Мариэль. Замок в ипотеку

Глава 22. Резервация флиомов

Мари встала на рассвете и заняла кухню раньше Гильи. Из холодильника она достала заранее приготовленные служанкой молоко, сыр и мясной фарш, а из коробки — купленные Шеймасом томаты, базилик, оливковое масло и муку. Приготовив тесто, Мари раскатала листы, выставила противень с ними на подоконник, чтобы те подсохли, и принялась за соус. В этот раз лазанья получалась лучше, а самой Мари даже стало нравиться готовить. Соус получился без комочков, томаты легко очистились, а фарш равномерно размешивался. А когда Мари заполнила формы для выпекания, в кухню спустилась зевающая Гилья.

— Госпожа! — поразилась она, увидев пять здоровенных форм. — Как давно вы встали?

— Не очень давно, — улыбнулась Мари, составляя их на уровнях раскаленного жарочного шкафа. — Похоже, будет вкусно.

— Вы хотите избавиться от меня, да? — опечалилась Гилья.

— Вовсе нет! Что ты! Я вовсе не люблю готовить и не претендую на место на кухне. Ты извини, я тут такой бардак устроила. Сейчас все приберу.

— Не надо, госпожа. Не обижайте меня. Лучше займитесь собой. Вон, все волосы в муке. Я пригляжу за блюдом.

Мари потрясла головой, с волос и правда посыпалась мука. Согласно покивав, она приняла душ, переоделась в полюбившиеся шорты и рубашку и вернулась в кухню. Лазанья к тому времени приготовилась, а Гилья выставляла на стол последнюю форму. Мари достала из шкафа судочки и принялась нарезать угощение, чтобы разложить его порциями по мискам.

— М-м-м… Пахнет вкусно, — сонно промурлыкал Шеймас прямо над ухом Мари.

— Я старалась, — засмущавшись, ответила она.

— Я не о еде, — уточнил он и, обойдя Мари, сел за стол. — У тебя новое мыло?

— А ты, маньяк, уже мой запах выучил? Положить тебе кусочек?

— Выглядит съедобно. Ты сама-то пробовала? Или скормишь мне, подождешь шесть часов, и если я останусь жив, угостишься сама?

— Не шесть, а восемь, — ответила Мари и выложила самый сочный кусочек на отдельную тарелку. Взяв ее, она подкралась к Шеймасу, поставила тарелку перед ним и дотянулась до столовых приборов. Она села на угол стола, скрестила ноги и, покрутив в руках нож и вилку, аккуратно отрезала маленький кусочек. Подцепив его вилкой, Мари поднесла ее ко рту Шеймаса и улыбнулась: — Проверим, насколько ты смелый?

— Ты меня в могилу сведешь, — усмехнулся он, но все же зубами взял угощение. Несмело пожевав, Шеймас задумчивым взглядом прошелся по Мари и, проглотив, кивнул: — Очень вкусно. Правда! Это восхитительно! Прямо тает во рту.

— Ну да, это же не бычий член, — ответила Мари, отрезая следующий кусочек. — Так на чем я могу добраться до резервации флиомов? — спросила она, снова кормя Шеймаса.

Он опять пожевал и засмеялся.

— Ладно, я отвезу тебя.

— Ты такой зайка, — Мари вручила ему нож и вилку, спрыгнула со стола и вернулась к судочкам.

Шеймас, размечтавшийся, что Мари скормит ему всю порцию, обалдело открыл рот, но так и не нашелся, что ответить.

Мари оставила кусочек для Гильи, а остальное, упаковав, сложила в большую корзину и накрыла махровым полотенцем.

— Я готова! — заявила она, встав перед Шеймасом и опешив, глядя, как он вылизывает тарелку. — Придется приготовить еще, когда вернемся, — прошептала Мари.

Шеймас поглядел на нее поверх тарелки и застыл. Медленно отставив посудину на стол, он вытер губы салфеткой и произнес:

— Извини.

Мари обомлела. Он извинился! Впервые извинился за свое некрасивое поведение! Это прогресс. Может, Гилья права, он меняется?

— Какая там дорога? — спросила она, сглаживая острые углы возникшего напряжения. — Мотоцикл проедет?

— Мы полетим на свейхе, — ответил Шеймас, вставая из-за стола и потягиваясь.

— Он же не работает.

— Он функционирует в пределах Трейса, но для телепортации в другие миры в его системе не хватает кое-каких плат.

— Ясно. А где мы его зарядим? Здесь есть энергетическая станция?

— У меня своя мини-станция. Он всегда заряжен. Идем. — Шеймас взял у Мари корзину и направился к дверям. Похоже, после пробы лазаньи он загорелся уверенностью, что с флиомами удастся договориться.

Свейх таился в одном из гаражей Шеймаса. Он не афишировал эту прекрасную машину перед аглами Нэима, опасаясь ее изъятия. Но сейчас, пока Нэим рвал кудряшки на своей голове в поисках способа подчинить себе оставшихся палал, у Шеймаса появилась возможность полетать на свейхе, ничего не опасаясь.

Поставив корзину на заднее сиденье, он сел за рулевую панель приборов, но не торопился заводить машину. Мари, удобно усевшаяся в соседнее кресло, с улыбкой огляделась. Свейх навеял на нее воспоминания о том, как почти месяц назад ее сбили Стон и Блин.

Шеймас вывел свейх из гаража и приземлил за воротами.

— Давай-ка сюда! — скомандовал он Мари.

— А? — не поняла она.

Он привстал и указал ей на свое место.

— А ты ко мне на колени сядешь? — Она игриво изломила бровь.

Шеймас залез промеж кресел, пропустил Мари и пересел на соседнее сиденье. С помощью кнопок придвинув его к ней, он включил основную панель и начал пояснять:

— В основном, свейх работает в автоматическом режиме. Пилот задает ему координаты, и машина сама доставляет пассажиров, куда надо.

— Не надо объяснять мне, что такое автопилот, — нахмурилась Мари. — От меня-то ты чего хочешь?

— Хочу научить тебя управлять свейхом. Вдруг пригодится.

Она взглянула на Шеймаса и потеряла дар речи. Его лицо было так близко, что она чувствовала его дыхание на своей щеке, могла в деталях разглядеть изумрудную радужку его глаз и мелкие морщинки на его щетинистом лице. Но главное — она увидела заботу в его лице, услышала ее в интонации его голоса.

— С координатами легко, — тихо проговорил Шеймас, не отрывая взгляда от ее глаз. — Я хочу показать, как управлять им, когда у тебя нет координат.

Странное волнение, нахлынувшее на Мари, бросило ее сначала в жар, потом в холод, отчего по ее коже побежали мурашки. Она поежилась и переключила внимание на панель приборов.

— Смотри, — Шеймас указал на ряд верхних сенсорных кнопок, — это режимы и скорости. Давай для начала выберем средний уровень и вторую скорость. Теперь нажми вон на ту зеленую кнопку и положи ладонь на сердцевину.

Свейх дернуло, и он рывками приподнялся над землей.

— Плавно поворачивай влево. На тридцать градусов достаточно. Я немного увеличу высоту подъема, а то мы будем ощущать каждую кочку. Отлично. Ты молодец! — он восторженно улыбнулся. — Ты всему так легко учишься?

Мари была готова выучить даже реакцию распада урана на изотопы, лишь бы отвлечься от возникшего в голове сумбура! Она выполняла указания механически, совсем не вникая в их суть, пока не воспарила над пустошью. Свейх полетел в нужном направлении, и Шеймас, отодвинувшись, откинулся на спинку кресла.

— А что теперь? — испугалась Мари.

— Можешь убрать руку с сердцевины. Следи за полосой. Если появится препятствие в виде птицы, не спеша поверни влево.

— Почему влево?

— Можешь вправо, — пожал плечами Шеймас. — Не принципиально. Я привык облетать с левой стороны.

Мари наконец улыбнулась и, осознав, что она пилотирует самый настоящий свейх, едва не подпрыгнула на месте. От радости у нее сердце вырывалось из груди. Однажды Мари прыгала с парашютом, но сидеть за штурвалом летательной машины оказалось намного волнующей. Она была готова завизжать. Не сделала это, лишь потому что боялась, что вопль будет похож на поросячий визг и даст Шеймасу еще один повод подтрунивать над ней.

— У тебя глаза блестят, — заметил Шеймас, украдкой поглядывая на вытягивающую шею Мари. — Перевозбудилась?

— Ну да, этот самец умеет доставить максимум удовольствия, — ответила она, не отвлекая сосредоточенного взгляда от полосы.

— Может, приделать ему рычажок?

— Он и без причиндалов неплохо справляется. А как регулировать высоту полета?

Шеймас снова придвинул свое кресло к Мари и активировал панель приборов.

— Вот здесь. Набирать высоту можно резко, но не всегда это уместно. Например, при маневрировании из-за подъема можно потерять управление. О, смотри, вракхи!

— Что?

Мари проследила за взглядом Шеймаса и у речной заводи увидела стаю ранее невиданных ею птиц. Крупные тушки с маленькими головками на длинной шее, с хохолками и крепкими ногами, купались и пили на водопое.

Шеймас сунул руку под сиденье и ловко вынул оттуда бластер. Открыв имеющийся под панелью перчаточный ящик, он вытащил из него коробку с разными патронами и стал перебирать их пальцами.

— Ты что, собираешься стрелять? — грозным тоном задала вопрос Мари.

— У них очень вкусное, нежное мясо. А стреляю я метко. Отсюда в глаз попаду. — Шеймас выбрал нужный заряд и вставил его в патронник. — Возьми левее.

— Луис говорил, что в меткости по стрельбе тебе нет равных. Но у нас достаточно мяса! Не надо демонстрировать свои навыки!

— Тебе жалко, что ли?

— Да, жалко! Охота должна быть оправданной, а не ради примитивного удовольствия! Не будь монстром!

Шеймас задержал на лице Мари задумчивый взгляд, отключил бластер и медленно вернул его на место.

— Лу правда так говорил? — спросил он, захлопнув ящик.

Мари вспомнила о нем неосознанно. Она старалась не думать и, тем более, не говорить о Луисцаре. Но у них было общее прошлое, а Шеймас — его брат, и их связь неизбежна.

— Он говорил, что ты учил его стрелять на голограммах его учителей, — хихикнула Мари, опять переведя взгляд на полосу.

— Было такое, — усмехнулся Шеймас. — Он был слишком прилежным учеником. Я хотел заложить в него дух бунтарства.

— Вышло?

— Тальина, узнав об этом, приказала наказать меня.

— Наказать? — Мари напряглась.

— Розгами.

— Кошмар, — прошептала она, мельком глянув на Шеймаса. — А твой отец?

— Отец всегда был занят политикой, народом, властью. Ему было не до сыновей. Я рано понял это и выживал своих воспитателей и учителей. Когда Тальине надоела текучка, она лишила меня обучения. Моим воспитателем стал начальник дворцовой службы безопасности, а его розги главным методом в борьбе с моим взрывным характером.

«Он был сиротой при живом отце, — с сочувствием подумала Мари. — Для ребенка это еще хуже, чем быть круглым сиротой».

— Разве тебя никогда не пороли? — Шеймас лукаво улыбнулся.

Мари поняла, к чему он клонит, и поняла, что делает это намеренно. Он не привык давить на жалость и, возможно, уже пожалел о своей откровенности.

— Нет, не пороли. Ни в том, ни в другом смысле, — ответила она. — Кстати, бластеры разве можно заряжать разными патронами? Я обратила внимание на разнообразие твоих запасных обойм.

— Конечно. Они могут стрелять как электромагнитными разрядами, так и разрывными пулями.

— Луис не говорил.

— Так он и не знает. Моя разработка пока держится в тайне, — Шеймас самодовольно улыбнулся. — Жизнь и не такому научит. Сверни вправо, пролетим над малиновым озером.

— Малиновое озеро? — удивилась Мари, осторожно поворачивая ладонь на сердцевине панели.

— Гляди! — Шеймас указал на багряную гладь. — Так цветут здешние водоросли. Они создают иллюзию красной воды, отсюда и название. А вон там, — он посмотрел на горизонт за озером, — лес кавров. Он богат ягодами, орехами, смолой и маслом, но туда никто не суется. Когда-то Трейс был красивым миром, — вздохнул Шеймас. — Ты права, его можно возродить. Но ошибаешься, если думаешь, что аглы откликнуться на твой зов о помощи.

— Я не их тех, кто сдается перед трудностями. Они примкнут к нам, я уверена!

Шеймас молча хмыкнул. Оставшийся путь они провели в безмолвии.

Резервация флиомов представляла собой целый городок со зданиями и домами — одно- и двухэтажными. Хаотичные улочки переплетались друг с другом замысловатыми проулками, увешанными бельевыми веревками с болтающимися на них тряпками. С помощью Шеймаса Мари приземлилась на специальной площадке в центре городка, прямо перед зданием мэрии.

— Ну как? — поинтересовался Шеймас, видя, как Мари взволнованно покусывает губы.

— Напряженно, — призналась она. — Но мне понравилось!

— Отлично! Идем к четвероглазеньким?

— Мы за этим сюда и прилетели. Возьми корзину.

Мари и Шеймас вышли на улицу и огляделись. Зеленые человечки сновали туда-сюда, не обращая на гостей никакого внимания. У них каждый день были новые клиенты из разных рас и областей, так что какие-то палал никого не удивляли.

У входа в мэрию компьютерный голос на сенсорной панели сбоку от двери запросил у них идентификацию. Сначала Шеймас, а потом и Мари приложили к лазеру ладони с генным знаком, и дверь отодвинулась в сторону. Они вошли в холл, где их встретила флиомка с ярко-крашеными губами и париком густых волос.

— Саймус, — небрежно сказала она, грызя колпачок ручки, — мы же сказали тебе, что у нас нет плат, которые тебе нужны.

— Все у вас есть, — фыркнул он. — Мы не за платами. Это Мариэль. У нее к вам деловое предложение.

— Стон и Блин хорошо о ней отзывались, — она смерила Мари изучающим взглядом. — Ладно. Идите.

Шеймас кивнул Мари на лестницу, и они двинулись дальше.

— Стон и Блин? — шепотом спросила она.

— Ну да. Наверное, связались со своими. О тебе переживают, — предположил Шеймас.

Мари улыбнулась. Она недооценивала этих «гуманоидов».

В кабинете руководства сидел десяток однотипных флиомов. Они расположились за длинным столом и играли в какую-то настольную игру с карточками и камешками. А чем еще этим хитрецам заниматься, когда всю работу за них делают другие?

— Раскинуть на вас партию? — спросил главный у вошедших гостей.

— Мы не играть, Злако. — Шеймас дошел до стола и поставил на него корзину. — Угощайтесь.

— Что это?

— Лазанья, — вмешалась Мари, приблизившись к Шеймасу. — Я сама готовила.

— Лазанья? Та самая, которую ты готовила нашим из Опретауна? — Все четыре глаза этого самого Злако оглядели ее с головы до ног.

«Вообще-то я готовила ее своему шефу, а ваши из Опретауна нагло ее сожрали, сбив меня на своем свейхе!» — подумала Мари, а вслух сказала:

— Да, это то самое блюдо. Как только я узнала, что рядом с нашим поместьем ваша резервация, я не удержалась, чтобы не угостить вас по-соседски. Стон и Блин многое сделали для меня.

— Ты для них тоже. Их разжаловали, а недавно взяли под стражу. Скоро над ними состоится суд.

Один из флиомов залез в корзину своими тремя пальцами-сосисками, и по кабинету разнесся аппетитный запах.

— Я сожалею, — виновато произнесла Мари. — Может, у меня получится загладить вину?

— Посмотрим.

Флиомы опустошили корзину в считанные минуты, а потом, поглаживая животы и облизывая пальцы, развалились на креслах. Наконец Злако созрел для разговора и позволил Мари и Шеймасу сесть на диван.

— Мы знаем о вашей идее. Вейц умеет эффектно доносить информацию. Сегодня зроу дадут ответ. Мы хотим долю.

— Получите! — уверенно заявила Мари, чем приковала к себе недоуменный взгляд Шеймаса. Он, наверное, подумал, какая щедрость при голом заде! — Примите участие в строительстве оросительной системы на полях и войдете в долю!

— Мы предоставим материал, — безоговорочно согласился Злако. — Строительством пусть занимаются работяги. А что насчет документального подтверждения нашего официального статуса?

— Этим вопросом занимается Вейц. Зроу обязательно все оформят.

— Без бумажки не получите ни единого метра трубы.

Мари улыбнулась:

— Договорились! Но мы прибыли еще по одному вопросу. Хотим пригласить вас в гости. Мы с Шеймасом, — она взяла его за руку и крепко сжала, — восстанавливаем наше поместье и не можем обойтись без соседского напутствия. К тому же в нашем саду обильно разрослись ягодные кусты и плодовые деревья. Собираемся их выкорчевывать, а выбрасывать жалко. Может, вам что-то нужно?

Флиомы энергично зашушукались. Шеймас опять вперил в Мари пораженный взгляд, а она еще крепче сжала его ладонь.

— Безвозмездно? — уточнил Злако.

— Естественно! Мы же соседи! — в третий раз напомнила Мари, мило улыбаясь и не забывая хлопать ресницами.

— Завтра мы пригоним машину!

— С вами приятно иметь дело. — Она встала и, отпустив Шеймаса, подошла к Злако. Протянув ему ладонь, Мари пожала ее и добавила: — Коллега!

Тот зардел от гордости.

— Позвольте проводить вас? — Он спрыгнул с кресла и жестом указал на дверь.

— О, это очень любезно с вашей стороны.

Мари направилась вслед за флиомом, помахала остальным и подмигнула Шеймасу. Они вышли на улицу и подошли к свейху. Мари ненадолго остановилась и, с улыбкой посмотрев на бурлящую жизнью улицу, сказала:

— У вас очень уютный городок. Словно отдельный мир.

— Не зря его называют резервацией. Здесь живут только флиомы. Там у нас развлекательный центр, там — рынок, там — инкубатор…

— Инкубатор? — переспросила Мари, но тут же вспомнила, как Стон и Блин говорили, что флиомы не живородящие.

— Да, там созревают наши коконы. Как-нибудь я проведу для вас экскурсию. Но после заверения всех бумажуль, — хитро посмеялся он, погрозив пальцем.

Мари тоже посмеялась.

— Что ж, нам пора.

Шеймас, помотав головой, занял место пилота, а Мари села на соседнее.

— Ох, чуть не забыла! — Она снова обратилась к флиому. — Когда мы пролетали над резервацией, я обратила внимание на черепицу ваших кровлей. Скажите, она прочная? Мы с Шеймасом делаем ремонт в замке.

— Да, хорошая черепица.

— А где ее можно купить?

— Ее нельзя купить. Ее изготавливают на юго-востоке, а импорт в Трейсе мало кому по карману.

— Вы же как-то ее раздобыли, — Мари улыбнулась еще шире.

Флиом сделал паузу и вдруг сказал:

— У нас есть немного в запасах. Завтра привезем. Безвозмездно. По-соседски.

— Большое спасибо! — Мари помахала ему пальчиками и перевела взгляд на замершего Шеймаса. — Заводи, — процедила она сквозь натянутую улыбку, — пока этот главнюк не передумал.

Шеймас поперхнулся собственным шоком и, закашляв, поспешил опустил крышу и поднять стекла. Как только раздался щелчок о блокировке салона, он активировал автопилот и поднял свейх над площадью.

— Ты либо гений, либо сумасшедшая, — проговорил он.

Подумав, Мари ответила:

— Я сумасшедший гений.

Они переглянулись и засмеялись.