Истинная для волка

Эпилог

Первое, чем занялась Рената после того, как всё устаканилось, так это борьбой с головными болями Свейна. Расположившись в углу главного дома Архельдора, куда они переехали в тот же день, как разобрались с дядюшкой, она пыталась настроить Глас Небесного Волка на медитативный лад.

— Расслабь все мышцы, освободи разум от суеты, представь, что ты на поляне. Травка шелестит, солнышко греет, по небу плывут белые облака…

Свейн, несмотря на то, что поначалу подумал, будто она над ним шутит, терпеливо ждал, когда всё закончится. Но не тут-то было! Каждый день его заставляли представлять птичек и прочий позитив, а после даже принялись загибать в очень странные позы.

— Смилуйся, госпожа, я никогда не смогу так завернуть ноги! — взмолился он после очередной попытки вовлечь себя в йогу.

— Ты не понимаешь, эти упражнения помогут держать тело в тонусе, а медитации стабилизируют сознание, — уговаривала его Рената, показывая на собственном примере, как лучше делать.

Мужчина чувствовал себя откровенно неловко. Во-первых, из-за того, что ему приходится находиться с чужой женой тет-а-тет, да еще и заниматься волк знает чем. Во-вторых, ему хотелось… выпить. Потому что голова продолжала побаливать, пусть и не так сильно, как раньше.

Но Рената не отставала от него, а он слишком уважал её, чтобы открыто послать издеваться над мужем, а не над ним. И что самое удивительное, что через какое-то время он вдруг почувствовал, что… не хочет пить. Точнее, у него нет в этом необходимости, ибо голова не болит!

— Главное — не останавливаться, — Рената очень обрадовалась, когда узнала, что йога подействовала. — У тебя помимо метафизической нагрузки банальный шейный остеохондроз. И для этого нужны особые упражнения.

— Как всё-таки нам всем повезло с тобой, — Свейн был готов скакать от счастья. — У нас давно не было так спокойно.

— Да, Кьярваль уже жаловался, что скучно стало: ни драк никто не затевает, ни споров, — хмыкнула Рената.

— Он шутит, — Свейн как никто другой знал сущность этого мужчины — сам выходил того поле смертельных ран. — Он бравирует, но на самом деле рад, что все мирно.

— Не самом деле, главных задир порвали в битве, — Хельга давно наблюдала за занятиями Ренаты и Свейна, но всё никак не решалась к ним присоединиться. — А остальные под впечатлением от силы Харальда и твоих способностей.

— Ой, хорошо, что я пропустила драку, — Рената погладила свой пока ещё плоский живот (разве что слегка отъевшийся), понимая, что ни к чему ей такие зрелища с ребёнком в чреве. Пусть она сама и благословила любимого на мордобой.

— А я не успела, — огорчённо вздохнула Хельга. — Боролась с зовом Сигтрюга. Не хотела идти против брата. Мы с подружками специально «искали» вас в противоположной стороне. Уж я-то чуяла, где моя родная кровь!

— Ого, я и не знала! — Рената встала, поняв, что на сегодня с йогой закончено. — Кстати, ты не хочешь присоединиться к нашим занятиям?

— Заворачивать ноги за шею? — хмыкнула Хельга. — Зачем мне это? Не говоря уже о пятке в заднице.

Да-да, есть и такая асана в йоге!

— Это отлично разминает суставы, улучшает растяжку, — Рената подумала и села в шпагат, дабы наглядно показать результаты.

— И зачем мне это? — ехидно поинтересовалась Хельга. — Враги от этого не подохнут.

— Зато ты сможешь дать им в глаз, если руки будут заняты, — встав, Рената продемонстрировала удар ногой с разворота.

В стену, но вышло эффектно. Правда, сама попаданка не отличалась особой любовью к дракам, просто в своё время выучила несколько приёмов, в том числе удары ногами, ведь у неё вечно заняты руки! То сумочка, то мобильник, то еда, а то и всё вместе взятое.

— Ого! — Хельга впечатлилась. Пинаться она, конечно, умела и любила, нотак! — Научишь?

— В первую очередь такие удары требуют хорошей растяжки паховых связок, — Рената подошла к стене, оперлась руками о руку Хельги и сделала вертикальный шпагат.

Харальд, случайно проходивший мимо, выпучил глаза.

— Милая, — он аж икнул от перспектив. — Что ты делаешь?

Спросить-то он спросил, а вот ответ его мало интересовал, ибо перед глазами появились картинки одна соблазнительней другой.

- Показываю твоей сестре некоторые боевые приёмчики с моей родины, — Рената невинно хлопнула глазками, но всё, разумеется, поняла, точнее почувствовала, ведь с каждым днём их связь только крепла. — У нас очень популярны всяческие единоборства, где задействованы и руки, и ноги, и даже подручные предметы.

Она с тоской вздохнула, ведь никогда ей больше не увидеть фильмы с Джеки Чаном. Взглянула на своего умопомрачительного мужа, сверкавшего голубыми очами в предвкушении ночи, и махнула рукой. Бог с ним, с Джеки, когда тут в своём ауле такая прелесть!

— Я сказал — быстро исправил свою оплошность! — беловолосый гигант с синей кожей грозно взирал на своего чернокожего лысого собрата.

Рената застонала — опять вернулись эти странные галлюцинации! Или это реальность? Параллельная.

— Не горячись, всё будет нормально, — создатель острова Пасхи и тысячи его дубликатов невозмутимо укладывал пучки сушёной травы на кусок тонкой бумаги.

Такой Рената давно не видела, с тех пор, как попала через одного из истуканов в дивный мир оборотней, элементалей и Бог знает чего ещё.

— Как это нормально? — продолжал возмущаться синекожий. Его белые брови подпрыгнули до самой линии волос. — Ты видел, какой ажиотаж вызвала её пропажа?

Для наглядности он начертил в воздухе круг, внутри которого Рената увидела… свой мир. Вот он, родной, смотрит на неё родными лицами: Алик, Жора, Лерочка. Они суетятся, что-то объясняют на английском людям в форме, показывают на ноутбуке видеозапись с… её исчезновением.

— Так вот оно как со стороны выглядело! — воскликнула Рената, привлекая к себе чужое внимание.

— О, а ты что здесь делаешь? — удивился чёрный, продолжая аккуратно скручивать гигантскую самокрутку.

Интересно, какую он туда положил траву?

— Вот видишь, к чему привела твоя безалаберность? — синий обвиняюще ткнул в Ренату своим гигантским пальцем.

Ногти у него тоже оказались ослепительно белые.

— А что такого? — не понял трагедии чёрный. — Дева раскрыла свой потенциал. Смотри, как она развернулась в этом мире, а у себя так бы и оставалась кривлякой перед камерой.

Он плюнул на краешек бумажки и аккуратно прилепил, дабы сигарета не раскрутилась.

— Но почему она нас видит? — синий принялся рассматривать ауру попаданки, пытаясь понять, как она так умудрилась.

А та и сама не знала! Она только-только родила очаровательного малыша, полюбовалась на его маленькое личико, а теперь заслуженно отдыхала. Да, роды были не простыми, она устала и вымоталась, но разве это повод проваливаться неизвестно куда?

— Переутомилась, вошла в пограничное состояние, — чёрному хватило беглого взгляда, чтобы поставить «диагноз». — В прошлый раз она умудрилась подглядеть ту часть информационного потока, когда я создавал остров.

— Сильна, — покачал головой синий. — А с виду простая человечка. Смертная. Правда, сейчас у неё есть немного крови двуликого, но до демиурга не дотянет ни при каких обстоятельствах.

— Да я, как бы, и не претендую, — скромно отозвалась Рената. — А вот насчёт острова и прочего хотелось бы узнать побольше.

— Ушлая какая, — хмыкнул чёрный, подкуривая из пальца.

Смачно затянулся, выдохнул колечко дыма и направил его точно в тот круг, который очертил синий. И тут случилось невероятное: телевизионщиков и полицейских заволокло дымом, а когда он рассеялся, те с удивлением уставились друг на друга. Принялись активно жестикулировать, пожимать плечами, а после вовсе разошлись. Полиция погрузилась в свою машину и отчалила, съёмочная группа принялась снимать дальше, вот только без Ренаты.

— Не поняла, — Рената опешила и даже немного обиделась: как так без неё?

— А что ты хотела? — чёрный вновь затянулся и выдохнул дым, который теперь затянул саму дыру, через которую они смотрели, что происходит на Земле. — Я всё поправил. Теперь они думают, что ты уехала домой по семейным обстоятельствам, а вместо тебя вторым ведущим будет Жора. Ему не привыкать — он ведь снимался уже в одном сезоне.

— Вы что, смотрите «Аверс и Реверс»? — потрясённо пролепетала Рената.

— После твоего попадания глянул, — чёрный снова пыхнул, и в кольце дыма началась трансляция нового выпуска на острове «Пасха».

С двумя ведущими. Мужчинами. Без Ренаты.

— Как так? — у неё в голове не укладывалась рассинхронизация. — Они ведь только снимать начали.

— Ну и что? — хмыкнул демиург. — Это для вас, смертных, время линейно, а мы и не такое можем.

Сделав последнюю затяжку, он щелчком отправил остатки сигареты в свободный полёт.

— Нечего тут разбрасываться, — буркнул синий, посылая в окурок маленькую, но эффектную молнию.

Ультрамариновую.

— Ой, а можно мне, точнее нам, хотя бы разочек домой сходить? — Рената молитвенно сложила руки. — Хочется родителей с мужем познакомить, внука показать. Пусть, не сейчас, но когда малыш подрастёт, было бы здорово!

— Зачем это тебе? — чёрный недоумённо взглянул на Ренату.

— Они ведь волнуются за меня, куда я пропала.

— Подумаешь, я могу сделать так, чтобы они тоже всё забыли о тебе, — он полез за пазуху за новой травой и бумагой.

— Нет, хватит уже, — одёрнул его синий. — Пусть сходит.

— Ты ли это говоришь? — изумился чёрный. — А как же правила равновесия, за которые ты ратуешь?

— Здесь оно уже нарушено, — отмахнулся синий. — Да и семья. Тебе не понять, — он снисходительно хмыкнул на лысого шалопая. — Будешь готова — споёшь мне песню про лабутены, я помогу тебе. Только на остров сначала приплыви, с кем ты там собралась домой сходить.

Не успела Рената опомниться и спросить, откуда тот знает песню группировки «Ленинград» (неужели тоже подсматривает?!), как он взмахнул рукой, сотворил какой-то витиеватый жест, и её закрутило, завертело, да так, что она чуть с кровати не упала.

- Милая, что с тобой? — к ней тут же подскочил Харальд, до того сидевший около люльки и любовавшийся первенцем.

Он попросту не находил в себе сил, чтобы оторваться от этого прелестного зрелища. Самого чудесного во всех мирах!

— Да так, приснилась одна фигня, — пролепетала Рената. — Как там малыш?

— Спит, — Харальд ласково погладил жену по щеке, скользнул рукой к затылку, зарылся в волосы. — Спасибо за сына. Ещё раз.

Его горящий взгляд буквально завораживал, проникал сквозь бренную оболочку и смотрел прямо в душу.

— Спасибо за любовь, — откликнулась Рената, взяла его за грудки и притянула, наконец, к себе, а то что-то он замешкался с поцелуем!

Следующим летом в Архельдор приплыли гости. Гарма сотоварищи! Даже Жолана с малышом рискнула отправиться в столь нелёгкий путь! В отличие от карапуза Ренаты, только-только начавшим держать головку, тот уже сидел и активно ползал.

Тоже мальчик. Шкодный пацан с рыжими вихрами и неугомонным характером. Эдакий сын полка, ибо все, начиная с Гармы, заканчивая её братьями (которым по большому счёту должно быть всё равно) в нём души не чаяли.

— И как вы умудрились с ним добраться через залив и море? — удивлялась Рената. — Без современных впитывающих подгузников.

Она с тоской вздохнула, вспоминая рекламу памперсов. Таких у нее не было. Хотя, что уж говорить, стиркой, как и прочими бытовыми делами, жена конунга не занималась — для этого были слуги. Максимум, что Рената сделала лично — сшила себе трусы и некое подобие бюстгальтера из заграничной ткани, ибо своя была для этого слишком груба.

— Набрали тряпок про запас и выбрасывали, — усмехнулась Жолана. — Стиркой не занималась. А вообще, мы очень быстро доплыли, прямо удивительно!

— Ы-ы, бедный Тшесси, — Рената закрыла лицо руками, представляя, как Повелитель моря наткнется на «подарок» от её друзей.

Лишь бы не приплыл предъявлять претензии!

Кто такой Тшесси, и почему он бедный, Рената рассказывать не стала, дабы не пугать друзей. А то побоятся обратно возвращаться. Впрочем, это вряд ли, потому что слава их гремит по всей Гардалии. Они заработали за эту зиму и весну столько, сколько не зарабатывали за все предыдущие годы вместе взятые. Правда, и устали, как собаки. Потому и поплыли к Ренате, а не как обычно — в курортную зону Бэлтонского моря. Разве что на обратном пути собирались заглянуть в пару городков, дать несколько выступлений… Но это всё потом, а сейчас бродячие артисты вполне уютно чувствовали себя в гостях у конунга Архельдора. Шутка ли — с самими северными двуликими дружить! Да на одних рассказах можно будет зарабатывать всю оставшуюся жизнь.

Но это потом, в старости, а сейчас все экстренно учили слова и мелодии нового мюзикла «Летучий корабль». Сидели на берегу красивейшего фьорда, расстелив одеяло и запустив на него малышню. Солнце грело, волны шумели, а Рената муштровала народ по вокалу, показывая, как надо петь партию от царя, как от Полкана и как от Ивана.

Тонкий голос Ольшаны пронзал небеса:

А я не хочу, не хочу по расчёту,

А я по любви, по любви хочу,

Свободу, свободу, мне дайте свободу,

Я птицею ввысь улечу!

Чёрный волк сидел в кустах и жмурился от удовольствия. Его морду рассекал широкий шрам. Ему безумно нравилась и как поёт Ольшана, и как пахнет…, вот только она его боялась. Ведь он большой, страшный и… не рыжий.

То, что Торстейн обрёл пару, Ольшана пережила спокойно, тем более что ничего криминального между ними не произошло, так лишь, лёгкий флёр симпатии, которую безжалостно пресекла Гарма. И правильно сделала! Но периодически Ольшана нет-нет, да заглядывалась на рыжего, не отходившего от Фрейи ни на шаг. Та, разумеется, была беременна, ибо на радостях они со свадьбой тянуть не стали, хотя обычно северянки любят помотать нервы своим поклонникам. Не в этом случае, тем более что оказалось, что Небесный Волк соединил их на высочайшем уровне.

— Я не буду играть водяного! — воскликнул муж Гармы.

Хотя его упитанность идеально подходила на эту роль.

— Ты что, у него самая крутая песня, — Рената знала, на какие точки нажимать. — Гарма вон вообще Бабой-Ягой будет.

Хора взять было негде, пришлось слегка менять сценарий.

— Кстати, охранникам тоже бы песню сочинить, а то что они только бегают туда-сюда, — Рената задумчиво глядела на братьев Гармы.

И понеслось: бурные споры, творческие находки, размышления, как сделать летучий корабль разборным и максимально лёгким. Пришлось придумывать не только песню для охраны Полкана, но и продолжение приключений убежавших, точнее улетевших влюблённых. Ибо сказка оказалась куда короче, чем те же «Бременские музыканты». В итоге «Ивана» сделали пропавшим наследником соседнего королевства, которого в младенчестве похитили враги и увезли куда подальше. Опознали его по схожести с отцом и фамильной родинке на спине (пришлось придумывать, какой формы она будет, что заняло пару часов горячих дебатов), посему он с чистой совестью сел на престол объединённых царств и стал жить долго и счастливо с Забавой, детишками, котом и прочим, о чём они пели. Эдакое индийское кино для Средневековья.

Время текло своим чередом, все двуликие давно привыкли, что у них теперь на острове толпа артистов, с которыми очень весело, особенно по вечерам. Конечно же, всем понравилась сказка о Трубадуре и его друзьях, а также они оценили первые прогоны нового шедевра, с помощью которого Гарма сотоварищи собрались вновь покорять Староград.

И вот наступило время отплывать назад. Харальд выделил друзьям драккар, заодно загрузил его товаром для торговли и выдал список того, что требовалось закупить. Главным в плавание напросился… Кьярваль. Он был не в силах оторваться от Ольшаны, но в то же время не чувствовал, что она — его истинная. Не было стопроцентной уверенности, хотя… как можно быть уверенным в чём-то, если никогда прежде этого не испытывал? Учитывая, что пару Небесный Волк даёт одну и на всю жизнь…

Он и в себе не был уверен. Увечный. Не только на лице, но и под одеждой, отчего все женщины смотрели на него кто с жалостью, кто с брезгливостью. И уходили. Разве такой достоин этой нежной, чистой красоты? Этой юной, немного пугливой девы? Да, несмотря на то, что Ольшана переборола стеснение и стала выступать в главной роли, она осталась такой же скромной охотницей, предпочитавшей проводить время в лесу или среди близких ей людей.

Но он ничего не мог с собой поделать. Он хотел смотреть на неё, охранять, заботиться. Харальд понял его и отпустил. Лишь сказал на прощание:

— Если ты решишь отправиться с ними дальше, главным назначь Гримхольда — он неплох в навигации.

— Посмотрим, — угрюмо буркнул Кьярваль по прозвищу Арр.

Едва Рагнару сыну Харальда исполнилось полтора года, как его ретивые родители решили совершить одно долгожданное, но очень дальнее путешествие. На остров Пасхи, или как он здесь называется.

Элементаль морского ветра домчал их на драккаре до места за десять дней. Сколько это было в узлах — страшно представить! Повторять тоже не особо хотелось, несмотря на то, что Харальд постарался создать как можно более комфортные условия для путешествия, насколько это было возможно. Поставил внутри корабля шатёр, где могла укрыться Рената с ребёнком и Хельга. Да-да, сестра и, конечно же, Торбанд возжелали познакомиться с новыми родственниками и хоть немного узнать о восточных единоборствах.

— Надо же, как тут всё похоже, — Ренате казалось, будто она уже на Земле — ведь острова были идентичны.

Разве что дорог и прочих следов цивилизации не имелось, ну, да и они были не на автомобиле. Пешочком, на своих двоих! И как тут найти нужную статую? Она в упор не помнила, где та самая, и нужна ли именно она?

— Сначала сделаем лагерь и переночуем, — Харальд слегка осадил любимую жёнушку.

И был прав! Солнце клонилось к закату, хотелось попросту поесть и отдохнуть на нормальной земле. Да и Рагнару давно пора было спать, пусть он и стойко переносил путешествие.

Особенно мальцу нравилось смотреть на воду. Он махал ей руками, улыбался, строил рожицы, словно видел там кого-то… Ни волки, ни Рената, сколько ни вглядывались, ничего не могли разглядеть. Впрочем, Рената относилась к этому с завидным спокойствием. Ну, увидел, ну машет. Лишь бы живыми добрались до места, остальное — лирика.

Ночью, после того, как все подкрепились и легли спать, Ренату навестил синекожий демиург, хотя она даже не успела ему спеть песню о лабутенах, как они договаривались. Как и в прошлую встречу, она поразилась, насколько интересное у него сочетания белых волос и тёмно-синей кожи.

— Ого, сколько вас тут желающих! — он взглянул на спящих. — И все собрались на Землю?

— Да, — Рената очень обрадовалась, что ей не придётся мучиться в поисках нужной статуи — к ней пришла помощь! — Всем хочется посмотреть на мой мир.

— Пройти смогут только те, кто внутренне свободны. Твоя пара и ребёнок не в счёт — у вас особый пропуск.

— Да никто, вроде, не обременён парой, — Рената пыталась вспомнить, окончательно бросила Хельга своего последнего ухажёра, или пока оставила в запасе?

— В таком случае, смотри и запоминай, — демиург взмахнул рукой, отчего тело Ренаты взмыло вверх, а после понеслось над бесконечной вереницей истуканов, что даже в глазах зарябило.

Наконец, они добрались до одной группы исполинов, стоявших около ближайшей горы.

— Вот этот, — демиург ткнул пальцем в средних размеров истукана, мало чем отличавшегося от остальных.

Вот как его запоминать? Разве что, какой он по счёту справа. Шестнадцатый.

— Шестнадцатый, шестнадцатый, — принялась повторять Рената.

— Правильно, лучше заучить, чем в левый мир попасть, — хмыкнул синий. — И ещё, это единственный раз, когда я тебе помогаю. Исключительно из-за твоей семьи на Земле.

— А обратно? — она даже растерялась от такого заявления.

— Обратно, как и сюда, доберётесь с элементалем воздуха, они там тоже есть, ну а на месте я тебе снова помогу. Всё. И я бы на твоём месте не рисковал своей парой ради очередного путешествия. Подготовь своих родных к тому, что ты покидаешь их навсегда.

Сказал, а потом вновь унёс Ренату обратно в… её тело. Ведь на деле она спала, лишь совершила небольшое астральное путешествие.

Рената с одной стороны понимала всю правоту его слов, да и путь по морю, пусть с помощью ветра, был непрост, с другой, сильно жалела, что не получится вновь и вновь навещать родные края. Да, Архельдор она тоже полюбила, несмотря на суровые зимы, но хочется ведь и разнообразия! И борща, а то здесь не росла свекла. А это ведь целое горе — она обещала, когда перемещалась в этот мир, что если выживет, будет готовить его своему мужу. Выходит, соврала!

Наутро, плотно позавтракав, путешественники двинулись в сторону нужной группы исполинов. Северяне не переставали изумляться мощи истуканов, масштабу работы и силе, которую они чувствовали своим двуликим нутром. А когда Рената таки нашла нужную каменюку, то и вовсе напряглись. Ведь настал час, когда им придётся ощутить неведомую магию в полной мере! Впрочем, Рената, подхватив Рагнара на руки, смело шагнула первой, и им ничего не оставалось, как последовать за ней.

Как и в прошлый раз, Ренату перебросило не на аналогичный остров на Земле, а на дачу. Точнее загородный дом, куда перевезли из деревни бабушку с дедушкой, когда они совсем состарились, но в город ни в какую переезжать не хотели. Сошлись на том, что ближе к городу всё же лучше и в плане частоты встреч, и в плане больницы, в которую им регулярно приходилось ездить.

Каково же было изумление Валентины Степановны, когда посреди грядок с клубникой появилась её любимая внучка в странной одежде и с ребёнком на руках! Учитывая то, что она сейчас была в командировке и далеко не беременна…

Ибо время, в которое закинуло попаданцев, совпадало с временем отбытия Ренаты с Земли.

— Ой, Рената, какими судьбами? — Валентина Степановна даже тяпочку уронила от неожиданности.

— Бабуля, как я рада тебя видеть! — Рената бросилась к Валентине, обняла старушку, умудряясь при этом одновременно вытереть соплю под носом Рагнара, поцеловать бабулю и махнуть вышедшему из дома дедушке.

Не успели старики приступить к расспросам, как несчастную клубнику вновь попрали! В этот раз то были какие-то незнакомые люди. Высокие фигуры Харальда, Хельги и Торбанда притягивали взгляд, поражали статью и такими же странными одеждами, как у Ренаты.

— Бабушка, дедушка, не волнуйтесь! — воскликнула бывшая телеведущая. — Это мой муж со своими братом и сестрой. Познакомьтесь…

Хвала небесам, старики выдержали. Не пришлось вызывать скорую (только родителей неугомонной девицы), разве что капли сердечные принять. Прочие родственники по прибытию тоже приобщились к корвалолу, а после организовали пышное застолье с шашлыком, люля-кебабом, а также фирменным дедушкиным самогоном. На вишне.

Благодаря последнему, дело особо хорошо пошло. Легче стала восприниматься информация о невероятных приключениях Ренаты в альтернативном средневековье, северяне перестали казаться такими большими и страшными, а уж Харальд и вовсе показался всем душкой, особенно когда принялся с Рагнаром играть. Пацан только повизгивал от восторга, пока его подкидывали, хохотал над тем, как ему щекочут животик, и уплетал никогда не виданную клубнику.

— Много не давай — диатез вылезет, — мама не была бы мамой, если бы не блюла процесс воспитания ребёнка.

Внука! Пусть неожиданного, но такого милого.

— Вряд ли это ему грозит, — хмыкнула Рената, вспоминая, как сынок умудрялся зажевать всё подряд, и ему ничего от этого не было.

Хвала двуликой сути, пусть пока она проявлялась в виде особо крепкого организма.

Под конец застолья, когда все подробности попадания Ренаты в другой мир и последующих приключений были рассказаны, слово взял отец. Тот самый Алмаз Анварович — уважаемый человек, потомок кочевников, благодаря которому Рената смогла подружиться с ветром.

Не ему лично, но той крови, что текла в её сосудах.

— Дочка, я очень рад, что ты встретила достойного мужа, способного вытерпеть все твои особенности и усмирить твою буйную натуру, — он отсалютовал стопкой зятю. — А ещё счастлив, что твоя любовь к пению теперь приносит пользу, а не головную боль.

Нет, он очень любил свою дочь и её творчество, но порой даже его железные нервы не выдерживали.

— Спасибо! — Харальд склонил голову в знак уважения.

— Это ещё не всё, — продолжил Алмаз ехидным голосом. — А ещё я рад, что у вас достаточно слуг, чтобы поддерживать чистоту в доме, ведь Рената всегда этого терпеть не может. В общем, за вас, родные! И чтобы на одном внуке не останавливались!

Северяне рассмеялись. Им понравилось напутствие, особенно Харальду, и он явно собирался приступить к нему в ближайшее время, как только Рената перестанет кормить грудью. Была у неё такая особенность — в процессе кормления она не могла зачать.[1]

А потом были прогулки по городу, посещение секции единоборств, закупка подгузников (на ночь, днём у Рагнара с этим проблем не было) и прочих ништяков современного мира. Как они это всё запихнут в драккар? Впрочем, Харальд не жаловался, особенно после посещения магазина нижнего белья, где Рената показала ему все прелести лёгкой промышленности. Лё-огонькой промышленности. Двуликий еле сдержался, чтобы не наброситься на неё в примерочной.

Проблемы начались, когда настало время возвращаться назад. То, что документов ни у кого, кроме Ренаты (её сумка и чемодан таинственным образом оказались в комнате городской квартиры) не было, они учитывали с самого начала. И никогда не пустились бы в подобное путешествие без уверенности в хорошем исходе. Нет, у них был план: добраться до Бреста по воздушному коридору, купить (или угнать — как выйдет) какой-нибудь парусный корабль, а там уже через Атлантику с попутным ветром в усиленном режиме… Но их нашёл ГКЧВ — государственный контроль чародейства и волшебства[2]. Ибо не выдержали двуликие — обернулись прошлой ночью на чужой территории, сбегали размять кости, тем более, что Рената всех уверила, что в этом мире оборотней не бывает. В её оправдание можно лишь сказать, что она не знала. Да и откуда ей знать, она ведь обычная телеведущая, а не сотрудница тайной организации!

Да, Харальд старательно замёл следы, едва почуял себе подобных, но их всё равно нашли, пусть и позже. Северян спасло лишь то, что к тому времени, как за ними пришли, они уже собрали все вещи и даже успели попить чаю, прежде чем вызывать элементаля ветра. Не успел Марк Иосифович — глава отдела по работе с иностранцами — представиться Валентине Степановне, спросившей незваных гостей по домофону, кто они такие и с чем пришли, как Рената, выработавшая за последнее время особую чуйку на неприятности, бросилась на задний двор петь песню призыва.

Дальше всё шло по плану: Брест, угон небольшой парусной яхты (потому что законным путём действовать не вышло), и вот он остров, ведущий во множество миров. Нет, второго такого путешествия они точно больше не выдержат! Да, было хорошо и весело, но очень рискованно, особенно с ГКЧВ, взявшимся буквально из ниоткуда. Лишь бы у родни из-за неосторожности двуликих не было проблем! Впрочем, пускать на самотёк эту ситуацию Рената не собиралась. В конце концов, у того чёрненького были волшебные самокрутки — пусть помогает, раз уж по его вине вся эта заварушка с ней произошла! А тот и рад посмолить да головы людям задурить, будь то хоть самые сильны маги, вроде сотрудников ГКЧВ — куда им до сил демиурга?

Шли годы, слава о чудной прорицательнице с Севера росла и ширилась. В Архельдор повадились плавать со всевозможных уголков мира. И даже двуликие их не страшили! Пришлось расширять причал, строить гостиный дом и брать пошлину на въезд, точнее вплыв. Потому что проблем с чужеземцами начиналось немало. Пришлось даже составить свод правил поведения и на лето выделять парочку дежурных, которые бы объясняли их гостям острова.

С одной стороны, архельдорцы, привыкшие жить в уединении, раздражались таким визитам, с другой, понимали, что дабы решиться на столь опасное плавание, нужна была веская причина. Чаще всего к Ренате приплывали те, у кого была реальная проблема, которую не смогли решить обычными путями. И им можно было только посочувствовать.

Правда, приплывали и те, кто искал выгоды, посчитав, что если они привезут богатые дары, то Рената всенепременно предскажет им, как правильней поступить: идти войной на соседа запада или востока. Тут их ждало разочарование, ибо пела она, как всегда, спонтанно, что придёт к ней из информационного потока. А приходило всякое, отчего кто-то настолько разъярялся, что пытался отомстить провидице. В стане оборотней, ага. Впрочем, как-то раз одному из гостей даже удалось похитить — то был дерзкий и могущественный маг с далёкого Востока. Правда, недалеко он уплыл, несмотря на то, что благоразумно завязал ей рот. Тшесси тогда отлично повеселился! Заодно обзавёлся редкими диковинками для своей коллекции оружия и драгоценностей.

Но самое главное, Рената сдержала данное богам слово — стала варить Харальду борщ. Конечно, не каждый день, но раз в неделю точно. Откуда, спросите вы, у неё взялись нужные ингредиенты? Привезла семена с Земли! Ну а Гарма сотоварищи, регулярно навещавшие разрастающееся семейство попаданки, распространили это дело по городам и весям. И так всем понравился этот суп, что через некоторое время он стал национальным блюдом всея Гардалии. Так-то!

[1] Бывает, что во время кормления грудью у женщины нет критических дней. Соответственно, забеременеть она не может. Очень удобно, скажу я вам!

[2] Подробно об этой организации рассказано в романе «Птичка, которая попала» и повести «Крылатого жениха заказывали?».

Конец.