Истинная для Мира

-20-

Открыв глаза под водой, я обомлела… Глубокая пронзительная синева вокруг, вспоротая лезвиями солнечных лучей, и треск корки льда над головой. Но холодно не было. Душа билась от восторга, как шарик на привязи, зацепившийся за провода на ветру.

Вокруг меня кружил белый кит. Медленно, плавно… Я видела, как раздувались его ноздри, как переливались перламутром отраженные лучики солнца на его шкуре… Но вдруг кит беспокойно рванулся под меня так же стремительно, сколь медлителен был секунду назад. Подхватил и подкинул к поверхности…

Я вынырнула в ванной с громким вскриком. Легкие горели, возвращая себе утраченный кислород, голова страшно кружилась. Кое-как выпав на пол, я доползла до спальни и, дрожа, провалилась в сон.

— Заглядывай иногда в договор. В нем четко прописано, что ты должен обеспечивать надлежащую охрану его предмету. Обеспечил?

Послышался напряженный вдох, и я почувствовала его рядом. Он метался… Не снаружи — внутри.

— Мирослав, она — слабость, — давил Зул. — А ты оставил ее с одним охранником.

— А сколько мне нужно охранников, чтобы оберегать ее от твоих подопечных? — огрызнулся Мир. — Он — даг… Твоему зверьку повезло, что он беспринципен и подкрался сзади!

Твою мать! Мой водитель — даг! Понятно, откуда такой еле сдерживаемый яд в каждом его слове. Откуда только Мир его взял?

— Валера важен для нее, — снова заговорил Магистр. — Я поговорю с парнишкой, но ты тоже войди в положение: их жизнь очень изменилась всего за несколько дней, — увещевал он. — Ему тяжело смириться… Не рви их связь.

— Благословить?

Во мне взыграла злость на зверя, и я подскочила с кровати. Только голова закружилась, и я снова упала. Но, несмотря на то, что пошумела изрядно, ко мне никто не поспешил. Наоборот. Послышались шаги, и мужчины вышли из квартиры, а на мобильник пришло сообщение: «Одевайся. Через час уезжаем».

— Да пошел ты… — процедила я.

Не понимала, какого черта мне стало больно оттого, что Мир даже не удостоил меня внимания… Хотя, заглянув в зеркало, я даже порадовалась этому. Я не относилась к тем счастливицам, которым и так можно утром на работу поехать. Пришлось восстанавливать лицо, мне его еще «держать» не пойми сколько!

Угрюмый водитель-даг встретил у дверей, но ничего сказать не осмелился. В лифте позволила себе рассмотреть его профиль пристальнее. Даги — клан северных воинов, гордых и взрывных на характер. Как такой тип согласился влезть в костюм и служить зверю — сложно понять. Наверное, за хорошие деньги.

Зул ждал у подъезда. Я молчаливо застыла рядом, ожидая, пока он насмотрится на детскую площадку неподалеку.

— Там у них не все просто, Аня, — перевел он, наконец, на меня глаза. — Я всегда на связи…

— Лера…

— Я позабочусь о нем.

Качество заботы в последнее время вызывало опасение. Зная высоту полета этого человека, я очень сомневалась, что ему реально есть дело…

— Не переживай о нем, — с нажимом потребовал Зул Вальдемарович. — Будь осторожна.

«А не пошел бы и ты», — подумала я и отвернулась.

— Воржева… — ткнулось в спину неодобрительно.

Как ни старалась смотреть всю поездку в окно, Мир, сидящий на переднем сиденье, изматывал мои и так растрепанные нервы. Его эмоции туго пульсировали в области моего солнечного сплетения, сбивая дыхание. Я не понимала их, но чувствовала — ему плохо. И я не отказывала себе в мести, раз уж он тоже меня чувствует. Пялилась на него все время, пытаясь досадить ответными эмоциями, но лишь терялась взглядом в напряженных мышцах его шеи, пульсирующей вене, скулах…

— Б**ть… — выругалась себе под нос и отвернулась.

Жаль, что мы мало что знаем про оборотней. Только в общих чертах. Оборотные у них лишь мужчины, женщины, которые рождаются от оборотней, зверя иметь вроде бы не могут. Хотя, это также не точно. Варвара почти ничего мне не рассказывала, хоть и прожила на их территории много лет. А в институте оборотней было мало, но никто из них особо не распространялся. Выезжая за пределы своих территорий, они подписывали какой-то договор, слышала, с непростыми условиями. Лерка тоже ничем не отличался от обычного парня, я не замечала у него никаких загонов. Но теперь ему не позвонить и не расспросить…

Как мы оказались на взлетной полосе, я пропустила, задумавшись. Дверь с моей стороны открылась, и я чуть не выпала наружу. Выдрав свой локоть у какого-то доброжелателя, побрела к частному самолету. Мир кому-то звонил, стоя чуть поодаль, и я, проигнорировав его, поднялась по трапу внутрь.

Непривычно. Вместо «счастья клаустрофоба» с плотным рядом сидений вдоль окон, моему взгляду открылся просторный аккуратный салон с диваном, несколькими креслами и парой столиков с обеих сторон.

— Проходи, — послышалось за спиной, и я отошла в сторону, пропуская недовольного Кирилла. Ну, а куда мне проходить, откуда я знаю? — Любое место выбирай.

— Вы такие милые с братом, — не выдержала я. — Кто вы во второй ипостаси? Пушистые кролики?

Тяжелый взгляд Кирилла налился предгрозовой чернотой.

— Сядь, — рявкнул он.

Я зло усмехнулась и повернулась к нему спиной, делая вид, что осматриваюсь. И тут же услышала, как он рванулся ко мне.