Мой пленный генерал

Глава 8. Государственные выходные

Тем временем на «обреченной» планете наступили долгожданные выходные. Из-за чрезвычайного положения жители Арс-9 без устали работали несколько недель подряд, восстанавливая самые важные инфраструктуры, и вот — свершилось чудо. Мэр Честити объявил государственные выходные! Целых три дня!

Утро первого дня я встретила, сладко потягиваясь на постели в полном одиночестве. Город был тихим, так как жители будут отсыпаться до самого вечера, чтобы компенсировать себе всю работу за эти напряженные дни. Думаю, не ошибусь, если скажу, что сегодня я встала раньше всех.

И, как любой порядочный жаворонок, решила посвятить это утро только себе. За окном была ясная погода, и настроение также было солнечным. Тихонько напевая местную народную песенку про сына министра, преследующего очаровательную цветочницу, я спустила ноги с постели и… обомлела.

На тумбе у кровати стояла металлическая скульптура, отдаленно напоминающая букет цветов. В его очертаниях я смутно угадывала сгоревшие микросхемы, погнутые вилки, кусок обшивки космического эсминца, а также пару рукоятей от мечей и декоративно расплавленную изоляцию от проводов в виде ленты с бантиком.

Можно было бы задаться вопросом о том, откуда взялось сие творение, но его создатель не оставлял ни намека на двусмысленность: на полу валялись мужские ботинки, на кресле — военная имперская куртка, у двери — мужские брюки, а на дверной ручке кобура с плазмером.

Смутно подозревая, что это еще не все запчасти печально известного мага металла, я вышла из комнаты и пошла дальше по «хлебным крошкам», оставленным имперским форточником. В коридоре на цветочной полке висела черная рубашка, воняющая мужским одеколоном, а под дверью ванной комнаты кокетливо выглядывал уголок серых боксеров.

Дорогой дневник, не описать словами всю ярость, которая меня охватила, ведь еще вчера я лично убрала этот дом от мусора и имперцев. За дверью ванной комнаты отчетливо слышался плеск воды и треск моего терпения. Прикусив губу, я выплюнула несколько нитей крови и ворвалась в ванную.

Грохот входной двери мгновенно привлек внимание имперца. Он повернул голову, и наши взгляды встретились. Вот только вместо ожидаемого ужаса и желания жить я увидела яркую улыбку, от которой на глазах слезы выступили.

— Лида! Доброе утро! А я вот тут не удержался. У нас-то на корабле только ионный душ, а я уже от него весь чешусь. Вот, решил побаловать себя настоящей водой. Ты ведь не проти-и-и…

Договаривать эту возмутительную чушь генерал отправился на свой корабль. Причем одетый только в пену. Я сжала зубы и медленно села на влажный от пара пол.

— Великий Хаос, как мне теперь развидеть то, что я увидела? Почему он не пользуется шторкой? Где купить новые глаза?

Душа моя кричала, но изо рта вышел только сдавленный стон. Однако по какой-то причине я вдруг не знала, плакать мне или смеяться. Воображение подкинуло глупое лицо генерала, когда он в таком виде появится перед своими подчиненными. Представляю, как они там все удивятся! Генерал тоже немножко обалдеет. Хотя должен был понимать, что такое может случиться.

Похлопав себя по груди, чтобы успокоить злое веселье, я встала и пошла собирать остатки генерала. К счастью, шум не разбудил бабулю, так что я успела собрать все вещи до того, как она заметила неладное. Очень не хочется остаток дня слушать, как «генерал ко мне похаживает». Еще немного, и я никогда от этого не отмоюсь.

Собрав вещи, я не сразу смогла решить, куда их деть. Вежливо вернуть не получится, так как для этого нужно дождаться его возвращения, а я все ж таки надеюсь, что оно не состоится. С другой стороны, я не должна быть такой наивной. С чего бы ему не вернуться еще раз? Эх, если бы только я могла эффективно его связать, чтобы он послушно лежал у себя в трюме до конца поездки! Но увы, о несбыточном лучше не упоминать. Магия крови слабовато действует на магов металла.

В итоге вещи генерала осели на дне моего шкафа, как темное пятно на биографии. О том, что можно воспользоваться великим изобретением современной инженерной мысли — мусоропроводом, я даже не вспомнила.

Единственное, что осталось без изменений — букет авангардиста. Я минуту молча на него смотрела, а потом просто развернулась и молча пошла готовить завтрак.

Так как сегодня государственный выходной, то кружки йоги не работают. Из-за этого, а также из-за многолетней привычки, бабуля не стала рано вставать, а я готовить на нее завтрак. Ограничившись яичницей и чашкой кофе, вышла на балкон и стала завтракать, просматривая новостную ленту на светлом мозге.

В это время у планеты очень насыщенная важными событиями жизнь, так что было много постов от планетарной администрации по поводу выполненный и запланированных работ. Из каждой статьи на меня смотрело гордое, улыбающееся, а иногда и суровое лицо мэра.

К счастью, эти некрасивые вещи я очень ловко пролистнула и на добрых полчаса залипла на роликах о кошечках и собачках. Контент одного автора мне понравился особо, так что я перешла на его страницу и подписалась на обновления. Это была страница приюта для животных «Хвост и Лапки», и вел ее улыбчивый жизнерадостный дедушка.

Закинув ноги на перила ограждения, я откинулась на стуле и не спеша пила кофе, просматривая блог приюта. Внутри было много разных животных, и, как я поняла, все они были спасены мистером Ормундом за время войны.

На самом деле видеть негуманоидных живых существ, которые не пытаются съесть представителей других видов довольно необычно. В Хаосе существуют самые разные формы жизни, но размножение доступно только высшим, низшие такой возможности лишены. Тем забавнее видеть детенышей местных низших. То есть зверей.

Наткнувшись на группу пухлых щенят в очередном ролике, я очарованно застыла и перестала листать ленту. Пять разноцветных малюток катались по полу, играя друг с другом, а в стороне лежала большая черная собака, снисходительно приглядывая за ними.

Комментариев к записи было всего несколько. Кто-то из пользователей сети написал, что щенята выглядят мило, а мистер Ормунд ответил, что все желающие могут посетить его приют и выбрать себе питомца.

Я вдруг почувствовала, что действительно хочу свой дом. Как это было бы здорово, если бы у меня была своя собака?

К сожалению, ни дома, ни собаки у меня пока нет, зато есть неугомонный генерал. Телепорт выплюнул его за пределами балкона, так что полетел мой орел прямо к матушке-земле. Я едва успела бросить ему вдогонку пару нитей, чтобы не расшибся насмерть, но беседу беседовать не стала, сразу восвояси отправила. Однако мне показалось или там что-то еще упало?

От мысли, что могла не заметить впопыхах еще одного человека, у меня затылок онемел. Взволнованно вскочив, перегнулась через перила и увидела что-то лежащее на земле, чего там раньше не было. Но похоже, оно не живое.

— Тц. Опять имперский генерал линяет в моем доме, — недовольно проворчала я, но мусор снаружи оставлять не стала. Одна из нитей обхватила то, что лежало на земле, и подняла ко мне. — Ох!

Оказалось, это не какой-то мусор, а еще один букет от генерала. На этот раз части были спаяны лучше, цветочки слеплены почётче, а нижняя часть отдаленно напоминала вазу. Кажется, мастерство Лаена прогрессирует.

Некстати вспомнилось, как вчера вечером он сказал, что я ему нравлюсь.

— Да нет, не может быть, — пробормотала с сомнением.

Мотнув головой, выбросила лишние мысли прочь, поставила вазу с цветами на стол и в приподнятом настроении пошла на кухню.

Особого плана на этот день у меня не было. Помыла посуду, немного прибралась, а так как до обеда еще было много времени, решила побаловать себя.

Для начала полчаса отмокала в ванне с пеной. Высокий запотевший стакан с компотом и колотым льдом великолепно оттенял ощущение от горячей воды в ванне. За это время генерал заваливался в комнату лишь дважды, но даже вякнуть не успевал, как отправлялся обратно на корабль. Мое мастерство обращения заклятий не знает равных, хе-хе.

После ванны вернулась к себе в комнату и достала все баночки с лосьонами и кремами, которые купила по совету соседки, и намазалась с головы до ног. В финале села у зеркала и стала мазать лицо масками и жидкими патчами. Получилась зеленая панда с розовыми кругами под глазами.

Едва я закончила, как в спальню ввалился пресловутый генерал. Я повернулась, он заорал «твою мать!» и впервые в истории нашего знакомства телепортировался на корабль самостоятельно.

Я обиделась.

— Сам урод!

Масочку надо держать двадцать минут, так что остаток времени решила провести за чашечкой ароматного кофе на балконе. Даже пообещала себе, что если за эти двадцать минут генерал снова телепортируется с нашей многоэтажки вниз, то не буду его ловить.

А если не появится, то совсем обижусь. Нормальная маска, ясно?

Примерно в таком противоречивом, но крайне недовольном настроении я и провела следующие полчаса. Генерал не появился, я смыла маску и злобно намазалась кремом.

— Вот и не возвращайся, — мрачно бубнила под нос и с каждой минутой отсутствия генерала становилась все недовольнее.

Так! Одно дело, когда я его вышвыриваю, а вот когда сам уходит, это совсем другое! Это наглость помноженная на бессовестность, ясно?

Я гневно втирала в щеки крем, когда в дверь постучали.

— Лидонька, ты встала?

— Да, бабуль. Ты не рано? Думала, до обеда спать будешь.

Дверь открылась, и бабушка вошла в комнату.

— Да кто ж в таком шуме уснет? Что это у тебя так грохотало, девонька?

Я скривилась и очень не хотела отвечать на вопрос, но бабушка не настаивала. Она бросила взгляд на железные цветы на тумбе и вдруг хитро улыбнулась:

— Надо же, какие цветочки примечательные! Ай-яй, а вчера вечером их не было. Надо же, хе-хе. Стало быть, генерал захаживал?

Хоть отвечать и вообще о генерале говорить не хотелось, но я все же сказала:

— Было дело.

— И ты его спровадила, стало быть, — понимающе заулыбалась старушка.

— Конечно, — уверенно ответила, заканчивая натирать подбородок кремом.

— А чего ж цветочки не выбросила? — хитро захихикала бабушка.

Я замерла, а взгляд сам нашел отражение подарка в зеркале. Почему не выбросила?

— …понравились, — буркнула недовольно.

А еще это первый раз, когда мне цветы дарят. Я богиня, я давно хотела цветы. Пусть железные, но для меня.

— М-м, — понимающе протянула Илидан, но на уме у нее было гораздо больше мыслей, о которых она не стала говорить. — Ну тогда я спокойна. Дальше сами разберетесь, хе-хе-хе. Я зашла сказать, что сегодня буду обедать у Орельи, она пригласила. Ты тоже дома не сиди, иди прогуляйся. Для молодежи праздник в городе будет. На людей посмотришь, да генерала покажешь. Ой, то есть себя, хе-хе-хе.

Я подняла мрачный взгляд на бабулю:

— Знаю я, что ты сказать хотела. Не придет он больше, ба. На этот раз сам ушел. Масочки моей испугался и наутек бросился. Трусливый генерал у империи.

— Это не генерал трусливый, — рассмеялась Илидан. — Помню я тогда еще с пятым мужем была и тоже масочку перед сном сделать хотела. Он как раз только в постель лег, свет выключил, и тут я с фонариком и в масочке. Хе-хе-хе, ох. С инфарктом тогда старого увезли, испугался бедный. До конца жизни потом заикался и темноты боялся. Прожил, правда, тоже не долго, но это не из-за меня, конечно. Спился! Так что ты на генерала не сердись. Мужики народ слабый, к красоте не приученный. Чуть их напугаешь, до конца жизни будут сраться!

— Ба! — ахнула я, не ожидая таких подробностей семейной жизни. Даже неловко за себя стало. Неужто мой генерал теперь тоже с недержанием будет? И все из-за одной маски?

Я недовольно посмотрела на маску и решительно обвинила во всем ее, после чего гневно положила баночку в ящик под зеркалом. Теперь я понимаю, почему генерал обратно не приходит. Бедненький. Еще и перед Императором неудобно. Он-то мне нормального генерала посылал, а я ему больного верну. Эх. Извиниться потом, что ли? Яблок ему, наверное, еще отправлю. В качестве компенсации. И, может, в больницу еще зайти? Пусть лекарство мне какое-нибудь продадут, а если генерал вернется, я ему его подарю. Негоже такому молодому с таким недугом бегать.

Вот так решив взять на себя ответственность за генерала и его тяжелое заболевание, я отправила бабулю к подруге, а сама тоже решила дома не сидеть. Переоделась в легкий алый сарафан по случаю, красиво волосы завила, накрасилась и пошла гулять. Не в город, правда, а в аптеку. Но время шло, а генерал не возвращался. Тогда-то я и решила пойти туда, куда сердечко звало. В приют «Хвост и Лапки».

Приют располагался за чертой города, что было недалеко от того места, где я находилась. Благо, что обувь на этот раз была удобная.

Территория, огражденная высокой сеткой, была немаленькой, и повсюду темнели невысокие строения. От главных ворот к административному зданию вела широкая заасфальтированная дорога, по ней я и пошла. По пути мне встретились несколько кошек, но поймать и погладить кого-нибудь не удалось. Вот такая я невезучая и непривлекательная, никто не хочет со мной ласкаться, даже генерал, чтоб ему!

Поджав губы от обиды, я была вынуждена признать, что немного привыкла к вражескому форточнику. Он так много раз приходил меня грабить, что стал почти своим, а свое я отпускаю крайне неохотно. Наверное, потому что у меня за всю жизнь еще не было ничего своего. Однако, если так подумать, может, так и лучше? Пусть катится в свою империю на своем ржавом флоте и больше не мешает мне проводить отбор женихов.

Уговоры помогли, и настроение выровнялось настолько, чтобы я могла с интересом смотреть по сторонам. В приюте проживало множество животных, распределенных по загонам, что было весьма мудро, так как птицы, кошки и собаки были явно из одной пищевой цепочки.

Я собиралась вначале пройти в здание, чтобы попросить у управляющего разрешение побродить тут и пообщаться с питомцами, но вдруг заметила вольер с теми самыми щенятами, которых увидела в сети. Вживую они еще милее!

Прилипнув к сетке, я с глупой улыбкой уставилась на эти скулящие пушистые комочки, а их мать, лежащая неподалеку, вздохнула и посмотрела на меня с выражением «забирай скорее, они меня достали».

Непреодолимое желание погладить пушистиков не позволило отлипнуть от сетки и дойти до управляющего, но, к счастью, он сам заметил меня из окна кабинета. Прошло минут пять, когда за спиной раздался веселый мужской голос:

— Добрый день, барышня. Щеночка ищите?

Я вздрогнула и обернулась, мысленно ругая себя за рассеянность. Пакет с лекарствами для генерала все еще был в руках, и я вдруг поняла, что моя жизнь принимает странные обороты. Настолько странные, что я не знаю, как объясниться перед окружающими.

Например, этот мужчина. Он совершенно точно тот мистер Ормунд из ролика, но я не знаю, как сказать, что я здесь делаю. Пока шла сюда, такой проблемы не возникало, ее перекрыли мысли о вероломстве беглого генерала. Но теперь — что я вообще здесь делаю?

— Кхм, здравствуйте, — смутившись, покраснела я. — Ну я, знаете, увидела ваше видео в сети, с щенятами, и вы сказали, что в приют можно прийти. Я, как бы, к щенятам, но не за ними, потому что я, ну понимаете, бездомная пока, но, эм…

Под конец я окончательно стушевалась и что-то промямлила себе под нос. Стало очевидно, что я выгляжу еще более жалкой, чем эти щенята. У них хотя бы семья есть и бесплатная еда. А от меня даже вражеский генерал сбежал. Хм, что-то я часто его вспоминаю сегодня, ох не к добру это.

— Ох, простите старика, не признал! Вы же Лидия? Ну конечно, я видел ваше лицо по галовизору! Ох, какая честь! Как же вы это здесь? Хотите чаю?

Было глупо надеяться, что меня не узнают. Стало так стыдно, что я была почти готова последовать примеру генерала и сбежать, поджав хвост. Взгляд невольно метнулся в сторону вольера, и это было достаточно красноречиво, чтобы старый смотритель заметил. Он вдруг остановился, понимающе усмехнулся и предложил:

— Хотите войти?

Не обращая внимания на мой душевный разлад и полыхающие алым уши, он прошел вперед, достал связку ключей и открыл калитку, пропуская меня внутрь. Уши собаки поднялись, и она заинтересованно вильнула хвостом.

— Наша Молли не так давно родила. Щенятам около месяца всего. Может, присмотрите пока за ними, а я схожу за лакомствами для их мамы?

Ясно как день, что никакой присмотр малышне не нужен, но я знала, что смотритель делает это для меня. Смущенно кивнув, я осталась стоять на месте, а старик, посмеиваясь, ушел, не забыв запереть за собой замок на калитке. Безусловно, хотелось провалиться сквозь землю от стыда, но тут мне под ноги подкатился пушистый комок и стал жевать шнурки на туфлях.

В этот момент я забыла обо всех проблемах и своем красивом платье. Уселась прямо на пыльную площадку и подхватила проказника, чтобы рассмотреть поближе.

— Такой грозный, — пробормотала с улыбкой. — Знаешь, меня многие низшие пытались съесть, но так мило это не делал ни один из них. Иначе я точно не смогла бы защищаться.

Щенок с пушистыми ушами и глазками-пуговками совершенно не мог сидеть на месте. Он извернулся, схватил подол платья и стал его жевать и тянуть, мотая головой, как настоящий взрослый пес. Я широко улыбнулась и засмеялась, чувствуя что-то теплое в груди. Этот малыш совершенно очарователен и ни капли не боится такого монстра, как я. Думаю, он не убежал бы, даже если бы я была в маске и с полотенцем на голове.

Следом за первым подошли и остальные щенята. Пушистая братва напала всем скопом, но, что интересно, с разными намерениями. Пока первый щенок пытался отомстить моему платью за ровную строчку, второй продолжил дело первого и попытался отгрызть шнурок на туфлях, третий подозрительно обнюхивал мою ладонь, четвертый забрался на колени и благополучно уснул, а пятый сел напротив и стал внимательно на меня смотреть.

Итак, покусанная, обслюнявленная и вся в шерсти я была абсолютно счастлива. Уставшая мать семейства не собиралась пускать на самотек дружелюбие своих детей и пошла проверить их нового приятеля. Приблизившись, Молли обнюхала мою голову, одобрила шампунь, лизнула в щеку, развернулась и ушла дальше загорать на солнышке.

Вообще, вольер был довольно просторным для одной собаки. Даже для десятерых собак. Невысокое одноэтажное строение было им вместо будки, а остальное место занимала большая огороженная площадка. Когда щенята подрастут, тут точно будет пыль столбом стоять.

Гладить мягкую шерсть было крайне приятно, так что никуда уходить не хотелось. Не знаю, за каким лакомством ушел мистер Ормунд, но его не было больше часа. За это время я успела заиграть всех щенят, собрать их в теплый спящий клубок и подружиться с недоверчивым пятым. Наверное, он самый старший или самый ответственный, но только он не полез спать ко мне на колени, а сел рядом и задумчиво уставился в даль. Не знаю, возможно, он что-то обдумывал.

Еще через час мистер Ормунд опять не пришел, зато объявилась моя пропажа. Генерал выпал из портала прямо перед носом матери пушистого семейства. Двое в шоке уставились друг на друга, генерал недоверчиво прошептал: «Лидонька?», а собака оскалила зубы и зарычала.

— Лидонька, — жалобно уговаривал Лаен, — как же ты это так? Меня ведь всего пару часов не было. Да, изменила тебя жизнь.

Я удивилась, собака обиделась и гавкнула, кинувшись на обидчика. Он вскочил и бросился бежать, по пути уговаривая:

— Я не хотел тебя злить! Можешь стать обратно человеком?! Ай, не кусайся! Давай все обсудим, как два взрослых человека! Ай! Нет? Ну тогда как человек и собака. Я утром был не прав! Прости меня, Лида!

— Дурень, — фыркнула я, глядя на вражеского генерала с презрением.

Он услышал, нашел меня взглядом и удивленно округлил глаза. Удивление сменилось облегчением, а потом возмущением.

— Лидия, как это понимать?! Почему ты в… Где ты вообще? Почему здесь собака? А это кто? Попугай, что ли?

В соседнем загоне действительно стояли птичьи клетки, и их обитатели были большими и пестрыми. Они заинтригованно следили за генералом, им только попкорна не хватало.

— Это приют для бездомных животных, — милостиво пояснила я.

— Да? — нахмурился парень, не забывая быстро работать ногами. — Кто посмел тебя сдать в приют?

— Дважды дурень, — щелкнула я языком, меланхолично наблюдая, как Молли гонит вражеского генерала по периметру, заставляя высоко поднимать ноги. — Я пришла поиграть с щенятами, а ты обидел их маму.

— Да что ж за день такой? То мам обижаю, то девушек, — сокрушался парень, заходя на второй круг. В голову пришла мысль взять секундомер для статистики, но потом стало лень и я просто продолжила гладить щенят.

— Ну так и зачем ты явился? — полюбопытствовала, зарываясь пальцами в мягкую шерсть.

— Я поговорить хотел! — выкрикнул Лаен, не смея замедлиться ни на секунду.

— О чем? — миролюбиво спросила я.

— О нас! Столько времени прошло, а мы все никак по-нормальному поговорить не можем. Дай мне шанс все объяснить!

— Оу. И что ты хочешь объяснить? Опять будешь врать, что я тебе резко понравилась?

— Я не врал! Очень понравилась! Но это не все! Ты можешь угомонить псину?!

— Это Молли, — отругала я генерала. — И ты ей не нравишься.

— Но это не повод кусаться!

— Мы так не считаем, — хмыкнула я, поджав губы. И нет, я вовсе не хотела мстить ему за самовольную телепортацию. Ну если только чуть-чуть. Но это же не я на него набросилась.

Время шло, генерал бегал и умолял с ним поговорить, а я гладила щенят и любовалась облаками. Настроение было превосходным. Как мало мне, оказывается, для счастья надо. Лишь бы генерал бегал покусанный рядом.

Исход забега был предрешен. Молли была старой матерью, а генерал — молодым тренированным военным. Прошло не так много времени, прежде чем собака выдохлась и растеряла энтузиазм. Гавкнув напоследок особенно что-то нецензурное, она высунула язык и устало поплелась дальше лежать на своем месте. А генерал упал рядом со мной и гордо сверкнул глазами.

— Молодец, — саркастически похвалила его, — победил старую собаку. Давай дяде расскажем, пусть он тебе медальку вышлет.

— Эй, это было непросто, знаешь ли! — воскликнул победитель. — Она так и норовила укусить за пятку.

— Она целилась выше, — усмехнулась я.

— Просто давай забудем об этом, ладно? — помрачнел Лаен. — Вечно я с этим телепортом в какие-то передряги попадаю.

— Так почему не сдашься? Или ты телепортируешься как дышишь? Не можешь это контролировать?

Генерал полюбовался моими насмешливо приподнятыми бровями, положил голову мне на колени и нагло улыбнулся:

— Не могу. Если не телепортируюсь, то как я тебя встречу?

— Что за проблема такая? Просто возвращайся в свою Кахляндию и продолжай соблазнять местных девиц.

— Ах вот оно в чем дело, — понятливо протянул генерал, ухмыльнувшись особенно неприятно. — Сплетен наслушалась? Да я чист, как младенец. Вот эти щенята более развратные, чем я. Посмотри в мои искренние глаза и узри истину, о моя богиня.

— Трижды дурень, — закатила я глаза и попыталась спихнуть с себя темноволосую голову. Голова упиралась и настойчиво терлась об ладонь. — Слезь с меня.

— Неа. Погладишь? — нагло улыбнулся паршивец, окончательно потеряв страх. Молли! Фас!

— Еще чего, — фыркнула презрительно.

— Злая, — игриво обиделся генерал. — А вот я бы тебя погладил, если бы ты попросила.

От такой наглости у меня закончились слова. Я хватала ртом воздух и не знала, что сказать, а негодяй иноземный взял и рассмеялся. Громко и счастливо.

— Хватит ржать, — зашипела я. — Катись в свою империю, генерал!

— Сначала мы поговорим, Лидок-холодок. — Лаен смахнул слезу и обворожительно улыбнулся. У меня от его улыбки закончился воздух и поджались пальцы на ногах.

— Я с вражескими захватчиками переговоров не веду. — Хотелось сказать это гордо, но получилось тихо и чуть-чуть смущенно. Что он вообще пытается сделать?

— Опять двадцать пять, — закатил глаза захватчик. — Мы же уже выяснили этот момент. Я был не прав, хорошо?

Конечно, я помню, кто первый начал эту войну. И эта планета мне вообще не родная. Но почему-то я так упорно цеплялась за этот факт, что самой стало немного стыдно. Ладно, допустим.

— Хорошо. Дальше что? — спросила максимально отстраненно.

— Дальше давай поговорим о тебе, — с готовностью ответил парень. Он так естественно лежал на площадке, закинув ногу на ногу, будто его голове самое место на моих коленях. Там уже четыре щенка, ясно? Место занято! — Ты ищешь парня, а я как раз парень. Разве это не замечатеьное совпадение? Ты хочешь детей, а я люблю их делать. И это просто знак свыше, что нам нужно быть вместе. И вот еще — держи букет.

Он вынул из ниоткуда еще один кусок металла в форме вазы с цветами, только тут еще и ленточки были. В изделии ни грамма железа, к слову. Хм, какой внимательный.

Честно говоря, почему-то захотелось стукнуть наглую голову этим самым букетом, но что-то останавливало. Может, то, что он смертный. А может, то, чтоего слова самую малость, но заинтересовали меня.

Я не могла не спросить:

— Если любишь, то почему у тебя еще нет детей?

Лицо парня стало жестким, а взгляд, как у ежа на железнодорожных путях. Он явно не ожидал такого вопроса, но ответить без подготовки не рискнул. Подумав, он осторожно уточнил:

— Я еще практикуюсь в технике. Довожу ее до совершенства, так сказать. Ты могла бы сама оценить, и, если тебе понравится, мы могли бы… ну знаешь, делать детей.

Лицо генерала немного вспотело, особенно над губой. Он изо всех сил старался не смеяться и не смущаться под моим серьезным взглядом, но разница в менталитетах между жителем Порядка и тварью из Хаоса была очевидной. Мы почти не понимали друг друга.

— Техника, значит? — разлепив губы, медленно произнесла я. — А с чего ты взял, что я хочу смотреть на твою технику? У меня тут целая планета свободных мужчин.

— Давай честно, мы оба их видели. Это не то, что тебе нужно. Я уверен. Зато я очень даже хорош. Присмотрись! Разве я не великолепен?

Я понимаю Молли. У самой зубы зачесались его укусить. Почему-то генерал и злил, и веселил одновременно. Хотелось хохотать и драться. Витаминки пропить, что ли? Нервная такая.

— Великолепен, — ухмыльнулась я, отставив букет в сторону и сунув в руки генерала пакет. — Тебе тоже подарочек. Пригодится, хороший генерал.

Лаен с удивлением уставился на полупрозрачный пакетик, а потом с интересом достал оттуда коробочку с препаратом. С крайне мрачным лицом он прочитал:

— Средство от диареи? Лечит понос, запор и заикание? Милая, буду признателен, если ты дашь немного больше информации. Кажется, я чего-то о себе не знаю.

Я пожала плечами и непринужденно ответила:

— Бабуля посоветовала, когда я рассказала ей, как ты утром с воплем от меня сбежал. Сказала, что у нее так пятый муж помер. Не вынес силы увлажнения бабушкиной маски, когда она ночью с ней спать легла.

Лаен сглотнул, снова вспоминая утреннее происшествие, но мужественно пообещал:

— Я привыкну.

Я надулась.

— То есть, я хотел сказать, не понимаю, о чем ты говоришь. Утром ты выглядела роскошно, превосходно. Очень гладкая и увлажненная. Крайне упитанная.

Я тихо зарычала.

— То есть, питательная! Я хотел сказать питательная! Ну как сказать, когда маска была питательная? Ты была напитанная?

— …

— И очень красивая, — подлизался имперец.

Было очевидно, что парень выкручивается как может, просто изо всех сил. Но было не совсем понятно, для чего бы ему это могло понадобиться.

— Генерал, — окликнула задумчиво, — а зачем тебе это вообще? Или у вас кроме бабушек и яблок еще и невест не хватает? Насколько я знаю, в империи за тебя многие с радостью замуж выйдут.

Вместо очередной шутки Лаен вдруг стал серьезным и немного растерянно почесал лоб:

— Это немного запутанная история, но если в целом, то мне только ты нужна.

— Это очень мило, но хотелось бы услышать расширенную версию, — заметила я, не торопясь обольщаться. Мало ли для чего я ему там нужна? Советнице Повелителя я тоже была нужна. Даже вспоминать не хочу, что случилось после. Ну, как говорится, билет в Порядок не бесплатный.

Занятно, что после этих слов Лаен посерьезнел еще больше. Я бы даже сказала — занервничал. Я, конечно, хотела услышать ответ, но он прикусил губу, и я забыла вопрос, прилипнув взглядом к этому месту. Генерал хмурился, но вместо это показалось мне немного очаровательным.

Кажется, я привыкаю к этому человеку.

В итоге я не выдержала первой. Провела ладонью по гладко выбритой щеке и слегка надавила большим пальцем на покрасневшие губы:

— Серьезно, сколько еще ты будешь их кусать? Это становится невыносимым. Хватит выдумывать правдоподобные ответы, просто скажи как есть.

От внезапного прикосновения и поглаживаний парень опешил. Пара золотых глаз изумленно округлилась, и я едва не рассмеялась. Однако я довольно сознательная, поэтому молча убрала руку и демонстративно изогнула бровь. Ну же, отвечай.

— Мм, понимаешь, — подсознательно облизнув губу в том месте, которого я только что касалась, начал он, — я хотел поговорить с тобой. О метках.

— О чем? — моргнула удивленно. В голову сразу же пришла одна метка, и я повела запястьем, отводя руку с таким рисунком назад.

— Ну знаешь, о парных метках, — озадаченно нахмурился парень. Он потер лоб, пытаясь сформулировать мысль. — В нашем мире есть такое явление. Они не очень распространены, так что их редко встретишь. Они показывают твою предопределенную пару. Человека, с которым у тебя наибольшая совместимость по всем, так сказать, параметрам. Ты… что ты об этом думаешь?

Я молча смотрела на него сверху вниз, а красный цвет в глазах потускнел. Спустя минуту я ничего не выражающим тоном спросила:

— Ты ради этого ко мне так упорно лез? Задать этот вопрос?

Лаен удивленно моргнул:

— А?

Не дав ему времени прийти в себя, ответила:

— Я наслышана о ваших парных метках, человек. И считаю это отвратительным.

Если бы не такая метка, я уже была бы с парой и завела кучу детей. Но метка не только лишила меня пары, которую я сама выбрала. Из-за нее я пошла на немыслимое, чтобы попасть в Порядок и найти своего предопределенного человека. И даже после всех жертв, я так и не смогла найти его. Что это, если не насмешка? Почему те, кто не хочет заводить семью, случайно получают ее без всяких трудностей, а те, кто искренне к этому стремится, вынуждены искать партнера без возможности полного объединения?

Из-за этой метки я не могу сделать будущего мужа полностью своим. Потому что для Крови не имеют значения какие-то документы. Только обряд, проведенный по всем правилам Крови и Магии мог бы дать мне полноценную пару. А теперь я вынуждена довольствоваться жалкими заменителями.

Метки? Я их ненавижу.

— Вот как… — смутился генерал, отводя погрустневший взгляд. — Тогда… что, если бы у тебя появилась метка и ты встретила свою пару? И что, если бы ты очень понравилась своему партнеру?

Я усмехнулась и многозначительно посмотрела на развалившегося на коленях парня:

— Тогда было бы сложно объяснить этому партнеру, почему ко мне похаживает некий генерал.

Лаен сначала неподдельно удивился, а потом громко рассмеялся. От его смеха проснулась Молли и недовольно рыкнула. Парень тут же затих, примирительно подняв руки, но от дополнительного вопроса не удержался:

— А что, если бы этим партнером был я?

Нет, этот парень всерьез проверяет мое терпение. Не надо, ладно? Оно быстро заканчивается.

Но если бы моей парой был он, это была бы трагедия. Мало того, что он из вражеской страны, да не абы кто, а первый генерал, так еще и я привязана к источнику. Да и местные жители… мне не хочется их бросать. В общем, все закончилось бы плохо. Для генерала.

Я стряхнула назойливого парня и поднялась на ноги. Щенята уже давно убежали по своим щенячьим делам и на нас внимания не обращали.

— Ты слишком много думаешь. Лучше возвращайся на корабль, пока он из галактики не улетел, не то вернуться будет сложно.

Лаен хотел продолжить задавать свои вопросы, но, к счастью, нас прервал вернувшийся смотритель. Улыбчивый мужчина вернулся к загону с собаками и отпер замок.

— О, вы тут не одни? Богиня, у вас гости?

Если он и удивился пополнению в собачьем семействе, то виду не подал. Имперский кобель встал рядом со мной и ярко улыбнулся хозяину:

— Добрый день! А мы вот тут с щенятами игрались. Такие шебутные малыши, ха-ха.

Щенята напрочь проигнорировали генерала, а их мать бросила на него недобрый взгляд. Играть с парнем явно никто не собирался. Я подавила улыбку и сменила тему:

— Спасибо, что пустили нас. Уже поздно, наверно. Нам лучше уйти.

— Постойте, куда же вы? Останьтесь еще ненадолго. Я и за свежей выпечкой сходил, давайте чай попьем?

— Да это наверно неудобно, — пробормотала я, смущенно потирая затылок. Булочки в этом мире пекут очень вкусные.

— Очень удобно, идемте! — настаивал Ормунд.

Долго меня уговаривать не пришлось. Раз человек говорит, что не против, значит, все в порядке.

Кабинет, в который он привел нас, находился в административном здании на первом этаже. Обстановка была скромной, а мебель довольно старой. Такое чувство, что ее получили в качестве пожертвования от разных людей в разные времена. Советница Эсфирь как-то упоминала, что людям нравится заниматься благотворительностью.

Стол у окна был освещен послеполуденным солнцем. На нем исходили паром большие кружки из разных сервизов, а посередине стояла корзинка с булочками, посыпанными сахарной пудрой. В стороне стояла пестрая сахарница на случай, если гости захотят пить сладкий чай.

— Присаживайтесь, — улыбнулся Ормунд, а сам пошел за третьей кружкой.

— У вас много фотографий животных, — заметила я, рассматривая стены. Мы сели за стол, и генерал любезно подвинул мне самую большую кружку.

— Иногда новые хозяева присылают мне фотографии, чтобы показать, какими здоровыми и счастливыми выросли их питомцы, — усмехнулся мужчина. Ему явно нравилась его работа, а точнее, все эти маленькие зверушки. Он был готов искренне посвятить себя заботе обо всех брошенных животных.

Следующие полчаса мы пили чай и ели булочки, а смотритель рассказывал о своих подопечных и всяких забавных случаях. Это оказалось неожиданно интересно, но кое-кто все же не купился.

— Хозяин, — вдруг сказал Лаен после очередной истории, — все это конечно очень интересно, но для чего на самом деле вы позвали нас? Вам вряд ли не с кем пить чай, учитывая человека за дверью.

Я нахмурилась и ущипнула генерала под столом, прошептав:

— Зачем грубишь? Куда-то торопишься?

— Ну а чего он зубы заговаривает? — нахохлился имперец.

— Так не тебе же. Тебя тут вообще никто не держит. Не нравится слушать — катись.

— И оставить тебя с подозрительными типами одну?

— Здесь только ты подозрительный.

— Вот заболтают тебя, напоят невесть чем, а потом продадут куда-нибудь. Хочешь расскажу, как у нас однажды регента Терры на невольничий рынок продали? Или как я в молодости ректора в карты проиграл?

— О чем и речь, здесь только ты не в порядке. С чего бы так поступать уважаемым гражданам нашей планеты?

— Тогда зачем тот тип за дверью ждет?

— Это не тип, а ребенок. И он очень переживает.

— А-а! То есть ты тоже его почувствовала, но делаешь вид, что все в порядке?

— Все и так в порядке. Если бы ты был немного терпеливее, старый мастер узнал бы нас получше, начал бы доверять и рассказал наконец зачем позвал. Не все в мире такие смелые и отважные, как генерал Коган, чтоб ты знал. Иногда люди боятся и робеют.

— …то есть ты пришла сюда не чай пить, а людям помогать? Давно знаешь, что приглашение с подвохом?

— Даже не отворяя кровь, я чувствую ее движение. Так что о маленьком человеке я знала с самого начала. И да, я пришла помогать, потому что это моя работа. Я хорошая богиня, чтоб ты знал.

— Вот поэтому я в тебя и влюбился, — закрался неожиданный финал.

Ложечка выпала из пальцев и звонко плюхнулась в чашку, за дверью что-то упало, а старый мастер громко засмеялся.

— Похоже, у вас двоих очень хорошие отношения, — улыбаясь, сказал он.

Удивлению моему не было предела. В какой из реальностей он увидел хорошие отношения между мной и вражеским форточником?

— Ни в коем случае, — возразила я. — С чего вы взяли?!

Ормунд с лицом понимающего отца усмехнулся и кивнул на нас:

— Даже ругаясь, ты подкладываешь ему в блюдце выпечку, а он продолжает подливать тебе горячий чай. Вы выглядите, как старая женатая пара. Не злись на мужа, девочка. Он просто переживает за тебя. Когда-то и мы с моей женой так жили…

Мужчина грустно замолчал, и не нужно уметь читать мысли, чтобы понять, что эту семейную пару разделила черта безвременья. Однако эта лирическая нотка вовсе не заглушила мое праведное негодование. Какой еще муж?! Я ни за что не буду вместе с военным!

— Я булочки подкладывала, чтобы он рот свой бесполезный делом занял, а не болтал всякую ерунду, — ответила ворчливо.

— А я чай подливал, чтобы у нее во рту не пересохло от постоянной стрекотни. Все богини такие болтушки?

— Нет, это невыносимо. Быстро дайте мне нож. Я отправлю его бороздить космические просторы. Нищая империя заждалась своего генерала!

— Вы двое так увлеченно ругаетесь, — умилился Ормунд. — Мы тоже так любили делать. Точнее, любили примирение, которое следовало после таких ссор.

— Дядюшка Смотритель, а вы, случаем, не родственник бабули Илидан? — Уж больно эти двое были сейчас похожи. Почему вокруг меня в последнее время столько премудрых стариков? Смотритель, бабуля, мэр опять-таки.

— М? А кто это? — посмотрел на меня мужчина.

— А, забудьте, — вздохнула я. — Может, пригласим нашего маленького человека за стол? Как-то нечестно есть сладости, пока ребенок за дверью стоит.

— И то верно, — усмехнулся старый мастер. — Кирин, хватит подслушивать, иди за стол.

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошел человеческий детеныш лет десяти. Темноволосый ребенок был немного напуган и стоял с опущенной головой, неловко переминаясь с ноги на ногу. На секунду он поднял глаза, чтобы посмотреть на меня, но тут же быстро опустил голову еще ниже.

— Какой очаровательный малыш, — тепло улыбнулась я, протягивая руку и подзывая ребенка. — подойди поближе, дай мне посмотреть на тебя.

Маленькие ушки вспыхнули, и ребенок поспешно подошел, вкладывая ладошку в протянутую ладонь. Я вздохнула и погладила малыша по голове.

— Богиня, — вернувшись за стол, вздохнул Ормунд. — До твоего прибытия на планете царил хаос. И в этой неразберихе ребенок потерялся. Он не говорит ни слова, и я не смог найти его семью, хоть и обращался к властям. Все, что они смогли сделать, это распространить объявление с фотографией мальчика. Но время идет, а вестей нет. Его родители наверняка в отчаянии. Я как-то видел интервью, ты давала его для центрального канала, где упоминались родственные связи. Если я правильно понял, ты можешь понять кто кому родственник. Скажи, возможно ли найти родителей этого мальчика?

Это интервью репортеры взяли у меня сразу после победы над имперцами. Там я действительно упоминала нечто подобное. Чтобы управлять нитями, мне нужно отворить кровь, но и без этого я могу чувствовать движение другой крови. Чтобы почувствовать кровные связи, мне не нужно резать ни себя, ни ребенка.

Тем не менее я не удержалась от озадаченного взгляда на Ормунда. Дело не в том, что меня удивила просьба мужчины, а в том, что он действительно не знает ответа. Можно ли рассматривать встречу этих двоих, как проявление Судьбы?

— Странно, что вы не знаете, — отпустив руку ребенка, медленно произнесла я под заинтригованным взглядом генерала.

— Чего не знаю? — непонимающе нахмурился смотритель. Мальчик смущенно поглядывал на меня исподтишка, думая, что я не замечаю.

Улыбнувшись, я ответила прямо:

— У ребенка прямая кровная связь с вами. И если вы не были донором для переливания крови, то ответ очевиден.

Ормунд ошеломленно обмяк на стуле, переводя взгляд с меня на ребенка. Это никак не укладывалось в его голове. Я же усадила мальчика рядом, подвинула ему чашку с чаем и вручила булочку, размышляя о своем.

В этом мире брошенные и ничейные дети должны жить в специальных учреждениях на попечении государства. После войны многое было разрушено, так что кто-то вполне мог оказаться на улице. В прошлом такого ребенка после обращения Ормунда наверняка вернули бы под опеку государства, но теперь присматривать за беспризорниками некому, так что власти вполне могли оставить сироту на попечении этого мужчины. Судьба действительно удивительна.

В молчании мы просидели еще долго, прежде чем Ормунд убитым голосом заговорил.

— Мы были молоды, когда моей жены не стало. Я и не думал искать себе кого-то, но однажды встретил женщину. Двенадцать лет назад мы виделись в последний раз, после чего она исчезла. Я и подумать не мог, что она была… Если бы я знал, то ни за что бы… Что же с ней случилось…

Он проглатывал по половине предложений, но общая суть была ясна. Я улыбнулась и погладила малыша по голове. Ребенок вернулся туда, где должен был быть.

— Теперь, когда вы все знаете, то должны хорошо заботиться о малыше. Я чувствую, что он здоров, но ему не хватает веса. Кормите ребенка получше, и вскоре он поправится и начнет говорить.

После этого Ормунд еще долго нас благодарил. И даже проводив до ворот, не переставал всхлипывать. Дожив до этих лет, он не имел потомства, так что теперь был растерян и счастлив. Очень счастлив. Глядя вслед удаляющейся паре отца и сына, я тяжело вздохнула и в сердцах ущипнула генерала за талию.

— Если бы не ты, у меня уже были бы дети.

Лаен перехватил мою руку и потянул к себе, широко улыбнувшись:

— Могу это исправить. Мы могли бы вернуться в спальню и…

Остаток этой чуши он договаривал уже у себя на корабле, а я с чувством глубокого удовлетворения от выполненного долга пошла домой. Делать детей в спальне? Что за чушь! А кто потом будет отмывать от крови стены и потолок?

Остаток государственных выходных я планирую провести на диване.