Искры 2: Испытание Веры

Глава 9

Я замираю, смотря в распахнутые от испуга глаза мальчика. Замираю чтобы не спровоцировать того, кто стоит у меня за спиной с оружием в руках и готов пустить его в ход. В голове со скоростью света мелькают лихорадочные мысли. Кто это? Что ему нужно? Куда я зря полезла? В селение? Это кто-то из родственников Заиры? Но ведь все погибли в пожаре, а ее дочери живут в других селениях! Какое именно оружие приставили к моей спине и есть ли у меня шанс вырваться живой? И что сделает этот мужик с мальчиком-свидетелем если я не справлюсь?

И что делать мне?!

По сути у меня был выбор. Всегда бывает, в любой ситуации, даже если на первый взгляд она кажется абсолютно безвыходной. Его лишь нужно найти. А в моем случае принять решение, выбрать. Я могу закричать, мои мужья и остальные мужчины рядом, в паре десятков метров всего, они точно услышат. Но как отреагирует напавший? Что если пострадает мальчик? Или…

Видимо выбора у меня особого и нет…

— Что бы вы ни задумали, я не советую вам это делать… — твердо говорю я, концентрируясь, собирая силу, призывая пламя. Второй раз, как ни прискорбно, решиться на этот шаг легче.

В груди нарастает тепло, играет жар на кончиков пальцев. Я готова…

— Пааап! Ты что творишь?! Госпожа ничего плохого мне не сделала! Мы просто разговаривали! — Рэйн чуть не плача смотрит мне за спину, а я цепенею от ужаса. Жар превращается в лёд. — Я устал прятаться, понимаешь? Знаю, что по другому никак, что это для моей безопасности, но… Я хочу жить как все обычные дети! Хочу общаться с кем захочу. Хочу играть с другими детьми! Хочу ходить с тобой на дежурство на стену как делают другие мальчишки со своими папами! Хочу чтобы ты тренировал меня и учил бою на мечах во дворе, а не по ночам, тайком в подполе. Я хочу работать на огороде, помогая вам с мамой и сестрой, а не наблюдать через маленькое и темное подвальное окошко. Хочу вместе завтракать, обедать и ужинать не боясь, что кто-то может увидеть меня. Я устал, понимаешь!?!

В каменные изваяния превратились оба. И онемевшая в который раз за это утро открытий я, и мужик с оружием за моей спиной. Папа?! И почему, черт возьми, этого ребенка в подвале прятали?!?

— Рэйн… — пораженно, с долей горечи в голосе, шепчет мужчина позади меня. Твердый предмет в его руках дёргается и на мгновение сильнее вжимается в мою спину. Я чувствую острый укол между лопаток, жжение, и то, как ткань рубашки пропитывается горячей влагой.

Ой, зря он это!

Резко обострившимся в критической ситуации обонянием я успеваю лишь уловить стремительно приближающийся звериный запах, знакомый и чужой одновременно, но сделать уже ничего не успеваю.

За спиной слышится резкий мужской выдох, а затем… Шум потасовки, совсем короткой и сопровождающейся злобным звериным рычанием и мужским болезненным стоном.

Кричит пронзительно Рэйн, а я резко разворачиваюсь, перехватывая и отводя в сторону массивную голову пса, чьи челюсти уже почти сомкнулись на шее хрипящего мужчины.

— Нет! Нельзя, Дар!

И только затем до меня доходит, что это действительно Дар! Этот бурый с черными подпалинами, лохматый и невероятно огромный, почти не уступающий в размерах черному псу Дэкса зверь — принявший вторую форму Дар! И я смогла опознать его обострившимся чувствами вераты раньше, чем этот факт осознала моя человеческая половина.

— Дар… — шепчу неверяще я, поглаживая густую бурую шерсть. — Ты обернулся…

Пес поднимает голову и смотрит на меня. В темных звериных глазах сначала только непонимание и растерянность, а затем медленно проступают изумление и шок.

Господи, да он и сам не понял, что именно сейчас произошло! Видимо переход в звериную форму произошел спонтанно когда он учуял мою кровь и кинулся мне на помощь!

— Дар… Отпусти его, пожалуйста. Слышишь? Он защищал своего ребенка и ранил меня случайно. Я не хочу чтобы ты причинял этому человеку вред.

Зверь втягивает носом воздух и растерянность в его взгляде сменяется злостью, уже осознанной. Зря я про рану упомянула…

— Это всего лишь царапина. Мне не больно.

Реакцию на свои слова увидеть я не успеваю. В следующее мгновение мы вчетвером словно оказываемся в средоточие настоящего хаоса…

Из-за спины Дара через заднюю калитку во двор врываются псы. Все! Слава богу в человеческой форме, но ощетинившиеся едва ли меньше звериного. На Дэкса так вообще смотреть страшно. С другой стороны несутся мужья, видимо попав через ту калитку, что соединяла оба двора. За ними бледный до синевы Ррок. В завершении, где-то совсем рядом хлопает резко дверь и к нам бежит какая-то женщина и громким уверенным голосом требует отпустить ее мужа и сына. Хм, где ж ты раньше была?

Ответить я снова не успеваю. За меня это делает Дэкс:

— Сына можете забрать хоть сейчас. А мужа вам лучше выбрать нового. Он напал на нашу госпожу и ранил ее. И будет наказан за это…

Никогда ещё не слышала чтобы голос моего вожака звучал вот так. Отстраненно. Безэмоционально… Страшно.

И не менее страшно то, что его полностью поддерживают остальные. Псы согласно рычат. Мои мужья стоят за их спинами молчаливой, но согласной стеной. А Дар, жутко оскалившись, капает слюной на лицо замершего на земле мужчины, рядом с которым лежит внушительный на вид арбалет. Нда…

— Никто никого наказывать не будет пока я не разберусь, что тут вообще происходит!

Перевожу взгляд на подбежавшую к нам женщину. Лет тридцати пяти на вид, если по земному. Довольно высокая, стройная, голубоглазая. Не красавица, но довольно симпатичная. Из под простой на вид косынки, завязанной сзади, выглядывают льняные пряди. Платье из простой грубой ткани, длинной в пол. Явно не новое. Даже отдаленно. Никаких украшений и в помине нет. Небо и земля с той же Заирой. И дело не только в богатстве наряда. Взгляд. Манера держать себя. Она смотрела на меня уверенно, но при этом не заносчиво. Сохраняя спокойствие, уверенность и чувство собственного достоинства даже в этой непростой ситуации. Но материнское сердце нельзя заставить играть по правилам. Как и сердце по настоящему любящей женщины. Мимолётный взгляд, брошенный ею на мальчика и мужчину, сказал лучше всяких слов. Но мне всё же нужны были пояснения.

— Насколько я понимаю, вы госпожа Ррока?

— Да, — спокойный ответ и взгляд глаза в глаза, — вы правильно понимаете. А ещё я жена этого мужчины, на которого напала ваша свита. Меня зовут Натаэли.

— Учитывая обстоятельства, не могу пока сказать, что приятно познакомиться. И, думаю, мне в ответ представляться не нужно, Ррок наверняка вам всё рассказал, очень подробно. И никто на вашего мужа не нападал. Как и было сказано… моим мужем… ваш первым напал на меня. Всего лишь за то, что я перекинулась парой слов с вашим сыном… которого вы почему-то всю жизнь прятали в подвале…

Я догадываюсь, что у нее были причины поступать так с собственным ребенком. И мне нужно их знать, нужно знать об этом мальчике всё. Потому что он, видимо, когда-то станет для меня совсем не чужим.

Черт побери! У меня будут дети… дочери… Ведь будут же?

А еще, если верить тому же видению, куча мужей!

Так, не думать пока об этом! Не место и, уж точно, не время!

А женщина меж тем не спешит отвечать. Думает, всё просто так рассосется? Не знаю уж, что именно ей там обо мне рассказал Ррок, но всепрощением я точно не страдаю. Да, она предоставила нам свой дом и я ей за это благодарна. Но… Ее муж явно не собирался меня просто так отпускать… если вообще собирался. Я ведь увидела ребенка, которого они ото всех много лет непонятно почему скрывали.

— Повторю вопрос… Почему вы прятали своего сына? И почему ваш муж за общение с ним напал на меня?

Все напряженно молчали. Женщина отвечать не торопилась, Ррок тоже. Хотя по его лицу и глазам, которые он отводил в сторону, было понятно, что он в курсе происходящего и знает ответ на мои вопросы.

— Кажется я знаю почему… — звучит задумчивый голос Ра за спиной и я удивлённо на него смотрю. Ну и…?

Я пристально смотрю на Ра, ожидая ответа. И отстраненно замечаю его немного бледный вид и тени под глазами. Да уж. Последние деньки выдались ещё те, даже регенерация никого уже особо не спасает от перенапряжения и нервного истощения…

Ра меж тем вздыхает и задумчиво морщит лоб.

— Я не сразу это понял. Только сейчас всё сложилось. Когда мы только приехали, здесь, в этом дворе уже, появилось странное тянущее ощущение. Я давно уже ничего похожего не испытывал и забыл каково это… ощущать родственную кровь…

И он пронзительно, с намеком, смотрит на меня.

— В смысле родственную кровь? — удивленно вопрошаю я, переводя взгляд с рыжеватой вихрастой макушки мальчика, которого мать успела крепко обнять сзади и вжать спиной в себя, на своего рыжеволосого мужа. — Вы какая-то дальняя родня?

— Нет. Я так понимаю, он имел ввиду несколько другое… — голос Дэкса всё ещё холоден и мрачен, но уже не так убийственен. — Мальчик…

Договорить Дэкс не успевает. Сразу происходит несколько вещей. Мужчина, всё еще лежащий на земле, неожиданно делает резкий рывок, стремительно вскакивая на ноги и рванув в сторону женщины с ребенком. Слышится разъяренное рычание, клацанье мощных челюстей и стон… Мужчина стоит передо мной и Дэксом, загораживая своей широкой спиной жену и сына и держась одной рукой за окровавленное плечо. Через сжатые пальцы на пол капает густая кровь. Дар рядом со мной скалит окровавленную пасть, пригибаясь к земле и готовясь к прыжку. Женский и детский крик сливаются воедино. К ним присоединяется и мой.

— Раваэль!

— Папа!

— Дар, нет! — Я наваливаюсь сверху на своего, мать его, четвертого мужа и обнимаю руками, сведя их в замок на горячем и пушистом животе. — Я запрещаю!

Все замирают. Соседская семья вообще кажется забывает как дышать. А Дар… Дар скалится, но больше не пытается прыгнуть. Медленно поворачивает ко мне голову, смотрит в глаза, а затем… лижет в нос шершавым как у кошки языком! Окровавленным, черт возьми!

— Тьфу! Дар! Тьфу! Фу, то есть! Короче, я тебя конечно тоже люблю, но может помоешься сначала?

Дар хлопает на меня звериными глазами, в которых шок и море изумления. Я и сама в шоке смотрю на него. Вот так признание! Зато от агрессии и мысли не осталось. Отвлекла так отвлекла…

Я перевожу взгляд на раненого мужчину и киваю Рроку на его кровоточащее плечо.

— Перевяжи его.

Дважды повторять не нужно было и пару мгновений спустя Ррок скрывается в соседнем доме. Я выпрямляюсь, но на всякий случай крепко сжимаю рукой шерсть на загривке Дара.

Женщина тем временем вышла из-за спины своего отчаянного мужа, встав рядом с ним плечом к плечу. Но мальчика они, не сговариваясь, продолжали удерживать позади себя…

Ощущаю себя страшной Бабой-Ягой из сказки. Вздохнув, возвращаю взгляд к раненому.

— Раваэль, значит? На вашем месте я бы больше не делала резких движений. Здесь все сейчас нервные, по вашей между прочим вине. Вы первым проявили немотивированную агрессию. И на меня напали и сына напугали…

Закончить начатое не успела, из-за спины мужчины и юбки матери выглянул Рэйн и несмело мне улыбнулся.

Я склонила голову набок и улыбнулась в ответ, смотря в яркие зелёные глазищи.

Эффект от моего простого действа был потрясающим… точнее сотрясающим… до самого основания просто. Броня женщины дала основательную трещину — она выдохнула рвано, судорожно, всхлипнула и, закрыв мальчика подолом, зашептала:

— Пожалуйста… умоляю вас… ему ведь нет ещё и десяти! Через пару недель только исполнится…

Я оторопело уставилась на эту особу. О чём она вообще лепечет? Почему почти плачет? Мозг отстраненно отметил, что она сказала "недель", а не "семикружий", как до этого называли семь дней мои мужики. Почему?

— Я вас не понимаю.

Женщина натурально заскулила, закусив до крови губу. Никогда не слышала такого звука из уст человека, как животное горюет.

Театр абсурда продолжил отец семейства.

— На мальца не смотрите, если.... хотите... чего-то... лучше я... и ждать три года не придется…

— А?

Блин, эта гласная буква таким макаром скоро станет единственным составляющим моего словарного запаса…

Я ошалело посмотрела на стоящего рядом со мной мрачного Дэкса.

— О чём он?!

— Тут всё просто. Он просит не забирать мальчика, предлагает взамен сына себя.

Недоуменно посмотрела на рыжеволосого (кстати!) парня, потом опять На Дэкса:

— На кой ляд он мне? И с чего это вдруг я должна захотеть забрать мальчика? Из семьи?

Дэкс вздохнул устало, взъерошил нервно свою густую шевелюру:

— Мальчугану вот-вот исполнится десять лет(И снова "лет", а не "циклов"!). И его по закону должны будут… должны были бы если бы знали о его существовании… выставить на торги. Мальчик красив. Чувствуется кровь светлых альдов. Более разбавленная чем у Ра, но всё же... Именно это, кстати, он и пытался тебе объяснить. А родители по той же причине мальчишку и прятали — не хотели чтобы оказался на алтаре или в гареме одной из старших жриц. Увидев твой интерес к их сыну, решили, что ты заинтересовалась им как возможным будущим миаром. А его отец... Он предлагает себя взамен… уже сейчас…

Никогда не думала, что придёт момент, когда я смогу почувствовать себя неодушевленным предметом... Но вот он наступил, и сейчас я чувствовала себя чайником, у которого срывало от пара напрочь свисток.

Опять!

Они, как и те, не дороге, решили, что я повелась на мальчика — ровесника Тёмки! И его отец предложил мне себя в наложники… при живой жене и сыне!

Долбанутый мир! И плевать на мой далеко не французский!!!

На эмоциях внутри зашевелилось пламя, заплескалось, отчаянно запросилось наружу. Быстро, стремительно, ошеломляюще. Не знаю, что было бы дальше, не услышь я обеспокоенный голос сына, сработавший лучше ведра ледяной воды:

— Мааам…?

Выдыхаю и со спокойной улыбкой оборачиваюсь к сыну. Лохматый, взъерошенный со сна, светлые пряди падают на глаза. На руках возится недовольно малышка. Такая же лохматая как и Темка. Из длинной рубашки выглядывают пухлые ножки, крохотный кулачок трет заспанные глазки, так похожие на глаза брата.

Всё, я спокойна. Спасибо детям. Один их вид, взгляд на них и пламя добровольно укладывается внутри сворачиваясь по ощущениям в уютный теплый комок… До поры до времени. До следующего раза когда эмоции Снова выйдут из под контроля.

— Мам? Что случилось? Кто это? О… Привет. А ты кто? Тебя как зовут? Меня Тамиан, но мама зовёт меня Темкой. И мне так больше нравится.

Это сын не растерялся и, увидев детское лицо, кинулся знакомиться. Это для посторонних. А на деле… А на деле я понимаю насколько умный мне достался сын. С ходу оценив, что ситуация непростая, ощутив повисшее в воздухе напряжение, решил разрядить обстановку и заодно отвлечь ребенка. Хорошая мысль!

— А я Рэйниас. Но моя мама зовёт меня Рэйн. Мне тоже так больше нравится.

Мой будущий, судя по всему, зять тоже не теряется. Шустро высвободившись из юбок матери, подбежал к Темке и удержать никто из родителей его не успел. Видимо действительно мальчик страдал без общения со сверстниками, что даже в такой непростой ситуации решил воспользоваться моментом.

— Рэйн, вернись!

Я успеваю положить руку на плечо женщины и предупреждающе сжать. Ожидаю, что она или ее муж кинутся на меня в любой момент. Но они лишь беспомощно смотрят на меня. Рука женщины лежит на плече мужа, удерживая уже его от необдуманных поступков. Правильно, хватит, нагеройствовался уже.

— С вашим сыном ничего не случится. Об этом можете не беспокоиться. Пусть мальчики пообщаются… Мои мужья приглядят за ними… пока мы разговариваем.

Оборачиваюсь к сыну:

— Тёма, отведи Рэйна к нам, поиграйте там. Судя по умопомрачительному запаху, завтрак уже готов. Дядя Ра с Тианом вас покормят. Поможете им и остальных детишек накормить.

Мужья понятливо кивают и уводят детей под напряжёнными взглядами супружеской пары. Рэйн, уходя, чуть ли не пританцовывает от нетерпения, но косится на мать. Не испуганно, а скорее переживает за нее.

— Все будет хорошо, Рэйн, не переживай. Мы только поговорим как взрослые.

За моими мужьями и детьми закрывается калитка.

Из хозяйского дома возвращается Ррок, неся в руках какую-то небольшую плетёную шкатулку. Приносит и протягивает женщине. Та, встряхнувшись, начинает перевязывает разодранное плечо мужа. Зрелище, я вам скажу, не для слабонервных. Две глубоких борозды с рваными краями из которых по прежнему обильно сочится кровь. Там артерия случайно какая не задета? Женщина спокойно посыпает открытую рану каким-то зеленым порошком, похожим на измельчённые сушеные травы. Так же спокойно забинтовывает куском чистой ткани. Видимо ей не впервой латать людей, возможно даже собственного мужа.

— Я… я могу и вас осмотреть… — нерешительно предлагает она, кивая на мою спину. Но я отрицательно качаю головой.

— Спасибо за предложение, но не нужно. Смысла нет. Рана, которую нанес ваш муж, уже зажила. Рубашку только поменять осталось, но с этим я сама, пожалуй, справлюсь.

Женщина нервно кивает. Я перевожу взгляд на Ррока:

— Я так понимаю, что дело было в мальчике? Тот факт, что мы за все время ни разу не увидели твою хозяйку и ее домочадцев… И лечить нашего раненого она приходила ночью пока я спала… И твое странное поведение…

Ррок, покосившись на хозяйку, облегчённо кивает. Видимо и ему это молчание не особо нравилось.

— Чтож ты ей всё тогда не рассказал? Понял ведь, что я не такая как другие. Не мог не понять. Что дети для меня лишь дети…

— Да говорил я! — не выдерживает бедный мужик и осекается.

— Он говорил. Говорил, что вас бояться не следует. Говорил что ваши мужья его хорошие друзья. Говорил, что знал их прежнюю хозяйку и родную мать детей и что плохой женщине она бы их не отдала.

На словах "Родную мать" я ощутила неприятный укол. Понятный без всяких размышлений. Я настолько привязалась за эти дни к детям, что уже считала их своими. И на напоминание из чужих уст, что это не так, болезненно отзывалось что-то внутри. Возможно сердце…

— Говорил, но вы не поверили, да?

Женщина сверлит меня глазами. Я бы даже сказала, что яростно. На лице проступает злость вперемешку с презрением. И ее прорывает:

— Что бы он ни говорил, я видела того парня собственными глазами! Его раны характерные! Я такие уже видела раньше! Над ним жестоко измывались и не один день!

Я жёстко усмехаюсь, смотря в глаза женщине:

— И вы конечно же решили, что это сделала я…

Это был не вопрос совсем. Тут всё понятно. А я поняла, что и не чувствую ничего по этому поводу. Пусть думают, что хотят. Мне с ними детей не крестить… А вот тут я возможно не права. Если наши дети в будущем поженятся, то… Я вздохнула. Сил не было оправдываться и объяснять. Что ж за жизнь то такая?

Но объяснять и не пришлось. Меня спас ТимАс:

— Вы чего это удумали, а?! На госпожу нашу напраслину наводить?! Этого паренька жрицы изуродовали! Отряд тот, который в селении сейчас находится. Выкинули в лес его умирать, а госпожа нашла и с собой забрала. Выходить приказала. Ингредиенты лечебные редкие на него не жалела. Как за своего переживала, а вы!?

Женщина с мужем переглядываются удивлённо, а потом она смотрит мне в глаза:

— Но на нем метка…

— Какая метка?!?!?

Я чуть не сажусь там, где стояла, прямо на землю. Но в последний момент что-то крупное и довольно мягкое подкатывается мне под зад и приземляюсь я вполне себе с комфортом. Осознавая, что сижу на Даре, как на скамейке.

— Спасибо, хороший мальчик… — в шоке бормочу я и слышу насмешливый фырк в ответ. — Какая в пень метка?!?

— Да не нервничай ты так, ваэра. — Просто у парня регенерация сейчас не работает и укус твой, которым ты ему жизнь пыталась спасти, не зажил ещё. Не метка это, по крайней мере не постоянная. Не получишь ты ещё одного мужа неожиданно…

Моя "скамейка" в ответ угрожающе, но не слишком грозно, зарычала.

— Молчи, пуфик, — скалится с усмешкой мой вожак. — Радуйся молча. И мужем за сутки стал и зверя обрёл. Это я на тебя рычать должен за самоуправство.

— Ты уверен? — спрашиваю я, серьезно смотря в глаза Дэкса. Их шутливую мужскую перепалку я пропускаю мимо ушей. Тут о серьезном бы хватило сил подумать.

Дэкс тоже серьезно смотрит мне в глаза:

— Да. Укус сойдёт. Я уверен, но прослежу если тебе так будет спокойнее. Ты пацана, считай, спасла без последствий. Вот только отвяжешься от него теперь вряд ли. Твой табор, как ты нас всех называешь, растет очень быстро.

Черт с ним, с табором!

Я облегчённо выдыхаю и слышу смущённый голос женщины:

— Простите нас, мы не то подумали… И за мужа прошу прощения…

Я лишь машу рукой.

— Забыли. Не было ничего. Тем более вы действительно помогли нашему раненому. Травами ценными поделились. За Рейна и правда не переживайте. От меня зла не будет. Наоборот, помогу чем смогу. Он хороший мальчик, славный. И… на всякий случай лучше объясню, что для меня мальчишки младше восемнадцати не мужчины. Это понятно? Да? Вот и хорошо. Это на случай если у вас ещё где сын припрятан лет эдак пятнадцати, может чуть старше или младше…

Женщина с нервной улыбкой отрицательно мотает головой.

Вот и ладно. А теперь, думаю, раз уж мы все познакомились, ничто не мешает вам пойти и самой выбрать вещи, которые вам действительно нужны. Как женщина, я думаю, что вы хотели бы это сделать сами.

Она кивает с улыбкой. И улыбка уже менее нервная. Прогресс однако.

— Только о муже позабочусь и завтрак им с дочкой приготовлю…

— Дочку можете к нам привести. Пусть позавтракает с братом. Да и сами приходите.

— Вы уверены, госпожа? — в замешательстве хмурится женщина.

— От нас от пары порций не убудет. Подлатайте мужа нормально и приходите. А Ррок пусть пока дочурку вашу приводит. Мы присмотрим.

На том и порешили…