– Са-ань! Санька! Санёк постой! – выскочив из кабинета, я быстрым шагом шёл к своей комнате, за спиной пытался угнаться Гоша.

Сейчас я его не слушал. Что он кричал, меня в данный момент волновало меньше всего. Теперь я знал главное, – мой отец жив, а значит и мать, скорее всего, тоже – и меня ничто больше не тревожило. Теперь я знал, что здесь меня ничто не держит.

Вот так вот, взял и решил. Мгновенно, резко, не обдумывая. Я знал, куда отправлюсь в ближайшие часы. Меня не заботило, что со мной произойдёт, я не задумывался об опасностях, о том, что в новом мире и сотню метров пройти сложно. Нет, сейчас я об этом просто забыл.

Я буквально влетел в комнату, вытащил свой самый большой рюкзак и начал собирать вещи.

– Сань, – на пороге появился мой преследователь. Схватившись за бок, он немного постоял, опёршись об стену, сглотнул, после чего продолжил: – Сань, только не говори мне, что собрался сделать то, о чём я думаю.

Я промолчал.

– Э-э, ты меня вообще слышишь? Я тебе что говорю?!

– А что я, по-твоему, собрался сделать? – глухо выпалил я.

– Ха, выйти за пределы Спортивного Соглашения на довольно приличное время.

– О-о, а вот тут ты…

– Чё хочешь сказать?! До Минска дойти собрался?! Да я даже этот вариант в оборот не принимаю! Ты хоть представляешь, что тебя ждёт за полсотни метров от убежища.. а за сто.. а за двести? А дальше продолжать бесполезно, потому что дальше ты уж точно не уйдёшь. Ты это хотя бы понимаешь?!

– Но ваш же клиент как-то ушёл! – резко встав и развернувшись к Гоше, выкрикнул я.

– И ты ему веришь?!

– Мою фамилию от балды он точно бы назвать не смог!

– Да он сумасшедший, такой что угодно брякнуть сможет!

– Пусть так, но я ему верю, – я сел обратно и продолжил собирать портфель.

– Ха, ну прекрасно, просто прелесть! И что ты, рванёш в северо-восточном направлении, толком даже ничего не обдумав?

Я снова промолчал. А ведь правда, надо ведь придумать маршрут, всё спланировать… нет, стоп. Чем больше я буду думать об этом, тем больше буду понимать опасность данного пути, и, в конечном счёте, могу не отправиться вовсе, пресловуто забоявшись. Поэтому нет. Надо действовать решительно, не думая. Но ведь на дорогу тоже уйдёт не один день, и всё это время я не думать не смогу. Так. Ладно, главное начать, всё остальное – потом.

Я сглотнул.

– Что ж, добро, Сань, поступай, как знаешь. Но я бы отсюда сломя голову не валил, хоть здесь уже и осточертело до изнеможения, – голос Гоши послышался от входа.

– Так пошли со мной, – просто на автомате сказал я, даже не подумав… хотя, я сейчас как раз и не думал.

Я услышал, как Гоша чуть приостановился у порога. Немного постоял, потом всё же ступил дальше и ушёл. Вот так, даже не попрощавшись. Что ж, может, так даже лучше.

Копаясь в вещах, которых было не слишком уж и много, я разлаживал, что в рюкзак, что по карманам. Так, мою немногочисленную верхнюю одежду – одни штаны, спортивные, ещё один пуловер, на сей раз чёрный, на мне же был серый, свитер с большим горлом, незаменимая зимой вещь, и пара маек, все с недлинным рукавом, а одна даже с капюшоном, – я всю сложил в рюкзак, про себя вспоминая, где что раздобыл. Половина была моей: майки, штаны, даже те, что на мне, и свитер. Пуловеры и мастерку я приобрёл во время временного затишья, до сих пор об этих покупках ни разу не жалел.

Я присел и снял сапоги, надо было осмотреть их перед выходом. Хорошая обувь и, естественно, единственная. Высокая шнуровка, дополнительные заклёпки по бокам, пятка подкована, нос тоже изнутри укреплён жестью – всё это постарались местные умельцы, ну и немного я… В общем, всё как надо. Быстро осмотрев, я надел их обратно.

Теперь настало время нижних принадлежностей. Одних трусов, вторые сейчас были на хозяине, двух пар носков, всего их три, но одна сами знайте где, а из оставшихся двух одни обычные, а другие теплые – не заменимая вещь в холод, трико – в зиму просто никуда без них, и майки безрукавки, чаще всего тоже нужна зимой. Их я также поместил в портфель. Он у меня был тоже не малый, походный, крепкий. Добротный, в общем.

Ну, всё, его вроде бы наполнил. Остался ещё один карман, но он для провизии, это уже при выходе.

Я открыл верхнюю полочку тумбочки – единственной мебели в моей комнате. Забрал две пачки сигарет “VIP”, взял зажигалку “ZIPPO” – ещё в войну на трупе нашёл, до сих пор служит, в ней всего 22 детали, поэтому при поломке, если что, сам чиню, последнее время проблема только с газом. Еще вернул на правое запястье свои часы “OMAX” – это уже подарок отца, и также отлично служат уже сколько лет, я вообще правша, но часы на левой носить не могу. Остался только разряженный МР3, его я тоже схватил с собой, не знаю даже, зачем. Я его уже где-то месяц не заряжал: зарядки нету, посеял где-то, да и вообще мутное это дело. Нет, конечно, у нас это можно устроить, но надо деньги платить, а я тратиться на мелочь не хочу.

После этого из-под матраса я достал небольшую сумку на лямке. Без этого я не обхожусь нигде и никогда. Ага, две гранаты РПГ, семь полных “рожков” для АК, два из которых с бронебойными патронами, точильный камень для тесака, и дополнительный прицел с прибором ночного видения, мне его ещё выдали во время войны, так он у меня и остался. Да, это был мой подсумок с боеприпасами. Куда я без него? И в нём, вроде как, всё на месте.

Всё, наверное точно всё, а если и нет, то значит и не нужно.

Ещё раз оглядев свою комнату: помещение в три на три метра, дополнительно вырытое из земли как множество ему подобных, из предметов только тумбочка и старый продавленный матрац.

Эх, я всё же ухожу отсюда. А как же моя мечта, я ведь до сиз пор… Так, стоп, что за мысли, всё, хватит думать о подобном, пора выходить.

Быстро развернувшись, я зашагал по направлению к выходу.

Так, план действий такой: сначала заскочить в местное денежное хранилище и забрать все свои сбережения, после забежать в бар и растратить там добрую половину на амуницию. Оставшиеся деньги оставлю при себе, мало ли, вдруг понадобится.

Я взглянул на часы. Ага, через тридцать минут всё открывается, но, думаю, Наташа уже в хранилище. Она и есть та, кто раздаёт гражданам их сбережения или заработную плату.

Резко свернув на право, я вошёл в небольшой кулуар чьи стены были обвешаны множеством почтовых ящиков, найденных в домах, в них, ящиках, и хранились деньги. Посреди помещения стоял стол, за ним складывала бумаги девушка, примерно моего возраста, даже чуть младше, миловидная, с хорошей грудью, около второго с половиной размера, и неплохим характером. Её и звали Наташа.

– Мне нужны деньги, срочно, – с порога сказал я.

Девушка испугалась столь неожиданного вторжения, посмотрела на меня удивлённо, после чего, чуть расслабившись и улыбнувшись, произнесла:

– Саш, а поздороваться никак? Да и мы только через…

– Я сказал срочно.

Знаю, грубо перебивать девушку, особенно ту, которая к тебе хорошо относится, но я торопился, и времени было очень мало. Она посмотрела ещё раз, сейчас её глаза были округлены до предела.

– Но…

– Наташ… – посмотрев на неё в упор, сказал я, и это сработало: девушка, шмыгнув носом, полезла вниз за моим счётом.

– Сколько тебе? – чуть ли не плача спросила она.

– Всё, – она притормозила. – Всё, что есть, – повторил я.

Она подняла на меня покрасневшие удивлённые глаза.

– Саш.. ч-что случи…

– Я тороплюсь Наташа, у меня правда нет времени, я потом тебе всё объясню, – нагло наврал я.

Я никогда толком не задумывался, как она ко мне относиться – невесту себе я собирался искать чуть позже. Но что-то было такое в её ко мне отношении.

Наташа наклонилась, взяла большую связку ключей, отыскала 34 номер, и, не переставая растерянно смотреть на меня, передала его мне.

Я схватил ключ, подошёл к своему ящику, открыл его и начал сгребать все своё немалое по нынешним меркам добро в открытый рюкзак. После того, как двадцать с лишним миллионов оказались внутри, я застегнул молнию, закрыл ящик и вернул ключ.

– Саш, может, расскажешь… – прилетело мне в спину, когда я был уже у порога.

Я вздохнул и тихо. Но так, чтобы ей было слышно, сказал:

– Нет, прости. И.. прощай, – и сразу вышел.

Не знаю, может, это и послышалось как-то слишком мыльно и заурядно, но на тот момент у меня действительно не было других слов на уме.

Выйдя, я свернул к бару. Он ещё тоже не открылся, но бармен Коля уже должен был проснуться и ждать первых клиентов. По плану ими должен был оказаться я. Вообще бар, это у нас не только место где можно выпить и закусить. Нет. Это одна главная, вечно пульсирующая жилка нашего селения. Там не только отдыхали люди, в нём производились самые важные договора и продажи. Как среди обычного народа, так и среди шишек повыше.

Ворвавшись в немалое помещение, я с порога крикнул:

– Колян, нужна амуниция!

Как я и думал, бармен бодрствовал. Он размеренно повернулся ко мне, особо не торопясь, что в нём меня и напрягало: он почти никогда не торопился, всегда делал всё как бы… тормозя. А мне сейчас такое было ни к чему.

– Зачем такая спешка, Саня? – улыбнувшись, спросил он. Глаза его были полуоткрытыми, из-за чего всегда казалось, что он находится под действием какого-то наркотического препарата.

– Говорю, нужна амуниция, и всё! У тебя есть какой бронежилет добротный под рукой?

– Ого, бессмертный Александр решил купить надежную защиту… С чего бы? – говорил он медленно, из-за чего ещё сильнее выводил меня из себя.

– Да чтоб тебя.. ты чё, меня не понял?!

– Э-э, ладно-ладно, не кипятись, щас принесу… – замахав руками, будто пытаясь отстраниться, заверил он. – Вот, – через пару секунд сказал он, в руках у него был бронежилет явно отечественного, или и вовсе кустарного, производства, хотя второе навряд ли, тут пока таким мало промышляют, – бронежилет серии “Забрало”. Давно у меня лежит. Вещь хорошая, русская. Состоит из грудной и спинной секции, на плече соединены ворсовыми застёжками, а на поясе ременно-пряжечным соединением… можно регулировать. Тут много примочек. Так что сам разберёшься, скажу только, что оснащен быстросменяемыми органо-керамическими.. или стальными.. а может всё вместе.. черт, в общем, не помню…

– Да давай ты шустрей! Понял я всё, давай его сюда! – не выдержал я.

– Бронепанелями “Гранит-4”… для тебя же стараюсь, дурень, а ты не ценишь… Ладно, хрен с тобой, – Коля, наконец, передал мне бронекостюм. – Под твой рост вроде подходит, ну а если что отрегулируешь.. я же говорил как…

– Ага. Так, сколько я те должен?

– Семь.

Мои глаза округлились бы в другой ситуации, но сейчас руки действовали быстрее мозга: я быстро отсчитал нужную сумму, после чего, положив ещё немного наверх, сказал:

– А на эти десять пачек патронов 5х45, ещё пять бронебойных, потом доложишь семь гранат Ф-1. Ещё присобачь самый мощный из всех твоих фонарей и плюс батареек к нему пачек десять. На оставшиеся провизию, но такую, чтоб долго держалась.

Бармен с интересом взглянул на меня.

– Ого, кажется, наш горячо любимый Александр куда-то собирается, да и, кажись, так, что его ещё долго в моём баре видно не будет. Не поделится ли он со мной путём своего путешествия… хотя, какая мне разница. Я тебе ещё пять пачек “VIP” десятки догружу, а то уверен я, что долго ты без них не протянешь… хотя, с наружи ты вообще долго не протянешь, хаха.

Коля, чуть посмеиваясь, ушёл за товаром, а я остался стоять у самодельной стойки. А ведь он верно говорит. На что я надеюсь? Мне и пары сотен метров не пройти: я один, пусть и в хорошей экипировке, у меня точно на весь путь не хватит ни патронов, ни провизии, да и вообще, бесконечное число опасностей не позволит мне сделать задуманное… Так, стоп! Что за мысли, прекратить немедленно!

Я ударил себя по лбу и постучал по вискам, чтобы отогнать не нужные идеи. В этот момент вернулся бармен.

− Чё это ты тут делаешь… − начал он, но я, не дослушав, быстро сгрёб всё в портфель и подсумок и покинул такое большое, но сейчас такое тесное для меня помещение.

Так, надо сваливать отсюда, причём поскорее. Ведь чем больше я нахожусь здесь, тем меньше шансов того, что я всё-таки уйду отсюда. Но ведь если посмотреть правде в глаза: на что я уповаю? До Минска километров двести по прямой, а умереть я могу на любых двадцати метрах. До столицы мне точно не добраться… Всё! Всё! Хватит, я сказал! Не думай, просто верь в себя! Если не попробуешь сейчас, то не попробуешь никогда, но зато всю жизнь будешь себя корить, что не воспользовался попыткой. Поэтому лучше умереть, пытаясь, нежели жить, сожалея.

Я подошёл к пункту сдачи оружия. Сейчас здесь был чуть меньший, чем Герман, здоровяк Гена. Он оставался тут за старшего в ночную смену.

− Мне автомат АКС-74 и тесак “BOLO”, ты сам знаешь, что они мои, так что доказывать ничё не надо, − сразу сказал я, подойдя к небольшому аппендиксу.

− А куда это ты намылился, Саш? − вопросительно посмотрел на меня Гена.

− Далеко и на долго, давай быстрее, я реально спешу.

Он лениво полез за снаряжением, при этом бормоча что-то типа: “не сдрасте, не до свидания… нехороший ты человек”. Но я на это сильно внимания не обращал, мне действительно надо было поскорее покинуть это место.

Как только мои вещи попали мне в руки, я сразу рванул дальше, на прощанье только махнув рукой.

Вахтёрши не было, сейчас всю работу выполнял Гена, следовательно, не было и не нужной смазливой ерунды с отговорками для тёти Поли.

Выйдя на улицу, я сразу посмотрел в вечно темное, а сейчас и вовсе чёрное, небо. Мне жуть как хотелось обернуться назад, но не хотел потрошить все воспоминания связанные с этим местом, да и вообще, как я уже говорил, я тот человек, который всегда готов расстаться с прошлым. Я так думаю, теперь настал момент, чтобы действительно это проверить.

Не мешкая больше ни секунды, я двинулся дальше.

На линиях обороны я не мог видеть лиц солдат, но спиной чувствовал их непонятные и ошарашенные взгляды. Но почему-то меня никто не пытался остановить. Странно, или им уже известно…

Вот и первая линия. Света почти не было, мы включаем прожекторы только во время опасности. Только кое-где реденько горели свечи или небольшие костерки, а так же чуть флюоресцировал вечный туман, который ночью чуть рассеивался. И этого света вполне хватало, чтобы распознать фигуру высокого человека, стоящего посреди ДОТов, ко мне лицом.

Анатолий.

Пётр обычно дежурил днём, а он хранил порядок ночью.

И сейчас он стоял на моём пути, повесив голову и явно чего-то ожидая.

Я прищурился. Подал немного вбок, он за мной не последовал.

Когда до него оставалось около пяти метров, Анатолий поднял голову и устремил рассеянный взгляд куда-то вдаль.

− Нехорошо поступаешь, Санька, − сказал он, когда я проходил мимо него.

− Никого, кроме меня, это не касается, − ответил я, не сбавляя темп.

Так и попрощались, и, скорее всего, так было правильно.

***

Так, а вот теперь следует приготовиться.

Отойдя на десять метров от блокпоста, я настроился морально и физически на любую атаку с какой-либо стороны.

Вроде и немного прошёл, а уже как-то не по себе. В уши как будто затычки вставили, тьма окутала с головы до пят, даже свет от фонарика не пробивается. Оставляет свой бледно жёлтый свет примерно в полуметре от меня. А ведь фонарик-то довольно мощный, я такие ещё ни разу не носил, длинный и тяжелый, как скалка…

Вдруг слева послышался приглушённый шорох.

Повинуясь инстинктам, я в тот же момент упал навзничь. Нечто пронеслось надо мной со свистом, но я особо не обратил на это внимание. Вместо этого я перехватил автомат в одну руку и, находясь в положении лёжа, резко двинул прикладом в то место, где, предположительно, находились ноги атакующего. Где точно они были, я видеть не мог: фонарик упал в метре от меня и светил в другую сторону.

Я явно не попал, хотя приклад за что-то зацепился, но это вряд ли были ноги противника, скорее какой камень.

Рванув вверх, я сел на одно колено и уже хотел броситься с места, но тут сбоку снова послышался знакомый свист и я вновь упал на землю. Только теперь лицом к небу. Это и позволило увидеть мне нечто блеснувшее в полной тьме в сантиметрах десяти от меня.

Я это действительно увидел или мне только показалось? А кто его знает, но лично я считаю, что я действительно видел нечто, пока неясное никому.

Хорошо, что я не успел подумать и лёг плашмя. Этот некто явно целил в ноги, останься я в полуприсяде, ничем хорошим для меня это бы не кончилось.

Спустя мгновение я, извернувшись, встал в полный рост. В спине, от резкого движения, что-то хрустнуло, но я не обратил внимания. Подняв автомат, который до сих пор я держал в одной руке, я пустил немалую очередь в предполагаемое место нахождения моего противника. В общем, выстрелил наугад.

Через секунду оружие повело в сторону, и я бросился бежать. По пути нагнувшись и подняв фонарик, всё делал на бегу, поэтому чуть не упал. Выругавшись, я бросился дальше.

Только спустя полминуты я остановился: бежать было невозможно, везде рытвины, грязь, а на мне комбез да и ещё много чего, да и я сам никогда не отличался добрым здоровьем, плюс и лёгкие не слишком хороши, уже долго думаю бросить курить, но никак. Так что притормозить я был просто вынужден, ибо двигаться дальше в подобном темпе пресловуто не мог.

И только сейчас я осознал, что со мной произошло. Не может быть! Да нет, это просто ерунда какая-то. Неужели я действительно только что смылся от Казака, вот так, не потеряв ни одной конечности, да и ещё, вполне возможно, смог сделать что-то ему. Да нет, бред какой-то. А может быть…

Я повернулся назад, и в этот момент сильно заломило спину. Чёрт, а я ведь даже не обратил внимания. А ведь это может сильно ухудшить дальнейшее путешествие, в конце концов, не размятая заранее спина может досаждать и сильно болеть очень долго. А такое мне не нужно.

Ну ладно, посмотрим, что будет дальше.

Отойдя от шока, я двинулся на блеклый свет фонарика, слабо освещающего грязь под моими ногами.

Спустя пару метров слева вновь послышался шорох. Упав на землю, я начал ждать пока что-то просвистит надо мной, но ничего не произошло. И вдруг отчётливо послышался приближающийся рык с утробным завыванием.

Резко вскочив, я выпустил небольшую очередь на звук. Всё смолкло.

Через мгновение шорох повторился, но никто приближаться не стал. Потом ещё, на этот раз я, рефлекторно, посветил в сторону звука. Но вместо какого-либо существа увидел лишь бледное пятно света в полуметре от себя. Блин, а это не очень хорошо.

Когда там солнце поднимется, тогда хоть немного светлее станет. Вообще, оно уже встало давным-давно, но из-за бесконечных туч до часов десяти земля ни на йоту не освещается. Так солнце не видно никогда, понятно только, что оно освещает облака, и этот свет немного перетекает и к нам, волочащим своё бесполезное существование выжившим.

Я посветил на подведённую к лицу руку с часами. Ого, полдесятого, и как только время так летит. Ну, хоть что-то радует, скоро хоть немного посветлеет, а то так ведь не видно ни зги.

Шорох повторился, на этот раз справа. Спустя секунду похожий донёсся слева, только теперь этот был более громкий, да и ещё приправленный тихим завыванием. Наглеют, уверенней себя чувствуют, в клешни берут. Кто бы это ни был.

Сердце застучало быстрее, ноги начали подрагивать. Чёрт, а ведь что делать? Их не видно, но они меня видят, а может, чуют. Я один, а их явно несколько. Они знают, где я, а где они только чёрту известно. Это ой как не хорошо, ведь реально сейчас помереть могу. Я не очень сильно дорожу своей жизнью, но сейчас ой как подыхать не хочется. Особенно так: в полной тьме, не известно от кого, не пройдя даже сотню метров от базы. А может и пройдя, я сейчас не обращал на это внимание. Но умирать-то всё равно не хочется, поэтому надо что-то делать.

А что делать? Надо думать, да вот только не возможно: страх заполняет мозг, мешая рационально мыслить. Надо успокоиться. Но на ходу это точно не получится, а останавливаться нельзя − сразу накинутся…

Ээх, ну где же ты, свет?

А он был уж точно не здесь.

Каждый шаг давался всё труднее. Хотелось остановиться и, оглашая округу яростным воплем вперемешку с матами, выпустить оставшуюся обойму при этом разворачиваясь на 360 градусов. Всё-таки это лучше, чем идти на дрожащих ногах, окружённый звуковым фоном из шуршания, воя и всплеска воды в редких лужах, при этом каждое мгновение бояться незаметного движения сбоку и зубов в твоей глотке.

Когда я вышел из своих раздумий, то заметил, что тьма впереди чуть потускнела, и луч фонаря прошёл уже на метр вперёд. И вот это меня обрадовало.

Зато моих гостей это наоборот огорчило.

Рык с шипением стал громче, завывать мутанты тоже начали смелее. Нехорошо это.

Появление первой фигуры с левого боку не заставило себя ждать. Моментально среагировав, я наотмашь ударил фонарём. Небольшое, изогнутое в полёте, поблёскивающее своей лысой с язвами шкурой тело отлетело назад.

Я поудобней перехватил автомат правой рукой и приготовился. Следующий клиент долго во тьме не прятался: снизу у правой ноги послышался приглушённый рык. Я отпрыгнул, рефлекторно посветив в ту сторону, моим глазам открылась большая, полностью лишённая растительности голова, раззявленная пасть с неровным строем чёрных зубов и часть немалого тела, также полностью лысого и усеянного огромным количеством гнойных подтёков и фурункулов. Быстро надавив на курок, я выпустил твари в голову большую часть оставшихся патронов.

Когда я повернулся обратно, то заметил: чернильный мрак рассеялся ещё больше. Теперь почва под ногами рассматривалась и без помощи фонарика.

Но меня заинтересовало ещё кое-что: что же я только что видел?!

Небольшое тело, и крупное тело… Да нет, не может быть. Я, конечно, не успел разглядеть, но малое существо, своим изгибом и шипением мне сильно напомнило обыкновенную кошку. А вот крупный мутант чем-то смахивал на собаку.

Ого, а ведь это, скорее всего они и есть. В общем-то, не сильно они изменились в этих радиоактивных джунглях. Вообще странно, что некоторые звери изменились до не узнаваемости, а некоторые просто полысели, а есть которые и вовсе ничуть не поменялись: в Спортивном Соглашении полно простых собак и кошек, в конце концов, животные тоже хотят жить, а на крайний случай они же и питательное мясо.

Нет, тут точно биологическое оружие свою лепту внесло.

Пока стало видно окружающее на два метра вокруг, я отбился ещё от пары атак. На этот раз прыгали только коты, собаки пока бездействовали.

Вскоре моему взгляду открылись и сами преследующие. Безволосые тела гнойного цвета, полностью покрытые множественными нарывами, изуродованные морды, у некоторых повытекало по одному глазу, немногие лишены обоих, почти у всех также отсутствовал хвост.

Охохох, что же с ними сотворил мирный атом? Аж смотреть жутко.

Я шёл и только и успевал, что в страхе вертеть головой в разные стороны крепко сжимая автомат. Мне сильно хотелось рвануть с места и побежать, но что-то подсказывало мне, что так будет только хуже. Однако нервы и так уже были на пределе, поэтому я просто не выдержал − резко впечатавшись переступающей ногой в грязь, я опрометью кинулся вперёд.

И тут же пожалел об этом: сзади сразу же послышался яростный лай с шипением.

Набегу я развернулся и дал очередь наобум, будучи точно уверенным, что не попаду. Перед моим лицом мелькнул малый силуэт, и я как можно быстрее отпрянул в сторону. Вскоре подобное повторился, но теперь это была собака, и я успел ответить очередью. Однако про гостя, который остался сзади я позабыл…

Нечто сильно ударило в спину и я, потеряв равновесие, полетел вниз. Поняв, что со мной произошло, я, не вставая, нацелил оружие на надвигающуюся толпу мутантов и вдавил курок до самого предела. Длинная очередь рубанула по переднему ряду, выкосив почти всех особей. Но дальше пойти помешала отдача: АК повело в сторону.

Извернувшись и ударив прикладом по восседающему на мне лысому коту, я вскочил и, уже стоя, снова выстрелил по приближающимся мутантам. Так бы могло продолжаться, однако магазин, видать, не поддержал мою идею: выплюнув пару пуль, автомат смолк.

А лысые бестии всё приближались и приближались. Вот одна из псин прыгнула вперёд. Времени на перезарядку нет, так что я выдернул тесак и налету ударил лезвием покалеченную радиацией собаку. Она, завыв, отскочила вбок, но на смену ей тут же пришла кошка, после ещё одна, и ещё, потом снова собака… а дальше я просто не видел: на меня прыгали все, одной кучной волной давили меня, пытаясь поглотить. Но я только отступал назад, быстро махая огромным ножом.

Вырубив с десяток мутантов, я понял, что дальше в таком темпе не протяну. Дыхание сбилось, ноги дрожали, ладони вспотели. Конечно, через перчатки этого не ощущалось, но некий подсознательный дискомфорт всё равно имел место быть.

И только я отвлекся как какое-то существо, или собака, или кот, точно не разглядел, прыгнула на меня справа. “BOLO” вылетел из руки, меня пошатнуло и повело в сторону. Хозяева бетонных джунглей не заставили себя ждать: сразу две собаки наскочили на меня и повалили наземь.

Я барахтался в грязи, закрывая лицо руками и пытаясь подняться. Но на меня наваливалось всё большее количество мутированной массы. Этот поток всё-таки поглотил меня: десятки зубов вонзались мне в руки и туловище, по ногам пока только били, царапая, мощные лапы.

Мне уже казалось что всё, доигрался я со своим героизмом и решительностью, как вдруг откуда-то из далека послышались громоподобные выстрелы пулемёта.

Слой мутантов с меня смело как рукой, оставшиеся бросились в рассыпную. Часть кинулась в сторону дороги, и вот им не повезло больше остальных.

Я услышал звук работающего мощного двигателя, после чего завизжали тормоза и добрую половину бросившихся к дороге существ смело снегозаборником некой машины.

Я перевёл взгляд чуть ниже, чтобы увидеть колеса: здоровые шины, чуть ли мне не по бедро, обитые немалыми цепями. Потом приподнял глаза и увидел возвышающийся надо мной огромный кузов невиданного ранее мне автомобиля. Насколько я помню, такие машины называли пикапами, но я не знал, что они могут быть настолько большие.

Вдруг из переднего окна, со стороны водителя, высунулась улыбающаяся голова Георгия Васильевича. Он подмигнул мне и сказал:

− Ух ты, целых полкилометра прошёл, не ожидал. Да ещё и в одиночку. Да ты только что установил неприкосновенный рекорд, да вот только всё равно чуть не помер. Собственно, как я и ожидал… Чё смотришь на меня, как на Папу Римского? Садись давай, подбросим…

Загрузка...