Истинная против воли

Глава 12

Утро наступает поздно. Мужчины дают нам отоспаться по полной программе. Солнце уже в зените, а мы до сих пор сидим в лагере, томно жуя рыбку с лавашем и запивая вкуснейшим морсом. Спутники наши неожиданные, видать, ночью пошушукались и решили брать нас не с наскока, а лаской и вкусняхами. Думают, самые умные.

- Хорошо, вы решили идти навстречу Микаэлле – делаю вид, что поверила этой басне, - а как вы нас нашли? Лес-то большой.

- Мы заходили в поселение к знакомым волкам, – отвечает Никколо, угощая невесту какими-то красными ягодками, похожими на нашу малину, - и там начался разговор о двух девушках. Когда я стал расспрашивать, выяснилось, что речь идет о моей крошке и ее подруге. Мы с Жозе тут же распрощались и двинули в указанном направлении.

- Волки вам вот так просто сказали, куда идти? – переспрашиваю, потому, что это явно тянет на вранье.

- Не совсем. Они сказали, где вас потеряли, а дальше мы уже сами. В вопросах, если нужно выследить кого-то, пантеры в разы лучше волков.

Последняя фраза сказана тоном явного превосходства, но я никак не реагирую. Чем бы дитя ни тешилось…

Жозе все трется рядом. То присядет на мой лежак, под видом, что принес мне что-то, то подаст завтрак, или напиток, так, чтобы коснуться руки. В общем, выбешивает меня прямо с самого утра. Упорно и планомерно.

Собрав сумки, мы вчетвером выдвигаемся на юг. И хотя, идти в сопровождении мужчин более безопасно, чем шастать по лесу самим, у меня где-то внутри начинает нарастать беспокойство. Я уже знаю это свербящее чувство. Было оно в моей жизни и не раз. Когда дед заболел, и рассказывал, что все в порядке. Когда замуж за Ивана выходила.

Поэтому, в этот раз, я уже не закрываю глаза на подобное чувство. А анализирую ситуацию и понимаю, что беспокойство появилось, когда мы встретили мужчин. Значит, мне с ними не по пути. На счет Микаэллы не знаю. Это ж, вроде, ее любимейший жених. Вряд ли она захочет от него уйти, но я предложу. Вдруг, девушка меня приятно удивит.

Осталось только выждать удобный момент. И, словно в ответ на мои мысли, Вселенная мне его посылает. Несколько часов мы идем гуськом по петляющим лесным тропинкам, ближе к вечеру Никколо командует привал.

- Почему так рано? Мы еще спокойно может идти три, а то и четыре часа. Такими темпами мы никогда не дойдем до вашего поселения – говорю женишку Микаэллы.

- А зачем? Подумаешь, пара часов. К чему таким прекрасным девушкам так сильно уставать? Днем раньше, днем позже – особой разницы нет. Тем более, чего вам жаловаться, рядом с вами такие завидные женихи – отвечает Никколо, а мое чувство беспокойства уже просто орет пожарной сиреной у меня в мозгах. – Мы ведь прекрасно проводим время, разве нет? Ты бы лучше присмотрелась к моему брату, он к тебе очень неровно дышит. Ухаживает, оказывает знаки внимания. К чему эти твои холодные взгляды? Ты ведь понимаешь, что обижаешь его?

- Понимаю – согласно киваю, а сама уже думаю, какой дорогой буду уходить, чтобы они меня не поймали.

И тут вмешивается Вселенная. Или Боги. В общем, мне оказывают неожиданную помощь. Мужчины, чтобы выпендриться перед нами, похвастаться, какие крутые они охотники и добытчики, уходят ловить оленя. Этим моментом я и решаю воспользоваться.

- Мика, долго их не будет? – спрашиваю у пантерки, разжигающей костер.

- Кого? Ааа, мужчин? Ну, часа два-три точно. Может, даже и дольше. Смотря как далеко отсюда добыча, и сколько времени понадобится, чтобы притащить ее сюда.

- Мика, я ухожу – сообщаю девушке, быстренько собирая сумку, кидая в нее остатки рыбы и хлеба.

- Почему? Не уходи, Катя. Оставайся. Вместе пойдем в поселение. Я выйду замуж за Никколо, а ты - за его брата. Станем сестрами, будем хорошо и спокойно жить, детей нянчить – девушка умоляюще складывает ручки и смотрит на меня так жалобно.

Беру ее ладони в свои и говорю:

- Мика, миленькая, это не моя жизнь. Брак и семья меня не привлекают. И уж точно я не готова к детям от нелюбимого. Если хочешь, пойдем вместе? Я буду только рада, но остаться не проси.

- Нет, - Мика забирает у меня свои руки и печально отвечает, - я не могу с тобой идти. Нельзя так поступать с Никколо.

- Да причем тут нельзя или можно? Ты любишь его? Остаешься, потому что хочешь, или потому что должна?

На короткое время пантерка задумывается, привычно прикусив нижнюю губу, а потом отвечает:

- Все вместе. И хочу, и должна.

- Ну, а я не хочу. И уж точно никому ничего не должна. Мне безопасно тебя одну оставлять? Тебе не влетит от мужчин, когда узнают, что я ушла? – спрашиваю на всякий случай, мало ли какие нравы у пантер.

- Нет, у нас женщин не бьют. Я скажу, что задремала, и не знаю, когда и куда ты ушла. Удачи тебе, Катя. Пусть твоя дорога приведет тебя не туда, куда ты хочешь, а туда, куда тебе нужно. Если великий Рау даст, свидимся еще.

Со слезами на глазах прощаюсь с Микаэллой. От всего сердца обнимаю девушку напоследок и ухожу, не оглядываясь.

Чтобы не видеть, как она плачет, чтобы не передумать.

Едва скрываюсь за кустами, сразу меняю направление на юго-западное. Лучше накину крюк, чем попадусь в лапы жадных пантер. Веселенькое получается путешествие: теперь мне нужно прятаться и от кошачьих, и от собачьих.

Смахнув набежавшие от прощания с Микаэллой слезы, чтобы не мешали нормально видеть тропинку, бегом припускаюсь поглубже в лес. Сейчас у меня двухчасовое преимущество, надо ним воспользоваться по максимуму. Поэтому – ноги в руки и на пробежку. Стараясь держать ритм и дыхание, бегу без остановки все эти два часа.

Когда начинает смеркаться, обмываюсь зельем, чтобы отбить запах, и залезаю на очередное дерево. Там, усевшись на ветку и привязавшись к стволу, рискую по-быстрому съесть свой ужин. К тому времени рыба уже холодная и слабо вкусная, а лаваш – засохший. Немного вздыхаю, представив себе сочную и горячую оленину, которую собирались приготовить мужчины. Но ничего, прибуду к эльфам, а там уже отъемся всяким разным досыта.

Ночь проходит неспокойно, мне все время чудится, что внизу, под деревом, то шныряют волки, то бегают пантеры. Каждый раз вздрагиваю и вжимаюсь в ствол. Понятное дело, что при таком нервном состоянии сон поверхностный и беспокойный. Поэтому, едва начинает светать, я спускаюсь с дерева и бегу дальше, на ходу перекусывая остатками еды.

Ближе к полудню я понимаю, что устала просто сверх меры. Беспокойная ночь, плохой сон и приличная физическая активность дают о себе знать повышенной сонливостью и усталостью. Плюнув на все, решаю немного передохнуть. Как назло, деревья вокруг слишком высокие, залезть на такие нет никакой возможности. Порыскав кругом, нахожу один заваленный старый дуб и, прикрывшись ветками и листьями, устраиваюсь в его корнях, вылезших из-под земли.

Едва подкладываю сумку под голову, как моментально отрубаюсь. И опять мне снится все тот же сон про огромного волка, обрастая все новыми и новыми подробностями.

И снова я иду по лесу в куцых обрывках, вместо одежды, босая и слегка испуганная. Слышу чье-то шумное дыхание за спиной, приходит понимание, что нужно ускориться, постараться скрыться. Начинаю бежать, насколько это вообще возможно, учитывая босые ноги и густой лес. Ноги скользят по рыхлой земле, сухие сосновые иглы больно колют босые ступни.

Снова цепляюсь за препятствие и, проехав на животе пару метров вниз с горы, останавливаюсь, в ужасе понимая, что преследователь стоит у меня за спиной. Резко поворачиваюсь, усаживаясь на задницу. И снова прямо передо мной, на расстоянии вытянутой руки, стоит огромный белый волк с незрячими глазами.

В таком положении бежать глупо, это только подстегнет хищника, поэтому сижу без движения, едва дыша и наблюдая, как волк, мягко пружиня огромными лапами, подходит ко мне все ближе и ближе. Мысленно готовлюсь к наихудшему варианту развития событий. Когда зверь подходит совсем близко, и я чувствую его дыхание на своей щеке, то, не выдержав, зажмуриваюсь, слыша, как просто в ушах грохочет от страха мое сердце.

Секунда, когда время просто замерло, а потом моей щеки касается холодный нос. В этот момент сердце дергается так, что, кажется, будто оно выскочило из груди. А затем мою щеку смачно и с удовольствием облизывает большой горячий язык. Это он меня пробует? Типа, не ядовитая ли? В шоке от собственного предположения, рискую открыть глаза и посмотреть, что же происходит?

И просыпаюсь. От того, что кто-то усердно и с рвением облизывает мою шею, причем наяву. Не особо задумываясь, что делаю, сжимаю ладонь в кулак и бью туда, где, по моему мнению, должен быть нос. Раздается визг, и я резко сажусь, чтобы оценить обстановку. В трех шагах от меня поскуливает волк, слева сидит еще один, глядя на меня желтыми глазами, а чуть дальше раздается шорох и появляется Леос, во всей своей первозданной наготе, нудист фигов. Он присаживается передо мной на корточки и лениво улыбается:

- Ну, что, вкусная моя, побегала и хватит? Вылезай, пойдем в стаю. Буду знакомить тебя с семьей.

Вот уж прилепился, как банный лист к... ноге!

- А если не вылезу? – спрашиваю у него.

- Вытащу тебя за шкирку, но не думаю, что тебе это понравится – скалит зубы байкер, сразу видно, не в одной аварии побывал, головой часто бился об землю.

- Что-то я не поняла. Ты, что тумаками и тычками будешь уговаривать тебя полюбить и замуж выйти? – ехидно уточняю.- Других методов не предусмотрено?

- Предусмотрено, но для нежных и ласковых, а ты, моя птичка, не такая – нагло сообщает байкер.

- Правда? И когда ж ты это узнал? Когда скидывал меня с дерева, или когда угрожал жизни моей подруге? А, может, сейчас, когда обещал меня вытащить за шкирку?

- Вот пойдешь с нами в поселение, там за тобой и поухаживаю! Вылезай, не зли меня!

Понимаю, что этого осла в шкуре волка сейчас ничем не убедишь. Я, конечно, молодец и ужасно крута, но против трех здоровых мужиков сделать ничего не могу, разве что разозлить их, а сейчас мне это не на руку. Поэтому, тяжело вздохнув, вылезаю из своего укрытия, чтобы в мою ладонь сразу же вцепилась рука байкера.

- Ни за что теперь тебя не отпущу – маниакально сверкая глазами, говорит он.

- Мне в туалет, знаешь ли, иногда нужно будет ходить.

- Будешь ходить со мной – сообщается мне безапелляционно.

- Размечтался! Такие виды только для мужа и только после настоящей свадьбы, по действующему у вас обряду!

- Согласишься на «Бег по лесу?» - спрашивает Леос, удивленно на меня глядя.

- Соглашусь, но сначала неплохо бы знать, что это – отвечаю угрюмо, не бросая попыток вытянуть свою ладонь из его загребущей лапы.

- В ночь абсолютного полнолуния женщина убегает и прячется, мужчина догоняет. Если догонит и найдет, покрывает ее там же в лесу, ставит метку, которая означает, что женщина теперь принадлежит только ему. Такие пары скрепляются кровью, на всю жизнь эту и все последующие.

- О, как. У вас верят в переселение душ? – переспрашиваю с интересом.

- Раньше верили – пожимает плечами оборотень. – Сейчас уже почти никто не верит.

- Почему?

- Прошли те времена. Умерли те поколения. Все обновляется. Но я не против пройти тот ритуал с тобой.

- Я подумаю.

Мысль о том, что можно убежать от Леоса мне нравится, но вот его фраза о том, что меня покроют в лесу и покусают, как-то не очень радует. Тут нужно хорошо подумать и не спешить.

До поселения волков мы добираемся больше суток. Две ночевки в лесу, когда ко мне со спины во время сна прижимается чужой мужик, выбесили меня знатно. Под конец пути я уже рычала на этих троих. Но больше всего, конечно, раздражал Леос. Если с соколом тогда я еще согласилась попробовать поцелуй, на случай, а вдруг, проснется химия, то при виде волка во мне просыпалась исключительно жажда убийства. Причем, какого-то особо изощренного, как то: переехать его укладывающим асфальт катком, дважды. Или утопить головой в унитазе. В, общем, вы поняли, да? Завелась я не на шутку.

Когда мы прибыли в поселение, я думала, что выдохну. Да не тут-то было. Едва мы вышли на рыночную площадь, как застали семью оборотня в полном составе.

- Уважаемые родители, – заявил Леос, едва мы предстали перед глазами двух прилично одетых, пожилых оборотней, - позвольте вас познакомить с моей невестой Кэтрин. Мы хорошо все обдумали и решили сыграть свадьбу послезавтра. Успеете организовать?

Родители побледнели, потом покраснели, потом отец Леоса решил спросить нерадивого сынка:

- А что ж так быстро? Нешто нельзя по-людски? За месяц так точно управимся.

- Нет, батя. Послезавтра – крайний срок. Кэтрин – моя истинная. Терпеть дольше я не могу.

Я очень надеялась, что родители еще повозражают, но, когда они услышали про истинность, их как закоротило. Они оба уставились на нас с благоговением. А потом заговорили наперебой:

- А.., ну ежели так, то, конечно, будет все готово. Послезавтра, на закате, проведем ритуал.

И тут я понимаю, что ночь полной луны у нас позже, чем послезавтра, а значит, у меня больше шансов сбежать, потому, набрав полные легкий воздуха, выдаю во всю мощь своих легких:

- Требую проведение ритуала «Бег по лесу!»

Если до этого вокруг нас был шум-гам, то сейчас все резко замолчали и уставились на меня. Если бы я сейчас взорвала бомбу, эффект и то был бы не такой, как от моих слов.