Как достать архимага 6

Глава 4

Было логично предположить, что рыжина под сосудом резерва — это не брак, а результат долгого пребывания трех сил рядом. Постоянно используя их в лабиринте, я все же добился своего, и они смешались.

Да! Именно что смешались. Впервые в жизни мне удалось увидеть изначальную магию атарангов, и не где-нибудь, а в самом себе, пусть и с помощью проекции.

Но этот кусочек был слишком маленьким, чтобы им полноценно воспользоваться, поэтому недолго думая, я решил попробовать расширить его. Раньше мне бы такое и в голову не пришло! Да и не заметил внутри себя такое. А сейчас видя перед собственным носом этот рыжий итог… честно, я сначала не поверил.

К мысли, что это все-таки не ошибка, а что-то очень важное, я пришел не сразу. Несколько минут трогал пальцами, смотрел магическим зрением, крутил потоки силы — да, оказалось, что ими можно управлять! — и только потом сообразил.

В первые три секунды я забыл, как дышать. В следующие пять пытался унять дробное биение сердца, которое так и грозило выпрыгнуть из груди. А потом выдохнул и приступил к работе.

Спустя неизвестное количество времени, я смог понять принцип соединения сил и даже увеличить рыжее пятно. Конечно, не все было легко и просто. Мне казалось, что я могу все испортить, поэтому все делал очень медленно и просчитывая каждый шаг.

Наверное, в этой пещере я просидел много часов, прежде чем смог не просто расширить пятно до размеров своей ладони, но и изменить один поток, который шел к сердцу. Теперь вместо бледно-синего цвета туда шел рыжий поток.

Этого было мало, чтобы защитить проекцию от летучих мышей, но достаточно для простого плетения. Осталось только вернуть все это обратно в тело.

И вот здесь я всерьез застрял. Успел даже подремать, стараясь отвлечься от раздумий. Потом ругался, злился, впадал в панику. Все это происходило на фоне дикой усталости, которая никак не проходила.

Пробовал даже слиться с проекцией. Тщетно.

В какой-то момент я ощутил себя безумно старым. Из меня словно выкачивали энергию, и только гнев поддерживал во мне желание бороться.

Размышляя, я обошел всю пещеру, нашел что-то похожее на дверь, которую можно было открыть только с магией, вернулся, расшиб руку о камень, ударив его, а потом внезапно успокоился.

Как раз в состоянии полного отчаяния, переходящего в дзен, я понял, что нужно делать.

Усевшись на валун и закрыв глаза, я мысленно потянулся к потокам магии. Я думал, что она сама будет рада ко мне вернуться, но нет. Сопротивлялись, как и в начале.

Но я оказался сильнее.

И когда в тело полились первые крупинки магии, мир изменился. Я и не думал, что она так много значит! Словно я был слеп, а теперь прозрел. И дело было не в том, что до этого я не ценил силу. А именно в разнице восприятия.

Чем больше в меня переходило силы, тем бодрее и свежее я становился. Словно мне пришили обратно потерянную руку. Или половину меня. Причем очень важную половину.

Рыжий кусок, кстати, быстрее всех впитался в меня, и я ненадолго застыл, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. Насколько сильно она отличается от того, что чувствовал раньше?

Сильно.

Как небо и земля.

Как лед и огонь.

Как сладкое и соленое.

Едва последний завиток магии вернулся на свое место, окружающее пространство вспыхнуло рыжими оттенками, подсветив всю пещеру. Я видел каждый выступ, каждую летучую мышь и все трещины на стенах.

Сердце сделало внутри груди хитро выкрученный кульбит и ровно забилось, подтверждая, что я все сделал правильно.

Поднялся, размялся, сформировал несколько шариков света, огненный, водяной, небесный. Все получалось, как обычно, без подвохов.

Но не это мне было нужно. Я хотел сделать рыжий шар!

Обратившись к резерву и отметив, что новый цвет не пропал, а стал даже больше, я зачерпнул оттуда немного и вытянул ладонь.

Сначала появились крошечные искры. Потом всполохи. Затем лепестки. И, в конце концов, небольшая, размером не больше кулака, сфера.

Ее-то я и запустил к летучим мышам, затаив дыхание. Обратят ли они на это внимание?

Нет.

В пещере все так же стояла тишина, изредка нарушаемая хлопаньем крыльев.

Сработало!

Это меня едва не выбило из колеи, и только на последних силах смог удержать сферу, пока она почти доплыла до дальней стены.

А теперь — самое сложное — сделать силовое поле из этой магии и пройти под ним через всю пещеру.

На словах звучало просто, а вот на деле…

Что говорить, провозился я долго. Получился скорее щит, чем полноценное защитное поле. Больше его сделать у меня не получалось — не хватало объема рыжей магии.

Но даже этого хватило, чтобы в полной мере лицезреть красоту новой силы: не ровный слой одного цвета, а словно сотканное из десятка ячеек. Интересный вариант. Похоже на чешуйчатый доспех старого образца.

Вот с этим щитом я и пошел. Сделал первый шаг, прикрыл голову, затаился, ожидая атаки мышей. Ее не последовало.

Вдохновившись этой маленькой победой, я в один миг создал воздушную подушку с ускорением и ринулся через всю пещеру.

Летучие мыши сразу же всполошились, засуетились, даже слетели со своих мест, но я быстро улавливал каждое движение и направлял щит в ту сторону.

Пожиратели магии озадаченно отлетали, кружились вокруг меня, выискивая лакомые кусочки, но так ничего и не успели сделать — я уже почти достиг дальней стены.

На самом деле, можно было просто сжечь тут все. Но это был легкий вариант, а вот создать проекцию, выяснить предел своих возможностей и понять принцип работы магии — другое дело.

Да, я не искал легких путей. Мне же все же нужно было не просто пройти лабиринт, но и обрести власть над рыжей силой. Единой силой.

И когда я остановился возле прохода дальше, у меня на губах расползлась улыбка.

Смог.

В этот момент я знал, что не просто могу свернуть горы или ударить в нужном месте, чтобы она сама обрушилась, но и многое другое. Да практически все!

Какой там статус магистра? Да я сейчас сильнее всех вместе взятых магов в мире!

Восторг захватил меня, и так сильно, что я не мог устоять на месте. Мне стало тесно в лабиринте, душа рвалась покорить вселенную и силой мысли устроить мир во всем мире. Чушь, конечно, но желание такое было.

С трудом успокоившись и взяв в себя в руки, я без проблем прошел в следующий зал. Не было ни тени сомнения, что вот-вот загадки закончатся, и я окажусь возле выхода.

Но передо мной была лишь очередная пещера, набитая мелкими монстрами. Смешные такие, как маленькие собачки с рожками. Святое небо, ерунда, а не препятствие.

Хотелось крикнуть в темный потолок: лабиринт, это все, на что ты способен⁈ Но я не стал.

Он не просто так мне выдал именно этот зал.

Я обвел взглядом три десятка рогатых голов, глянул магическим и обычным зрением, и все равно не торопился идти дальше. Мне хотелось понять логику лабиринта, а не действовать напролом.

И принялся плести ловчую сеть из рыжей силы. Если здесь все решается этой магией, то почему бы этим и не воспользоваться?

Да, трудно, нудно, муторно. Надо и все.

Сантиметр за сантиметром я создавал полотно, пока не закончился весь объем. Получилось довольно мало, но этого должно хватить, чтобы спокойно пройти через рогатых монстриков.

Едва я сделал шаг вперед, они заинтересованно посмотрели на меня, но не спешили нападать. Снова сработало! Прекрасно. Даже мысль кольнула, что в некотором роде, мне перестало быть интересно.

Получается, у меня теперь есть все средства, чтобы без проблем пройти все остальные залы?

В глубине души мне это не понравилось. Больше того, я практически возмущен простотой, быстро выкинув из памяти все сложности, через которые прошел буквально несколько часов назад.

Гордость, правда, никуда не ушла.

Ладно, хватит об этом.

Собачки, словно учуяв мое настроение, оскалились.

— Сидеть и не дергаться, — рыкнул в ответ я, стегнув рыжей сетью.

Рогатые расступились, трусливо поджав хвосты.

Я кивнул, прошел сквозь стаю и уперся в очередную стену. Опять! Но в этот раз даже не стал применять магию на камень, а выбрал самого себя. Рыжая сеть мгновенно окутала мой кулак, и я без замаха ударил, пробив себе путь дальше.

Просто, пусть и не элегантно.

А дальше лабиринт превратился в череду ярких образов, которые быстро стирались из памяти. Я почти не останавливался. Лишь иногда что-то внутри замирало от восхищения перед очередной загадкой зала. Но и это чувство вскоре пропало.

Радужные гейзеры, потоки лавы, пропасти с диким ветром, из-за которого мне было сложно устоять на ногах — все это я преодолевал даже не задумываясь.

Думаю, многое сотрется из памяти, едва я выберусь на поверхность. Да и зачем мне эти воспоминания?

Все чаще стала накатывать усталость. Пещер с бодрящей водой я больше не видел, и я лишь раз за разом сплетал из единой силы заклинания, почти без эмоций преодолевая очередную преграду.

Эта новая магия действовала всегда.

Одно я понимал точно: чем больше у меня причин, чтобы ей пользоваться, тем увереннее становились мои движения. Поэтому шел дальше. Единственное, мне все время казалось, что половину происходящего я не осознаю в полной мере.

Несколько раз я делал передышки, чтобы посмотреть количество новой силы: рыжее сияние уверенно заполнило половину каналов, забирая место у своих предшественников.

Я чувствовал и сам эти изменения: единая сила хоть и отзывалась не сразу, но давала какое-то упоительное ощущение собственного превосходства. Оно здорово ударило мне в голову и, проходя очередной зал, я перестал задумываться, что и как делаю.

В одном из залов, когда меня едва не растоптал здоровенный… боюсь, у меня не хватит слов описать то, что решило мной поживиться, уж больно лохмат он был. Короче, расслабился я. Спокойно решил пересечь зал и не заметил притаившегося монстра.

Испепелив его тройным огненным вихрем, я невольно замер и задумался. Почему я его убил? В ответ на ладони заплясал рыжий шарик. Он щекотал мне кожу и выглядел очень довольным.

Зараза! Я попал под власть единой магии!

Нечто похожее было и когда мне в руки попал тот посох с дурным характером.

Нет, так дело не пойдет.

Остановившись прямо рядом с тлеющим трупом поверженного врага, я погрузился в медитацию.

Минуты текли за часами, а я все сидел и пытался совладать со своенравной силой. Эта борьба воли, густо замешанная с поистине ослиным упрямством, далась мне тяжело.

Я буквально ощущал себя щепкой в море новой магии. Она могла все что угодно. И я знал это.

Раз за разом вокруг меня появлялись рыжие шарики, которые старались показать мне, как здорово владеть единой магией и как много прекрасного можно получить потом.

Эти неслышимые разговорчики давились мной на корню. Знали! Плавали! Я должен был покорить эту силу, иначе рехнусь через пару лет от ее власти надо мной.

Таких остановок пришлось делать раза четыре, и каждый раз я выходил из этой борьбы победителем. Выжатым как лимон, но все же с торжествующей улыбкой.

Пока однажды лабиринт не подкинул мне образы моих близких: Васи и Григория. Они сидели за столом спинами ко мне на самой обыкновенной поляне рядом с дормезом и что-то увлеченно обсуждали. Василиса, как обычно, активно жестикулировала, а кончик ее косы ходил ходуном.

На сердце у меня потеплело. В первые мгновения мне показалось, что все, лабиринт закончился, и я вернулся.

Но едва я сделал шаг к ним, со ступенек кареты спрыгнули трое ребятишек не старше пяти лет. Они подбежали к Васе и облепили ее, стараясь прижаться теснее. Григорий тоже подался ближе и перехватил старшего мальчишку, усадив его себе на колени. Остальные две девочки начали перекидываться заклинаниями, играя с ними, как с питомцами.

Сколько же, черт подери, я был в этом грешном лабиринте⁈ Десять лет, что ли⁈

Ужас накрыл меня с головой, пронзил сердце острым лезвием и вышел из спины, оставив после себя дыру размером с половину мира.

А потом Вася обернулась. Она постарела, но от этого стала еще краше. Улыбнулась, увидев меня, кивнула, приглашая сесть рядом.

Как завороженный, я медленно сделал шаг, потом еще один. И остановился. Я отказывался верить в то, что показывали мне мои глаза! Просто не мог с этим согласиться!

Несколько минут я не мог понять, что, кроме старости Василисы, меня смущает? Дети? Нет. Магия! Да, именно она. Дети использовали только стихийную силу, а я прекрасно помнил, что у Васи была призрачная.

Эта простая мысль запустила и остальные: где Лабель? Почему дети крутятся вокруг Григория? А где коты, в конце концов⁈

Все эти мелочи недвусмысленно намекали мне, что картинка передо мной — ложь. Очередная проверка лабиринта.

Но развеять или победить Васю и Григория я не смог. Рука не поднималась.

Страх отступил, оставляя место тоске и сосущему чувству одиночества.

Я подошел ближе, сел на лавку напротив родных лиц и долго смотрел на них. Удивительно, но уже через минуту, я заметил, что дети, оказывается, похожи на меня!

Снова внутри поднялась буря эмоций, которая, впрочем, никак не отразилась на моем лице.

— Алексей Николаевич, подавать ли обед? — привычно спросил Григорий.

— Неси, — махнул я рукой.

Есть не хотелось, но теперь было интересно, как далеко зайдет лабиринт в своем испытании.

Вася вдруг нахмурилась, отсадила от себя среднюю дочь и осталась с младшей на коленях.

Я всматривался в лица детей, стараясь запомнить каждую черточку. Когда-то давно и у меня могли быть такие же шустрики.

— Леша, — наконец, произнесла Вася. — Где тебя черти носили?

— Везде понемногу, — отмахнулся я, продолжая разглядывать детские лица.

— Это не ответ. Ты должен содержать детей. Я, между прочим, уже три года без отпуска! Дома нормального нет, в карете живем. Сколько уже можно тянуть с вызовом пространственного мастера? Друг у друга на головах спим! А ты все это время прохлаждаешься в своих поездках.

Честно признаться, я обомлел от такого. Даже не так. Не обомлел, а знатно охренел.

— И шубу не купил, да? — с иронией спросил я, чтобы выгадать себе время на обдумывание ситуации.

— Надо же! Помнишь! Я всего лишь два года тебе об этом напоминанию. — Сам-то в дорогих костюмах ходишь, а мне приходится перешивать старое!

Я машинально скосил глаза на свою одежду и с изумлением понял, что на мне новенький камзол с золотым шитьем и пуговицами с личным гербом Соколовых. Такие я только на приемы носил, когда при дворе нужно было появиться. Даже не помню, остался ли такой у меня в гардеробе!

А Вася все продолжала нудить и, как бы сказали простые работяги — пилить.

— Ты же понимаешь, что тебя не существует? — вдруг спросил я. — Ты лишь образ, навязанный мне лабиринтом.

— Вот еще! Существую! — возмутилась она, прожигая меня злым взглядом. — И детей, хочешь сказать, тоже не существует? Какая удобная позиция! Опять, небось, по девкам шлялся, а до семьи нет дела!

— А где тогда Кристоф?

— Кристоф⁈ — она аж руками всплеснула. — Не понимаю, о ком ты говоришь! Думаешь, что у меня есть время на гулянки⁈

Ситуация была безумная. Просто сюрреализм в полнейшем его проявлении. Нет, я на такое не подписывался.

Поднявшись с лавки, я тут же получил еще один ушат претензий. Появившийся с кастрюлей Григорий не спас положение, а лишь усугубил его. Потому что под здоровенной крышкой скрывалось какие-то отвратительное серое месиво.

— В это я никогда не поверю, — громко сказал я, подняв глаза к потолку, который сейчас выглядел как небо. — Никогда.

Затем воззвал к единой магии и просто стер ненастоящих Васю, Григория и детей. Все заняло у меня меньше минуты, но последним исчез взгляд светлых глаз и кончик косы. На секунду мне показалось, что он хлестнет меня, но нет. Просто повис, а потом растворился, словно ничего и не было.

Затем пропал и стол с дормезом, и небо, и лужайка. Остались лишь серые камни с вкраплениями светящихся кристаллов и я посреди всего этого мрачного великолепия.

В этот момент пришло осознание, как сильно я устал. Морально, физически, эмоционально. Эйфория от победы над самим собой и над магией прошла, и я давно уже был готов выходить из лабиринта.

В голове даже не возникло вопроса: как это сделать, — оказалось достаточно усилия воли, чтобы посреди пустой пещеры возникла новая дверь. Она была тонкой, почти прозрачной, но с точно угадываемым рыжим цветом.

За мгновение до следующего шага я развернулся и вежливо склонил голову:

— Спасибо за науку.

И нырнул через тонкую пленку силы.

Вот только я совсем забыл одну крошечную деталь, которая очень важна при переходе через магические двери.

Забыл, что нужно представить место, в которое хочу попасть.

— Твою ж дивизию! — вырвалось у меня, едва я понял, где нахожусь.