Кристальный соблазн (СИ)

Глава 22

Мэри

Когда оглушающий шум оргазма стихает, меня накрывает острым чувством стыда.

«Мэриан Нэнси, ты идиотка и только что трахнулась с Райаном Эйденом Рональдсом, самой надменной задницей всего Уорлдс Энда!»

— Получил, что хотел? А теперь проваливай, Рональдс! — рявкаю, как последняя истеричка, тщетно пытаясь оттолкнуть от себя опешившего парня.

— Крольчонок, что за непонятную херню ты сейчас несешь? Временное помешательство от оргазма? — Рей удерживает меня за плечи, всматриваясь в лицо.

А затем и вовсе прижимает к себе как самую большую драгоценность, целуя в макушку.

Боже… почему он ведет себя так, словно для него это тоже что-то значит? Будто бы мы не переспали просто так…

Или я действительно отупела и веду себя отвратительно?

— И, что теперь будет? Между нами…? — от волнения мой голос становится чужим.

Прячу ладони под простынёй с силой сжимая их в кулак. Боль немного отрезвляет.

— Мэри, ты прямо сейчас хочешь это обсудить? Я думаю, что тебе нужно немного успокоиться, потому что …

— Рональдс! — перебиваю его, толкнув в плечо. Взгляд прикипает к мощной груди, помечает нежно-розовые бороздки после моих ногтей… хочется и обнять его, и убить. — Просто, мать твою, уйди! Я ведь должна была тебя ненавидеть из-за тех делишек, что проворачивает твой папаша…

Не могу закрыть рот и продолжаю нести околесицу про семейство Рональдсов, наши тёрки, а под конец добиваю его тем, что обвиняю во всех смертных грехах…

— Очень жаль, что ты оказывается действительно натуральная блондинка, — рявкает Рей, подрываясь с кровати и быстро одевается. — Счастливо оставаться!

Вздрагиваю, когда дверь громко хлопает, оставляя меня наедине со своими демонами. Слёзы непрерывно скатываются по щекам, увлажняя бежевую простыню.

К чёрту! И Рональдса, и Уорлдс Энд. Я устала…

Ужасно устала, и просто хочу жить.

Ну, подумаешь переспали?

— Хороший секс еще никому не вредил, — говорю в пустоту комнаты и заставляю себя отправиться в душ.

И оставляю в нём галлоны слез, смытые персиковым гелем для душа, который я демонстративно выкидываю в мусорное ведро. Сегодня же сменю на кокос!

Когда не хочется думать о себе, самое время позаботиться о других.

Кое-как выжидаю два часа и принимаюсь атаковать приемную декана. Сегодня я решительно настроена вытрясти всю информацию про Кэррингтон. Джейкобсон мог и забыть дойти до нее, ведь он остался с покаянной Нортон: изучать основы человеческих душ и великое прощение.

В приемной декана Эриксона меня встречает его секретарь, которая сегодня на удивление приветлива.

Правда от вопросов про Линдсей Гилл отмахивается и пускается в пространные воспоминания, что по молодости она тоже была капитаном команды группы поддержки, но ни разу не случалось такого, как сегодня.

«Кристаллы, нынче, уже не те» — бахвалится красный кристалл.

Что за странный день? Буквально каждый норовит высказать своё мнение.

Высиживаю положенное приличиями время, и возвращаюсь к себе.

Опять ни с чем…

Ключ-карта открывает замок, и чья-то огромная ладонь перехватывает дверную ручку, рванув ту на себя. В следующее мгновение мою шею перехватывает хомут из руки, придушивая.

Резкий толчок и вот мы уже внутри кромешной темноты. Дверь закрывается с хлопком. Этот звук шарашит по нервам…

На грани истерической паники я начинаю вырываться и бодаться, пока обе ручищи неизвестного перехватывают тело так, что одна — держит талию, а вторая — затыкает мой рот.

Носу везёт больше: он оказывается на свободе, и с тройным усердием вдыхает окружающие запахи. Аромат от Клиф Кристиан пробирается аж до самого желудка, отстукивая где-то в сердце.

«Что б ты провалился!» — мычу в шершавую ладонь Рональдса, и, извернувшись, задеваю его руку зубами.

Не сильно, но свою свободу я действительно выгрызаю.

— Бешеная Крольчиха! — грубо рявкает Каланча и резко толкает меня на кровать.

Падаю навзничь, раскинув руки в стороны. Спину простреливает острой болью, на миг парализуя… Пока Рей диким зверем напирает на меня, пытаюсь восстановить сбившееся дыхание, и жмурюсь от яркой вспышки света.

Он подходит к изножью кровати, помечая мое распластанное тело похотливым взглядом. Голубые топазы ослепляют своим сиянием. Даже немного страшно становится, когда смотрю в его глаза и вижу, сколько всего там скрыто…

Наконец у меня получается сесть и почти твёрдым голосом выплюнуть:

— Отправляйся-ка ты под кровать, Рей. Бугимен будет рад!

Язык мой…

Твёрдое тело наваливается сверху, окончательно выбивая дух. Чёртов Рональдс обхватывает мои щеки, сминая их, так что губы выпячиваются трубочкой.

— Крольчонок, хоть одну гребанную ночь не беси меня. Пожалей мои нервы, — Звучит, словно приговор.

Жесткие губы впечатываются в мои, причиняя боль. Терпкий вкус алкоголя и кофе взрывается внутри, смешиваясь с моей слюной.

Ощущаю себя, как никогда хмельной, будто бы это я пила, а не он.

Сердце отбивает чечетку: что, если он продолжит, выйдя за грань? Я не хочу становиться постельной куклой о которой он может даже и не вспомнит наутро…

Тело Рональдса становится на несколько фунтов тяжелее и, уткнувшись в мою шею влажными губами, он замирает.

«Уснул?!»

Хаотично соображаю, как же мне выбраться из-под этой каменной глыбы, но вовремя вспоминаю все свои асаны из йоги и кое-как выползаю на свободу.

Не сказать, чтобы освобождение сильно радовало…

Вслушиваюсь в размеренное дыхание, пальцы покалывает от желания очертить аристократичные черты лица Каланчи. Уф, а ведь на короткое мгновение мне захотелось остаться тут, на кровати — лежать придавленной Реем, согреваясь жаром тела и ощущением защищенности.

Удивительно, пьяным он притащился ко мне, несмотря на то что было после близости…

Для верности я несколько раз окликаю парня, и немного подумав, решаю обратиться к розоволосому десанту за помощью.

В конце концов, должок платежом красен!

Я так неистово барабаню по соседской двери, что только чудом не отбиваю себе ладони.

— Нет, ты не кролик, а заяц-рок-н-рольщик!» — не своим голосом орёт Нортон.

— Иви, помоги мне вытолкать Каланчу из комнаты! — смотрю на соседку молящим взглядом.

Вытаращив глаза, она начинает громко хохотать:

— Ничего удивительного. Это была его комната, до того, как женское крыло не поменяли с мужским, может перепутал. Наслаждайся детка, если, конечно, он не сильно пьян и работоспособен в нужных местах!

Ага… перепутал он…

— Иви! — басит лучший дружок Рея откуда-то из глубины комнаты.

— Прости, крошка. Мне пора, — ухмыльнувшись, тянет Пинки, пытаясь захлопнуть дверь.

Ну, уж нет!

Отталкиваю худощавую фигуру и врываюсь внутрь:

— Пол, помоги мне вытащить Рональдса из комнаты. От него вискарем несёт на весь этаж.

В конце концов это ведь его собрат-неандерталец…

— Э-э-э, нет, бейба. До утра его не растолкать, а тащить на себе эту сто восьмидесятифунтовую тушу я не подписывался.

И этот парень утром обещал мне свой лучший Данк?

Хренов позер!

— Удачи, детка! — Иви подталкивает меня к выходу, выдавая свой фирменный «инструктаж»: — Лучше, ложись к золотому мальчику под бочок. Желаю вам жаркой ночки, крольчата, — хохочет она И нагло захлопывает дверь перед моим носом.

Ну, попросишь ты у меня списать кристаллические чары…

В крайней степени бешенства, я выбегаю в общий коридор кампуса. На свое счастье, сталкиваюсь с Робом — бывшим парнем Нортон и, по совместительству, вторым лучшим дружком Рея.

— Роб! — никакой реакции…

Да, он словно зомби — идёт вперед, словно ничего не видит и не слышит.

— Эй, парень, ты меня слыш… — осекаюсь. Тело рефлекторно уходит в сторону, и мы с Ларри не задеваем друг друга. — Сэр.

Уф, напугал до чёртиков! Откуда профессор вышел?

Джейкобсон слишком хмуро разглядывает застывшего Роба и щёлкнув пальцами перед его лицом строго выдает:

— Если я ещё раз я увижу, что вы находитесь под воздействием запрещенных веществ, вылетите из Уорлдс Энд в университет для отбросов.

Мужчина тихо бубнит про идиотскую моду «нюхальщиков» и уволакивает ошалевшего парня за собой, а я шустрым зайцем уношусь в свою комнату.

Уж лучше посплю на кресле-диване, чем вот это всё…