмурых людей не добавило положительных эмоций мрачному генералу.

Увидев помятое, опухшее, небритое лицо племянника, Айдан не сразу нашелся со словами. Нет, слова, конечно, были, но вслух в приличном обществе их говорить не рекомендовалось.

Помимо императора Айдана здесь также присутствовал правитель Терры — император Талахай, но лишь на заднем фоне. Перед ним стояла светловолосая девушка с необычными радужными глазами и любопытно заглядывала в экран.

Конечно, помимо этой пары были и другие люди. Такие как: главнокомандующий объединенной галактической армией, главный артефактор галактики, главный алхимик галактики, король храмовой планеты, хозяин галактической тюрьмы и еще пара императоров, несколько принцев и правитель Индар-Кора, разумеется, куда ж без него. Даже один волшебный робот-секретарь в углу маячил, с любопытством разглядывая похмельного генерала алкогольного батальона. В общем, все старые друзья собрались, чтобы поглазеть на бедного парня с разбитым сердцем.

Сказать по-правде, никому его жалко не было, все поржать пришли. И, увидев его таким, первой пришла в себя девушка с радужными глазами — советница Эсфирь.

— Это кто? — удивилась она. — Айдалион, твоего племянника ограбили и забрали коммуникатор?

— К сожалению, нет, — поморщился мужчина. — Это он и есть.

— Это?! — ахнула Эсфирь. — Да ладно! Как Лидии мог понравиться этот… этот… ну вот этот.

— Без понятия, — безразлично отмахнулся Айдан. — Поговори с ним и скажи то, что сказала мне.

Эсфирь осторожно кашлянула и внимательно посмотрела на мрачного парня. Вздохнув, она мягко сказала:

— Доброе здравствуйте, генерал Лаен. Меня зовут Эсфирь, я — салатница императора Талахая.

— Советница, — шепотом поправил ее Талахай, знающий, как нелегко далось девушке изучение языка Порядка. Помнится, при первой встрече она представилась салфетницей.

— Советница, — послушно исправилась Эсфирь. — Вы меня не знаете, но, как говорится у вас в Порядке, меньше знаешь — крепче спишь.

— И не поспоришь, — за кадром вздохнул Талахай, знающий, что его любимая советница обожает вставлять пословицы и поговорки где ни попадя, но чаще всего не к месту.

Эсфирь невинно моргнула и продолжила:

— Из разговора с Айдалионом я узнала, что вы желаете вступить в половую связь с главой клана Крови второго поколения Лидией. Признаюсь, ваш выбор партнера меня убедил.

— Удивил, — тихонько суфлировал император Талахай, и откуда-то сбоку протянулась мужская рука с красивой розовой чашкой чая для советницы. Та с благодарностью приняла подношение.

— Удивил, — кивнула она, а вот других зрителей удивил выбор слов про половую связь. Не то чтобы советница ошиблась, хорошо? Просто ее прямота и искренность ставили людей в тупик. — Однако и на старуху бывает проруха, так что мы вас посылаем.

— Понимаем, — шептал голос за кадром, а потом тихонько добавил: — Но больше посылаем, конечно.

— Безусловно, мы могли бы пройти мимо, однако у меня есть некий моральный долг перед Лидией, так что хочу кое-что вам сказать, — вздохнула советница, глядя на генерала с жалостью. — Будет лучше, если вы откажетесь от этой затеи. Глава Лидия, она… Как бы это сказать? Понимаете, она не подходит для отношений в человеческом смысле слова. Хотя, сказать по правде, я удивлена, что вас отвергли. Насколько я вижу, вы вполне подходите для выполнения ее миссии.

— А что за миссия? — влезла в диалог любопытная подруга Лаена — Элиф. Беловолосая девушка, являющаяся главным артефактором галактики.

Элиф неуверенно посмотрела на всех этих людей на экране, но в итоге решила, что скрывать особо нечего, так что ответила честно:

— Обзаведение потомством.

В эфире повисла ошеломленная тишина, в течение которой взгляды людей на экране менялись от удивления необычной миссией до многозначительных взглядов на отвергнутого ловеласа галактики.

Вот только последнего мнение этих людей ни капли не волновало. Его разум зацепился за последние слова советницы. Подняв на светловолосую девушку мутный взгляд, он хрипло спросил:

— То, что ты сейчас сказала… что это значит?

Эсфирь замялась и не сразу ответила на вопрос парня. Однако, подумав о чем-то, она вздохнула и мягко спросила:

— Уважаемый генерал, скажите, пожалуйста, знаете ли вы, как делаются дети?

Всевозможный кашель и хрипы раздались из динамиков, и никто из представленных на экране лиц не смог сохранить самообладание. Шорохи и фырканье несколько минут заполняли эфир, и только волшебный робот-секретарь Хана Йоль радостно ответила:

— Я знаю!

На том же экране появилось яркое лицо ее хозяина — молодого императора Леля, который восхищенно ахнул:

— Правда, что ли?! Пойдем покажешь!

После чего парень схватил ошеломленную помощницу и одним махом отключил связь. Его экран почернел, и в эфире конференцсвязи появилось некое тонкое настроение.

Люди с красными лицами остались молча переглядываться, а одна советница недоуменно моргала. Что такого она сказала, что все так воодушевились?

— Боюсь, речь идет не о том процессе, о котором вы подумали, — со всей ответственностью заявила Эсфирь. — Конечно, если бы главе Лидии потребовалась пара-тройка детей, то такой подход тоже подошел бы, однако перед ней поставили задачу создать сто тысяч детей за десять лет, девять из которых уже прошли. Думаю, все понимают, что обычным путем такого прогресса не добиться. Но так как речь идет о магах крови, то есть и другой, более быстрый метод. Генерал Лаен, вы знаете, о чем я говорю?

— Понятия не имею, — выдохнул генерал, который только теперь верхней головой думать начал.

— В таком случае, позвольте я раскрою вам секрет размножения магов Крови, — вздохнула девушка и сделала маленький глоток из чашки. — Особенностью данного вида магии является ее зацикленность на крови. Там в прямом смысле имеет значение только кровь. Для создания потомства маг крови должен использовать собственную кровь, а также кровь любого другого существа. Для этой цели подошли бы и люди любого возраста и пола, и не люди. До тех пор, пока это живое существо с достаточным количеством крови, оно подходит для размножения. Я не зря упомянула количество крови партнера, оно будет иметь значение при подсчете количества потомства, которое он может дать. Чем больше крови, тем больше потомства можно получить от одного партнера. На самом деле, Лидия давно уже могла бы выполнить это задание, если бы не ее необычное мышление. По какой-то причине она считает, что дети должны заводиться только между взрослыми и здоровыми мужчинами и женщинами. В свете этих сведений… странно, что генерал Лаен был отвергнут.

Айдан решил напомнить:

— Она хотела, чтобы я Лайзерга к ней отправил. Это беглый бог Смерти.

Эсфирь задумчиво потерла подбородок и кивнула:

— Предполагаю, что это имеет смысл. Вряд ли в галактике, куда она попала, были другие боги Крови. Как маг, наделенный этой способностью, Лидия скорее всего попала под действие Источника и напрямую стала богиней. Таким образом, ее кровь должна была преобразоваться, как у меня. Не буду вдаваться в детали, но скажу, что теперь еще больше удивлена, что генерала отвергли. Кхм… Генерал Лаен, не думаю, что вам стоит грустить. Видите ли, это странно, но, похоже, Лидия пожалела вас, поэтому и прогнала.

— В каком смысле пожалела? — нахмурился Лаен. По необъяснимой причине его настроение на один пункт улучшилось.

Эсфирь покачала головой и вздохнула:

— Пока вы оба были обычными магами, ваш союз не нес бы чрезмерной опасности. Но теперь, когда один стал богом, второму было бы нелегко выжить в процессе создания детей. Ритуал вытянул бы из вас слишком много силы, после чего вы непременно бы погибли. Однако пару-тройку десятков тысяч детей она создать с вами успела бы. Но не стала — и это странно.

Лаен стал лихорадочно соображать, чувствуя, что разгадка близка. Он вспомнил все моменты, проведенные с маленькой богиней, но вдруг снова утратил уверенность. Она ведь никогда не проявляла к нему интереса, так? Сложно сказать, что он ей нравился. Тогда… почему бы не использовать его? Или нет, она просто хороший человек, поэтому и не использовала. Маленькая богиня вообще никому не вредила, даже тем, кто нападал на ее планету. Но почему тогда советница…

Лаен посмотрел на Эсфирь и спросил:

— Почему это странно?

Советница немного смутилась, почесала кончик носа и отвела взгляд в сторону:

— Ну это похоже на жалость, поэтому я удивлена. Не думала, что она может испытывать эмоции после… кхм, после нашей, скажем так, сделки.

— Какая сделка? — настойчиво напирал генерал, до боли сжимая кулаки под столом.

Эсфирь еще немного подумала, вздохнула, подумала еще раз и все же решила рассказать историю их знакомства:

— Видите ли, генерал, жизнь в Хаосе немного отличается от того, к чему вы здесь привыкли. Власть и сила являются синонимами выживаемости, так что каждый к ним стремится, и я не исключение. Когда глава Лидия только появилась на наших землях, я не стала ничего предпринимать, хоть и ненавижу клан Крови всей душой. Это уже можно считать благосклонностью с моей стороны. Она человек новый, ни в чем не замешанный, так что я решила ее не трогать. Увы, нашлись другие, в числе которых ваш новый император Айдалион.

— Для Хаоса это обычное дело, — пожал плечами Айдан, не желая развивать тему.

— К счастью, — продолжила Эсфирь, — им не удалось убить главу Лидию. Но они отправили ее в нестабильные земли, а это мало чем отличается от убийства. На долгие годы мы потеряли с ней связь, сочтя погибшей. Представьте, какого было мое удивление, когда пришли сведения о том, что глава выжила. Конечно, второе поколение более могущественно, чем первое, но, в конце концов, это же нестабильные земли! Там очень сложно выжить!

— Мы поняли. Давай к сути, — поторопил девушку генерал.

— В общем, я раскинула поисковую сеть и нашла ее. Не подумайте, я не из плохих побуждений! Она понадобилась мне, чтобы кое-что заполучить. Так что, мы заключили договор и тут же его исполнили. Я получила свое, а она вернулась в земли Высших.

— Что ты получила? — низким, обволакивающий, но полным острых ножей голосом спросил генерал.

— Ничего такого, всего лишь флакон с кровью. Мне для одного ритуала действительно очень нужна была кровь первого представителя второго поколения. Лидия согласилась без раздумий.

Представив, как его маленькая богиня доверчиво подставляется под чужой нож, Лаен раскрошил в руках край стола, а все металлические предметы в комнате пришли в движение. Однако лицо его осталось неподвижным, а голос стал еще не порядок мягче:

— Что было потом?

Эсфирь замешкалась, но потом все же ответила:

— Потом она попыталась найти мужа, но в день свадьбы ее проклял кто-то из местных богов. У нее на запястье появилась парная метка, что означало зацикливание магии крови на одном человеке. Она хотела здоровое сильное потомство, но после получения метки это было возможно только с носителем второй метки. А его в Хаосе не было. Тогда Лидия нашла меня и попросила отправить ее в ваш мир. Сказала, что попробует найти своего суженого. Прошу прощения, но я правильно понимаю, что носитель второй метки, это вы, генерал?

— Уже нет, — сквозь зубы ответил парень, только теперь начиная понимать, через что прошла его маленькая богиня, чтобы… найти именно его. А что он? Заявился на эсминце и давай пушками размахивать. Лаен схватился за голову и подавил рвущийся наружу вой. — Идиот…

— В общем, я и сама собиралась в Порядок, — продолжила рассказ Эсфирь. — Так что отправить главу Лидию было нетрудно.

Быстро уловив схему хаотической взаимопомощи, Лаен вскинулся и хрипло спросил:

— А что взамен?

Эсфирь моргнула и честно ответила:

— Взамен я забрала ее сердце.

Она сказала это так легко, что зрители опешили. Казалось, в этом заявлении не было ничего сенсационного и дело было обыденным. Подумаешь, сердце. Не мозги же!

Но, видя обескураженные лица на экране и медленно звереющего генерала, Эсфирь решила объясниться:

— Не подумайте, я не пыталась ее убить. Да, могла бы, но зачем? Мне просто нужно было сердце, чтобы создать Книгу Бездны. Это важно и спасет множество людей. Что же до Лидии, то взамен я дала ей кристалл маны. Сейчас он заменяет ей сердце. Это совсем не опасно, ее жизнь в полном порядке. За исключением одного момента, кхм… Видите ли, у второго поколения магов крови есть одна особенность — в их телах два сердца: сердце души и сердце тела. Сложно объяснить, но в их телах идет аномальное переплетение магических потоков, которые не так-то просто закрепить в физическом теле. Для этого у них и было создано два сердца. Я забрала сердце духа и заменила его кристаллом маны. Так магические потоки в ее теле не были бы нарушены. И все бы ничего, но это сильно влияет на эмоциональность мага крови. Скажем так: ощущения гнева и радости сильно притупляются. Эм… До такой степени, что можно говорить об их отсутствии. А еще могла повредиться часть воспоминаний о прошлом. Но погодите ругаться, дайте я объяснюсь! Во-первых, она сама была не против. По ее словам, по истечении десятилетнего срока она должна была покинуть этот мир. В детали я не вдавалась, так что даже не спрашивайте, что это значит. А во-вторых, она всерьез не собиралась влюбляться в своего будущего супруга, так что лишиться сердца было не грустно.

Народ все еще в шоке смотрел на невинно выглядящую советницу, а генерал уже пришел в себя. Мысленно он пообещал себе потом пойти войной на ее страну, а сейчас сосредоточился на новых сведениях. Облизнув пересохшие губы, он хрипло спросил:

— Ты сказала, что она собирается покинуть этот мир. Речь о Порядке?

— Нет, о Хаосе, — предельно честно ответила Эсфирь.

— Вот оно что, — пробормотал парень и, вдруг кое-что вспомнив, поспешно нашел в куче мусора свой планшет, открыл старое изображение и показал его всем присутствующим: — Народ, кто-нибудь может прочесть то, что здесь написано?

Это была та самая фотография с непонятной надписью на борту его эсминца, оставленной маленькой богиней. Так как жители Хаоса не смогли прочесть незнакомые слова, а минуту назад советница упомянула об уходе Лидии из Хаоса, кое-какие догадки зародились в воспаленном похмельем разуме генерала. В конце концов, некоторые его друзья пришли из более отдаленных мест и могли что-то знать.

Как Лаен и думал, надпись на фото вызвала бурную реакцию у его подруг. Главный артефактор и главный алхимик издали дружное «пф-ф-ф» и громко рассмеялись. Так как они знают предысторию знакомства генерала и отважной защитницы захваченной планеты, эта надпись очень ярко выражала отношение Лидии к Лаену при первом знакомстве.

— Братишка, — отсмеявшись, широко улыбнулась Элиф, — похоже, ты крупно вляпался.

Лаен сразу понял, что это значит. Элиф — главный артефактор, и Анастасия — главный алхимик, были родом из очень далеких мест. Далеких не столько в пространстве, сколько во времени. Их планета называлась Земля и была разрушена пять тысяч двести восемнадцать лет назад в год слияния двух галактик — Млечного Пути и Андромеды, создавших новую галактику — Путь Андромеды. Из-за вмешательства некоторых Древних часть людей с Земли попала в это время.

Странные люди с Земли быстро адаптировались к новому миру межгалактической эпохи и навели много шума, но факт остается фактом: попаданцы — люди с необычной судьбой.

Лаен был готов к тому, что влюбился в девушку из Хаоса. Но никак не ожидал, что его истинной парой окажется девушка с Земли.

Тут просто нужно пояснить, что события имеют странную тенденцию к совпадениям. Его дядя император Айдан женился на попаданке Виктории, которая стала богиней Любви. Главнокомандующий объединенного флота галактики женился на попаданке Элиф, ставшей главный артефактором галактики. Древний Владыка Познания в отношениях с попаданкой Анастасией, ставшей главным алхимиком галактики. Два попаданца Кирилл и Лия поженились и основали империю Терра, которой сейчас правит их сын Талахай, у которого служит советницей Эсфирь. Король храмовой планеты в отношениях с попаданкой Соней, ставшей богиней Смерти. И это далеко не весь список.

Нет подозрения, что земляне пытаются захватить мир? В любом случае, генерал твердо намеревался стать частью этой системы и завоевать свою собственную попаданку, чтобы больше никакие советницы или мэры до нее не дотянулись.

Оставался только один вопрос:

— Эль, так что же она написала на борту моего эсминца?

— Там написано… «На Берлин».

— …

— ???

— !!!

— Просто не спрашивай, это очень долгая история, — посоветовала Эля. — Если коротко, то это такой исторический способ послать «подарок» обратно захватчикам. Не всегда, но в целом, хм… Хотя в ее случае стоило написать «На Хагрос», ха-ха.

Лаен озадаченно почесал затылок и совсем растерялся.

— Так как же в итоге она ко мне относится?..

— С юмором? — ухмыльнулась Эля.

— С пониманием? — засмеялась Настя.

— Причем в тротиловом эквиваленте, — поддакнул кто-то третий.

В эфире начался галдеж, все стали упражняться в остроумии. Каждый считал своим долгом ткнуть пальцем в генерала, бездарно упустившего свою истинную пару. Из всех присутствующих, прошедших тот же путь, что и Лаен с его попаданкой, только генерал умудрился так облажаться. Насмешки посыпались со всех сторон.

Неожиданно вакханалию остановил удивленный голос советницы:

— О чем вы все говорите? Разве я не помято объяснила?

— Понятно, — поправил ее смеющийся голос за кадром.

Эсфирь пропустила комментарий мимо ушей и забеспокоилась. Ее взгляд устремился на бледное лицо генерала, а голос стал удивительно настойчивым:

— Лаен, вы не до конца осознаете ситуацию. Когда я сказала, что она бессердечная, я говорила это во всех смыслах. Так должно было быть, понимаете? Лидия не должна была отсылать вас. Она знает, что вы погибните, если станете ее партнером, но не должна была жалеть вас. Но пожалела. Вы понимаете, что нравитесь ей? Настолько нравитесь, что даже без сердца и с большим долгом перед высшими силами она не пожелала рисковать вашей жизнью. Более того, она сказала вам жестокие слова, чтобы быть уверенной в вашей безопасности. Уверенной, что вы совершенно точно уйдете и не будете подвергать себя опасности. Это все ради вас! Не понимаю, откуда у нее могли взяться чувства, но факты очевидны. Она могла защищать планету, так как определила ее своим «гнездом», но защищать вас объективных причин нет!

— А что это меняет? — прервал советницу холодный голос императора Айдана. Он посмотрел на воодушевившиеся лица и безжалостно развеял романтичный и героический ореол разворачивающейся любовной истории. — Да, она поступила хорошо. Но первопричину это не меняет. Если даже эта девочка понимает итог, к которому приведут эти отношения, то остальным и подавно стоит остыть и подумать головой. Лаен, истинная пара важна, не спорю, но не ценой жизни. Да и метка, как я погляжу, у тебя пропала.

Только теперь все заметили некоторую странность в этой ситуации. Десятки взглядов устремились к задравшемуся рукаву на левой руке генерала, обнажившему чистое запястье без единого следа парной метки.

— Как такое возможно? — забеспокоилась Эля. — Куда делась метка?

— Не знаю, — сжал зубы генерал. — Просто взяла и исчезла. Поэтому я больше не смог пользоваться тем артефактом.

Эля также была вовлечена в процесс создания артефакта, который мог перенести генерала к его истинной паре, и знала, что тот работает, ориентируясь на метку. Без метки… он бесполезен.

— Ты поэтому спрашивал формулу зелья телепортации? — что-то поняв, прямо спросила Настя. Лаен молча кивнул, и все погрузились в молчание. Одно дело, когда тебя отвергли, потому что ты не справился. Но такая драма, скрытая за комедией — совсем другое дело. Больше шутить над генералом никто не хотел.

В момент всеобщей скорби неожиданно подал голос парень, который молчал все это время. Он поправил очки нерешительным жестом, тихо кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание, и осторожно спросил:

— Генерал Коган, могу я задать вопрос?

Парня звали Зак, и он был королем храмовой планеты. В прошлом он вместе с Лаеном, Элей и остальными учился на артефактора, но был вынужден отправиться на далекую дикую планету, чтобы взять бразды правления в свои руки. Титул короля достался ему по наследству и повлек за собой кровопролитную битву. Однако по сей день этот робкий нерешительный парень остается одним из умнейших людей галактики.

Зная, что Зак попусту трепаться не станет, Лаен не смог удержаться от искры надежды во взгляде. Разлепив пересохшие губы, он хрипло сказал:

— Спрашивай.

Юный король еще раз нервно поправил очки и тихо спросил:

— Ты прошел слияние с даром?

Люди на экране пораженно застыли, и яркий свет озарил их глаза. Ну конечно! Как можно было забыть о слиянии!

Здесь нужно заметить, что с приходом в мир попаданцев техника управления магическим даром претерпела значительные изменения. Были совершены некоторые сенсационные открытия, благодаря которым маги смогли значительно развить свои способности.

Обычно люди рождаются с магическим даром определенной направленности, но стеснены строгими ограничениями. Магический дар характеризуется временем, в течение которого маг может его использовать, интенсивностью и радиусом действия.

Но все это имеет значение только до слияния. В процессе этого ритуала душа мага растворяется в стихии, становится ее частью, после чего возвращается в тело, но связь остается. Это непросто, можно легко погибнуть, однако оно того стоит. После завершения слияния с даром, маг освобождается от всех ограничений. И это почти ничем не отличается от силы бога. Разве что маг все еще не будет иметь прямого доступа к силе Источника.

Вот только все, кто делал это, имели рядом проводника — человека, который убедит душу после слияния вернуться в тело. А убеждение было необходимо, потому что никто не хотел возвращаться. Слишком хорошо было быть частью стихии. Легко и беззаботно. Освободившись от груза человечности, мало кому хочется снова взять его на себя.

Лаен не ответил на вопрос Зака. Его глаза ярко засияли, будто душа вернулась в тело, и парень сбросил вызов. Все поняли, что кризис близится к завершению, и перезванивать не стали. Однако каждый молча переживал о том, чем закончится эта история, ведь завершение может быть самым разным.

Получив все нужные ответы, Лаен не стал медлить. Он совершил все необходимые приготовления, вооружился зельем телепортации и букетом настоящих живых цветов, после чего отправился покорять маленькую богиню, прошедшую три мира, чтобы найти семью.

Чтобы найти Его.

На самом деле Лаен был совсем не так спокоен, как хотел казаться. Букет в его вспотевших руках был крепко сжат, брови сурово сведены, а пульс грохотал в затылке. Сердце сжималось от тревоги и ожидания сладкой встречи.

Исчезая в белом пламени, он мог представить себе самые разные исходы этого вечера. Представлял, как Лида высмеивает его и отправляет обратно, как гневно отчитывает и просит никогда не возвращаться, как радостно обнимает его и счастливо улыбается букету. Ад и рай смешались в сердце, являясь доказательством той самой первой любви, что бывает лишь раз.

Чего генерал не ожидал, так это кромешной темноты после завершения телепортации.

Они расстались много дней назад, и Лаен не знал о ситуации на этой стороне. Не знал он и о том, что пока был в запое, с ним пытался связаться мистер Честити — тот самый мэр планеты Арс-9.

И, конечно, не знал, что его девочка так и не вернулась домой тем вечером, найдя последнее пристанище в катакомбах.

Темнота застала генерала врасплох. В одночасье потеряв зрение и способность ориентироваться в пространстве, он неловко пошатнулся и сделал шаг вперед, но тут же ударился о преграду нижней частью тела и споткнулся, повалившись на нее. Букет упал на землю, а руки поспешно схватились за предмет перед собой, чтобы попытаться восстановить равновесие.

Предмет напоминал то ли стол, то ли тумбу, но был одновременно длинным и широким, а в высоту доходил генералу до пояса. На ощупь он был холодным и идеально гладким, но не металлическим и не каменным. Однако гладким настолько, что его можно было назвать скользким. И чтобы не соскользнуть, генерал ухватился за края покрепче. Это было ошибкой.

У предмета оказались острые края. Крепкая хватка вовсе не помогла генералу удержаться, зато ладони располосовало так, что кровь потекла без остановки.

— Проклятье, — зашипел Лаен, рефлекторно отдергивая руки и скатываясь с преграды на пол. Упав на бок, он поднял ладони, не решаясь к ним прикоснуться, и с досадой стал думать, как действовать дальше.

То, что с телепортацией возникли проблемы, Лаен уже догадался. Оставалось понять, были ли это проблемы с заклинанием или с его целью. Был еще один вариант: паленое пойло, которое наградило его слепотой, но генерал мужественно выбросил эту мысль, как маловероятную.

Скорее всего, что-то случилось с Лидой.

От этой мысли у генерала екнуло в груди. Наплевав на собственные увечья, он поспешно поднялся и достал коммуникатор, чтобы включить фонарик.

Разблокировав устройство, он был ошеломлен огромным количеством уведомлений, закрывших весь экран. Парень стал поспешно смахивать их в сторону, пока палец не замер над одним, которому здесь явно было не место:

[116 пропущенных вызовов от «Мэр Арс-9»]

На секунду у Лаена перехватило дыхание. Он вдруг с устрашающей ясностью понял, что, пока был в запое, случилось что-то ужасное. У этого мэра вообще нет причин связываться с вражеским генералом. Ни одной, кроме… маленькой богини. И если он звонил так настойчиво, скорее всего, что что-то случилось.

Некоторое время в глухой тишине раздавался лишь поверхностный звук дыхания. По какой-то причине генерал не сразу нашел в себе смелость перезвонить малознакомому мэру. Он набрал его номер скорее случайно, чем намеренно, — рука соскользнула. Но вот раздались гудки, и на том конце приняли вызов. Голографический экран развернулся, и двое увидели друг друга.

Очевидно, что это генерал звонил, но, услышав тяжелое дыхание собеседника, он не осмелился спросить что случилось. Очевидно, что это мэр звонил более ста раз, но теперь ничего не говорил, а просто молча смотрел на собеседника. Бывает так, что двум людям не хватает слов, чтобы донести другому свою мысль, а бывает так, что даже тишина содержит слишком много информации.

Пожилой мужчина на экране за эту неделю лет на сто постарел. Веки тяжело нависали над запавшими глазами, а мешки под ними в обрамлении темных кругов свидетельствовали о многих бессонных ночах последних дней. Морщины еще глубже врезались в сухую, как кора дерева, кожу, и на всем его лице читалась невосполнимая утрата.

Как бы Лаену хотелось, чтобы это были последствия экономического кризиса, а не что-то похуже. Но игра в молчанку делу не поможет.

— Здравствуйте, мистер Честити, — хрипло произнес Лаен, но старик на экране ничего не ответил. Он продолжал смотреть на генерала все тем же пустым неподвижным взглядом, словно вытесанный из куска скалы, а не живой человек.

Парень продолжил:

— Вы звонили. — Мэр снова промолчал, скользя взглядом по помятому лицу генерала. — Я был занят и только сейчас увидел пропущенные. У вас все в порядке? Не знаете, где Лида? Я не могу ее найти.

Голос андромедовца стих, и снова стало слышно лишь дыхание двух человек. В этом не было ничего особого, но по какой-то причине ощущение тревоги нарастало. Казалось, Патрик Честити не хотел общаться с вражеским генералом, но, увидев что-то в его глазах, все же спросил:

— Где ты находишься?

Лаен почувствовал, как от этого простого вопроса сердце пропустило удар. Холодок ущипнул за виски и прошелся по затылку, оставляя после себя неприятный липкий пот.

Это было неразумно, поэтому он сжал кулаки и честно ответил:

— Не знаю. Я использовал чары, чтобы переместиться к Лиде, но они не сработали правильно. Не могу разобраться, куда меня выбросило. Тут темно.

Договаривал парень уже почти шепотом, потому что к концу у него сел голос. Вся ситуация казалась ему стартовыми декорациями к фильму ужасов, который вот-вот должен был начаться, чтобы не закончиться больше никогда. Лаен одновременно желал сделать шаг вперед, чтобы вырваться из этого состояния, и застыть в надежде, что беда не заметит его и обойдет стороной.

Но когда наши лучшие надежды сбывались, да?

— Возвращайся домой, генерал. Тебе теперь здесь официально не рады.

— Что?.. — опешил Лаен. — Не рады? Ладно, а где здесь-то? Мистер Честити, что случилось? Вы как-то странно… Алло? Мистер Честити? Мистер Честити! — воскликнул Лаен, но собеседник уже сбросил вызов. — Проклятье…

Злость, раздражение, досада и паника исказили лицо андромедовца. Конечно, он не собирался слушать приказ мэра, но зато кое-что понял. Похоже, он все-таки попал на Арс-9. Во всяком случае, Патрик Честити в этом уверен. Нужно осмотреться повнимательнее.

Покопавшись в настройках устройства, генерал все же включил фонарик. Честно говоря, Лаен и сам не знал, что ожидал увидеть. После слов мэра можно было подумать, что Лида так сильно обиделась, что решила возглавить войско низших тварей Хаоса и пойти войной на нелюбимую империю Лаена. Но если бы это было так, то мистер Честити бы скорее хохотал, как ненормальный, а не строил похоронное лицо.

Что-то было сильно не так.

Подсветив местность фонариком, Лаен пораженно застыл. Свет едва доставал до противоположных стен, но все же можно было рассмотреть величественный и мрачный зал, больше похожий на один из древних храмов. Такого грандиозного сооружения даже на храмовой планете не сыскать.

Пол и стены зала были сложены из гладких плит обсидиана. На их отполированной поверхности, насколько хватало глаз, были выбиты причудливые барельефы. И Лаен мог поклясться, что рисунок на них постоянно изменялся, плавно перетекая из одного в другое.

Колонны, сложенные из того же камня, ровными рядами устремлялись ввысь и терялись в темноте, где даже потолка уже не рассмотреть.

Это был очень величественный зал. И почти пустой.

Не было ни трона, который можно было бы ожидать увидеть во дворце неведомого королевства, ни статуи древнего божества, которой здесь могли бы поклоняться. Даже окон не было.

Только несколько льдисто-белых выступов, похожих то ли на столы без ножек, то ли на тумбы без ручек. Хотя больше всего это было похоже на… что-то другое.

Он не понимал, как здесь оказался, но в памяти вдруг всплыл недавний сон о событиях на сказочной поляне. Ему на секунду показалось, что между этими выступами и теми холмиками есть тонкое жутковатое сходство.

От внезапной мысли у парня сбилось дыхание. Картина из сна наложилась на реальность с пугающей точностью. У холмиков был тот же порядок.

Бывают такие ситуации, когда даже отважные люди не сразу могут собраться с духом. Но, к сожалению, мало какие сущности умеют менять реальность, и генерал не входит в их число. Все, что он мог сейчас сделать, это до конца разобраться в ситуации.

Сжимая в руке фонарик, он, как какая-то героиня дешевого фильма ужасов, медленно приблизился к ближайшему выступу, желая рассмотреть получше. Лаен не знал, из какого материала сделан этот предмет, но он казался цельным куском мутного стекла, четыре грани которого были такими же острыми, как его осколки.

Была только одна вещь, которая могла дать хоть какую-то информацию о предмете — надпись на плоской грани:

«Пространство»

Это озадачило генерала, но никаких других подсказок он не обнаружил и перешел к следующему выступу. На нем тоже нашлась своя надпись:

«Земля»

Так как яснее не стало, генерал быстро обошел один выступ за другим, читая надписи на верхних гранях:

«Время»

«Минералы»

«Огонь»

«Преображение»

«Вода»

«Ненависть»

«Жизнь»

«Месть»

«Металл»

«Война»

«Флора»

«Воздух»

«Любовь»

Все это были сферы, за которые отвечали боги.

В стороне остался только один выступ, и к нему бравый генерал подойти не решался. Он уже понял, что здесь происходит, а также вспомнил все, что слышал об этом ранее. Белый луч фонарика выхватывал из темноты последний выступ, который от предыдущих отличался лишь тем, что одна из его граней была испачкана в крови. Ведь это об него споткнулся генерал после телепортации.

Сверху там тоже была какая-то надпись, и тонкий луч дрожал, выдавая страх носителя с потрохами. Лаен уже знал, что там увидит, но все равно задержал дыхание и медленно, едва переставляя одеревеневшие ноги, подошел.

Он хотел, не откладывая в долгий ящик, прочитать надпись на последнем выступе, но все перед глазами расплывалось. Лаен не сразу понял, что плачет. И когда слезы вылились из глаз и потекли по щекам, он увидел на блестящей грани безжалостное слово, разбившее ему сердце:

«Кровь»

— Как… как это могло случиться? — прошептал парень, задыхаясь.

Все помнят историю, что бродит среди людей. Поговаривают, мол, однажды бог Смерти возжелал власти над магическим Источником и перебил остальных богов. Вот только Лаен знает Лайзерга лично, и тот никогда такого не говорил. Более того, он даже не выглядит, как человек, получивший хоть какую-то власть. Этот иноземный прохиндей побирается в доме столичного оракула, не имея ни дома, ни денег, ни амбиций. Всего лишь побитый пес, вынужденный скрываться вдали от дома.

О том, что на самом деле произошло с богами Кольца Смерти, он никогда не говорил открыто. Но вот Лаен здесь, а перед ним почти два десятка саркофагов, в одном из которых лежит его маленькая богиня. О том, что там внутри его Лида, говорило чутье артефактора, которое улавливало слабые колебания нитей силы, вплетенных в то кольцо исцеления, что он при последней встрече подарил девушке.

Каждый создатель чувствует местонахождение своего творения. Но в этот конкретный миг он все бы отдал, чтобы не чувствовать этого. Тогда хотя бы была надежда на иной исход.

Молодой воин великой звездной империи на глазах утратил всю юношескую живость, будто в раз повзрослев на десятки лет. Бледные пальцы, испачканные в крови, коснулись жестокой надписи, желая убедиться в подлинности каждой буквы. Увы, она была реальнее самого генерала.

Но что-то не давало генералу поверить в страшное. Казалось, не сходятся концы этой истории, и что-то было нелогично.

Лаен опустился на холодный пол, прислонившись плечом к саркофагу маленькой богини, и даже не заметил, как от ослабленного тела во все стороны расходятся волны магии. Он уже давно находился вдали от своей истинной, так что магическое искажение усилилось до беспрецедентных масштабов. На самом деле, никто из тех, кто получил парную метку, не был еще так близок к разрушению, как Лаен. Ну, в конце концов, никто из них и не потерпел неудачу на любовном фронте, как это сделал генерал. Так что тут все закономерно.

Незакономерно было другое.

— Если их действительно больше нет, то почему Источник не выбрал замену? — хмурясь и потирая переносицу, попытался собраться в кучу генерал.

Так как в зале не было ни одного металлического предмета, за исключением кольца в саркофаге, то ничто не резонировало с вышедшей из-под контроля силой мага. По комнате не летали острые предметы, поэтому Лаена ничто не отвлекало от важного мозгового штурма. Да, давненько этот парень не пользовался головой в умных целях.

Основная мысль его главной идеи заключалась в том, что мир не терпит пустоты. Этот постулат неопровержим и является фундаментальным законом мироздания. Боги не бессмертны, их можно убить, но мир все равно призовет в Источник замену богам и наградит положенной силой. Ситуация, как в Кольце Смерти, где остался только бог Смерти, а остальные исчезли с концами, действительно невозможна.

Но не только не появились новые боги, даже источаемая ими магия исчезла из галактики. Это просто абсурдно. Так не должно было быть.

Итак, при каком раскладе Источник не выбрал бы новых богов, а магия перестала распространяться на простых смертных?

Похоже, ответ сокрыт внутри саркофагов.

С тяжелым сердцем генерал приступил к более тщательному изучению саркофага. Он внимательно осмотрел его со всех сторон, даже попробовал осмотреть с помощью макросъемки на планшете, что равносильно использованию микроскопа. Однако все было тщетно.

Саркофаг казался монолитом. Как янтарь с мухой внутри. Однако это была личная муха генерала, так что сдаваться он не собирался. Лаен разве что не облизал мутный камень, чтобы найти способ его открыть, но все впустую. Запечатан саркофаг был намертво.

Время шло, терпение кончалось, и в какой-то момент отчаяние сменилось гневом. Лаен и сам не смог бы сказать, на кого в этот момент злился. На Лиду, которая прогнала его, чтобы защитить, на себя, послушно отправившегося восвояси, или на неведомую хрень, которая затеяла все эти заготовки богов на зиму.

Лаен был очень зол, но дедукция и логический анализ ничем ему не помогли. А, как говорится, сила есть — ума не надо. Научный подход не сработал, так что генерал обозлился и пустил в ход кулаки.

Может показаться, что драться с хитрым гробом — плохая затея, но все в этом мире несет свою долю удачи. Как артефактор, Лаен мог бы действовать с осторожностью исследователя, но он был еще и генералом варварской империи, так что, без особых душевных терзаний просто взял да и пнул несговорчивый камень.

В сердцах он приложил немало силы, и если бы саркофаг не был впаян в каменный пол подземелья, то полетел бы в другой город или даже в стратосферу. Парень этот бил со всей душой, как говорится.

Хорошо, что он не знал, что саркофаги эти сделаны из необработанных магических алмазов, добываемых в далекой и малоизвестной галактике Лун. Иначе, зная о беспрецедентной прочности этого камня, парень мог бы и сдаться. На, к счастью, незнание порой приносит приводит к успеху там, где проиграют более осведомленные люди.

С громким скрипом верхняя часть саркофага сдвинулась на пару сантиметров. Оказалось, что алмазный блок не был монолитным и имел что-то похожее на крышку. Хмурое лицо генерала посветлело в одночасье. Положив обе руки на край и стараясь не задеть острые грани, Лаен налег на крышку и стал толкать. Это было нелегко, камень плохо поддавался, но, взмокнув, как мышь после потопа, генералу все же удалось сдвинуть крышку еще на полметра.

Этого оказалось достаточно, чтобы дальше она сама с грохотом упала на пол. В итоге, потный, перепачканный в крови, взлохмаченный и красный от усердия, генерал смог увидеть содержимое саркофага.

Сказать по правде, Лаен всякое успел себе вообразить. И жестоко изувеченный труп, и символическое захоронение каких-то вещей, и даже пустое пространство с одним лишь кольцом исцеления, но реальность оказалась одновременно страшной и обнадеживающей.

В гробу, словно живая, лежала без движения маленькая богиня. Казалось, она просто уснула, вот только выглядела слегка бледной и совсем не дышала.

Дрожащей от волнения и усталости рукой Лаен осторожно прикоснулся к бледной щеке девушки. Холод обжег кончики пальцев, забрав последнюю надежду на благополучный исход.

Она была мертва. И, судя по всему, уже давно. Тлен не тронул молодое тело, но менее ужасной от этого реальность не стала. Ни пульса, ни дыхания, ни крупицы тепла. Ничего.

Согнувшись под тяжестью осознания, некогда неустрашимый генерал коснулся лбом бездыханной груди, и в зале раздались тихие всхлипы. Отчаяние с новой силой вгрызлось в измученное сердце. Чего стоят смелость и решимость перед лицом смерти? Перед ней все бессильны.

Если только это действительно смерть.

Застыв, генерал за секунду прошел две из пяти стадий принятия неизбежного, остановившись на торге. Не может она быть мертва. Не может и все тут. Наверняка что-то еще можно сделать. И для начала нужно узнать, что тут вообще происходит. А кто лучше всего знает ситуацию если не очевидец?

Поспешно вытащив коммуникатор, Лаен нашел в списке контакт местного бога Смерти и отправил вызов. Лайзерг долго не брал трубку, но тысяча ослов не смогла бы переупрямить его сейчас. Даже не проверив время, Лаен продолжал настойчиво звонить.

Через некоторое время на том конце связи послышалось движение. В трубке раздался шорох, и за ним последовал хриплый голос только что проснувшегося человека:

— Умереть захотелось?

— Поднимай свою задницу, Лайзерг. Разговор есть, — грубо ответил генерал.

Тяжкий вздох и невнятное, но явно ругательное бормотание были ему ответом. Немного чревато не отвечать на звонки племянника правителя страны, в которой ищешь политического убежища. Ничего не поделаешь, придется подчиняться. Немного пошуршав простынями, Лайзерг вышел из спальни и включил камеру. Перед генералом развернулся голографический экран, и двое мужчин наконец увидели друг друга.

— Твою мать! Как страшно! — воскликнул бог Смерти, отшатнувшись от экрана. Образ генерала, подсвеченный фонариком планшета снизу, был не тем, что хотелось бы увидеть посреди глубокой ночи. Тем более без защиты подгузников. — Ты чего? Чего надо?

Лаен не отреагировал на заикающиеся вопли и сразу перешел к делу:

— Что на самом деле произошло с богами Кольца Смерти?

Лайзерг вытаращился на парня, не поверив собственным ушам:

— Ты ради этого звонишь в четыре утра? Ополоумел?

Чтобы избавить себя от долгих объяснений, Лаен перевел фонарик на ряд гробов в темном зале и сказал:

— Под стоками планеты Арс-9 оказались еще два уровня катакомб. Мы искали выход, но попали в какой-то странный зал. Здесь почти два десятка гробов с надписями, и я подозреваю, что в них лежат боги, которых ты якобы убил. Теперь мне нужна вся информация по делу, или я притащу твой тощий зад сюда и посмотрю что случится.

— Эй-эй, давай полегче, ладно? — заволновался Лайзерг. — Я не имею отношения к делу! И никого не убивал!

— Продолжай, — ответил Лаен низким голосом.

Лайзерг еще раз обвел взглядом жуткий вид за спиной генерала и раздраженно взлохматил светлую шевелюру. Почему этому парню вечно не сидится на месте? Зачем он лезет не в свое дело? Проблем в жизни мало? Еще хочет? Тогда зачем втягивать в это дело других людей? Никакого уважения!

— Что именно ты хочешь знать?

Лаен не стал злиться на тупость бога и сразу перешел к делу:

— Они мертвы?

— Считай, да, — вздохнул Лайзерг.

— Не очень убедительно. Давай с подробностями.

— Каких подробностей ты хочешь? Я и сам не так много знаю.

— Не испытывай мое терпение. Говори все что знаешь.

— Ты сейчас очень неприятный, знаешь? Ладно-ладно! Не смотри так! Сейчас расскажу! В общем, давно это было. На Альционе зафиксировали колебания энергии, и…

— На каком еще Альционе? — перебил хмурый генерал.

— Это настоящее название Кольца Смерти. Ты ж не думаешь, что она всегда так называлась? Нет, это название ей дали уже после тех событий. Слушай и не перебивай, второй раз рассказывать не буду. В общем, на Альционе зафиксировали колебания энергии, и стало известно, что грядет смерть Источника.

— Источника? Разве он может умереть?

— Тупень. Ты знаешь, что такое Источник?

— Я тебе нос сломаю.

— Дорогой генерал, Источник — это ядро галактики. Однако есть множество галактик без ядра, но они мертвые. И первыми, кто пострадал бы от смерти Источника, были бы боги. В общем, мы собрали экстренное совещание и решили, что нужно просить помощи. Как связаться с Творцом, никто не знал, зато все знали Древних Владык. Ты же знаешь о них, да?

— Ну видел парочку, а они тут каким боком? — хмыкнул Лаен.

— Видел парочку, — закатил глаза бог Смерти. — Говоришь так, будто они на каждом углу стоят и листовки раздают. Прояви уважение! Они — старшие творения Творца!

— И руку тебе сломаю.

— К черту уважение, плевать ни Древних, — в полете переобулся хитрый блондин. — На чем я там остановился? Ах, да. В общем, мы посовещались и решили, что можем попросить их о помощи. Если Источник исчезнет, галактика останется без магии. Многие экосистемы будут разрушены, и жертвы среди людей будут колоссальными, не говоря уже о том, что с богами будет покончено. Так что надо было искать альтернативу Источнику. А Древние, если ты не в курсе, управляют вселенной, находящейся за пределами всех галактик, и к Источниками не привязаны. Они черпают энергию напрямую из пространства. Мы тоже так хотели, поэтому провели обряд и призвали в Альцион Древнего. Точнее, Древнюю. Это была женщина.

— Похоже, все пошло не так, как вы надеялись, — хмыкнул генерал, понимая, к чему идет повествование.

Лайзерг мрачно кивнул:

— Мы попросили ее научить нас черпать силу из пространства, чтобы потом передавать ее людям. Но она предложила другой выход. Она сказала, что можно спасти Источник, и предложила провести обряд. Мы, конечно, согласились. А кто не согласился бы? От старших мы подвоха не ждали. Все ж таки их сам Творец над нами оставил.

— Судя по тому, что Источник ваш все еще в порядке, ее метод сработал.

— Ага, сработал, — с болью усмехнулся бог. — Знаешь, вызвать Древнюю было моей идеей. И я же провел ритуал и вел переговоры. Остальные доверились мне и ждали в сторонке. Думали, спасение близко. Все эти слухи о том, что богов убил я… может, они в чем-то и правы. Это я привел к нашему порогу гибель. Ха-ха! Бог Смерти привел гибель, ну не шутка ли?!

— Давай без истерик. Что дальше было?

— Дальше? Дальше мы провели обряд. Древняя сказала, что для концентрации энергии ей понадобится особый проводник. Видишь эти гробы? Они из особого камня, которого даже в этой галактике нет. Нам пришлось лететь на поклон к чужим богам, чтобы нам разрешили добыть себе немного этого материала. Магический алмаз галактики Лун, ты, наверное, и не слышал о таком. Мы тоже до той поры не слышали. Боги Лун были добры, но держались отстраненно. Знаешь, мы тогда только удивились, но не придали этому значения. Они словно… — задумался парень, щелкая пальцами, чтобы подобрать слова, — словно марионетки были. Ни здрасьте вам, ни до свидания, дали координаты рудника и исчезли. Я только недавно узнал, что никаких богов в той галактике уже давно нет. Точнее есть, но они как пальцы на руках у другого создания.

— У кого? — холодно прищурился генерал.

— Да ты уже слышал о нем. Владыка Лжи. Древний, что заточен в ядре галактики Лун.

— Тот петух, с которым дядя и другие правители разобраться пытаются? Это не он послал иллюзорный флот в атаку на наш дворец в день свадьбы дяди?

— Именно, — со вздохом кивнул Лайзерг. — Но ты слушай дальше. Мы набрали алмазов, доставили все на Арс-9 и снова призвали Древнюю. После этого она провела обряд. Что из этого получилось, ты и сам видишь. Одного за другим она отправляла богов внутрь алмазов, чтобы концентрировать и многократно увеличить энергию, вот только вектор был направлен не во внешний мир, а в Источник. Ритуал вытянул всю магию из галактики через богов и стал подпитывать Источник. Так он сохранился до наших дней, но большая часть жизни была уничтожена вместе с экологией планет. Выжили те, кто меньше всего зависел от магии — люди. Раньше то видовое разнообразие побольше было.

— А ты как спасся?

— Бежал, — развел руками бог, словно не понимал вопроса. — Что ж тут неясного? Меня последним в этот алмазный гроб засунуть должны были, так что я хоть и с опозданием, но все же понял, в какой переплет мы все угодили. Пусть и подло, что я своих бросил, но с Древней нам не тягаться. Да и не могли мы, большинство уже спало к моменту начала ритуала. Я едва выполз из того зала, где ты сейчас стоишь, а потом со всех ног рванул прочь из галактики. Какое-то время бродил по далекому космосу, а недавно у вас вот осел. За эти столетия Альцион изменился, а благодаря тому, что я выжил, появились маги Смерти. Все-таки поток энергии от Источника ко мне был огромен… до недавнего времени.

Объяснения не нужны. Недавнее время — время, когда появилась Лидия. Лицо Лаена почернело, как дно походного котла.

— В обычное время люди не должны были бы получить от меня силу, я больше на равновесии мироздания замешан. Ну там знаешь: жизнь-смерть. И все такое. Баланс природы. Но исключительность поддержки Источника дала таким людям появиться. Они развивались какое-то время, пока не основали новое государство — галактику Кольцо Смерти. Сами-то они едва ли уже помнят, с чего все началось, а в то время мы приглашали на божественный совет правителей государств, чтобы обсудить проблему умирающего Источника. Ну… теперь государство всего одно, и твое войско успешно его поработило. История порой так непредсказуема…

— Ворчишь, как старый дед, — цыкнул генерал. — Теперь давай по существу. Этот ваш ритуал можно как-то обратить? Я же правильно понял, что эти боги не умерли?

— Еще нет, но они продолжают вытягивать магию из мира. Так что ты тоже скоро без сил останешься. Лучше уходи оттуда. Я не знаю, как обратить вспять ритуал, — вздохнул Лайзерг.

Лаен помолчал немного, а потом начал медленно соображать.

— Слушай, а что будет, когда в этой галактике не останется магии?

Лайзерг поднял мрачный взгляд на генерала и тихо, но четко ответил:

— Проклятье падет на другие галактики.

— ???

— …

— Эй, разве это не сценарий конца света?

— Ну, в общих чертах, да.

Ситуация становилась все серьезней, и лицо генерала заметно потемнело. Мазолистые от частой работы над артефактами пальцы крепче сжали планшет, луч света от фонарика дернулся, очерчивая странные тени, и генерал спросил:

— Лайзерг, а кого именно из Древних вы вызвали?

Бог Смерти Отвел взгляд и неловко почесал нос. Было видно, что ему не по себе, но убедительной причины не отвечать он не нашел. Пришлось признаваться.

— Властительницу Снов.

Генеральские брови удивленно приподнялись, а взгляд парня ярко отражал его мысли на этот счет. Кто сейчас не знает, что Властительница Снов находится в подчинении у Владыки Лжи? Довериться ей, все равно что плясать под дудку главного врага человечества.

— Ну что ты таращишься? — раздраженно цокнул Лайзерг. — Знаешь, как давно это было? Не то что о Властительнице Снов, мы даже о Владыке Лжи ничего не слышали! Между прочим, мы действовали из благих побуждений! Кто вообще мог подумать, что Древние ополчатся против людей?

— Ладно, не ной, — отмахнулся Лаен, чем чуть не довел до инсульта бога Смерти. — Ты еще помнишь детали ритуала призыва этой овцы?

Лайзерг так широко распахнул глаза, что те едва не выпали. Шок и изумление так отчетливо были написаны на его лице, что не нуждались в словах. Далеко не сразу бог Смерти смог вернуть дар речи, чтобы ответить генералу на его возмутительную просьбу, а когда вновь заговорил, то из него потоком полилась такая отборная брань, что стало ясно — парень не одну тысячу лет под луной живет. Опыт в ругани у него был потрясающий. Даже Лаен восхитился на минутку.

Не восхитился кое-кто другой.

— Хватит вопить, вы спать мешаете, — раздался под сводами древнего ритуального зала сонный голосок.

Лаен выронил коммуникатор от неожиданности и тут же навел луч фонарика на гроб возлюбленной. А там, сладко зевнув, одна маленькая богиня перевернулась на бочок, подложила ладошки под щечку и сладко причмокнула.

Ошалев от шока, генерал подался вперед и впился немигающим взглядом в лицо любимой. Щеки, которые еще недавно были белыми, как снег, порозовели, грудь тихо вздымалась в такт дыханию, а темные ресницы трепетали, не желая прерывать сон. Между тонких бровей появилась недовольная складка, и девушка не глядя влепила пощечину ближайшему объекту:

— Выключите солнце, я сегодня выходная.

Когда за сильным горем следует новость, что горе миновало, волна облегчения и радости вполне сопоставима с настоящей эйфорией. Тут и с ума сойти не трудно. Осознав, что живая девушка ему не привиделась, парень ахнул, выбросил планшет и сгреб любимую в охапку.

— Эй! Что за наглость! Нападать на спящего противозаконно! Я на тебя в полицию пожалуюсь! Они там тоже не высыпаются, они поймут меня! Эй! Эээ, ты кто?

Получив несколько раз кулаком по макушке и локтем в ребро, генерал остался доволен и отстранился от возлюбленной. На его лице сияла широкая безудержная улыбка, а фонарик от планшета подсвечивал его опухшее с перепоя лицо, перемазанное потом и кровью, с самого удачного ракурса — снизу. От него еще и перегаром недельной свежести несло знатно. В общем, это не то, что мечтаешь увидеть, едва проснувшись.

— А-а-а!!! — разнесся под сводами зала пронзительный девичий визг.