Истинная против воли

Глава 5

- И много крови надо? – спрашиваю ради интереса.

- Каплю всего, но отданную добровольно – отвечает ведьма, хитро на меня поглядывая.

- Прикалываешься? – интересуюсь, на всякий случай.

- Если бы. Есть определенные ведьмовские ритуалы, в которых можно менять ингредиенты, составляющие, слова в заклинании, а есть, где все должно быть строго по инструкции. Так что, решай сама.

И отходит, типа ей не интересно. Хотя я уже потихоньку понимаю, что за фрукт эта дама, которую тут называют ведьмой. Очень умная, хитрая, и манипуляторша знатная. Только в данном случае, я намного больше нее заинтересована узнать правду, поэтому отвечаю:

- Хорошо, согласна на ритуал и все остальное. Начнем?

- Так не терпится? Раз так, то приступим. Ты пока посиди на кровати, чтобы мне не мешать, а как будешь нужна, я позову, но уж тогда, будь добра, не мешкай.

- Та не вопрос – усаживаюсь с ногами на кровать, приготовившись с интересом наблюдать первый в своей жизни ведьмовской ритуал.

Тем временем, ведьма вытаскивает на середину комнаты стол с нарисованными рунами, как я понимаю, это – алтарь. Затем она в разные углы ставит свечу, дымящуюся вонючку, воду и кладет землю. Ага, если я хоть что-то понимаю, то эти четыре предмета символизируют четыре стихии. Интересненько, что будет дальше?

А дальше ведьма бросает в котелок травы и, помешивая их деревянной ложкой по часовой стрелке, что-то бубнит, увы, мне не слышное. Потом набирает варево в чашку и машет мне рукой. Ага, мой выход. Подхожу к ней, а она, подлая, без всякой дезинфекции и мягкой ватки, со всего маху штрыкает меня ножом в указательный палец. Не сдержавшись, как заору.

Ведьма на меня шикает, а сама давит мой палец до синевы. Одну каплю, говоришь? Как бы ни так! Да она литр с меня выцедила, не меньше. Когда отпускает меня, с жалостью смотрю на посиневший палец и со злобой на нее. А Марига залпом выпивает сваренную бурду и закрывает глаза.

Отхожу назад, усаживаюсь с ногами на кровать. Мало ли, вдруг сейчас начнет кататься по полу, а тут я стою, мешаю развернуться в полную силу.

Но ничего подобного не происходит. Уж не знаю, к счастью это, или к несчастью. Какое-то время ведьма стоит совершенно недвижимо, а потом открывает глаза и осматривает меня с головы до ног пронзительными зелеными огнями глаз. Жутковато, скажу я вам.

- И что там передают, по ведьмовскому телевидению? – спрашиваю шепотом.

- Весьма интересные вещи – отвечает Марига, продолжая меня сканировать.

- Поделись откровением, будь добра.

- Обязательно, но прежде скажи, ты замечала за собой когда-нибудь умение делиться энергией?

- Чего??

- Говорю, делилась ли с кем-нибудь энергией своей? Были в жизни моменты, когда кому-то было плохо, вы поговорили, а человеку стало лучше?

- Слушай, я – прагматик, я в подобную ерунду не верю… - и тут я замолкаю, потому что совершенно случайно вспоминаю один из случаев, когда, возможно, делилась…

- С кем? – сразу сообразив, почему я замолчала, спрашивает ведьма.

- Я не совсем уверена…

- Рассказывай, разберемся – говорит уверено ведьма.

- Когда я была совсем мелкой, у меня мама заболела. Вернее, она болела давно, просто спустя какое-то время, болезнь вошла в свою финальную стадию, и мама уже не могла скрывать ее от знакомых и семьи. Это было страшное время: видеть, как твой любимый человек теряет себя, как он перестает узнавать всех вокруг, даже тебя, свою дочь. И вот я помню, в конце, когда маме уже было тяжело вставать, я приходила к ней, обнимала и изо всех сил желала, чтобы мои силы, мое здоровье переходили к ней, чтобы ей становилось лучше. И после вот таких моих визитов ей действительно становилось лучше. Стабилизировались анализы и общее состояние. Конечно, о выздоровлении речь не шла, но в тот момент, даже сам факт, что болезнь замедлила свое развитие – уже было сравни чуду. А вот мне было хуже после таких посещений, потом могла и сутки спать, пугая деда. Видимо, на фоне усталости, я подхватила корь, и мне строго настрого запретили посещать маму. И вот пока я была на вынужденном карантине, она умерла. И мы остались вдвоем с дедом.

- Мне жаль – грустно говорит ведьма.

- Скажи, я могла ее спасти? Меня все время мучает этот вопрос. Могла ли я спасти маму и дедушку?

- На тот момент, нет.

- А сейчас?

- А сейчас, вполне возможно, что да.

- Хорошо. И кто я? Что ты увидела? – спрашиваю прямо, слегка устав от всех этих разговоров.

- Ты – Эолита.

- Кто, блин??

- Эолита. Последняя из живых обитателей пятого континента.

- Какого ПЯТОГО континента, если в вашем мире их четыре? Ты же сама сказала вот недавно – говорю ведьме.

Марига садится рядом со мной на кровать, откидывается спиной к стене и закрывает глаза.

- Когда-то давно, много тысяч лет назад, наш мир был разделен не на четыре, как сейчас, а на пять континентов – отвечает она, все так же с закрытыми глазами. - На одном из них, самом дальнем, и жили эти великолепные существа. Они были прекрасны и обладали бесценным магическим даром: умели руководить потоками энергии. Эолиты жили обособленно. Венчальные обряды совершали только между собой. Но когда стало известно об этой их особенной магии, многие захотели воспользоваться возможностью. Да и породниться, чего уж тут, многие желали. Многие вампиры и оборотни, как зачарованные, ехали на пятый континент, в надежде найти там свою истинную.

- А зачем ехать туда, если ее и здесь можно найти? И своего вида – спрашиваю у ведьмы.

- Оборотни и вампиры – хищники. Потребители энергии. Пока не были обнаружены Эолиты, самыми желанными спутниками для них были энергетические доноры – эльфы. Один донор и один реципиент создают почти идеальную пару, а если они еще и истинные друг для друга, то есть пара со своей особой химией, то тут такой взрыв чувств и эмоций, что сложно описать. Только эльфы уж слишком кичатся своим донорством, найти к ним подход всегда было тяжело, а сейчас – почти невозможно. Потому, когда обнаружились Эолиты – гораздо более сильные доноры, к тому же без тараканов в голове, как у эльфов, у вампиров и оборотней совсем сорвало крышу.

- О, чувствую, сейчас начнется самый трэш – вставляю реплику.

- Увы. В погоне за своими идеальными батарейками вампиры и оборотни забыли о чести и милосердии. Девушек – Эолиток просто похищали из родительских семей. Естественно, что мужчины Эолиты этого простить не могли. Началась война. Кровавая и подлая. В конце концов, наследный принц Эолитов Зиус и его ближайшие друзья создали энергетический взрыв такой силы, что не только уничтожили всех оставшихся особей своей расы, но и затопили пятый континент.

- Идиоты. С такими друзьями и врагов не надо – опять вставляю реплику.

- Я предполагаю, что они хотели создать что-то другое. Скорее всего, энергетический щит, который скроет их от обитателей других континентов. Но что-то вышло не тем боком. К сожалению, подробностей о том происшествии нет. А еще, у того энергетического взрыва оказался весьма неприятный побочный эффект, такая себе прощальная гадость от Эолитов всем остальным расам.

- Какой?

- Мутации. Разные. Многие вампиры погибли из-за того, что не могли получить энергию: сколько они не поглощали, все равно оставались голодны. И умирали от голода. Большое количество оборотней утратили нюх.

- Ха! Тоже мне проблема. Вот мы болели Ковидом, тоже ходили без нюха и ничего.

- Не сравнивай. Для оборотней нюх – это как для людей дышать. Благодаря обонянию оборотни различают своих и врагов, находят истинную пару. Многие после такой мутации покончили с собой. И эльфов это коснулось, но они живут обособлено, закрыто, поэтому какая мутация произошла у них, точно не известно. Поговаривают, что они больше не доноры, но это только слухи.

- В общем, весело у вас тут. И теперь, если допустить самый худший сценарий, вы все тут реципиенты, а донор – только я. Ничего не упустила? – резюмирую содержательную беседу.

- Ну…, ты, конечно, слишком сильно сгустила краски, но определенно, Катя, для многих оборотней ты будешь очень вкусно пахнуть – успокаивает ведьма, довольно ухмыляясь.

- Вот радость-то, как же я раньше без этого жила? – отвечаю в тон ей, подумывая, в какую сторону лучше бежать. Пожалуй, можно попробовать к эльфам.

- Так я этой, как ее? Эолитой? Стала после того, как меня вампир укусил? – спрашиваю у ведьмы чуть позже, когда мы пообедали и сидели на ступенях избушки, грелись на солнышке.

- Исключено. Ты ею была, с рождения. Но, видимо, этот ген спал, если можно так выразиться. А когда ты умерла, а потом передумала умирать и вернулась, он активировался.

- А так разве бывает?

- Я так подозреваю, что вампир спровоцировал твой организм к экстренным мерам, но потом и ты что-то сделала, чтобы завершить обращение.

- Ничего я не делала.

- Не торопись. Подумай и вспомни, что было перед тем, как ты умерла? Сразу после укуса?

Пытаюсь что-то вспомнить, но ничего не идет в голову. Хотяяяя… Как-то вдруг вспоминаю, когда меня нес мужчина, я слушала его сердце и очень-очень хотела жить, и чтобы и у меня так же сильно билось сердце. Неужели…?

- Я не уверена, но возможно…

- Думаю, ты тоже мутировала – сообщает мне ведьма.

- С чего, вдруг?

- С того, что аура Эолита должна быть ослепительно белой, как у абсолютного донора. Твоя – не такая.

- А какая? – с любопытством переспрашиваю.

- Это не имеет значения. Ты еще не прошла полную инициацию, так что аура еще изменится.

- Что ни час, то все новые открытия – иронизирую я. – Как проходят эту инициацию?

- Понятия не имею – невозмутимо отвечает ведьма, зевая во весь рот. – Твоя раса исчезла с наших карт много лет назад и упоминания о ней сохранились только в очень древних документах, доступ к которым есть не у всех.

- Чудесно. Слушай, Марига, мне нужно знать.

- Ммм?

- Я хочу идти к эльфам. Завтра утром. Ты поможешь мне?

- Думаешь, это хорошая идея? Ты ничего не знаешь об эльфах.

- Да, но то, что я знаю о вампирах и оборотнях хватает, чтобы понять, что они мне не нравятся.

- Как знаешь. Я соберу тебе все необходимое завтра с утра, а сейчас, будь добра, не шуми, дай вздремнуть. Я много сил на ритуал потратила, нужно восполниться.

Послушно замолкаю, прислонившись спиной к перилам деревянной лестницы, которая нагрелась за день на солнце и теперь щедро делилась теплом. Хорошо здесь, у ведьмы. Вовек бы отсюда не уходила, но разве ж дадут?

И только я об этом подумала, как выходит из лесу уже знакомый мне Финист-ясный сокол, блин. Зачем я его голову из решетки доставала? Надо было оставить, как есть. Кто ж знал, что за фасадом такой милой птички скрывается маньяк-фетишист?

- Че пришел? – спрашиваю в полголоса, чтобы не разбудить Маригу.

- За тобой, конечно. Вижу, тебе уже лучше. Пойдем ко мне в селение, познакомлю тебя со своими родителями, свадьбу сыграем.

Я даже слегка окосела от такого щедрого предложения.

- А ты ничего не забыл? – спрашиваю у героя-любовника, хвала Небесам, прикрывшего срамные места короткими кожаными бриджами, уж не знаю, с какой зверушки сделанными.

- Вроде нет – отвечает сокол, но явно неуверенным тоном.

- Праааавда? Как интересно. А у вас невест, что, принято похищать? Не спрашивать, хотят ли они? Может у них уже есть женихи? Или дети?

- У тебя есть дети? – с ужасом спрашивает крылатый маньячелло.

- Вот об этом я и говорю! Ты ничего обо мне не знаешь, а уже сразу замуж. А у меня на Родине сначала за девушкой ухаживать принято.

- Как это? – теперь уже окосел красавчик.

- Ну, ты даешь. А у вас, что, за девушками не ухаживают? Как вы вообще себе невесту выбираете?

- На празднике. Каждые три месяца у нас принято устанавливать столы, парни приносят угощение, девушки готовят, а потом все вместе ужинаем, сразу несколько селений.

- И все? Скучновато как-то, однако.

- А потом мы зажигаем костры и танцуем вокруг них. Голые. Вот тогда и определяемся, подходим ли друг другу. Ты хочешь такой танец?

- Хм. Эээ. Да! Да, я хочу, чтобы было все по правилам. А когда там следующий праздник?

- Через месяц – уныло отвечает сокол.

- Вот и отлично, придешь сюда через месяц, и мы вместе пойдем на ваш праздник.

Мысленно я уже потираю ручки, что все так замечательно складывается.

- Э, нет! Не пойдет. Тут тебя кто-то другой найти может. Знаю я этих волков! Они до чужого добра всегда жадные были! Сейчас пойдем! Приведу тебя в наше селение, там месяц и поживешь. Обещаю, не трогать тебя.

И тянет загребущие руки ко мне. Вот ничему его жизнь не учит. Поэтому просто и без лишних слов, я тихонько достаю шокер, тыцаю кнопочку и дарю электричество этому наглому птицу. Прямо в голый живот. Ибо нечего руки тянуть куда ни попадя!