Истинная против воли

Глава 10

- Мика, один вопросик – говорю пантерке, когда мы выходим на улицу, типа погулять.

- Какой?

- Ты еще не передумала идти к своему Никколо? – внимательно на нее смотрю.

Микаэлла какое-то время молчит, покусывая в раздумьях нижнюю губу, а потом отвечает:

- Не передумала. Мы с Никколо пара, мы поклялись друг другу.

- Ладно, это твое право, делай, как считаешь нужным. Ну раз так, то сбегаем вместе – заговорщески ей подмигиваю.

- Как? Куда? Так скоро… - на ее лице явно читается разочарование.

- А что нам высиживать? Мы не птицы, яиц не снесем. Побыли, поели, раздобудем тебе обувь и айда отсюда, пока замуж не выдали насильно. Или ты не против?

- Чего?

- Замуж насильно выйти? – подначиваю покрасневшую пантерку.

- Что за глупости? У меня уже есть жених – надувает губоньки красотка.

- Вот и чудненько. Значит, пошли искать Найю.

- Найю? – и смотрит на меня, как на сумасшедшую.

- Наш сегодняшний разговор напоминает мне беседу хозяина с его попугайчиком. Ты долго будешь повторять за мной? Да, Найю. Она местная. Знает как нам отсюда выйти, чтобы нас стражи на воротах не вернули назад.

- А с чего бы ей нам помогать?

- А с того, что если я исчезну, то снова освободится вакантное место на роль жены Золта.

- Исчезнуть – необязательно сбежать – удивляет меня Мика.

- Умничка, – довольно улыбаюсь, - конечно, велика вероятность, что она попытается сделать нам гадость, но и мы с тобой не наивные глупышки, правда? Так что даже, если Найя постарается нам нагадить, мы постараемся не вступить. Поэтому пойдем, наведаемся к девушке.

Найю мы находим возле колодца, она набирает воду.

- Стой тут, - отдаю распоряжение Мике, - а когда я помашу рукой – подойдешь.

- Какие люди и без охраны – это я уже говорю второй любимой жене своего мнимого мужа.

- Иди, куда шла – нелюбезно отвечает Найя, переливая воду себе в посудину и закидывая ведро еще раз в нутро колодца.

- Я бы с радостью, но Золт меня не пускает. Сюда вот привел, вынуждает замуж выходить.

- А ты, вроде как против? – ехидно вставляет Найя, вытаскивая ведро из колодца и переливая к себе.

- А почем вроде как? Конечно, против – и смотрю на нее, выжидаю реакцию.

Девушка сначала усмехается, типа «ври, ври, да не завирайся», но потом тень надежды мелькает на ее лице, Найя оставляет ведра и изучающе смотрит на меня, словно пытаясь понять, лгу я, или говорю правду.

- И что тебе нужно от меня? – сразу берет быка за рога моя собеседница.

- Мы с Микой хотим сбежать, и мне нужна твоя помощь, чтобы пройти ворота.

Ох, какой радостью и злорадством загораются от моих слов глаза Найи! Я машу рукой, к нам подходит пантерка, до этого послушно стоявшая чуть поодаль, как я и просила.

- А какой мне с этого прок? – начинает торговлю ушлая соколиная барышня.

- Ну, во-первых, ты избавишься от соперницы в моем лице, а во-вторых, я тебе кое-что такое расскажу, что если это все подтвердится, ты станешь чуть не спасительницей всех крылатых оборотней.

Ооо, надо было видеть, какими жадными глазами на меня посмотрела Найя. Ох, и девчонка! Такая своей выгоды ни за что не упустит!

- Я согласна, помогу вам. Говори, что там у тебя? – сказано почти равнодушным тоном, но меня не проведешь.

- Расскажу, когда выведешь нас за ворота и проводишь в лес – хожу с козырей, пусть не думает, что мы дурочки, которых легко провести.

Найя на секунду скисает, но потом говорит:

- Договорились. Жду вас с вещами сегодня, как стемнеет, за крайним к воротам домом.

- Сегодня? – переспрашивает Мика расстроенным голосом.

- Или сегодня, или до свидания! – грубо отвечает Найя.

- Нас устраивает – успокаиваю резкую, как ситро, местную жительницу. – Будем.

С обувью для Микаэллы нам повезло еще до окончания прогулки. Спустя каких-то десять минут от нашего разговора с Найей, пришел Шейн и принес пантерке красивые и добротные сапоги, украшенные вышивкой, и судя по всему, дорогущие. Попросил позволения помочь девушке обуться.

Это такое ми-ми-ми зрелище. Красивый мужчина становится на колено, нежно берет узкую девичью ступню и, стерев своей огромной ладонью возможный мусор с подошвы, аккуратно обувает, подтягивая сапожки до середины голени. Даже мне видно было, что Шейн руки не может оторвать от прелестных ножек пантерки. А та, вся розовая и сияющая, с видом, словно получила бриллианты, а не обувь, подскочила и давай вышагивать и пританцовывать, чтобы показать, какие удобные сапоги.

А сокол смотрел на нее и улыбался, так улыбаются родители, когда их любимое чадо чудит. Эх, Микаэлла, такого мужика отпускаешь. Сама, по собственной глупости.

Ладно, сантименты прочь, в конце концов, это не моя жизнь и вмешиваться, давая непрошенные советы, у меня нет никакого права.

Когда Шейн уходит, мы с Микаэллой, возвращаемся в дом, обедаем, припрятав по чуточке еды, чтобы было, что перекусить, но и чтобы не вызвать подозрений. Так же поступили и на ужине, перед этим сходив к колодцу и наполнив фляжки водой.

Темнеть стало как-то быстро. В суматохе дня ночь подкралась тихо и незаметно, оглушив сумерками и тишиной.

После ужина все домочадцы разбрелись по своим комнатам. Золт сделал было попытку поприставать с поцелуями, но мне хватило и прошлого раза, чтобы понять, что он не мой мужчина, поэтому я резко пресекла все поползновения мужчины, выставив того на выход.

Когда Микаэлла поскреблась ко мне в дверь, у меня уже все было готово. Мы закрыли мою дверь изнутри и, открыв окно, решили лезть вниз. Комната находится на втором этаже, потолки в доме высокие, расстояние до земли приличное, наверное поэтому, никто не подумал, что мы можем вылезти из окна. Привязав самодельный трос из связанных особым образом простыней к спинке широкой дубовой кровати, второй конец сбросила на улицу. Выглянула из окна, чтобы еще раз убедиться, что все складывается более, чем удачно: мы вылезем на заднюю сторону дома, где нас не видно со двора или с улицы.

- Мика, ты первая – говорю девушке, подталкивая ее к окну.

- Ты уверена? Что-то мне не нравится эта веревка, какая-то она ненадежная.

- Лезь, блин – подпихиваю ее в зад. – Высота приличная, но даже, если упадешь, не убьешься.

- Ну даааа, – скулит пантерка, все-таки вылезая в окно и судорожно, до побелевших пальцев вцепившись в нашу самодельную веревку – не убьюсь, но ведь можно серьезно пораниться. А потом раненой бегать по лесу – еще то удовольствие.

- Не зуди! Если передумала – возвращайся, Шейн будет рад.

- Нет! Страшно просто. Я когда-то в детстве упала с крыши дома, а никого не было. И я так и пролежала до самого вечера. Знаешь, как страшно – совсем тихо говорит Микаэлла, но продолжает спускаться.

- Знаю, миленькая. Ты очень храбрая девушка, раз решилась сейчас перебороть свой страх и лезть. Я горжусь тобой, только давать чуть быстрее, котеночек.

- Я пантера, а не котенок – зло возражает Микаэлла, ступив обеими ногами на землю.

- Ты самая крутая пантера из всех мне знакомых – говорю ей, спустившись вниз, и неважно, что из пантер я знаю только ее.

По одной мы протискиваемся в щель в заборе, отодвинув одну из досок, которую сами же на послеобеденной прогулке отломали и, крадучись, на полусогнутых ногах, заходим за крайний дом, где нас уже поджидает Найя.

- Стойте здесь, – говорит она, - на воротах сейчас дежурит мой брат с другом. Я принесла им ужин. Следите внимательно: как только я передам брату еду, вы, пользуясь тем, что он отвернется, быстренько шмыгайте вон в тот угол под воротами. Там между нижними бревнами и землей как раз подходящее расстояние, вы обе худые – пролезете. Плюс туда не достает свет от факелов, так что это самое лучшее место.

Сказано-сделано! Едва Найя махнула рукой, мы с Микаэллой на всех парах понеслись в указанную сторону. Я, упав на живот и помогая себе локтями, за секунду проскочила в дырку. Пантерка быстро передала мне наши сумки и куртки, а затем полезла ко мне.

- Ну что ты там возишься? – громко шепчу ей, понимая, что наше время на исходе.

- Кажется,… я застряла – раздается испуганный голос Микаэллы.

Да, ёлки ж зеленые!

- Как застряла? – задаю тупой вопрос.

- Не знаю…, зад… не пролезает – то краснея, то бледнея, отвечает пантерка.

Даааа, тылы у Микаэллы более выражены, чем у меня, за что и поплатились теперь. Подныриваю вниз, хватаю девушку за руки и, упершись ногами в ворота, тяну на себя, как дед репку в известной сказке. И понимаю, что нифига. Не тянется репка!

- Мика, есть у меня подозрения, что не задница у тебя застряла, а что-то на заднице – шепчу, продолжая тянуть на себя с диким сопением.

- Ой – раздается мне в ответ.

- Мика, итить-колотить! Что такое ой?

- Я взяла на кухне яблоки и положила их в карман – следует ответ на мою реплику.

- Дай угадаю, в карман штанов? Которые под юбкой? – очень надеюсь, что не угадаю.

- Да – такое короткое слово, но, блин, такое емкое!

- Значит выход у нас только один: сожми ягодицы, будем сейчас давить яблочный сок! – шиплю я, точно как гюрза, и, уперев обе ноги в ворота, тяну Мику на себя рывками. Дернула, отдохнула, дернула, отдохнула.

И тут пантерка кааааак запищит мне в ухо, шепотом. Щедро забрызгивая слюнями все ухо.

- Что опять? – спрашиваю с усталой обреченностью.

- Меня кто-то щупает!!! За ягодицы!!! – в эмоциях Мика продолжает заплевывать мне ушную раковину, надеюсь, отита у меня не будет.

- Жди, я щас надаю по рукам щупателю – говорю ей и ползу в обратном направлении.

Действительно, зад Микаэллы как-то странно двигается, живет, так сказать, своей жизнью

- Эй, кто там такой наглый? – громко шепчу в сторону пяток пантеры.

- Вы две идиотки! Как вы умудрились застрять в такой широкой дырке? – шепчет мне с той стороны забора Найя.

- Ты не скандаль, а вытащи там яблоки из карманов штанов – отвечаю оборотнице.

- Дура! Я не ношу яблоки в штанах – несется в ответ.

Нормально? И после этого дура Я?

- Сама неумная! Яблоки в штанах у Микаэллы! Вытащи их, и она пролезет!

Вы пробовали когда-нибудь орать шепотом? Не пробуйте. Горло болит ужасно, а результат весьма спорный. Со стороны лежащей Микаэллы доносится полузадушенный писк. Снова подползаю к ней.

-Чё расшумелась?

- Там кто-то задрал мне платье!!! – тоже шепотом орет Микаэлла так вылупив на меня глаза, что того и гляди, выпадут на землю.

Хотела было ее подколоть, типа не пугайся, это тебя Шейн замуж берет, но потом передумала, девчонка и так испугана, грех прикалываться над ней в такой момент.

- Это Найя яблоки у тебя конфискует. Давай, хорош лежать, вылезай.

Беру Микаэллу за руки и на этот раз очень легко вытаскиваю из дыры. Мы отряхиваем одежду, Найя щучкой пролезает на нашу сторону забора и, не говоря ни слова, машет нам рукой, типа за мной, идиотки. Ну, мы не гордые, лишь бы сбежать отсюда побыстрее уже.

Организованной тройкой мы бежим какое-то время по едва заметной тропинке, пока Найя не останавливается резко и неожиданно, рискуя получить по спине лбами от нас с Микаэллой, едва успевших притормозить.

- Все, дальше сами – говорит оборотница, сверкая желтоватыми глазами в темноте. – Я свою часть уговора выполнила. Теперь твоя очередь, человечка.

- Не вопрос. Я свое слово держу, договор есть договор. Я тебе кое-что скажу, информация это достоверная, но верить ей, или нет – твое дело. Та травка, которую вы добавляете в еду, шишковица синяя, каким-то образом влияет на вас, лишая возможности учуять истинную пару.

- Что за бред! – Найя недоверчиво кривит губы.

- Я же сказала - твое дело верить или нет, но я была у одной ведьмы, которая использовала зелье отбивающее запах, и в нем присутствует эта ваша травка. Думаю, это совпадение неспроста.

- Но она же против болезни – спорит со мной Найя.

- Да, но болезни уже давно нет, может пора прекратить использовать эту траву?

- А зачем тогда та лекарка наказала нам ее пить все время?

- Откуда я знаю? Может…, - и тут я озвучиваю ну совсем крамольную мысль, - она была против истинных пар? Может, ей не нравилось, что оборотни создают пары, основываясь на истинности? Да мало ли вообще причин?

Найя задумчиво смотрит на меня, потом говорит:

- В нашем поселении живет потомок той лекарки, думаю, можно будет узнать подробнее о скрытых причинах.

- Вот и замечательно. Ну, мы пошли. Спасибо за помощь и удачи тебе в раскрытии тайн.

- Вы куда сейчас?

- На запад – отвечаю, не задумываясь.

- Удачи – говорит Найя и убегает назад, в поселение.

- А мы разве на запад идем? – спрашивает Микаэлла, святая простота.

- А мы разве обязаны говорить только правду барышне из команды противников?

- Не обязаны – ухмыляется Мика, подхватив мою мысль.

- Погнали, котенок, юг в той стороне – указываю нужное направление.

- Я не котенок! – несется мне в спину возмущенное сопение.

Бежим мы быстро, пока хоть что-то видно в неярком свете луны. Но как только ночное небесное светило прячется за тучку, становится понятно, что дальше двигаться мы не можем, поэтому залезаем на первое попавшееся дерево, привязываемся и дремлем, как птички на жердочке: то одним глазом, то другим.

Утром, перекусив спрятанными припасами и попив воды, снова отправляемся в дорогу, выравнивая наш путь в южном направлении. Не проходит и двух часов, как Микаэлла настораживается.

- Что такое? – спрашиваю, доверяя ее нюху.

- Волки – шепотом отвечает девушка, смешно морща нос.

- Те же, что и тогда? – спрашиваю на всякий случай, но ответ и так знаю.

- Да – следует вполне ожидаемый ответ.

- Как далеко от нас?

- В километре, может меньше. Но…

- Что но?

- Ветер с нашей стороны – говорит Микаэлла так, словно я должна понимать, что это означает.

- И что?

- И то, что наш запах разносит очень далеко. Если я их услышала, то и они нас сто процентов. И, скорее всего, уже бегут сюда.

- Ясно. Валим по-быстрому – говорю Микаэлле, переходя на спринтерский бег.

И тут нам везет: мы видим реку. А я помню по фильмам и книгам, что вода сбивает со следа.

- Мика, быстро разуваемся и бегом по воде, вдоль речки – командую пантерке.

Бежать по воде нелегко, но мы, высунув языки от усердия, мчим на всех парах, прекрасно понимая, что в скорости с волками не сравнимся, а потому, надо использовать хитрость и смекалку. А вода в реке не теплая, видимо по дну идет какое-то горное течение, ноги довольно быстро замерзают.

- Живее, Мика, – подгоняю отстающую девушку, - или ты уже решила связать свою жизнь с одним из волков?

- Фу, гадость какая! Ни за что! – возмущенно вопит пантерка, поднажав и обходя меня на повороте.

Сколько мы так бежим – не знаю, но солнышко уже прошло середину неба, а значит, неплохо бы пообедать, тем более от активных занятий спортом есть хочется просто ужасно.

- Мика, что там с волками? Оторвались, нет? Как считаешь? – останавливаю свою спутницу.

Девушка определяет, откуда дует ветер, и какое-то время стоит неподвижно.

- Похоже, нам удалось уйти – не очень уверенно отвечает она. – В любом случае, ветер сменил направление, плюс вода хорошо маскирует наше место пребывания. Будем надеяться на лучшее.

- Согласна. А раз так, то давай вылезать из воды, потому что хоть она и стала гораздо теплее, ноги у меня уже все сморщились, как чернослив. Только от реки уходить далеко не будем. Поедим, обсохнем и двинем тем же способом, пока она идет вместе с нами на юг.

Легко сказать вылезай из воды, конечно. Но только сейчас, остановившись, мы обе замечаем, что линия берега значительно возвышается над уровнем реки и нашими головами. Зато другой берег – пологий и красивый, но до него надо плыть, а я как-то не настроена мокнуть вся, хватит и сморщенных пальцев ног.

- Нуууу, блин – выдает Мика наше общее эмоциональное состояние.

- Согласна – подтверждаю. – Есть два варианта: карабкаемся на берег или идем дальше, возможно, склон станет более пологим.

Мы переглядываемся, ни одной из нас не хочется пачкаться в мягкую глиняную грязь.

- Значит, пошли – подвожу итог нашего переглядывания.

И мы идем, но довольно скоро начинаем понимать, что ситуация становится только хуже: берег выше, кусты реже, почва под ногами все более глиняная.

- Похоже, вариант все-таки только один – резюмирую нашу попытку остаться чистенькими.

- Будем взбираться? – уточняет Мика, печально глядя на свой отполированный маникюр.

Молча закидываю свою обувь и сумку на берег, хватаюсь руками за свисающие вниз кусты и, упершись ногами в землю, пытаюсь подтянуть себя вверх. Надо ли говорить, что ноги скользят, и я со всего маху бьюсь о берег всем тренированным тельцем? Кто там не хотел мочить платье?