Мой ад

43

Ашер резко подался вперёд.

— Ну? — его голос был хриплым. — Говори.

Я сделала вдох, будто перед прыжком в ледяную воду. В горле был ком. Всё внутри дрожало.

— Это было в библиотеке, — проговорила я коротко. — Толпа, кто-то зацепил блузку — и она разорвалась. Я убежала за стеллажи, чтобы скрыться. А он… он там сидел. Я попросила ветровку, чтобы прикрыться. Он дал — и всё.

На лице Ашера не мелькнула эмоция сомнения — оно стало каменным. Вены на шее выступили, челюсть задрожала. Альфа следил за каждым моим словом.

— Ты надела его вещь, — сказал сухо.

— Я просто хотела прикрыться, чтобы никто не увидел меня полуголую. Это был единственный выход.

Денор повернулся, и его профиль стал отчётливым на лунном фоне — резкий, опасный.

— Позже я пошла вернуть ветровку. Притащила её и решила — оставлю в раздевалке спортзала. Думала, он увидит и заберёт. Я не думала, что он там будет. Но он вышел из душа в полотенце. Я застыла. Хотела уйти, отдать и уйти. Но вдруг свет вырубился. Дверь захлопнулась. Мы остались заперты в темноте — вдвоём.

Я ощутила, как воздух в комнате потяжелел, но все равно продолжила:

— Я… мне стало плохо от темноты, — выдавила я. — Я начала паниковать. Он взял меня за руку, чтобы я не упала. Включил фонарик, позвонил друзьям. Дверь открыли. Мы вышли. Ничего больше не было.

На некоторое время в комнате повисла тишина и в ней я почему-то чувствовала себя жутко нервозно.

— Ты злишься на меня? – нервно спросила.

— На тебя — нет, — Ашер еле заметно качнул головой. — Я злюсь на себя за то, что довел тебя до такой степени, что ты боялась рассказать мне даже что-то такое.

Я очень медленно выдохнула, затем задержала дыхание, когда почувствовала, что Денор сократил между нами расстояние. Его ладонь легла на мой затылок и наши губы оказались в миллиметрах друг от друга.

— Я найду его, — сказал тяжело.

— Ашер, не нужно. Это уже было давно и…

— То, что это было давно, не меняет того факта, что кто-то держал у себя твое нижнее белье и рассказывал всем о том, как сладко тебя трахал.

Я пыталась что-то возразить, остановить его, но не успела: он схватил меня за талию и плечо, и я почувствовала, как воздух исчезает. Его руки были железными, но в них не было мягкости — только решимость удержать, не отпустить, не дать уйти.

— Ашер… — слово сорвалось с губ с привкусом ужаса и надежды одновременно.

— Тише, — прорычал почти по-животному. — Сегодня ты со мной.

Он поднял меня, и в одно мгновение мир повернулся. Все произошло быстро. Матрас прогнулся, и я оказалась под его весом, прижатая к поверхности. Сейчас же вся тяжесть была не только физической — она давила на грудь, на горло, на сердце.

Альфа навис надо мной, и в его взгляде горел тот самый серебристый огонь луны; дыхание было тяжёлым, горячим, резким.

— Никто больше не прикоснётся, — прошептал Денор, и каждое слово разрезало тишину. — Никогда. Кроме меня.

Я слушала его, и внутри всё дрожало. Сопротивляться было бессмысленно. Я сама его хотела.

Ашер нависал надо мной, глаза горели. Дышал тяжело, рвано, будто каждое движение давалось сложно.

— Никто, — прорычал альфа у моих губ, — кроме меня.

Его рот накрыл мой — грубо, жадно, до боли. Я задохнулась, но уже в следующую секунду целовала его сама, вцепившись в его плечи. Поцелуй был не нежностью, а схваткой. Я кусала его губы, он отвечал тем же, и наши стоны срывались в один общий звук.

Я выгнулась, прижимаясь ближе. Его рука сжала моё бедро, подняла его выше, и я едва не сорвалась на крик. Всё тело горело, каждая клетка требовала его сильнее.

— Скажи, что ты моя, — Денор прижал мои запястья к матрасу. Голос был низкий, хриплый.

— Я твоя, — выдохнула я, не отводя глаз. — Всегда твоя.

Альфа зарычал и снова впился в мои губы. Я отвечала так же жёстко, так же отчаянно. Между нами не осталось воздуха. Только жар, только злость, только желание.

Я сорвала с него рубашку, пальцы скользнули по горячей коже. Он дёрнулся, сжал мои руки сильнее, а потом отпустил и сразу вцепился в талию, прижимая к себе. Я стонала от каждого рывка, но цеплялась, держалась за него так, будто боялась отпустить.

— Ещё, — прошептала я, и это больше напоминало приказ.

Денор наклонился к моей шее, оставил там следы зубов, и я закричала от смеси боли и наслаждения. Провела ногтями по его спине, чувствуя, как под пальцами дрожат мышцы.

— Ты с ума меня сводишь, — сорвалось с его губ.

— И ты меня, — я задыхалась, но не останавливалась, сама тянула его ближе.

Его ладонь скользнула по моей коже, горячая, жёсткая, требовательная. Я выгнулась навстречу, не в силах сдержаться.

— Сильнее, — выдохнула я. — Не отпускай.

Он исполнил — резко, властно, так, что у меня померкло в глазах. Я кричала его имя, вцеплялась зубами в его плечо, а он только сильнее прижимал меня, не давая ни малейшего шанса вырваться.

Наши поцелуи становились всё безумнее. Я рвала его губы, он — мои. Смешанный вкус крови и дыхания делал всё ещё ярче. Мы оба были на пределе, и это только подстёгивало.

Всё смешалось — злость, страсть, боль, желание. Мы держались друг за друга, словно падали в пропасть. Я чувствовала его силу, его жёсткость, его собственничество. И знала, что хочу именно этого.

***

Я проснулась от того, что комната заливалась мягким светом. Тишина была непривычно густой — без рыка, без хриплых слов, без ударов сердца, летящего в пропасть. Только ровное дыхание рядом.

Я чуть повернула голову. Ашер лежал на боку, опершись щекой о руку, и смотрел прямо на меня. Его взгляд был спокойным, глубоким, будто он не мигая проверял — я здесь, я с ним.

— Ты не спал, — выдохнула я.

Ашер чуть приподнял уголок губ.

— Не хотел.

В его голосе не было хриплого зверя. Было человеческое тепло. Я подняла руку, коснулась его лица. Тёплая кожа, лёгкая щетина — до боли родное. Он прикрыл глаза, позволив мне провести пальцами по щеке, и поймал мою ладонь, задержав её у губ.

— Ты в порядке? — спросил тихо.

Я кивнула.

— В порядке.

Моё тело ещё помнило прошлую ночь — его силу, каждую жёсткую хватку. Но сейчас это не давило, наоборот — будто доказательство, что всё позади. Что мы выдержали. И мне даже было хорошо.

Альфа подвинулся ближе, положил ладонь мне на талию, как будто хотел убедиться, что я реальна. Прижался губами к виску — осторожно, едва касаясь. И этот поцелуй обжёг сильнее, чем всё, что было ночью.

Я не удержалась и прижалась к нему. Его рука легла мне на спину, медленно провела по позвоночнику, будто успокаивая. Я уткнулась носом в его плечо и вдохнула запах.

— Полнолуние прошло, — сказал Аш почти шёпотом. — И в этот раз ты не сбежала.

— Больше не сбегу, — ответила я.

Мы замолчали, но это молчание не тяготило. Оно было наполнено лёгкими движениями: его пальцы перебирали мои волосы, мой палец рисовал круги у него на груди. Денор наклонялся и целовал — то щёку, то плечо, то ладонь. Не спеша. Просто чтобы чувствовать меня.

Я подняла глаза и встретила его взгляд. Он был другим — без тьмы, без серебряного света в глазах. Чистым. Я улыбнулась.

— Ты смотришь так, будто я исчезну.

— Потому что не хочу отпускать тебя, — признался напряжённо.

Я провела ладонью по его шее, остановилась у ключицы.

— Не отпускай.

Он притянул меня к себе и поцеловал — тихо, нежно, без привычной жёсткости. Поцелуй длился долго. Я растворялась в нём и понимала: да, сейчас всё хорошо.

Я закрыла глаза, позволив себе роскошь этой тишины. Впервые за долгое время не хотелось думать о том, что будет дальше. Была только эта постель, его дыхание у моей кожи и утро, где мы оба остались целыми и рядом.