Идеальный танк для «попаданцев»

Партизанские танки

Другой «рояль в кустах» в эти же самые кусты и деревья приземлился в одну из летних ночей. Экипаж танкистов-попаданцев майора Рыкова услышал в темном небе характерное гудение. Привыкшие не ждать с воздуха ничего хорошего все четверо быстро приготовились к отражению атаки.

— Тревога! Воздух! — эта команда прозвучала для всех остальных танкистов и пехоты партизанского отряда.

В мощный бинокль майор Рыков увидел, как от большого двухмоторного самолета отделились белые купола парашютов. Кто это мог быть — диверсанты или новая противопартизанская группа СС или гестапо?.. Переборов уже ставшую профессиональной паранойю, майор попытался рассуждать здраво. Гитлеровским карателям из противопартизанских подразделений нет нужды проводить столь экзотический парашютный десант, проще добраться по земле. Значит, это все же разведка… Причем — наша!

— Акимов, собирай своих ребят. Боевая задача: обнаружить парашютистов и сориентировать их, скорее всего, это — наши. Так, что действуй осторожно, огня не открывать, не убедившись, что это противник. Все понял?

— Так точно, вопросов нет.

Вскоре Акимов вернулся с десятью парашютистами. Они, и действительно, оказались разведчиками из 5-й воздушно-десантной бригады Героя Советского Союза полковника Александра Родимцева [Сноска — Впоследствии — дважды Герой Советского Союза, генерал-полковник. Его 13-я гвардейская стрелковая дивизия особо отличилась в боях в Сталинграде, с июля 1942-го по февраль 1943 года]. Командовал диверсионно-разведывательной группой старший лейтенант Сорокин.

— Честно говоря, ваш партизанский отряд для нас — большая удача! Мы-то думали, что будем проводить диверсии и разведку в тылу гитлеровцев, а тут — такая силища с танками!

— Допустим, танков у нас не особо, но кое-что мы, все-таки, можем. Да, старший лейтенант, а вы же можете вызвать связной У-2?..[19] У нас тут за время рейдов по тылам противника скопилось довольно много захваченных у гитлеровцев штабных документов, в том числе — и особо ценные оперативные карты. Нужно вывести их на «большую землю», ну и эвакуировать какое-то количество мирных жителей…

— Сделаем, товарищ майор.

Связной самолет из-за линии фронта ожидали на следующую ночь. Чтобы не раскрывать расположение партизанского отряда, танк Т-55 и пулеметный тягач «Комсомолец» отъехали километров на тридцать и нашли подходящую для приземления поляну. По пути, сделали крюк, и старший лейтенант Сорокин связался по рации, вызвал самолет. Такие меры предосторожности предприняли из-за возможной работы радиопеленгаторов противника. Гестапо в этом отношении имело подавляющее техническое превосходство.

Разложены «конвертом» костры, в небе слышится нарастающий стрекот мотора. Вот на фоне луны мелькнул четырехкрылый силуэт легкого биплана. Тарахтя мотором на пониженных оборотах, самолет пошел на посадку.

Майор Рыков передал летчику увесистый сверток немецких штабных документов. А наводчик Егор «Вежливый» подвел к самолету пассажиров: Евдокию Григорьевну и ее дочку Катю с котенком.

— Ну, Катя, теперь вы полетите на «большую землю»! Слушайся маму и береги свою «кицьку». Вырастешь большая — обязательно напишешь книгу о кошках. Договорились?.. Я ее обязательно прочитаю.

— Хорошо. Я напишу такую книгу про «кицьку».

Вскоре самолетик У-2 улетел. В ближайшие дни, то есть — ночи он сделал еще несколько рейсов и вывез бывших пленников немецкого концлагеря за линию фронта.

Теперь, имея довольно внушительные бронетанковые силы и поддержку диверсионно-разведывательной группы Сорокина, майор Рыков задумал серию дерзких операций в тылу немецких войск.

Причем как рассказал все тот же всезнайка Леша Бугров, использование бронетехники партизанами в тылу врага было отнюдь не исключением.

Так, на Смоленщине партизаны сумели восстановить брошенные при отступлении Красной Армии бронированные тягачи Т-20 «Комсомолец». Партизанский «танковый взвод» из двух таких машин возглавил Анатолий Евдокимович Шубин, причем на один «Комсомолец» в дополнение к курсовому пулемету поставили в кузов ещё и станковый.

Первое боевое крещение «танкового взвода» Шубина произошло 11 июня 1942 года в ходе разгрома крупного немецко-полицейского гарнизона в селе Сыро-Липки в 25 км севернее Смоленска на берегах реки Жереспея. Там были расквартированы около 600 немцев и полицаев. Для его уничтожения партизаны собрали крупные силы, притащили 76-миллиметровую пушку, правда, без прицела, наводили через канал ствола при открытом затворе.

После короткой артподготовки партизаны бросились в атаку, ворвались в село и завязался бой. Но гитлеровцы успели занять окопы и успешно оборонялись, а затем перешли в контратаку, чтобы выбить партизан из села.

Вот тогда в бой вступили оба «Комсомольца». Их легкая броня защищала от пуль, а курсовые и станковый пулеметы выкашивали фашистов и полицаев! Партизанские танкетки, таким образом, переломили исход боя в нашу пользу.

Позже Анатолию Шубину и его товарищам удалось отремонтировать и ввести в строй еще один пулеметный тягач Т-20 «Комсомолец» и броневик БА-6, вот у него уже вооружение оказалось более солидным: кроме пары пулеметов еще и 45-миллиметровая пушка в башне.

Со временем партизанский «танковый взвод» Шубина отличился в еще нескольких боевых операциях.

В конце августа 1942 года чекистский партизанский спецотряд «Сатурн» получил приказ возвращаться на советскую сторону. Две танкетки «Комсомолец» были переданы в Третью партизанскую бригаду Очирова, а еще одну и бронеавтомобиль БА-6 передали в штаб партизанского соединения «Батя».

За бой 11 июня 1942 года и за другие заслуги в тылу врага Анатолий Евдокимович Шубин был награжден медалью «За отвагу».

И это, как рассказал «политрук» Леша Бугров, далеко не единственный случай применения бронетехники партизанами в тылу гитлеровцев.

Как рассказывал командир Орлянского партизанского отряда Ковязин, партизаны летом 1942 года нашли один легкий танк Т-26, броневик и танкетку.

Советские партизаны устроили налеты на несколько немецких гарнизонов. Так, в октябре 1942 года ими был атакован крупный немецкий гарнизон. Об этом дошли слухи до самого Гейнца Гудериана — настолько значимыми оказались те бои. Примечательно, что советские партизаны тащили броневик на лошадях, чтобы сэкономить горючее и не выдать себя перед атакой характерным гулом двигателя. Не без труда, но его все же завели, и броневик довершил разгром гитлеровского гарнизона.

Позже партизаны могли восстановить и советскую танкетку Т-27, после чего атаковали немецкую автоколонну, однако силы были не равны, и партизаны после наглого рейда отошли в лес.

А в 1943 году партизаны решились восстановить советский танк Т-34, который стоял в одном из дворов деревни Дворок. Но получилось завершить ремонт только в августе 1944 года.

Отремонтированная «Тридцатьчетверка» пришла на помощь, когда партизаны попали в окружение и благодаря танку они смогли прорваться. Но Т-34 расстрелял весь боезапас, после чего был взорван экипажем, чтобы не оставлять немцам[20].

В отряде Бориса Булата, входившем в состав Ленинской партизанской бригады была сформирована группа старшего сержанта Лебеденко, которой поручили достать из реки Щары Ба-10. К 10 октября 1942 броневик ввели в строй.

В составе отряда была группа артиллеристов — военнослужащих РККА присоединившихся к отряду в окружении. Их силами были восстановлены три «сорокапятки» и 45-мм и одна полковая 76-миллиметровая пушка.

Получив в свое распоряжение тяжелое оружие, партизаны атаковали несколько крупных немецких гарнизонов. Например, 25 октября 1942 сразу четыре партизанских отряда атаковали Руду Яворскую Козловщинского района. Броневик к населенному пункту для экономии топлива подтащили на лошадях. Атака началась с орудийного залпа. Немцы и полицаи около часа сопротивлялись, пока партизаны безуспешно пытались завести броневик. В конце концов, он завелся и вошел в село, стреляя из пулеметов и пушки. Гарнизон был разгромлен.

Известны даже имена тех, кто восстанавливал машины и воевал на них: Василий Пищулин, Александр Валетов — танкисты, попавшие в окружение и воевавшие на Т-34. Валетов кроме того управлял танкеткой в бою в Голынке. Спиридон Кузнецов и Федор Комаров — ремонтники. И. М. Глазков — бывший артиллерист, руководивший восстановлением орудий и командовавший ими.

В партизанском отряде, воевавшем на Орловшине, был пушечный бронеавтомобиль БА-10, он носил имя «Орловские партизаны» и даже попал на фото в августе 1943 года на Центральном фронте[21].

А, например, у партизанского корпуса Белова зимой-весной 1942 года во время рейда по немецким тылам насчитывалось целых пять, из них — два тяжелых «Клим Ворошилов»! Все — найденные на местах боев 1941 года и восстановленные, включая и два тяжелых КВ-1.

В знаменитом партизанском соединении Сидора Ковпака в 1942 году имелся, как минимум, один восстановленный танк, а у его «коллеги» — Сабурова, на вооружении состоял трофейный броневик.

Простота и надежность конструкции советских броневиков и танков, а также техническая смекалка партизан, а многие из них были «окруженцами», воинами Красной Армии с неплохим знанием техники, помогали восстанавливать боевую технику. Как говорится, невероятно, но факт.