Истинная для дракона. Противостояние

5

Красивый… Я смотрела во все глаза на незнакомого мужчину, в объятьях которого провела всю ночь. Смуглая кожа, темные волосы, сеточка мелких морщинок в уголках глаз — все это показалось таким родным. В груди задрожало тепло, будто кто-то разжег спящий костер — ощущение такое невероятное, что у меня перехватило дыхание. Меня не мучали кошмары, не преследовал зверь, было спокойно, будто никуда не нужно было бежать, защищаться. Будто все было позади. Я коснулась пальцами короткой щетины на его щеке, и его губы дрогнули.

— Мира…

Рука взметнулась ко мне, но меня рвануло в темноту…

Я открыла глаза, первые секунды не понимая где я. Вроде только что была где-то далеко. Необычное чувство умиротворения…

Не этого я ждала. После того, что случилось вчера, думала — не смогу и глаз открыть, чтобы не погрузиться в кошмар. Внутренний зверь притих, хотя теперь мог позволить себе поспать подольше, на год вперед выполнив норму по выражению неприязни.

Я осторожно перевернулась на бок, и Аршад глубоко вздохнул, не желая выпускать меня из рук. На плечах Джинна кровью набухли повязки.

— Нужно сменить бинты, Повелитель… — прошептала, вглядываясь в его лицо.

Уголки губ Джинна дрогнули:

— Мне нужна ты, — он открыл глаза.

Никогда еще я не прижималась к нему сама, сдаваясь без боя, желая ощутить его как можно ближе. Чтобы не отпускал, не отдавал меня зверю. Он ведь смог вчера справиться с ним, значит сможет и впредь. Надо только смириться со всем остальным… И я буду смиряться. Потому что спокойствие этого утра было все, что мне нужно!

— Майрин, — горячие ладони сжались на груди, воздух привычно выжгло в эпицентре его желания, и тело послушно покрылось испариной. Я выгнулась, вжимаясь в его бедра теснее, и Аршад шумно выдохнул. — Выйдешь за меня?

— Выйду, — всхлипнула я. Куда мне теперь от него деться, если я — бомба замедленного действия? — Только не отдавай меня зверю…

— Не отдам, — решительно прорычал он и смял губы голодным поцелуем. — Только впусти, прими меня…

Я закрыла глаза… и отдалась ему полностью. По крайней мере, очень старалась. Аршад целовал губы, шею, требуя отклика. Чувственные ласки привычно обжигали, аромат кожи Аршада с примесью запаха крови, наконец, избавил от душевных метаний, я обвила его бедра, требуя всего и сразу:

— Пожалуйста, — простонала, выгибаясь. — Хочу тебя…

Но Аршад схватил за волосы:

— Посмотри на меня, — потребовал жестко. — Смотри на меня… Я тебя трахаю. Ты — моя! И ничья больше. Тебе ясно?..

Я не смогла ответить. Веки так и норовили дрогнуть, пока его большой член рывками толкался все глубже, но он держал взглядом, сжимая пальцы на затылке.

— …Ты будешь моей? — прошипел сквозь зубы.

— Да… — выдохнула еле слышно и вскрикнула, когда он рывком заполнил меня.

— Не слышу!

— Да!

Он вжал меня в кровать, оживляя нашу привычную агонию, вдыхая в нее пламя. Мне иногда казалось, что в Аршаде тоже живет зверь — ненасытный, дикий, неуправляемый, и он теряет над ним контроль только со мной.

Закинув мои ноги себе на плечи, он заполнял меня рывками до предела, на грани боли, пока низ живота не скрутило непривычно сильно, будто ледяную корку пробило, и та врезалась во внутренности осколками, сметаемая в следующий миг горячей лавой его семени. Я снова полосовала грудь Джинна когтями, не в силах понять, убивает он меня за что-то или так выглядит его страсть на полную мощь. Лоно пульсировало и ныло так, что казалось, меня сейчас завяжет узлом. С губ сорвался звериный вой, и Аршад снова впился в них, жадно целуя:

— Спасибо, — шептал непонятное, — спасибо, милая… Любимая моя…

— Ты с ума сошел? — рыкнула я. — Убить хотел?!

— Что? — приподнялся он на руках, довольно скалясь. — Тебе не понравилось?

— Мне было страшно! — вскинулась я, но он снова прижал к кровати. — По монстру моему соскучился?

Но тот будто и не ночевал дома — я настороженно вслушивалась в себя, но животного не чувствовала.

— По тебе настоящей, дикая моя, — улыбнулся Аршад и скользнул пальцами по все еще дрожащей сердцевине, вынуждая снова дернуться.

Я зло раздула ноздри, тяжело дыша. Утреннее умиротворение и спокойствие разбилось вдребезги, будто и не было его! Произошедшее не нравилось, отрезвляя и швыряя в безрадостную реальность: я согласилась за него выйти… Стать его. Не потому, что хочу. А потому что боюсь…

Мира. Ее зовут Мира.

В горле так пересохло, что язык прилип к нёбу. Одинокое утро после ночи, проведенной с ней, казалось стылым до тошноты. Я слышал ее дыхание, чувствовал сердцебиение. Касался мысленно, успокаивал, стерег ее сон и только под утро отключился, вымотавшись. И даже показалось, что и она видела меня, попробовала коснуться…

Но сон растаял. В окно смотрело неуместно солнечное альпийское утро. Снег блестел, ослепляя, и чем-то напоминая белые пески, которые помнились с детства. Я вскинул руки к глазам и протер лицо. Кажется, Алиска вчера приносила чай… Приподнявшись на локте, заприметил на столике вожделенную чашку. Наплел в нее столько наговоров по пути, что вода вскипела, а по комнате распустился аромат липы с медом. Так жадно глотнул, что обжег нёбо. Я. Дракон. И обжег нёбо. Дожил.

Как? Как я мог забыть вкус реальной жизни? Вот он — остывший чай, холодная постель в чужом доме. Здесь так разило отчаянием… Я опустил в чашку нос, лишь бы не чувствовать, будто своего собственного мало. Сколько можно брать на себя ответственность за других?

Шагнув к окну, рывком распахнул его настежь, впуская поток ледяного воздуха. С каждым вдохом становилось лучше. Теперь единственная цель — Она. Девочка откликается, поддается, а значит не все потеряно. Будет тяжело…

Тишину комнаты вдруг наполнило жужжание мобильника.

— Зул…

— Приветствую, Мирослав.

— С возвращением. Алекс рассказал мне…

— Что именно?

— Что ты вернулся, и что ты на нашей стороне. Как и всегда, в общем.

Пока что на своей вообще-то. Противостояние с Аршадом непонятно как отразится на политической ситуации, но я больше не будет жертвовать своими интересами. Попытаюсь втиснуть их в общие, но как получится.

— В общем, да.

— Но он говорит, у тебя пока в приоритете свои проблемы.

— Пока что…

— Помощь нужна?

Я отдернул штору и взглянул на горный склон. С Мирославом Карельским — отцом Алисы, мы никогда не были близкими друзьями, и хотя обстоятельства, ставшие причиной напряжения между нами, давно себя исчерпали, предложение о помощи от него прозвучало неожиданно.

— Вряд ли ты сможешь помочь, но все равно спасибо.

— Пока не за что. Я на связи, жду твоего звонка.

— Ане привет передавай…

— Она будет рада, — улыбнулся оборотень в трубку.

Вот как я так мог? И Мирославу, и Алексу устроил личную жизнь, но видел в этом лишь стратегический ход! «Ты недооцениваешь возможности женщин», — сказал я Джинну десять лет назад. Идиот. Чем я от него отличаюсь?

— Здравствуйте, — решительно набрал номер, — у вас есть доставка одежды?..

И снова во дворце все стояли на ушах. Джинн избегал разговоров о свадьбе, но я знала — готовилось что-то до неприличия пафосное. Или как раз приличное — в рамках восточных традиций. Еще бы — свадьба самого Повелителя!

Джинн стал еще более внимателен и заботлив, чем прежде. Только поводок укоротился — Аршад больше не отпускал меня в свою комнату. Мои вещи, стирая иллюзию личного пространства, перенесли к нему. Теперь я принадлежала ему целиком и полностью. Хотя… это всегда было так, а остальное — лишь мираж.

Я слонялась по гостиной с утра до вечера, стараясь работать, чтобы хоть как-то отвлечься, но ожидание церемонии изматывало. Это будет не просто брак. С Повелителем — даже не до гроба. Навсегда. Я старалась об этом не думать, но… Что такое вечность с ним? Неужели я так и останусь его диким зверьком на привязи, зависимой? Когда-то его постель казалась частью временной сделки — так было удобно, и я многого добилась, когда прогнулась под него. Но теперь понимала, как ошиблась. Браслеты натирали, зудели, хотелось содрать их с запястий, откусить вместе с ними, наконец… Джинн каждый вечер хмуро взирал на воспаленные линии под металлом и терпеливо обрабатывал их какой-то мазью. Я мучилась, и он это видел.

Только ночами отпускало. Я не помнила снов, но просыпалась с желанием жить. Жалась к Аршаду, чтобы продлить эти иллюзии, но с каждым разом убеждалась — не он был их источником. Скорее, рядом с ним они обугливались и разлетались пеплом, как временами моя одежда. Когда Джинн горел от желания, не гореть с ним вместе невозможно.

— Если бы знал, что будешь так мандражировать, поставил бы тебя в известность только в день свадьбы, — мрачно заметил он на третий день после помолвки.

Нам накрыли завтрак в саду, но аппетита не было. Я уныло размазывала ореховую пасту по галету:

— Ты хотел сказать, спросил бы меня в день свадьбы? — перевела на него злой взгляд.

— Я спросил — ты согласилась, — напомнил он холодно. Я поджала губы и отвернулась. — Майрин, посмотри на меня, — потребовал он. — Что снова не так? Ты так прижималась ко мне той ночью, когда чуть не обернулась… Что изменилось? Я снова не достоин твоего выбора?

Странно, но в этот раз в его голосе не было сарказма. Будто и правда переживал, что у меня есть выбор.

— А он есть?

— Уже нет, но то, как ты изводишься, меня вышибает из равновесия! Чем я могу помочь?

— Отложи свадьбу…

— Нет. — Я закатила глаза и швырнула галет на стол. — Что это изменит? — жег он меня злым взглядом.

— Не знаю! — вскричала. — Хочу воздуха, задыхаюсь! Давай съездим в Норвегию…

— Сразу после свадьбы — куда хочешь, пока у меня нет времени. Майрин, — он приблизился, заглядывая в глаза. Ладонь Джинна нежно провела по скуле: — Ты предназначена мне, создана для меня. И я — твое предназначение. Нам никуда не деться друг о друга, пойми. Ты нервничаешь, боишься — я понимаю.

— Мне прислали приглашение на конференцию в Цюрихе, — мотнула головой, отстраняясь от его ладони. — Ждут ответ сегодня.

— Когда конференция?

Не видела его взгляд, но голос звучал холодно и решительно.

— Завтра утром…

— Хочешь поехать?

— Угу, — сверлила злым взглядом мозаику на крышке стола. За это утро я, казалось, изучила каждую плитку.

Последовала небольшая пауза.

— Езжай. — Я вскинула на него взгляд, но тут же отвела, не желая показывать, как поразили его слова. Но Аршад не остановился на достигнутом: — Вернешься к свадьбе, утром. Чтобы не умирать тут от тоски. Поженимся и сразу уедем, куда скажешь.

Я улыбнулась против воли:

— Хорошо.

— Майрин, — серьезно продолжал он. — Не захочешь жить во дворце, будем жить где угодно. Я смогу заниматься делами отовсюду.

— Из Новой Зеландии? — прищурилась я, на что Джинн сморщился, цокая языком:

— Поближе бы все-таки… Без океана.

Повинуясь порыву, я скользнула в его руки и обняла за шею:

— Спасибо.

— Пожалуйста…

Зимний Цюрих, как и любой город зимой с настоящим снегом, вызвал прилив детского восторга и желания жить. Я позволила себе отдаться этому обману, лишь бы не сойти с ума. Морозный воздух так вкусно пах, что хотелось раздеться догола и пуститься кувыркаться по снегу, бесконечно наблюдать за тем, как он тает, соприкасаясь с горячей кожей. Я всерьез задумалась о том, чтобы послать все к чертям и броситься на прогулку в горы, сбежать от конвоя Аршада, побегать по лесу…

Внезапно картинка за окном авто привлекла мое внимание. Перекресток за перекрестком, я жадно вглядывалась в лица прохожих, чувствуя, как пересыхает в горле от неясного волнения. Незнакомое прежде ощущение зова, необузданное желания бежать…

— Сахир, — тихо позвала помощника. — Я могу погулять по городу?

— Конечно, Шейли, — обернулся он. — У вас через час регистрация на конференцию…

— Я не пойду.

Помощник едва заметно завис, быстро обыгрывая в уме новый сценарий.

— Хорошо, — медленно кивнул он. — Какие будут предложения?

— Тормозите! — повинуясь порыву, крикнула я водителю.

Он, к счастью, не ударил резко по тормозам, а плавно припарковался в не особо удобном месте, но опознавательные знаки иностранного посла на автомобиле решали множество неудобств. Я дернула ручку и бросилась наружу. Сахир последовал за мной.

— Шейли! — послышался голос за спиной, но я рванулась сквозь толпу к ближайшему маленькому переулку как раз перед носом грузовой машины, надежно заблокировавшей дорогу Сахиру.

Я неслась со всех ног, петляя между преградами, обозначая свое бегство глухим стуком каблуков по асфальту. Магазины, бизнес-центры, парковки, банки — все это мелькало перед глазами, как в калейдоскопе, но ни на секунду не тормозило. Только непонятная тоска заставляла нестись вперед. Это становилось все веселее — интуиция подсказывала, куда сворачивать, будто кто-то играл с моим сознанием. Какая-то часть меня понимала — это может быть ловушкой. Мало ли врагов у Аршада? Но… почему бы не угодить в эту ловушку? Хороший повод больше не думать о Джинне, свадьбе, наручниках…

— Прошу вас…

Оказалось, я уже некоторое время стою перед дверями какого-то ресторана, тяжело дыша, а мне радушно открывает двери улыбчивый старик.

— …Проходите, холодает…

За ним виднелся сумрачный прямоугольник входа, оживленный отблесками камина. Я шагнула в душный пряный полумрак и оказалась у небольшой барной стойки из красного дерева. Приглушенно играла музыка, перекатывались нити бусин, отделявшие вход в зал, и за ними мне померещились очертания мужчины. Он стоял у столика спиной ко мне и смотрел в окно. На улице почему-то уже была ночь — я ясно видела подсвеченную витрину в магазине напротив…

— Проходите, вас ждут, — проскрипел старик, проходя за стойку бара.

— Вряд ли, — попятилась я.

— Ждут-ждут, проходите…

Все было похоже на сон. И внезапное спокойствие лишь подтвердило — я снова сплю. Улыбка сама расцвела на лице, я закусила губу и отодвинула шторку из бусин. Теперь ничто не мельтешило перед глазами и не мешало рассмотреть его. Он все еще стоял спиной, едва повернув голову на звук, но я знала — все его внимание сейчас обращено ко мне.

Мы не спешили. Нереальная реальность била в голову чувством вседозволенности, как вино на голодный желудок, и все же было боязно.

— Здравствуйте, — решилась я открыть рот. — Хозяин кафе меня с кем-то спутал… Говорит, вы меня ждете.

Мужчина обернулся:

— Не ошибся, я жду тебя. — Улыбка незнакомца не показалась опасной. Много всего в ней было… Если бы не усталый внимательный взгляд, я бы назвала ее хищной. Чуть смуглая кожа, темные волосы, короткая щетина… при взгляде на которую кончики пальцев взбудоражило чувственным воспоминанием. — Проходи. Времени немного…

— Я сплю?

— Пока да, — отодвинул он ближайший стул, приглашая сесть.

— Пока?

— В реальности наша встреча еще невозможна, — сел он напротив, а я поймала себя на остром сожалении — слишком далеко! Рывком встала и подошла к нему, пытаясь понять… Происходящее вдруг перестало дарить спокойствие, я начала дрожать.

— Кто ты?

— Дракон, — прямо ответил он, внимательно глядя в лицо. Теперь от усталости не осталось и следа — в глубине его глаз заблестел пугающий огонек.

— Драконов не существует.

— Джинны существуют, а драконы — нет? — и ни капли сарказма.

Я скрипнула зубами, вскинула руку и залепила ему пощечину:

— За все! — вырвалось почему-то. И только через секунду отшатнулась — за что я его ударила?

— Заслуженно, — повел он бровью, но вдруг стало ясно — не сдастся. Рывком сцапал меня и шагнул со мной к стене, запуская пальцы в волосы и оттягивая голову назад. Я вцепилась в его плечи, но когти выпустить не могла, а так захотелось полоснуть его на память! — Мира…

С ним хотелось одновременно и бороться до последнего вздоха, и сдаться, подставляя шею. Острое противоречие ударило по нервам, солнечное сплетение заныло в предвкушении, воздух выбило из легких… Его пальцы сплелись с моими, и это касание напомнило чувство утоления жесточайшей жажды на грани смерти.

— Пусти, — испуганно выдавила я, не в силах оторвать от него взгляд.

— Нет, — зло процедил он. — Ты — моя истинная, моя пара, и я не откажусь от тебя…

— Что?

— Хорошо спится последние ночи? — вкрадчивый хриплый голос вызвал болезненный спазм внизу живота, и я сжала ноги.

— Не твое…

— Мое, — жестко осадил меня. — Вся ты — моя. И я верну тебя…

— Шейли Майрин! — раздался откуда-то окрик Сахира. — Майрин!

Я резко обернулась к бару… и тут же подскочила на сиденье авто. Голова закружилась, затошнило…

— Да, — послышался голос Сахира. — Хорошо, везу ее домой…

— Что? — прохрипела я, откидываясь на спинку. Перед глазами потихоньку начало проясняться.

— Шейли, выпейте…

Оказалось, мы стояли у обочины посреди оживленной улицы. Сахир сидел на корточках у распахнутой задней двери авто и протягивал мне бокал с водой. На вкус она оказалась приятно кислой.

— Что происходит? — вытерла губы.

— Повелитель приказал везти вас обратно в Абу-Даби…

— Да почему?! — вскричала я.

— Шейли, с вами сейчас было что-то непонятное, вы метались по салону во сне, и я не мог вас привести в чувства!

— Дай мне мобильник, — прорычала я.

Аршад ответил сразу:

— Как ты?

Голос Джинна был полон тревоги и злости, даже запал растеряла.

— Почему я еду домой?

— Потому что тот, с кем ты столкнулась сейчас… с ним не справится никто, кроме меня.

Пока я говорила, Сахир уже захлопнул двери и, усевшись спереди, скомандовал разворачиваться.

— С кем столкнулась? Я просто уснула в машине!

Свое видение я помнила хорошо, до сих пор волоски стояли дыбом, а от последних слов незнакомца в груди начинало гореть огнем. Но откуда об этом узнал Аршад?

— Майрин, дома поговорим, прошу, не спорь… — браслеты запульсировали теплом, давая ответы на недавние вопросы. — Не стоило тебя отпускать!

Мне казалось, или Аршад растерян и напуган? Автомобиль несся с мигалкой в сторону аэропорта, а у меня выпала трубка из рук при мысли, что уже через несколько часов я снова буду в душном Абу-Даби…

— У тебя есть какие-то предпочтения по спальне, или я могу на свой вкус?

Я обернулся от окна, путаясь пальцами в галстуке:

— Что?

— Круто выглядишь! — осмотрела меня Алиса с ног до головы. — Классный костюм.

— Спасибо, — настороженно кивнул, ожидая ответа.

— За ней едешь? — подкралась чертовка ближе и после короткой борьбы отвоевала у меня узел галстука.

— Да, — нахмурился я, грозно глядя Алисе в глаза, но та мастерски делала вид, что занята. — Что ты задумала?

— Тебе же надо будет ее куда-то везти, — начала вкрадчиво.

Об этом я не успел подумать — голова была занята тем, как нелегко пробивается защита Джинна, и что придется сделать, чтобы разорвать ее окончательно. Меня сжирала совесть по поводу единственной оставшейся возможности, и ломало после встречи с Мирой…

Она была в моих руках! И как же это было невозможно хорошо, правильно… Я никогда еще не чувствовал себя драконом настолько! Жажда, что вызывала моя девочка, выжгла бы все изнутри к Нергалу, если бы внутренности не были огнеупорными…

— Так вот, вези сюда, — не дождавшись моей реакции, продолжала Алиса как ни в чем не бывало.

— Куда? — тупил я.

— Сюда, — обвела она взглядом пристройку.

— Зачем? — злился все больше, потому что ни черта не понимал.

— Зул Вальдемарович, — отступила Алиса на шаг, невозмутимо делая вид, что любуется узлом галстука, — боюсь, тебе может понадобиться помощь в вещах, с которыми ты не справишься…

— Госпожа укротительница тигров, — криво усмехнулся я, — решила повысить квалификацию и заняться драконами?

— А вас много? — азартно прищурилась та.

— Один, — хмуро выдавил я.

Алиса вздохнула:

— Не вези ее в Питер. Там шумно, воняет гарью, нет солнца, и драконов там не видели никогда… Ты вырвешь девочку из привычного мира, и будь ты хоть трижды ее истинный, она будет напугана и растеряна. А шанс у тебя, я так понимаю, один и последний.

Я сверлил ее напряженным взглядом, чувствуя, что в ее словах есть истина. Тигр, дракон — один хрен! Алиса управлялась с опасным зверьем изящно и легко.

— Алекс «за», — правильно читала она мою реакцию.

Понятно, что такой решающий козырь, как я, лучше держать поближе и лично присматривать — Правящему в стратегическом мышлении не откажешь.

— У него же столько целых елок во дворе осталось! — фыркнул я. — Хорошо.

Смысл ломаться? Надо держаться за тех, кому голова не откажет в случае чего. О том, что у нас с Мирой не сильно заладилось с «первой встречей», я старался не думать.

— Спроси еще у Алекса, можно ли занять его старый дом…