Как достать архимага 6

Глава 14

— Вы действительно думаете, что можете что-то исправить? — спросила она и обвела взглядом всю нашу компанию, а затем остановилась на Григории. — Ты их привел, значит, уверен в них и доверяешь. Тогда слушайте.

Бронникова села на край стула и переплела тонкие, почти прозрачные пальцы.

— Это началось довольно давно, лет десять, а то и больше. Сначала мы ничего не замечали, жили себе и жили. Потом стали барахлить бытовые заклинания, мы не придали этому значения, пока даже накопители не стали заряжаться. Тогда-то мы решили, что просто магия начала уходить из этого места. Бывает, хотя и очень редко. А потом это коснулось и нас.

— Как именно? — уточнил я.

— Силы таяли, — она слегка дернула плечом.

— Почему же вы не уехали?

— Некоторые успели еще в первые пару лет. А остальные, — она развела руками, — здесь они родились, здесь выросли, как бросить все? Нет, многие не смогли, остались, пытаясь смириться с возвращением в эпоху ручного труда. Стирка, уборка, сад и огород. Дальше — хуже. Мы сами стали терять силу. Заклинания, даже самые простые, давали сбои и в какой-то момент просто перестали работать. Началась паника.

— И что вы сделали?

— Мы хотели уехать, но уже не смогли — появился этот барьер. Вдали от него мы чувствовали себя перепуганными детьми. Выходим только поля засеять и то за последние годы выращиваем только самое основное.

— Давно это случилось?

— Уже год как. Но не это главное, — она растерла пальцы. — Внезапно среди нас объявился старик.

— Как это внезапно? — переспросил Григорий.

— Сложно сказать. Он будто здесь давно жил, но на него никто не обращал внимания. Никто не может точно сказать, когда он появился, но… раз и появился. Не понимаю, как вам это объяснить.

Она с тоской посмотрела сквозь пыльное стекло на задний двор и вздохнула.

— Он сказал, что видит нашу беду и может её исправить. Что мир за пределами посёлка болен магией, что она разъедает саму ткань реальности, а то, что происходит с нами — это «очищение». Перерождение. Он обещал, что мы станем чем-то новым. Сильным без колдовства. Защищёнными от любых чар.

— И вы поверили ему?

— А что нам оставалось?

— Расскажите подробнее о старике, пожалуйста, — попросил я.

— Седой, с прямой спиной, ясными, ярко-зелеными глазами. Одежда простая, а в руке черный посох.

— Посох⁈ — вырвалось у меня.

Я сразу вспомнил про один очень вредный посох, который меня чуть с ума не свел. Но я его надежно спрятал. Еще один? Нет, такого не может быть. Совпадение!

— Да, обычный такой, — кивнула Бронникова. — Тонкий, резной, он на него опирается, видимо, какая-то травма. Это важно?

Нет, точно не мой знакомый посох. Тот никогда бы не позволил использовать себя как клюку.

— Нет, неважно, — покачал я головой. — Что было дальше?

— Он много говорил о чистоте, о грязном мире магии и прочее. В пылу нашей паники из-за потери силы мы его почти не слушали. О другом голова болела. Тогда он решил показать нам, что отсутствие магии не так уж и плохо. Собрал нас на площади и демонстрировал чудеса, как огненные шары не причиняли ему вреда, как растворяются яды и рассыпаются ледяные заклинания. И много, много говорил! Часть местных прислушалась к нему, но не все.

— Но как он это сделал, если у вас почти не осталось магии? И как вы сплели тогда передо мной защитное поле?

— Магия немного, но накапливается. Теперь мы ее бережем на крайний случай. К примеру, для появления таких, как вы, — с укором сказала она. — Потом, конечно, тяжело, словно часть меня куда-то ушла.

— Понимаю вас, — я вспомнил, как в лабиринте вытащил из себя всю силу. — Мерзкое ощущение.

— Хотя и это тоже не главное… — пробормотала она.

— И что было дальше со стариком?

— После этих чудес он сказал, что защитит нас от грязи внешнего мира и сделает такими же неуязвимыми. Но…

— Было условие? — сразу понял я.

— Да. Мы должны были отдавать ему часть резерва. Немного, иначе мы бы падали замертво от болезней и постоянной усталости. Сначала он совсем немного забирал, многие даже не ощущали. Потом стало хуже. Однако, видя результат, все больше людей верило ему. Магия-то теперь повредить нам не может!

— И все с этим были согласны?

— Нет, конечно, по первости сопротивлялись, но тогда в дело вступало что-то иное. Не ритуал, а весь мир в едином порыве забирал у нас магию. Причем только у того, кто отказался делиться добровольно. Прямо на глазах умирали растения, сохла земля, а потом и сам человек начинал сдавать. Чах в муках. Но никто, слава небу, не умер. Думаю, что это все делал за старика барьер. Вот только не понимаю, как…

— А барьер? Когда он появился?

— Чуть позже, когда старик уже основательно вытащил из нас силу. В один момент — хоп! — и мы его увидели. Хотя, по словам некоторых, эта грешная сфера уже давно стоит над нами.

— Наверное, раньше в ней не было достаточно силы, чтобы вы ее смогли увидеть, — заметил Григорий.

— Но что произошло, когда вы писали племяннику про магическую вспышку? И вообще, как получилось, что вы до этого момента никому не говорили про то, что здесь творится?

— Дошла очередь до Светочки, — она повернула голову на дочь. — Старик велел и ей предстать на ритуале. Ей же всего тринадцать лет! Я очень испугалась. Раньше он не трогал детей, а тут… — Бронникова взглянула на Григория. — Я очень надеялась, что ты поймешь.

— Катя! Почему нельзя было прямо написать: бросай все и приезжай⁈ — выдохнул он, сжав ее руку.

— Боялась, что старик читает всю почту. Или сможет перехватить. Магическая вспышка — это не такое важное событие. Вроде как ерунда…

— А второе письмо? — я подался вперед.

— Испугалась. Вдруг Гриша приедет, и из него тоже заберут силу. Вот поэтому ему второе письмо и написала. Теперь мне стыдно за все это. Не нужно было писать тебе, родной.

Она потрепала его по плечу, и Григорий обнял ее.

— Нет, — я забарабанил пальцами по столу, — не зря написали. Этот старик — какой-то фанатик. Насильно забрал силу и фактически удерживает всех здесь.

— Да мы привыкли как-то, — она едва заметно пожала плечами. — Отдаем силу, а взамен защита от чужаков. Да и антимагия тоже хорошая вещь, может пригодиться. После ритуала как-то полегче. По крайней первые пару недель, потом, как сила начинает накапливаться — хуже. Терпим как-то. Старик называет это путем к выздоровлению от дурной привычки.

— Екатерина, а почему вы назвали меня демоном? — вдруг спросил я. — Я же выгляжу как человек.

— Это все старик. Он всегда говорил, что за границей поселка живут лишь демоны. Вот я и по привычке крикнула.

— Но мы же могли помочь. Зачем прогонять, тем более вы сами написали Григорию.

— Испугалась. Гриша-то еще чистый, а вот вы трое… Магии в вас много! Как пить дать, старик выжмет вас досуха.

— А если не он, то барьер, — поморщился Григорий и глянул на меня. — Алексей Николаевич, какие будут распоряжения?

— Со стариком нужно разобраться. Вы двое остаетесь в поселке, помогаете силой с теми, кто пострадал сильнее всех. Будьте аккуратно, следите за уровнем. Почувствуете слабость — живо уходите к дормезу.

— Постойте, Алексей Николаевич! — Бронникова тяжело встала. — Вы хотите… сразиться с ним⁈ Он очень силен!

— На дармовой силе? Не удивительно, — поморщился я. — Только найти его нужно. Где, говорите, он живет?

— Не пущу! — она попыталась кинуться наперерез мне, но была слишком слаба.

— Екатерина! — строго сказал я. — В свое время вы могли что-то сделать, а теперь пришла моя очередь вам помогать. Тем более у Григория такая же способность к антимагии. Сдюжим.

— Катя, скажи уже, — к разговору подключился и Антипкин.

— Он почти не показывается, — тихо произнесла она. — Живет в дальнем доме почти у самой границы. Мы видим его только накануне ритуала, а он каждую полную луну.

Я мысленно посчитал, что до следующего полнолуния еще три дня и качнул головой. Старик, который сделал из людей батарейки и забирает ее себе, жить не должен. По всем законам я имею право убить его на месте.

— Ждать я не собираюсь, пойдем сейчас.

— Но вы ничего не сможете сделать! У него магия же работает! И она… другая. Холодная. Неприятная!

— Такая? — вдруг Василиса сплела на ладони небольшой шарик из призрачной силы.

— Вы такие же, как он! — ахнула Бронника, едва не лишившись чувств.

— Смею вас заверить, сударыня, — громко сказал Лабель, — что никто из нас не замечен в воровстве силы. Воспитание у нас другое.

У Екатерины поднялись брови и тут же сошлись вместе. Не верила она нам. Ее право. Все равно я уже решил, что делать.

— Значит, дом на окраине, — я поднялся. — Спасибо за информацию, рад знакомству и всего хорошего. Провожать не нужно.

Я решительно покинул дом Екатерины Бронниковой, а Вася, Лабель и Григорий вышли спустя минуту.

— Не тот ли это дом, — задумчиво спросил я Антипкина, — возле которого мы вчера ходили?

— Леша, ты действительно решил идти против него? — испуганно спросила Вася. — Ты же не видишь магии! А значит, и его заклинания! А как же ловушки? Как ты будешь с ним сражаться?

— Значит, будем драться по старинке, добрым словом и кулаком в зубы, — усмехнулся я, похлопав по ножнам у пояса, где лежал простой, но отлично сбалансированный клинок. — Кристоф, Вася, задание понятно? Если что-то пойдёт не так…

— Да, Алексей Николаевич, сразу уходим к дормезу, — кивнул Лабель.

— Нет! — Василиса встала, подбородок её дрожал от упрямства. — Я не останусь. Мои заклинания, может, и взрываются, но я могу хотя бы отвлечь его! Или… или кричать очень громко! И вообще, тебе нужно вернуться, чтобы снова начать видеть силу!

— Я что, непонятно выразился? Держаться в стороне, помогать местным, — с нажимом сказал я. — Без самодеятельности! И не забывай, твой шар призрачной силы я все-таки видел.

Вася неохотно, но кивнула. Я с Лабелем обменялся взглядами, мол, если хоть волос с ее головы упадет, я его достану из-под земли. Он нахмурился, прикрыл веки, уже готовый прямо сейчас схватить Василису и мчать из сферы.

Я еще раз оглядел свое грозное войско. Все ли я учел? Все ли предусмотрел?

Не успел я пройти через калитку, из дома выбежала Светлана. Она вихрем долетела до нас и поманила меня пальцем, чтобы я присел.

— Там есть стражи, — горячим шепотом сказала она. — Страшные дядьки из тех, кто первым отдал ему силу. Ужасные люди. Глаза пустые, как куклы. Я их боюсь, хотя видела всего один раз. Убейте их, дяденька. Пожалуйста! А там дальше я и сама справлюсь с тем старикашкой!

Вот это настрой! Я едва не расхохотался от такого напора.

— Ты, милая, следи за матушкой. Вдруг сила вернется? Она не должна быть одна в такие моменты. А мы постараемся разобраться и со старикашкой, и с дядьками. Хорошо?

— И мне ничего не оставите⁈ — возмутилась она. — Или хотите сказать, что девочкам нельзя сражаться?

Кого же она мне напоминает, а? Я глянул на Васю и покачал головой.

— Самое важное в атаке на врага — это опыт и знания. Как ты его будешь атаковать, не зная, как правильно плести заклинания?

— Дяденька, я все-все выучу, дайте срок. Вы его хорошенько побейте и в заклинание закутайте. А я вырасту и убью его.

— Какая ты кровожадная. Таких бы девчушек да в армию, да, Григорий?

— Боюсь, тогда ни наших, ни чужих не останется. Но думаю, если она закончит академию на все пятерки, я найду желающих получить такого бойца.

— Ловлю на слове, — серьезно сказала Света. — Тогда идите и победите его. Буду ждать вас здесь.

И ножкой топнула.

— Будет сделано! — четко ответил я и поднялся. — А хотя знаешь, есть у меня для тебя задание.

Светлана аж просияла, вытерев ладошки о цветастую юбку.

— Что сделать? Вылазка? Разведка? Мелкие пакости? — с готовностью спросила она.

— Это очень важное задание. Я хотел поручить это другому, но раз ты настаиваешь… — я сделал паузу и со всей серьезностью, на которую был способен, продолжил. — Ты же видела, как твоя мама встретила нас впервые? Остальные же думают также, да?

— Конечно. Вы же демоны, — кивнула она.

— Поэтому вот тебе поручение: назначаю тебя дипломатом деревни. Тебя будут сопровождать эти двое, — я показал на удивленных Васю и Кристофа. — И твоя задача не дать жителям проткнуть их вилами. Справишься?

— А то! Ни вилы, ни топор, ни даже метла не коснется их!

Мы подмигнули друг другу.

Я отправил ее предупреждать мать, а сам пока размышлял над ситуацией. Вдруг Вася дернула меня за руку, чтобы притянуть к себе, но сил не хватило. Поэтому она врезалась в меня, а потом прошипела в самое ухо:

— Ты поставил над нами ребенка⁈

— Вася, выдохни. Она будет гарантом того, что вас вообще будут слушать! Голову включи, а?

— А что за задачу ты ей поставил? Какие вилы⁈ Ты думаешь, я не справлюсь с дедом с топором в руках⁈

— Я в тебе не сомневаюсь, — жестко сказал я. — И, думаю, не нужно говорить, что не она за вами присматривать будет, а вы за ней? Или ты хочешь, чтобы она за вами втихую увязалась⁈

— Ой…

— Вот тебе и ой. Слушай мои команды и без…

— Самодеятельности, да-да, я все поняла, — она потерла переносицу. — То есть, заходим к местным, делимся силой. А потом что?

— Попробуйте увести их за границу барьера. Не все согласятся, но Светлана может помочь их уговорить. Начните с тех, кто дальше от границы.

— Мы все сделаем, можешь не сомневаться.

Она отошла, чтобы дождаться девчушки, а мы с Григорием отправились дальше к тому месту, где были этой ночью. Увидим ли мы что-нибудь при свете дня? Раскроет ли то строение свои тайны?

Воздух посёлка, обычно пахнущий пылью и яблоками из многочисленных садов, сегодня казался густым и враждебным. Я чувствовал, как с каждым шагом из меня медленно, но верно сочится сила. Как будто я истекаю невидимой кровью. Неприятное ощущение.

Несколько раз я просил Григория создать водяной шар, чтобы понимать, не отступила ли слепота. Нет, я все так же ничего не видел.

Мы двинулись по пустынной улице, и тени от низкого солнца вытянулись нам вслед, длинные и неестественно чёрные, словно пытаясь схватить за пятки.

Дальняя окраина. Невидимый в сумраке дом. Там, где барьер пересекал его пополам.

— Я узнаю это место, — обронил Григорий. — Дерево, кусты и даже камень. Все в точности, как и вчера.

— Интересно. Я вроде же вчера пнул его, нет?

— Поэтому и обратил на него внимание.

— Неужели это иллюзия? Уж слишком плотная для обычного заклинания.

— С его-то силой, Алексей Николаевич, он мог тут спрятать не то что домишко, а целый взвод солдат и десяток пушек. Вы уверены, что готовы прямо сейчас атаковать его?

— У тебя есть другие варианты? Уйти за барьер, переждать и снова идти? Сейчас на нашей стороне хотя бы неожиданность. Хотя я не думаю, что он сейчас очень сильно занят делами и не смотрит на нас через невидимое окно. Больше тебе скажу, я считаю, что он с самого начала знал, что мы пришли. Вот только почему ничего не сделал?

— Не знает нашу силу? Думает, что мы снова его не найдем и оставим поиски?

— Или, наоборот, собирает силу. Сейчас как разверзнутся врата другого мира и увидим мы бездонную яму с магией…

— Типун вам на язык, Алексей Николаевич.

Я вгляделся внимательнее, перейдя на магическое зрение, хотя и не слишком на него надеялся. Но с удивлением понял, что там, где по моим представлениям шла граница, висела легкая рябь. Ее было видно и обычным взглядом. И она была похожа на то, что мы с Лабелем обнаружили на дорожке у дормеза. Очень интересно!

Взмахом руки я вызвал пылевое облако и с удовлетворением кивнул. Мелкие частицы подсветили границу. Что ж, уже легче. К тому же у меня есть одно прекрасное средство. Пусть я и почти не вижу магию, но создавать заклинания мне никто не мешает.

— Пора заканчивать этот спектакль, — сказал я тихо и начал переплетать магические нити. — Григорий, приготовься, будешь моими глазами.