Глава 3

Хозяин енота не показался ни через пять, ни через десять минут. Тогда я перестал накручивать себя, ожидая его появления в каждую следующую секунду, и наконец огляделся. После прыжка в портал у меня не было на это времени: я лишь удостоверился, что рядом нет врагов, и ждал противника.


Портал перекинул меня в горный осколок. Под ногами — каменная платформа. Рядом нет ничего, кроме камней и горной тропы, ведущей наверх, к вершине вулкана. Ниже по склону — обугленные кустарники, пожженная трава, и туманная стена. Местами скалы и камни пятнают черные проплешины сажи. Слышен далекий гул пламени.


Обитель огненных элементалей.


Так как выходить из осколка в теплые объятия пробужденного и его енота пока не хотелось, да и тусоваться часами рядом с порталом показалось глупой идеей, я осторожно направился по тропе вверх по крутому склону. Впереди послал пса: Бакс увидит или учует противника раньше, чем противник учует его. Да и у меня будет время оценить элементаля и понять, что мне делать. Морозные гранаты еще остались, да и жезл при мне — если элементалей будет мало, стоит попробовать их прикончить. Шанс зачистить почти опустевший осколок и собрать полноценную награду за это выпадает нечасто. И не факт, что изначально пять монстров покинули осколок: может, здешний уровень сложности был в разы выше, и они отсюда толпой вышли, просто часть существ убили лесные обитатели. В таком случае награда за зачистку осколка будет выше.


Чем дальше я шел, тем выше поднималась температура. Все четче слышались гул и треск элементального пламени.


В очередной раз посмотрев по сторонам, я уловил какую-то неправильность. Пес вел себя спокойно, но что-то царапало внимание, цеплялось, как репей на шерстяную кофту.


Я снова осмотрел тоскливые пейзажи, перевел взгляд на скалу и понял, что я упустил. В пяти шагах от меня, между маленьких камней забился красный камень. Такой же остался от недавно убитого мелкого элементаля.


Малое ядро элементаля.

Ингредиент для крафта.


Я подобрал находку, обернулся и почти сразу же нашел еще пару камней внизу по склону. Сомневаюсь, что здесь погибли храбрые авантюристы, которые просто не успели собрать добычу. Скорее всего, элементалей атаковали другие монстры. Люди постарались бы забрать ценнейший ресурс, либо хотя бы оставили трупы, пятна крови и следы задействованных навыков.


Дальше шел, подбирая камни, но не радовался: меня преследовало ощущение, будто иду по пути из хлебных крошек к тому, кто эти крошки разбросал.


Иные камни были вплавлены в лужицы камня с красноватым отливом. Из таких лужиц при наличии оборудования или специального навыка можно извлечь эссенцию огня — редкую и ценную субстанцию, которая используется для создания алхимических зелий и в производстве многих заклинаний. Именно на ее основе создают зелья перманентного увеличения защиты от огня. Ценный ингредиент.


Но инструктор из ЦУМа или любой иной пробужденный-душнила подметил бы, что самый ценный ресурс, который можно получить от огненных элементалей — это опыт битвы с огненными элементалями. И заметил бы, что главное, что авантюрист получает — знания о противнике, которые может использовать для подбора самого подходящего оружия, тактик, для тренировки применения навыков и улучшения силы и выносливости.


Спустя десять минут подъема, совмещенного с поиском кристаллов, я добрался до кратера вулкана. Из-за каменного края веяло сухим жаром, но не настолько горячим, чтобы я не посмотрел, что происходит в жерле вулкана.


Внизу через озеро остывающей лавы двигался столб из синего пламени — элементаль. Огромный, около пяти метров в высоту, он медленно перемещался по кругу, и лава, по которой проходил монстр, застывала, теряла красный оттенок. Потом, пока элементаль кружил, она накалялась снова от внутреннего жара, чтобы снова остыть.


От увиденного меня пробрали мурашки. Что тут говорить: даже Бакс от такого поник. Похоже, вот и причина, по которой элементали ушли или погибли: самый наглый решил забрать себе все тепло и стать самым крутым.


Яростный элементаль огня

Ранг: A


Едва я использовал оценку, как меня придавило чужим вниманием. Всего на секунду я почувствовал неприятное ощущение, будто элементаль посадил меня на ладонь и решает, хлопнуть ли сверху другой ладонью. А потом существо нехотя вернулось к своим кругам и я выдохнул, понимая, что прошелся в шаге от сожжения.


К черту этот осколок. Мои гранаты и жезл совершенно не играют против этого бравого парня, разве что внимание ими привлечь.


Я аккуратно и тихо вернулся обратно, обогнул кратер и спустился пониже с другой стороны: если пробужденный с енотом решит меня преследовать, пусть тоже посмотрит на элементаля и порадуется необычному зрелищу.


— Сиди здесь, — сказал я Баксу. — Посплю и вернусь за тобой. До элементаля не лезь, лучше вообще спрячься и жди, пока не приду.


И я наконец-то прыгнул в убежище, прямо к кровати.


Пространство навыка встретило меня глухим перестуком молотков, визгом циркулярной пилы, задорным матерком. Звуки доносились из-за плотно закрытой двери крохотного контейнера, куда я переместился. В самом контейнере было темно и тесно. Здесь стояла лишь кровать, и не было ни окон, ни щелей: специально сделал так, чтобы незаметно перемещаться сюда и спать, пока идут работы. И рабочих не потревожу, и на глупые действия не подобью. Мало ли, что у них на уме.


За месяц, что я работал на бандитов, внутреннее пространство значительно изменилось. У края тумана, который каждый человек, что появлялся в убежище, почему-то воспринимал каменной стеной, сейчас стояли узкие бытовки. В них жили девять человек, работающие за совесть и огромные, по меркам строителей, деньги. Пару раз пришлось затягивать в убежище сторонних специалистов: геомант Е-ранга с брезгливым выражением лица, будто он мне сортирную яму руками роет, выгреб землю под трехуровневый подвал и утрамбовал стенки подвала до плотности камня, заодно мимоходом решил проблему с фундаментом.


На нижнем, минус третьем этаже теперь стояли клетки из артефактной стали. Приглашенный в осколок мастер-рунописец потратил трое суток, разукрашивая пол и потолок незнакомыми мне рунными знаками, и теперь существа в клетках теряли большую часть своей силы и не могли использовать навыки.


У пары работников были пространственные браслеты гораздо круче моего — в таких они перетаскивали и укладывали бетонные плиты и поддоны с цементным раствором, работая без всяких кранов. И судя по тому, что никто мне не жаловался, мол, браслеты сбоят или перестают работать, пространство убежища эти артефакты не портит.


Перетянуть сюда и строителей, среди которых встречались F-ранговые пробужденные, и геоманта с мастером-рунописцем мне помог новый ранг. История его обретения довольно скучна — меня просто повысили после того, как я согласился работать на Артема Георгиевича. За это я уже заплатил пойманными тварями, как оплатил и выделенные на строителей деньги, купленные материалы, оплату услуг мастеров и собственное обучение. Те огненные элементали, которых я поймал, пойдут в оплату наградной карты для повышения ранга пространственного навыка. Такие карты можно было получить в миссии, за зачистку осколка или просто обменять на пойманных монстров у бандитов.


Еще я заказал большой металлический короб, в который и тролля засунуть можно: его геомант закопал под самым нижним этажом и хорошенько утрамбовал землю вокруг. В коробе будут содержаться противники, до которых я смогу дотянуться и переместить, но убить которых у меня не хватит сил. Их можно будет как продать, так и прикончить, переместив внутрь связку гранат. Трупы же можно выкинуть перед перезагрузкой в том же шахтерском осколке. Пока же в контейнере прячется все мое снаряжение: рабочим я доверял, но до определенной черты.


Пока новый дом строился, я переехал в контейнер-бытовку. В похожих жили и строители, мой отличался лишь одним: входная дверь была заперта изнутри на толстенный засов, и, как я уже говорил, внутри не было окон.


Я, не раздеваясь, лег на матрас, отрешился от звуков. Через пару минут перед закрытыми глазами замелькали образы: элементали, енот, обезьяны, а минут через пять я заснул.


Проспал ровно полтора часа. Восстановившейся за это время энергии хватит на шесть-семь перемещений, то есть получится пару раз переместиться с Баксом в убежище и один раз — обратно. Должно хватить на путь до города. А если нет — еще посплю и наберусь сил.


Я убрал засов в браслет и вышел, щурясь от тусклого света, который после сна в темной комнате резал глаза.


К одной из стен дома вплотную прижимались бытовки, а с трёх остальных сторон дом был ограничен камнем «стены». Рабочих удивляло, что в комнатах первого этажа, окна которых выходят на ограждающую убежище стену, так же светло, как и в комнатах второго этажа.


Запертых на территории мужиков не отвлекали звонки и соцсети. Развлекаться в убежище можно было играя в карты, смотря фильмы по ноутбуку и заряжая технику от бензинового генератора. Не знаю, может, бригада и в обычной обстановке работает как Стаханов, но здесь они действительно здорово потрудились: за месяц выстроили три этажа дома, причем этаж получился площадью почти в триста квадратных метров.


Вчера утром я в последний раз заходил сюда — передавал еду, и тогда строители работали над третьим, последним этажом. Сейчас же, полтора дня спустя, они уже заканчивали работу с крышей. Выложились перед отдыхом, превзошли себя по скорости.


Бригадир — сорокалетний мужик, работающий наравне с остальными, увидел меня с бетонных плит крыши и спрыгнул вниз. Земля слегка вмялась под ногами мужика, пробужденный чуть было не завалился вперед, но устоял.


— Нильям, здарова, — протянул руку бригадир.


— Привет, — пожал я ладонь.


Мужик, как и остальные присутствующие здесь работники, при знакомстве представился, но имен я не запомнил. Разве что визитка строительной бригады валяется где-то в браслете, да и номер телефона забит в память мобильника: будут нужны их услуги в будущем — позвоню.


— Слушай, ты уверен, что крыша тебе не нужна?


— Да. Оставьте все, как есть: бетонные блоки и замазка. Главное, чтобы щелей не было. А дождей здесь не бывает, да и я не слишком придирчив к внешнему виду.


А нужно будет — построю сверху еще один этаж, места там остается достаточно для такого. Да и можно при улучшении навыка из предложенных системой вариантов выбрать увеличение площади убежища — тогда убежище раздастся и вширь, и ввысь. Можно будет еще пару таких зданий построить. Наверное.


— Ну, как знаешь, — покачал головой мужик. — Тогда, как договорились, закрываем крышу плитами и сверху ничего не делаем, верно?


— Да.


— Ну, хорошо. Твое решение. Тогда можно будет завтра нас забирать отсюда и закидывать бригаду отделочников.


— Хорошо, договорились. В обед переправлю всех в Благовещенск.


Бригадир отправился ко входу, ведущему к бытовкам. Я пошел следом, но на лестнице разошлись: он отправился наверх, а я — вниз, на минус третий этаж.


Элементали находились в самой крайней клетке, остальные девять были пусты.


Огненные столбики не обратили внимание на мое появление: как жались к массивной жаровне, раскаленной артефактом, так и продолжили. Если у убитого гранатами существа было какое-то самосознание, как и у того, что занял вулкан, то у этих ребят я ничего подобного не наблюдал. Видимо, слишком слабы.


Я постоял, рассматривая монстров, а потом — вернулся в бытовку, запер её изнутри и перенесся из убежища в реальный мир.


В реальности ничего не изменилось: все тот же вулкан, все тот же туман по краям осколка.


Я осторожно нашарил сознание пса.


Баксу было скучно. Пес побегал по склону, нашел укрытие между тремя стоящими рядом камнями, подремал и теперь ждал меня. Почувствовав прикосновение по ментальной связи, поднял голову с лап, и спустя секунду — бросился ко мне.


— Пошли, — потрепал я его по загривку. — Смотри, план у нас будет таким…


Мы с Баксом выбежали из осколка и кинулись по сторонам. На удивление, возле осколка не было никаких ловушек, либо я в них не вляпался. Баксу тоже повезло.


Каким бы внимательным ни был человек, со временем внимание притупляется. Вот и хозяину енота хватило двух часов, чтобы перестать внимательно смотреть за осколком, а потом — и по сторонам. Сам его понимаю, пялиться по сторонам — не слишком интересный процесс.


Только внимание енота не ослабевало. Именно поэтому, когда я обнаружил раненого охотника за чужой снарягой, рядом с ним сидел целый енот.


Подрали пробужденного не слабо: грудь залита кровью, правая рука сломана, а левой он прижимает к груди какую-то тряпку. Рядом — труп крылатой твари.


— Помог…


Больше мужик ничего произнести не успел: я скользнул в сторону, уходя с возможной линии огня, и выпустил в пробужденного три стрелы из жезла.


Енот зарычал и вздыбил шерсть, мгновенно превратившись в пушистый шар. В следующий миг питомец бросился ко мне, но не успел промчаться и пары метров, как размывшийся в воздухе Бакс впечатался в зверька. Именно так действовал его рывок: пес мгновенно набирал огромную скорость, двигаясь в выбранном направлении. Енота снесло, а пес застыл, скалясь и рыча. Бились бы в городе или осколке, даже «оглушение» использовал бы, но в лесу оно привлечет ненужное внимание.


— Не повезло тебе с хозяином, — сказал я, понимая, что защитить себя енот не успеет, и боя не будет. Скорее будет игра по сценарию «крошка енот и череда диких визгов».


Бакс коротко рыкнул и бросился вперед.

* * *

Когда я добрался до моста, уже темнело. До стены добежал, постоянно ожидая какой-то последней и самой неприятной подлянки от дикого мира, но нет — сегодня удача была на моей стороне.


На стене нас встретили… никак. Сбросили лестницу, я загнал Бакса в убежище и взлетел вверх по деревянным ступенькам.


— Хочу сообщить про преступление, — сходу сказал я охраннику. Стражники заинтересованно повернулись в мою сторону, но никакого ажиотажа мое заявление не встретило.


— Ну, и что за преступление? — равнодушным голосом спросил охранник.


— Нападение. Мужик с енотом, что прошел передо мной, хотел меня убить. Я чудом сбежал в осколок и провел там часа три.


— Понятно. Документы. А теперь рюкзак покажи, и браслет отдай.


Я выполнил указания. Браслет отправился на специальную платформу, и мужик провел пальцем по экрану планшета, проверяя, что находится внутри свернутого пространства.


— Так что с владельцем енота? — поторопил его я.


— Егор, глянь его фамилию, — попросил стражник. Охранник нехотя открыл рабочий журнал, просмотрел список выходивших.


— Это тот, который за семь человек от тебя был?


— Не помню. Вроде бы.


— Ну, он тут единственный, кто выходил рядом с тобой и все еще не вернулся. Гаврилов С. Н. Атаку снял на телефон, артефакт?


— Нет. Как-то не до того было.


— Ну, тогда в суд подавай, — пожал плечами охранник. — Вдруг тебе его снаряжение чем-то понравилось, и ты решил его с нашей помощью прессануть, а потом предложить расстаться с экипировкой.


Ну ничего себе у них нравы. То есть, можно резать людей, и даже если тебя за этим застанут, но не заснимут, все хорошо? И даже нет какой-то тетрадки, в которую такие случаи записывают для лишней беседы, или чтобы передать в широкие круги. Информация, конечно, разойдется от всех троих в круги их знакомых, но этого мало.


— И что, ему ничего за нападение не будет? У вас что, никаких инструкций на эту тему нет? — спросил я. Не с целью возмутиться или пожаловаться. Мне интересно, как работает эта часть пропускной системы, и как ее можно будет потом использовать в свою пользу. Енотовладелец все равно уже не жилец, а вот информация может еще пригодиться.


— Какие инструкции, мужик? Мы смотрим за стеной и вещами тех, кто проходит обратно. Должностные инструкции сгорели во время апокалипсиса, и новых никто не написал. Я лично считаю, что за городом начинаются дикие земли, где полная анархия и люди с песьими головами. Ты бы сейчас лучше взял свои вещи и спустился в город, не действовал мне на нервы. Не люблю я это.


Значит, если мораль позволяет, можно устанавливать ловушки на тропах и потом собирать экипировку бойцов, которые совершенно случайно в них попадаются. Не скажу, что я раньше этого не знал, просто сейчас охранник мне сказал, мол, за такими делами никто не следит.


Я молча забрал вещи и пошел к лестнице.


— Слышишь, а что ты по осколку там говорил? — окликнул меня стражник, но я предпочел не услышать вопроса. Информация, которую можно продать, нужно продать.

Загрузка...