Мой ад

36

Ашеру из-за работы пришлось уехать. В суматохе последних дней, я уже успела позабыть о том, что на самом деле он обладал собственной империей, а она так или иначе требует его внимания. И лишь после того, как меня поставили перед фактом временного отъезда Денора, я осознала, что все последнее время он откладывал свои дела. Даже самые важные. Но так дальше продолжаться не могло. Слишком много тех, кто при малейшей слабости Ашера и его отсутствия, мог желать пошатнуть положение Денора. Мир огромных денег безжалостен.

Изначально я положительно восприняла эту новость. За работу Ашера не переживала. Знала, что он в бизнесе еще то безжалостное чудовище, которому разве что отец смог противостоять. И, как только Денор вернется на свое место, те, кто, возможно и замышлял что-то плохое, тут же убегут.

А возможность побыть порознь, я восприняла, как шанс привести мысли в порядок. О многом подумать.

Естественно, все не было так просто. Денору требовалась минимум неделя для урегулирования самых важных вопросов и перед этим мы несколько раз побывали у врача, чтобы понять точно ли на данный момент нам допустимо такое время находиться порознь. Пришлось пройти обследование, после чего доктор сказал, что это возможно, но на всякий случай нам перед разлукой требовалось обменяться какими-то вещами, на которых был наш запах.

Изначально мне показалось это глупым, но перед отъездом Ашер прямо с меня снял резинку для волос, которую я носила все последние дни. Я решила не сопротивляться рекомендациям врача и забрала у Денора рубашку, которую он носил накануне. Правда, до сих пор не понимала зачем мне вообще это нужно.

Осознание ко мне пришло немного позже. Через пару дней, когда я уже нормально спать не могла и почему-то, словно ненормальная, поднялась с кровати, после чего пошла к креслу, на котором я оставила рубашку Ашера. И лишь стыдливо обнимая ее, делая глубокие вдохи, почему-то до невозможности приятного запаха, наконец-то смогла заснуть. Так и проходили все мои следующие ночи.

А ведь изначально я думала, что возможность побыть порознь это шанс, наоборот охладиться, но, в итоге, со мной начало происходить то, что я не могла описать ни одними словами, но оно жестко разрывало сознание на части.

Я пыталась отвлечься. Прийти в себя. В конце концов, самым главным для меня являлись дети и все свое время я проводила с ними.

Мы переехали в тот особняк, который осматривали и постепенно начали заполнять его тем, что нам требовалось. Я понимала, что это лишь временное жилье и переусердствовать точно не стоит, но не хотела, чтобы Даймон и Клэр хоть в чем-то нуждались.

Тем более, уже сейчас чувствовалось, что им становилось тяжело. Дети начали спрашивать, когда же мы наконец-то вернемся домой. Там у них друзья, секции, привычный уют.

И, чтобы это как-нибудь компенсировать, я старалась придумать для них разнообразные занятия. Походы в закрытый детский центр, бассейн, пикники в саду нашего временного дома. Вообще много всего. И так же я старалась как можно чаще, но при этом осторожно разговаривать с Даймоном насчет Ашера.

Изначально это было не просто. Я бы даже сказала, что сложнее, чем вообще можно себе представить. Категоричность Даймона и даже начавшая появляться открытая злость, мурашками проходили по коже.

Но, если я остановлюсь, дело так и не сдвинется с мертвой точки. Поэтому, я продолжала. Во многом, рассказывала сыну, о том, кем являлся Ашер. Естественно, я пока что умалчивала о том, что Денор их отец, но рассказывала кое-что из нашего с Денором прошлого.

— Мы с дядей Ашером выросли вместе. Жили в одном доме, — мы с сыном сидели в гостиной. Собирали конструктор. – Потом ходили в один детский сад и в одну школу. Дядя Ашер являлся для меня очень близким человеком. Защищал, когда это требовалось.

Как оказалось, достаточно трудно рассказать ребенку про наше с Денором прошлое. Вот как объяснить, что мой отец, на самом деле мне таковым не является? Он отец Ашера. Да и вообще там много всего сложного. В итоге я решила кое о чем умолчать. Сейчас это не имело значения. Когда Даймон и Клэр подрастут, мы сможем им все более подробно объяснить.

— Он не выглядит, как тот, кто защитит, — Даймон казался крайне мрачным. Как и всякий раз, когда я заводила разговор про Ашера. – Мам, почему ты не понимаешь? Он плохой. Хуже всех. Ужасный. Он не должен плиближаться к тебе.

— Милый, я давно знаю дядю Ашера и понимаю, что он за человек. Тебе тоже следует получше с ним познакомиться. Уверена, что ты изменишь свое мнение.

Сын отрицательно качнул головой.

— Я не хочу. И не подпущу его к Клэр. Он может ее обидеть и тебя тоже, — Даймон сжал в ладошке конструктор. – Мам, хватит мне пло него говолить.

В итоге мне пришлось перевести тему, ведь переходить черту точно не следовало. Тем более, Ашер сказал, что по возвращению лично попытается наладить отношения с сыном и я, своей настойчивостью, могла просто все испортить.

Но все же я кое-чего добилась. Кажется, я поняла, почему Даймону так сильно не нравился Ашер.

По некоторым фразам и по тому, как сын называл его «монстром» или «чудовищем», я пришла к выводу, что, возможно Даймон просто чувствует в Деноре альфу.

Казалось бы такой обыденный вывод, но на самом деле он в себе таил куда больше, чем можно себе представить. И чтобы прийти к нему мне пришлось прочитать множество статей. Хоть немного понять альф.

Я и так знала, что они иначе воспринимают мир. В основном на инстинктах. И, получается, когда Денор входит в комнату, Даймон видит не человека, а настоящего монстра. Кровожадного, огромного, жуткого. И, сколько бы ты не говорил ребенку, что монстр хороший, понятное дело, что он больше опирается на свои чувства и зрение.

Интересно, Ашер это понял? Наверное, да. Он в этой сфере понимает и осознает куда больше.

И вот мне стало интересно, что именно видит Даймон в Ашере. Он ведь, получается, может рассмотреть то, что остальным незримо.

Но спрашивать об этом я не стала. Не хватало еще сильнее накалять обстановку.

И, много думая, я решила, что лучше и правда пусть Ашер лично попытается наладить отношения с Даймоном. Это не означало, что я перестала затрагивать эту тему с сыном. Просто стала это делать намного мягче и не навязчивее. Просто, чтобы Даймон считал, что Ашер дорогой для меня человек.

***

— Не хочешь съездить по магазинам? – Эрика вошла на кухню, поправляя заколку в коротких, каштановых волосах.

Сегодня утром она приехала в гости. Провести время со мной и детьми. И, заодно, обсудить со мной кое-какие деловые вопросы. Я не являлась бизнес леди, но все последние годы стремилась к тому, чтобы финансово не зависеть от отца. Иметь свою независимость. Поэтому, еще три года назад мы с Эрикой совместно открыли магазин посуды. Это было рискованно, но, к счастью, оправдало себя. Сейчас у нас уже имелось пять магазинов. Это не прямо огромные деньги, но в случае чего я могла бы ими прокормить себя и, главное, детей.

Мне было жаль, что пока что я нормально не могла учувствовать в бизнесе, но, к счастью, дела в магазинах были хорошо налажены и решать кое-какие вопросы я могла и удалено.

— Вообще мне нужно было бы это сделать, — я поставила на стол чашку с чаем и закрыла книгу. – Нужно купить кое-какие учебные материалы для детей, но я хотела заняться этим завтра.

— Зачем тянуть? Поехали сейчас, — Эрика села за стол рядом со мной. – Ты вообще выглядишь так, словно тебе нужно срочно развеяться.

Я какое-то время сомневалась, но в итоге кивнула. Дети сейчас с репетиторами и под присмотром людей отца. Затем у них занятие по плаванию. Прямо тут в доме, в крытом бассейне. В последнее время я пыталась разбавлять их досуг новыми, тщательно подобранными специалистами и учителями. Им так веселее и легче.

Поскольку дети сейчас заняты и мне не следовало их отвлекать, я и правда могла съездить в город.

Но даже на это потребовалось время. У меня теперь имелась охрана и в большей степени она состояла из людей Ашера, которые с меня глаз не сводили. И даже для того, чтобы выехать в город, это требовалось согласовывать с ними.

— Зачем вообще они нужны? Тебе угрожает опасность? – мы уже ехали в машине и Эрика, обернувшись, посмотрела назад. Вернее, на машину с телохранителями, которая ехала за нами. Еще одна машина ехала впереди.

— Не совсем. Скорее это меры предосторожности.

Я сама не понимала угрожает мне опасность или нет, но осознавала, что, если бы раньше отец меня не прятал, я бы уже тогда была бы в сопровождении телохранителей. Большие деньги и власть это также большой риск и множество врагов. А за последние годы его состояние значительно возросло. Нашлись бы те, кто через меня мог попытаться надавить на отца.

Из-за необходимости меня прятать, я последние годы жила более, чем спокойно, но скоро станет известно чья я дочь и чья я истинная. Я не понимала к чему это приведет.

— Это же можно с ума сойти, когда за тобой так по пятам ходят, — Эрика опять откинулась на спинку.

— Они обычно стараются быть как можно более незаметными, — попыталась заверить подругу, но самой было не по себе от такого количества охраны.

Некоторое время мы молчали и, лишь когда я остановила машину на светофоре, Эрика спросила:

— Как у тебя дела с твоим… истинным?

Я невольно пальцами сжала руль. Тяжелый вопрос. Мне не хотелось на него отвечать, но, с другой стороны, мне, наверное, следовало выговориться, а Эрика была единственной, кому я рассказала чуть больше чем следовало.

Но продолжили мы этот разговор лишь, когда заняли уединенную комнату в ресторане. Тут решили пообедать.

— У нас с Ашером… все хорошо, — открывая меню, я не пыталась подбирать слова. Мне это приходилось делать перед отцом и перед самим Денором, но с Эрикой я хотела поговорить по душам.

— Почему ты это говоришь настолько неуверенно?

— Нет, на самом деле все и правда хорошо. Я бы даже сказала, что замечательно, — закрывая меню, я потерла веки кончиками пальцев. – Понимаешь, я же знаю Ашера с детства. Он сложный человек…

— Альфа, — поправила меня Эрика. И была права. Называть Ашера человеком нельзя, но иногда я все-таки это делала.

— Да, альфа, — я перевела взгляд в сторону окна. – Между нами происходило много плохого. Иногда даже непростительного и, честно, я уже потеряла надежду на то, что у нас хоть когда-то могут наладиться отношения…

— Он тебе и раньше нравился?

— Нет. Я имею ввиду отношения, как у брата и се… То есть, вообще семейные отношения, — я опять потерла веки. – Я уже говорила тебе, что между мной и Ашером кое-что происходило во времена колледжа. Я до сих пор не понимаю, что это было, но закончилось оно ужасно. И, когда я узнала, что являюсь его истинной… Я же не просто так решила скрывать от него правду. Ашер меня не просто терпеть не мог. Иногда мне казалось, что он был бы не против свернуть мне шею собственными руками. И, если он ко мне так относился когда мы были просто семьей, честно, я жутко боялась даже просто предположить, что он будет делать, когда узнает, что на самом деле я его истинная.

— Но сейчас, кажется, у вас все нормально? – неуверенно спросила Эрика.

— Более чем. Я к этому и веду. Честно, я ожидала всего, чего угодно, но не того, что Ашер будет вести себя настолько внимательно. У нас не возникает конфликтов. Если есть какие-то недопонимания, мы их обсуждаем. Он даже иногда мне цветы приносит и дарит кое-какие подарки.

— Так это же отлично. И, как я поняла, у него нет другого выбора, кроме как относиться к тебе хорошо. Ты говорила, что, если вы не будете вместе то умрете. Значит, тебе не следует опасаться повторения плохих поступков с его стороны.

— Нет, — я отрицательно качнула головой. – Мы умрем, если между нами не будет физического контакта, а, поверь, это не может помешать ему разрушать меня психологически.

— То есть, ты боишься, что он причинит тебе боль?

— Нет, я боюсь того, что… я начала к кое-что испытывать к Ашеру, — насколько же тяжело мне дались эти слова. Я словно бы вырезала их из себя.

Изначально, когда врач сказал, что истинность нас погубит, если мы будем находиться порознь, я была готова на сотрудничество с Денором. Нашу связь воспринимала именно так. Но то, что происходило сейчас…

— И что же именно ты начала к нему чувствовать? – спросила Эрика.

Я опять закрыла глаза. Насколько же это трудно объяснить.

Все последнее время, которое мы с Ашером проводили рядом друг с другом, я много чего испытывала. Но напряжение многое блокировало. Я ведь все еще опасалась рядом с Денором произнести даже одно неверное слово. А еще очень многое списывала на метку.

Но вот прошло пять дней с тех пор, как Ашер уехал. Казалось бы так мало, но почему-то ощущалось, словно вечность.

И с самого первого дня со мной начало что-то происходить. Изначально незначительное. Постоянные мысли про Денора. Бессонница ночью. Ощущение того, что мне остро чего-то не хватает.

На второй день появилось внутреннее опустошение. Я постоянно смотрела в сторону двери и лишь со временем поняла, почему – я ждала, когда Денор приедет. Понимала, что этого не произойдет, ведь альфа сейчас на другом конце страны, но все равно раз за разом кидала взгляд на дверь. Начинала себя чувствовать ненормальной, а ночью, после нескольких часов чуть ли не пыток, во время которых я то и дело переворачивалась на кровати, уже не выдержала и пошла за рубашкой Ашера.

Я даже не понимала, зачем я это делала и чем вообще она мне поможет, но стыдно обнимая ее и, делая глубокие вдохи, постепенно успокоилась. Наконец-то провалилась в сон.

Тогда я считала, что все это из-за истинности и метки. Таким образом мне было легче объяснить возникшую во мне ненормальность. Или, вернее, спихнуть с себя всю ответственность.

Но последние дни знатно переломали меня на части. Многое расставили по тем местам, которых я не ожидала.

В первую очередь это произошло потому, что я много думала. Мне только это и оставалось. Но насколько же безжалостно давалась каждая мысль и особенной раздирающей болью пришло осознание, что дело вообще-то не в истинности. Нет, может и она имела значение, но присутствия Денора мне не хватало по обоснованным причинам.

Он сам по себе жуткий и даже жестокий альфа, но в последнее время Ашер вел себя так, что я рядом с ним стала ощущать себя, словно за каменной стеной. И в его присутствии между нами будто воздух искрился. Каждое касание – разряд молнии. Мне не хватало тяжелого, низкого голоса Денора. Будоражащего взгляда голубых глаз. Ауры и харизмы, как у чудовища, которое неожиданно оказалось на твоей стороне.

Закрывая глаза, я представляла безупречные черты его лица. Набираясь храбрости, представляла так же и мускулистое, мощное тело. Настолько красивое, как казалось бы вообще невозможно.

И со временем поняла – мне, черт раздери, не хватает Ашера не, как просто человека, а как мужчины.

Осознание этого ударило по мне настолько жестоко, что я еще долго была сама не своя. Ведь, одно дело сотрудничество и желание наладить нормальное общение и, совсем другое – желание Денора, как мужчины. И не притворно, а по-настоящему. Порой настолько сильно, что я уже места себе не находила.

И, сознание, словно издеваясь, по ночам начало показывать мне обрывки нашего с Ашером секса. Господи, я думала, что так точно скоро сойду с ума.

Но ведь дело не только в физической близости. Мне, черт раздери, просто хотелось, чтобы Денор наконец-то оказался рядом.

— Я точно не знаю, что чувствую, — я наконец-то ответила на вопрос Эрики. – Не думаю, что это просто симпатия. Мне вообще трудно это как-то обозначить. У меня же толком никакого опыта нет.

— Но тебя начало тянуть к нему? Я имею ввиду именно, как к мужчине.

— Да, — я с трудом это произнесла. – И мне кажется, что это не из-за истинности.

Некоторое время Эрика молчала. Будто обдумывая мои слова. Затем она откинулась на спинку стула и произнесла:

— Так это ведь хорошо. Вам теперь всю жизнь предстоит быть вместе. Хорошо, если твой мужчина тебе нравится, а не просто был навязан какой-то там истинностью.

— Я бы предпочла обойтись без чувств, — опустив голову, я посмотрела на скатерть. – Понимаешь, когда ты руководствуешься лишь логикой это одно. Нам нужно быть вместе, иначе мы умрем, а, значит, мы стараемся не ругаться и по возможностям максимально уживаемся. Но, когда дело касается чувств….

Я замолчала, а Эрика шумно выдохнула и качнула головой.

— И все равно я тебя не понимаю, — произнесла она. – Я жутко переживала за тебя, считая, что тебе теперь предстоит всю жизнь быть с тем, кого ты не любишь и даже боишься, а ты устраиваешь трагедию из того, что начала что-то чувствовать к Денору. Тем более, у вас теперь все хорошо.

Я не осознавала, как объяснить Эрике, что в колледже тоже казалось, что все хорошо и тогда у меня тоже начали появляться чувства. И Ашер был таким внимательным, но потом оказалось, что он за моей спиной разрешал безжалостно издеваться надо мной и избивать. А после вовсе гонял меня по лесу, как зверушку, которой намеревался наконец-то свернуть шею.

Я до сих пор ждала подвоха. Денор способен на неожиданные и безжалостные действия. Но, одно дело, когда ты мыслишь хладнокровно, логически и просто на всякий случай ждешь ужасных подводных камней. Хотя бы ради того, чтобы морально быть готовой ко всему и в последствии ни в коем случае не сломаться.

Но, когда в дело идут чувства, все намного сложнее. Даже страшнее. Ты начинаешь надеяться исключительно на хорошее. Чего-то ждать. А если все-таки случается плохое… Это уже больно. Настолько, что уже не собрать себя по частям.

***

Вернувшись домой, я в первую очередь проверила детей и уложила их на обеденный сон. Затем, поднялась в свою спальню и упала на кровать.

Опять подтянула к себе рубашку Ашера. Обняла и, чувствуя себя настолько ненормальной, вновь сделала глубокий вдох. Ну, почему от нее пахнет настолько приятно? И, насколько же невыносимо то, что этот запах уже почти исчез. Что мне без него делать?

Мой телефон, лежащий на тумбочке, зажужжал и я, изначально безразлично посмотрела на экран.

Но, увидев, что мне звонил Ашер, тут же приподнялась на локте и потянулась к телефону.

За последние дни мы редко созванивались и каждый раз исключительно по делу. А мне, черт, хотелось, чтобы Денор просто позвонил и поговорил со мной. Я сама, пусть и нервничала, но пару раз пыталась это сделать. Ни к чему это не привело.

И, если Ашер сейчас звонил – то, скорее всего, что-то случилось.

— Да, — произнесла, приложив телефон к уху.

— Я через полчаса приеду к тебе, — произнес альфа будоражащим, тяжелым голосом. Без каких-либо приветствий. Вот так сразу.

— Что? Ты же сейчас должен быть на другом конце страны, — я тут же села на кровати. – Что-то случилось?

— Никуда не уезжай, — сказал Ашер, вместо ответа, после чего в телефоне послышались гудки.

Я сильно занервничала. Насколько я знала, Денору требовалась минимум неделя, чтобы разобраться со всеми своими делами. На самом деле, даже больше, из-за чего приехать раньше, Ашер уж никак не мог. Неужели и правда что-то произошло? При чем явно срочное и важное.

Следующие полчаса я буквально изводила себя мыслями, расхаживала по комнате. Уже собиралась спуститься вниз, как услышала в коридоре быстрые, тяжелые шаги. Ашер. Он уже приехал.

В следующее мгновение дверь моей спальни открылась. Денор появился на пороге и, в тот момент, когда мы встретились взглядами, казалось, весь мир полыхнул и каждую молекулу пронзило током.

Несколько секунд мы стояли неподвижно. Ашер делал глубокие, тяжелые вдохи, а я чувствовала себя так, словно подо мной разожгли огонь. Мы все еще неотрывно смотрели друг на друга, а затем, прежде, чем я поняла, что происходит, мы бросились друг к другу. И я даже не осознавала того, что это впервые, когда я вот так кинулась к альфе. Кажется и он этого не ожидал, но подхватил меня на руки. Прижал к себе и поцеловал так, что голова пошла кругом, вместе с этим Денор начал срывать с меня блузку.