Кристальный соблазн (СИ)

Глава 2

Мэри

«Милый, пообедаем? Я соскучилась»

Ответ от Калеба приходит, когда я уже допиваю свой карамельный раф:

«Привет, детка! Отец завалил отчетами, я пас. Прости»

Приложив карту к терминалу и оставив десять фунтов чаевых для официанта, я выхожу из нашего любимого кафе.

«Я уже всё, трудяга. Зайдешь вечером?»— печатаю ему на ходу и с размаху врезаюсь в мужчину, чудом удерживая равновесие и телефон.

По счастливой случайности, им оказывается отец моего парня — мистер Нильс.

— Мэриан, здравствуй, родная! — говорит он, поддерживая меня за плечи. — У вас тут свиданка?

Отец Калеба безумно милый и слегка простоватый в общении. Не стесняется говорить то, что думает.

— Добрый день, Тайлер, — улыбаюсь мужчине и подставляю щеку для отеческого поцелуя. — Калеб занят, а я была здесь рядышком, но уже пообедала.

— Занят? Да, гонять шутер — это очень ответственно, — ухмыляется он и разворачивает нас в сторону офиса, выуживая кристальный телефон из кармана: — Сын, сюрприз к тебе отравляю, а если еще раз узнаю, что отлыниваешь от обеда со своей красавицей, клянусь, покрашу усы и сам приглашу Мэри на свиданку.

Сбросив звонок, он шустро вталкивает меня в стеклянные двери бизнес-центра и проводит через турникеты по своему пропуску.

— Мистер Нильс, а куда на свидание пойдем? — не могу не улыбнуться. Этот весельчак всегда поднимает настроение.

— Такую спортивную красавицу только на «Рейскорс Граунд» (стадион в Рексеме — примеч. автора). Первый ряд! — он горделиво выпрямляется и, пожелав мне хорошего дня, обещает задержаться на ленче.

Калебу несказанно повезло работать в семейном бизнесе отца.

Продажа лэптопов и прочей компьютерной атрибутики будет актуальна на все времена.

Когда двери лифта разъезжаются на нужном мне этаже, не успеваю сделать и пары шагов, как оказываюсь сдавленной медвежьими лапами Калеба.

— Малыш, пойдем выпьем кофе, — он утягивает нас в сторону кухни.

— Воу-воу, тише, — мой задорный смех колокольчиком отскакивает от стен стеклянного офис-спейса. — Я не хочу, только выпила. Пойдем в твой кабинет.

Он рассеянно кивает и как-то натянуто улыбается, вышагивая впереди. Крупная спина в сером свитере с перекатывающимися мышцами, на которую постоянно хочется запрыгнуть, как в детстве.

Офис у мистера Нильса небольшой и, пройдя два пустых кабинета, мы входим в четвертый. В третьем я отмечаю миловидную девушку, немногим старше меня в облегающем платье-лапше.

Самое то для наших ветров.

— Отец взял еще одного менеджера, — буднично откликается Калеб, присаживаясь в кресло.

— Мы нечаянно с ним столкнулись, он сообщил, что задержится на ленче.

При упоминании отца и его намека на наш возможный секс, выражение лица моего парня транслирует виноватый вид, который не получается замаскировать под усмешкой.

— Поэтому нужно было идти в столовую зону, — он бросает короткие взгляды за мою спину. — Папашка видимо забыл, что взял эту…

После его слов, со стороны третьего кабинета, в мою спину летят ревностные флюиды.

Раздражает.

— Уверена, что у нее есть имя.

— Анна, — нехотя выдавливает он.

— Анна… красивое имя, — раздражение перетекает в злость. — Калеб, нельзя же так отзываться о девушке, которую ты поимел прямо перед моим приходом.

Испытываю ли я разочарование?

Конечно, испытываю!

Подаюсь вперед и стираю отпечаток губной помады с его шеи. Сзади грохочет дверь, и стук каблуков быстро удаляется.

Молодец, Аннета, предпочла не слушать наши грязные разборки. Впрочем, у меня отчего-то нет ни сил, ни желания тратить время на выяснение отношений.

Калеб — придурок, позволивший нашей многолетней дружбе перерасти в нечто большее. А перед моим поступлением в Уорлдс Энд решил переметнуться на сторону?

— У вас интрижка или как?

— Детка, фак! Я не… — такая себе попытка оправдаться.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.

Откровенно говоря, я и сама уже несколько дней пыталась решить, как нам быть в этой непростой ситуации, с моим поступлением. Университет закрытый, часто видеться едва ли бы вышло… выходит, что шансов продолжить отношения на расстоянии, довольствуясь редкими свиданиями, у нас не вышло даже на стадии плана.

— Мэри, крошка, я долго думал… ты пойми, тут не в тебе дело. Ты огонь, и я просто реально сорвал джекпот. Но Уорлдс… понимаю, что стоило сказать самому, а не вот так, — Калеб вскакивает на ноги и прохаживается мимо, раздражая еще больше. — Просто как ты себе представляла дальше? Дрочить на твои фотки? Детка, давай ты закончишь свой универ, а потом снова попробуем?

На секунду я даже теряюсь от его монолога.

Выходит, что во всем виновата я?

— В смысле? Значит, пока я буду воодушевленно грызть науку, ты, как Хатико будешь меня ждать?

«Поимев половину Рексема» — этого вслух не произношу. Нильс не придурок, прекрасно читает между строк.

— Ты немного перегибаешь, детка.

— Не перегибаю. Давай просто разойдемся, без планов и обещаний? — Ответа от своего экс я так и не дожидаюсь.

Обнимаю Калеба и, вздохнув чужой сладкий парфюм, быстро отстраняюсь.

Слишком много впечатлений для одного дня…

— Котёнок, — хриплый голос Нильса застает меня в дверях: — Удачи в Уорлдс Энд.

— Спасибо, тигрёнок, — шепчу я, зажимая пальцы в кулак, как мы делали в детстве.

Двоякое ощущение: горечь от предательства и желание сохранить светлую память о нашей дружбе.

Это же Калеб, черт его подери, Нильс! Мой вечный защитник, мой первый поцелуй на спор в четырнадцать лет, моя первая любовь, мой первый секс, мои веселые уикенды…

— Бай-бай! — удивительная эта Анна… я ее защищала, а она, как стервятница, подкралась из-за угла в надежде застать меня разбитой и сломленной.

— Всего хорошего, — произношу спокойным голосом, от чего новая пассия Нильса давится желчью. — Совет: тебе, конечно же, не очень важно мое мнение, но духи нужно сменить. Тебе же не сорок.

— Милая, я понимаю, что ты, как истинная леди всегда опаздываешь, но едва ли это будет уместно в первый же день общего сбора в Уорлдс Энд. Линдсей наверняка рассказывала тебе о строгости ректора Дженсона?

Эх, если бы…

— Жена моя, мать моего нерасторопного и своенравного ребенка, перестань нагнетать обстановку, — шутливо ворчит папа, умудряясь поцеловать меня и маму в щеку. — В день поступления студенты стекаются в кампус аж до самой ночи. Это нам с Рексема рукой подать…

— Па, спасибо за намеки на черепаху, — ухмыляюсь я, тщетно пытаясь найти зарядку от телефона.

С самого утра и весь день как-то наперекосяк.

Не люблю сборы.

У меня нет абсолютно никаких причин для волнения, но пальчики ощутимо покалывает. Видимо, это предвкушение чего-то нового и из-за того, что уже через пару часов я наконец-то увижу свою пропавшую занозу и стребую объяснения ее странного поведения.

К моменту, когда чемодан утрамбован в багажник, а родители уже тысячу раз обняли меня с такими скорбными лицами, будто бы я еду не в один из лучших университетов, а как минимум на северный полюс к оленям и белым медведям, предчувствие чего-то странного усиливается во сто крат.

И скажи мне кто-то, что я себя накрутила, рассмеюсь в лицо.

Черный внедорожник Калеба Нильса, шурша протекторами шин, въезжает в открытые ворота и останавливается рядом с моей малышкой.

Ну и какого черта мой бывший здесь забыл? Решил лично пожелать удачи в поисках достойной замены?

— Милая, смотри там Тайлер и Калеб, — тихо шепчет мама.

На ее вопросительный взгляд я могу лишь пожать плечами.

Разумеется, мама в курсе нашего расставания, а папа предпочитает не совать свой деловой нос в личную жизнь дочери, за что ему огромный респект.

Я знаю, что это крайне негостеприимно, но на часах уже полдень, а перед их приездом я планировала выезжать. Поэтому без зазрения совести, чувствуя мамину молчаливую поддержку за спиной, я вываливаюсь на улицу, поежившись от накрапывающего дождя.

— Привет! — дань вежливости, а что дальше говорить не ясно.

На выручку мне приходит отец Калеба, в своей привычной манере, стискивающий поочередно меня и маму в объятиях и крепком рукопожатии с отцом.

— Сын нудел, что уже тысячу раз попрощался с Мэри и не нужно ее провожать, но я считаю не дело это, — улыбается он, пихнув моего бывшего в плечо.

Очевидно, что на моем лице отражается еще большее недоумение, которое младший Нильс безошибочно считывает и транслирует немую просьбу ему подыграть.

Что за дурдом здесь происходит?

— Тайлер, правда, не стоило, но мне приятно, что вы приехали, — всеобщей напряженности отец моего экс бойфренда не замечает или упорно делает вид, что всё хорошо.

— Так жалко, что нельзя перенести твой отъезд, девочка. Я затеял ремонт в офисе и Калеб временно поработает из дома. Но ты не переживай, я не дам этому балбесу скучать: вдвоем мы разберемся с архивом прошлого года.

— А как же ваша нов…

— Котёнок, тебе точно не нужно помочь доехать? — «участливо» интересуется Калеб, наглым образом перебивая меня. И, перехватив мою ладонь, с силой усаживает в свой огроменный танк.

Сквозь тонированные стекла я наблюдаю, как отец, обнимает маму и Тайлера Нильса, заводя их дом.

Дождь усиливается, барабаня по крыше крупными каплями.

Я честно выдерживаю несколько минут молчаливого пыхтения Калеба, после чего взрываюсь и требую объяснений какого черта он устроил всё это шоу.

— Отец болен, гипертония и подозрение на предынфарктное состояние.

— Мне жаль, — выталкиваю я из себя.

Конечно, мне безумно жалко мистера Нильса — милый добряк, заслуживший только лишь светлые моменты. Я искренне желаю ему успокоить нервы и вернуться к полноценной жизни, но…

— Та девушка, не работает у вас на фирме, так? — я хотела спросить совсем другое, однако этот вопрос вырвался откуда-то из глубины. Там, где засела обычная женская ревность.

— Прости, детка, я конченный мудак. Знаю…

— Ладно, допустим я подыграю, и мы вроде как вместе… Что потом? Долго будешь скрывать наше расставание? — я прищуриваюсь, ловя в капкан его бегающий взгляд. Осознание слишком сильно ударяет по голове, что из горла срывается сипящий выдох: — Стой, ты… ты собирался сказать отцу, что это я нашла себе кого-то в Уорлдс Энд и изменила тебе, да? Да?!

Калеб не торопится с ответом, полностью подтверждая свои же слова про мудака.

Я же знаю этого придурка, как свои десять пальцев: мизинец, к примеру, часто капризничает и заворачивает ноготь вовнутрь…

Вот и мой бывший, всегда свой в доску, сейчас пытается выехать на моем горбу!

— Мэри, детка! — Нильс перехватывает мои ладони и сжимает их, согревая своим теплом. — Я запутался, котенок… просто отец…

— Что отец, Калеб? Считаешь, что мои родители здоровы? Думаешь, что они заслуживают гнусной лжи какая их дочь блудливая? — меня прорывает словно сорвавшийся с опоры ветряк. Несусь на полной скорости, сметая всё на своем пути. — Хочешь сказать, я заслужила, чтобы ты нес обо мне всю эту чушь?! Надеешься, что твоему отцу не станет слишком плохо, если дрянью-изменщицей буду я? Ты…

— Котёнок…

— Разблокируй двери, придурок. Иначе я сломаю тебе нос. Клянусь, Нильс, — боковое стекло покрывается испариной и в глаза врезаются два отпечатка от женских ладоней.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Я сижу задницей на сидении, где он кого-то трахал…

Противно.

Мерзко.

Гадко…

Медленно поворачиваюсь и смотрю ему в глаза. Калеб тоже увидел эти отпечатки и сейчас выглядит, как брошенный щенок. Кадык дергается, на бледной щеке виднеется шрам из детства.

Щелчок разблокировки дверей звучит, как стартовый «глок».

Только после выстрела я не побегу вместе со всеми этот марафон, а нырну в ледяную воду, захлебываясь и деревенея.

— Нагадил, так имей мужество убрать за собой.

Мне всё равно когда Нильс наберется мужества и расскажет всё своему отцу. Даже если он этого и не сделает — тоже наплевать. Тайлер не заслуживает такого отношения, но… сами разберутся.

За себя скажу одно: если узнаю, что уже не мой тигрёнок, распускает какие-то слухи, я его из-под земли достану.

Он знает…

Не комментируя как прошел наш «милый» разговор, я крепко обнимаю родителей и мистера Нильса и, прихватив свой зонт, вылетаю на улицу к своему «мышонку».

Так папа называет мой Фиат.

В голове некстати всплывают слова Линдсей:

«Дружить с бывшими? Бейба, это также паршиво, как самостоятельно накрасить ногти на ногах — нелепо и убого! Вся вымажешься, а удовольствия никакого».

Желаю всем адекватных бывших))