Кристальный соблазн (СИ)

Глава 14

Мэри

— Рапунцель, ты что даже сегодня не придешь? Между прочим, там будет оглашение списка обновленной команды группы поддержки!

Неделю!

Целую неделю моя соседка таскается по испытаниям за право носить оголяющую зад юбку и махать пыльным хвостом скунса, стоя на чьих-то хилых плечах, искривленных сколиозом.

Ее право, конечно, но я-то почему должна всё это выслушивать? Уф, хоть в мужское крыло перебирайся…

— Оу, ты обязательно пройдешь, детка. Ставлю три сотни баксов, — хищно скалюсь, усаживаясь попой на подоконник.

Мечтала ведь тихо сныкаться в самом заброшенном закутке универа и просто помедитировать?

Ха, дважды! У мисс Нортон на меня встроенный радар, или жучок.

— Ты совсем меня не слушаешь, Блонди! Ну, не бросай меня, хотя бы сегодня! — розовые волосы мелькают перед самым носом, а всё потому, что их владелица разве что на мои колени не залезает в тщетной попытке привлечь внимание.

— Нортон, я тебя не бросаю, а оставляю среди своих. Пойдем, а то опоздаешь к своему обожаемому профессору Ларри, — оскаливаюсь я, первой спрыгивая на пол.

Насупившаяся Иви топает за спиной, а когда нам остается обогнуть косяк, чтобы выйти к аудитории больно врезается в мою спину.

Знакомый стервозный смех. Очередные кости омываются? Как же это раздражает. Не Уорлдс Энд, а помойка элитного сброда. Только и делают, что уплетают объедки сплетен с чужих столов.

— Думаете они трахаются? Уверена, что Пол просто стебется… — раздражающе сипит голос Леи. Хм, кого-то не собираются брать в команду?

Я особенно не вслушиваюсь в этот треп и возобновляю свое движение, но ледяная ладонь Иви стальной хваткой примерзает к моей кости, дергая назад — в невидимую зону. Бледное лицо на фоне ярко-розовых волос выглядит просто мертвенным.

«В чем дело?» — вопросительно приподнимаю бровь.

Пол… это который дружок Каланчи что ли?

— Нортон — главная давалка Уорлдс Энд. Поражаюсь, как дружок Рея не боится запихивать в нее свой агрегат. Там же нужно все полить убойной дозой хлорки. — слышится ревностно-язвительный голос Ким.

Стервы…

— Да ладно вам… Нормальная девчонка она, в том году мутила с Робом, но он же вроде как сам ее бросил, вот и вцепилась в Пола.

— Вот именно, что мутила. Она у них как переходящий флаг, — Лея затыкает рот незнакомой мне девушке, попытавшейся вступиться за Пинки.

— И что? Хочешь набиться к ней в лучшие подружки? — поддакивает Ким.

Не люблю такое вот дерьмецо, особенно от своих же.

В голове плещется слишком много адреналина, от которого мои уши закладывает. Молча смотрю на то, как губы соседки шевелятся, умоляя меня не ввязываться, но я-то не она.

— Дейзи, а ты не стала сообщать своему партнеру о медикаментозном аборте или втихую выпила таблетку за свою свободу? — я стерва, да, но так приятно наблюдать как через слои тоналки краснеет физиономия Леи. — Оу… об этом досадном недоразумении никто не знал? Даже лучшие подружки? Ай-яй… так жаль.

Разглядываю идеально ровные спины стремительно удаляющейся компашки чирлидерш. Я не стремлюсь заводить друзей в Уорлдс Энд и, да, со мной тягаться у этой выскочки силенок маловато. Если только она всерьез надеялась, что ее тоненький писк «Ты зря со мной ссоришься, стерва!» смогли меня напугать.

— Интересно, через сколько минут ее лучшие подружки растрезвонят эту инфу по всему универу? — победно скалюсь.

Нет, я не жажду утопить Лею, просто осадить и немного приспустить на землю. Зарывается девочка. Так нельзя.

Мне вообще эта информация никаким боком не интересна, просто слышала, как доктор Коллинз отчитывалась по телефону перед кем-то из попечителей. Конфиденциальность работает, когда ты выгоняешь всех посторонних из медкабинета, просто Дебора пока еще этого не поняла.

— Спасибо, Мэри. — касается моего плеча Пинки и едва слышно шепчет: — Осуждаешь меня?

— Я? С чего бы? Мы вроде как живем не по времена Высадки Эйегона, а я не вырядилась в длинный балахон. Или ты жаждешь, чтобы народ позвякал в колокольчики с криками «Shame» за то, что не держала свою вагину в узде? — Хохочу я, сворачивая вперед.

— О, ты просто чудо, Мэриан Бурерожденная, — паясничает Пинки. Немного оттаивая и приходя в себя.

Вот пусть такой веселушкой и ходит. А уж пойдет на финал к тем озлобленным курицам или нет — сама решит. Тут я умываю свои ручки.

— Мисс Нэнси, к вам посетитель. — Профессор Джейкобсон перехватывает мой локоть, притормаживая.

Иви тут же останавливается, вонзая в светила наук свой пожирающий взгляд.

Черт, неужели опять мать Линдсей?

Хватит с меня… Пойду и всё ей выскажу!

— Спасибо, мистер Джей… — отвечаю с благодарностью, но мужчина меня перебивает.

— Не так быстро, — качает головой Ларри. — Ваш посетитель любезно согласился подождать окончания лекции, ведь знания важнее. Так?

— Разумеется, сэр. Я… могу идти?

— Прошу. — Взгляд так и прикипает к его ладони. Чуть загорелой или просто смуглой…

— Мэри! — шипение Нортон, за которым следует толчок в бок окончательно меня приводят меня в чувство.

Блин, и как мне теперь спокойно досидеть до конца лекции? Еще и в тему урока вникнуть.

Это определенно не закрытый университет, а проходной двор.

* Времена Высадки Эйегона — это отсыл к «Игре Престолов» (события в сериале разворачивались в это время)

Крики «Shame» («позор» перевод с англ.) — путь позора королевы Серсеи из одноименного сериала

_______

— Привет, что-то случилось? — холодок тревоги против воли подкатывает к горлу, делая мой голос сиплым.

— Привет. У отца случился внезапный приступ. Врачи делают всё, что в их силах…

Вздрогнув, я смотрю на своего неожиданного посетителя.

— Я… мне очень жаль. Он сильный! Всё будет хорошо, — поднимаю руку и похлопываю Нильса по плечу.

— Спасибо, Мэри. Я… просто у меня ведь никого ближе тебя и нету, — его растерянный взгляд скользит к моему лицу, фокусируясь на глазах. — Котёнок, я так скучал.

Меня разрывает от смешанных чувств, когда, поддавшись вперед тело вжимается в чужое — мужское, и стискивается сильными объятиями.

Проходят секунды, а я так и стою гипсовой статуэткой, не шевелясь, и даже не дыша.

Не мой Тигрёнок ждет, что я обниму его в ответ, и, может быть кто-то сейчас обзовет меня слабовольной идиоткой, но это же блин Калеб! А сейчас ему плохо и страшно… оставаться безучастной сукой у меня не выходит, поэтому руки сами смыкаются на крепкой шее, вдыхая знакомый аромат.

Становится тепло — будто бы выпила чего-то согревающего.

— Тайлер Нильс — боец. Ты чего это раскис, дружище? — бормочу я, высвобождаясь, и чуть отхожу в сторону.

Ответить на объятия Калеба — было импульсом, продиктованным моментом. Однако и дальше продолжать тесный контакт со своим бывшим, мой организм не намерен. Протестует, крича, что я не группа психологической поддержки.

— Мэри, детка, ты прости, что я ворвался вот так к тебе… многое навалилось. Я осознал каким мудаком выставил себя с тобой и вот, видишь какая карма прилетела… ты меня заблокировала.

Последняя фраза Нильса звучит в обвинительных интонациях, от чего мое приветливое настроение мгновенно улетучивается.

— Калеб, а ты хорошо себя чувствуешь? — придвигаюсь ближе, потому что голос срывается в шипение.

— Да… а в чем дело?

— В том, что ты «слегка» перегибаешь палку, Нильс. Слегка — в кавычках, если ты вдруг не понял. Серьезно, считаешь, что Тайлеру стало плохо из-за того, что это твоя карма? Ты придурок уже совсем все свои мозги растерял?!

— Мэри, детка! Ты не гони так и обороты-то сбавь. — Голос Калеба звучит агрессивно, будто это я к нему притащилась поплакаться в жилетку.

— Сбавлю. Я именно поэтому тебя и заблокировала, Калеб Нильс. Ты ведь всегда такой! Чуть слабину с тобой дашь, как ты… — закусив губу, я понимаю, что говорю больше, чем нужно. — Мне искренне жаль твоего отца. Передавай ему от меня пожелания скорейшего выздоровления.

Уф, пожалуй, нужно обратиться в ректорат, чтобы ограничить круг своих визитеров… слишком много их стало на меня одну.

А мистеру Нильсу я сама через пару дней позвоню. Парадокс: сына я заблочила, стерев номер, а вот его отца — нет. Ну, весельчак Тайлер же не виноват, что его тигруля вырос таким придурком.

— Котёнок, стой! — лапища бывшего больно стискивает мою ладонь, так что я даже вскрикиваю, привлекая к нам внимание старшекурсников. — Всё в порядке, парни. Мы просто разговариваем! — кричит им Калеб, поднимая обе ладони вверх.

Мне тоже приходится поднять палец вверх, потому что меньше всего хочется огрести на пятую точку дополнительных проблем. А от бывших добра не жди…

— Мэриан, я понимаю, что жёстко накосячил и ничего уже не вернуть. Понимаю, малыш! Не представляешь, как меня сейчас дико ломает, — парень вздыхает, зарываясь в свою шевелюру. Верный признак нервозности. — Понимаю, что навсегда потерял тебя… ты ведь не прощаешь предательства. Но, давай хотя бы попробуем остаться друзьями? Приятелями!

«Не только предательства, но и изворотливой трусости в попытке отмазать себя».

Его взгляд давит на меня молящей надеждой. Её настолько много, и она требует безоговорочного подчинения, что мне приходится отойти в сторону, дабы отгородиться от него за невидимой стеной.

— Клянусь, я не буду докучать тебе с сообщениями и звонками. Но буду очень рад если ты меня хотя бы разблокируешь. Мы же… я без тебя не смогу, Котёнок. Половина жизни — только лишь ты.

— Мне… нужно подумать, Калеб. — Обхватываю себя руками, еще больше отшатываясь.

И почему я потащилась сюда одна? Саркастичные советы Нортон сейчас были бы в тему и отгородили меня от того тупизма, на пороге которого я нахожусь…

Еще и подкупает то, что впервые глаза Калеба намертво приклеены к моему лицу. Нет привычных похотливых всполохов во взгляде и жадного обгладывания губ, груди и бедер… Он словно в душу заглядывает: туда, где я по-прежнему помню наши счастливые моменты.

— Передавай всем от меня привет, а мистеру Нильсу — крепкого здоровья. Прости, мне пора. Занятия…

Не сумев и далее находиться в одном здании со своим бывшим, я трусливо сбегаю.