Идеальный танк для «попаданцев»

Повторим подвиг Колобанова!

Егор «Вежливый» глядел в бинокль на вьющуюся по пыльной дороге колонну танков и другой бронетехники гитлеровцев и… не чувствовал ничего. Словно кадры из художественного фильма или кинохроники. Молодой парень с заметной проседью в коротко стриженных волосах даже удивился своим чувствам. Он родился в Донецке — и этим все сказано! С 2014 года в Ополчении Донбасса, уходил после Дебальцево в 2015 году на «гражданку», но все же вернулся в армию. Воевал на Т-72Б, а после 2022 года довелось освоить и Т-72Б3М, и Т-90АК, вот только до Т-90М «Прорыв» не добрался. Говорят, не танк, а космический корабль! Бандеровцев и прочих националистов и неонацистов Егор ненавидел лютой ненавистью! А вот к «этим» сейчас не испытывал ровным счетом никаких эмоций. Кто знает, почему?.. Может — перегорел.

Своими переживаниями Егор «Вежливый» немного раньше поделился с товарищами. Но те только плечами пожали, все чувствовали примерно то же самое. Только майор Рыков скептически, как показалось, немного горько усмехнулся.

— Война нам всем даст личные поводы ненавидеть врага, вы уж мне поверьте… И это не самое лучшее чувство.

Но сейчас нужно было не сопли на кулак мотать, поддаваясь душевной рефлексии, а выполнять боевую задачу — то, ради чего четверо танкистов-попаданцев и прибыли в жаркое и яростное лето 1941 года.

Высунувшийся по пояс из башенного люка майор Рыков тоже проводил гитлеровскую колонну взглядом сквозь мощный бинокль. Он что-то прикидывал, высчитывая в уме. Прижал колодку ларингофона к горлу.

— Мехвод, Паша, двигаешь вперед параллельным курсом к немецкой колонне. Нас они пока не засекли: ни фланговым охранением, ни авиаразведкой с воздуха. Встретим их у моста через речушку — там и накроем! Только веди аккуратно, чтобы «фрицы» нас по столбу пыли не засекли. Вопросы?..

— Нет вопросов, командир, — раздалось в шлемофоне.

Прибавив скорости, но так, чтобы пылить поменьше, модернизированный Т-55 пошел к месту засады. Сверху он был прикрыт небольшим «навесом» из маскировочной сетки с торчащими пучками травы и ветками. Маскировка неплохая, да и хоть легкая тень от летнего яркого солнца. Но танкисты из будущего на небо поглядывали настороженно: за Люфтваффе оставалось полное превосходство в воздухе. Правда, пара турельных ДШКМ позволяли чувствовать себя вполне уверенно. Мощные 12,7-миллиметровые пулеметы пошли разорвать в клочья и «Мессер», и летящий на бреющем пикировщик «Юнкерс-87». Но все же, все же…

По извилистому пологому оврагу танк благополучно добрался до берега реки. Модернизированный Т-55 занял позицию на одном из поросших кустарником и низкими деревьями пригорков. Место для засады идеальное. Во времена Великой Отечественной войны, правда, предпочитали подбираться поближе: на 300 — 500 метров, чтобы бить наверняка. Но у командира модернизированного танка имелся панорамный прицел с тепловизионным каналом и лазерным дальномером. А у наводчика-оператора под руками и мощный прицел переменной кратности, тоже — с тепловизором и лазерным дальномером. Но что еще важнее, гиростабилизированная пушка Д-56ТС и СУО — система управления огнем с баллистическим вычислителем, который сам считает углы наводки и упреждение по движущейся цели, учитывает силу и направление ветра при стрельбе. Получается, такая себе могучая 76-миллиметровая бронированная «снайперка».

Отсюда до небольшого моста через речушку оставалось чуть более полукилометра. Сам мост уже был захвачен гитлеровцами: рядом с ним караулили три мотоцикла с пулеметами и уже успели развернуть легкую 20-миллиметровую зенитку. Самолеты с красными звездами на крыльях появлялись редко, но зато дрались с отчаянной яростью и смелостью. «Сталинские соколы» дорого продавали свои жизни… Нередко подбитые краснозвездные самолеты совершали огневой таран.

— Экипаж, к бою! Люки прикрыть, чтобы не мешали вращаться турелям. Наводчик, работаешь по головному, а потом по хвосту колонны, — Главное, создать затор на мосту, а в идеале и развалить его.

— Развалить не получится — калибр нашей пушки маловат, но вот устроить там «кипиш» — так за милую душу! — кивнул Егор и нырнул внутрь башни, прикрыв люк.

Первые два осколочно-фугасных снаряда легли удачно — прямо в сгрудившуюся перед мостом массу вражеской техники и пехоты. Егор видел в прицел, как загорелся и взорвался легкий танк «Панцер-II». Взлетел на воздух тентованный грузовик «Опель-Блиц», из горящего кузова выпрыгивали пехотинцы в серых мундирах. Следующий 76-миллиметровый снаряд разметал легкую скорострельную зенитку вместе с расчетом.

В прицел с переменной кратностью увеличения было видно, как разбегаются серые фигурки, падают, изготавливаются к стрельбе. Гитлеровцы ответили разрозненным огнем, но они не видели, откуда ведется по ним столь убийственно точная стрельба. Тем не менее, вокруг танка засвистели пули, срезая ветки и бессильно чиркая о лобовую броню. С полугусеничного бронетранспортера лупил пулемет. Но никакого эффекта это не приносило.

— Егор, по замыкающему — огонь, — скомандовал майор Рыков.

— Выполняю, — наводчик развернул башню танка, выискивая в прицел хвост немецкой колонны меньше, чем в километре от моста. — Заряжающий, «осколок», потом — шрапнель.

— Есть, — отозвался Лешка.

Смертоносное сочетание! Егор видел, как взметнулся черный фонтан взрыва в хвосте колонны. Горящий грузовик съехал на обочину и уткнулся бампером в кювет. Вслед за этим над головами немцев рванул шрапнельный снаряд. Свинцовые картечины ударили сверху вниз, разлетаясь веером. Они мгновенно убили всех, кто находился в зоне поражения. Раненых было немного.

Следующий за ним грузовик тоже остановился. Водитель, у которого шальной картечиной снесло полчерепа, навалился грудью на руль, вжимая клаксон. Протяжный сигнал завывал сквозь грохот все новых и новых взрывов.

Развернув башню джойстиком-«чебурашкой», Егор положил сразу пять трассирующих бронебойных снарядов прямо в середину механизированной колонны гитлеровцев. Скорострельность пушки Д-56ТС составляла 10 выстрелов в минуту, так что на серию выстрелов понадобилось всего 30 секунд. В прицел наводчик видел, как его снаряды бьют буквально наповал угловатые «Panzer-III». У них лобовая броня — хорошо, если 50 миллиметров, а в борт — 15 — 20 миллиметров. Полыхнуло синеватым полупрозрачным пламенем топливо из разбитых баков, внутри подбитых танков стал рваться боекомплект. Вокруг них лежали тела убитых танкистов и посеченной осколками и разлетающимися обломками пехоты. Мешанина исковерканного металла и мертвых тел! Пять столбов жирного черного дыма отметили победы наводчика-оператора.

Между тем, командир танка прочесал колонну гитлеровцев на всю длину из турельного ДШК. Мощные 12,7-миллиметровые пули искромсали полугусеничный броневик с пулеметом, превратив десант внутри в кровавый фарш. Следующим под огонь «Дегтярева-Шпагина крупнокалиберного» попал грузовик — его просто разорвало вдребезги. Очередь 12,7-миллиметрового пулемета прошила немецкий штабной автобус. Тяжелые пули МДЗ — мгновенного действия, зажигательные — по своему действию напоминали миниатюрные осколочно-фугасные снаряды. При попадании они оставляли пробоины размером с блюдце — страшно представить, в какое решето превратился абсолютно небронированный штабной автобус…

Майор Рыков перенес огонь пулемета на ту сторону реки, ударив по уже переправившимся немецким войскам. Огненные плети обрушились на батарею из четырех легких 105-миллиметровых гаубиц Вермахта. В пехотной дивизии, как правило, гаубичная артиллерия оставалась на конной тяге. Так что крупнокалиберные пули рвали ни в чем не повинных лошадей. С диким ржанием они бились в предсмертных судорогах. Несколько лошадей вырвались из упряжи и понеслись по полю, вздымая пыль из-под копыт…

— Все, уходим, сейчас «фрицы» авиацию или артиллерию точно вызовут! — приказал майор Рыков. — Мехвод, сдавай назад и уходи вправо, там ложбинка, и до самого леса.

— Есть, выполняю, — Паша Пономарев переключил передачу и взялся за рычаги.

Танк послушно и довольно мягко тронулся с места. Не успели они отъехать от места засады, как Олег Рыков увидел в прицел черные точки. Без сомнения, это были немецкие пикировщики «Юнкерс-87». Вскоре над местом засады «танка для попаданцев» взметнулись черные фонтаны взрывов фугасных авиабомб.

— Мехвод, стоп! Воздух! Переждем авианалет, — решил Рыков.

Их танк был укрыт сверху 'лохматым маскировочным чехлом, а с кормы башни свисала масксеть с вплетенными в нее ветками и пусками травы. Ствол пушки тоже был укутан чем-то серо-зеленым и уродливо-бесформенным. Сразу и не разглядишь, что это — боевая машина. Тем более что пикировщики специально не ведут авиаразведку. На это и расчет.

Ширококрылые тени пронеслись прямо над замершим танком, порывы взвихренного воздуха от винтов «Лаптежников» всколыхнули маскировочную сеть. Тройка пикировщиков унеслась вдаль.

Высунувшийся из башенного люка командир заметил справа столбы пыли.

— Это еще что за новость⁈ — нырнув обратно в люк, он развернул командирскую башенку с панорамным прицелом.

В поле зрения появились темные силуэты, слишком характерные и угловатые…

— Экипаж, к бою, танки справа «на 2 часа», дистанция — 1200.

Не тратя времени даром, Егор развернул башню на указанный азимут. Поменял кратность увеличения прицела: в поле зрения ясно различимы три угловатых силуэта. Так, два «Панцер-III» и еще один, вроде бы, чешский.

— Наблюдаю две «Тройки» и «Чеха». Дистанция 800 метров, — уточнил Егор. — Бронебойный…

— Бронебойный заряжен, — Леша дослал снаряд в ствол пушки, глухо клацнул закрывшийся затвор.

— По фашистской сволочи, бронебойным — огонь! — рявкнул майор Рыков.

— Выстрел! — наводчик нажал на гашетку и почувствовал, как дернулся от отдачи казенник пушки.

Грохнула 76-миллиметровая пушка, увенчанная характерным дульным тормозом. Егор увидел яркий росчерк на темном силуэте вражеского танка. Лобовая броня «Панцера-III» — 50 миллиметров, да еще и под прямым углом… Тупоносый «каморник» сокрушил ее без особого труда и рванул внутри. Взрывчатки там совсем немного — 155 граммов, но и этого вполне достаточно… «Панцер-III» дернулся и замер, из него повалил густой черный дым.

В этот момент Егор увидел в прицеле вспышки дульного пламени двух оставшихся немецких танков. Слева впереди и в стороне от Т-55 взметнулись черные фонтаны взрывов.

— Механик, маневрируй!

Паша Пономарев, дергал рычаги фрикционов, переключал передачи, заставляя танк уходить от разрывов.

Тем временем Егор навел угольник прицела на чешский танк и замерил дистанцию лазером: до него оставалось 450 метров.

Чешский «легкий/средний» танк «Прага» «LT vz.38» вооружен 37-миллиметровой полуавтоматической пушкой «Шкода» А-7, весьма неплохой для своего времени. В составе Вермахта этот танк получил новое обозначение — Pz.Kpfw.38(t) Ausf.A и, что характерно, ни один из этих танков не успел поступить на вооружение, собственно — чешской армии до захвата страны Третьим Рейхом в 1938 году. Командование Вермахта весьма удачный трофейный танк оценило по достоинству: Бронебойный снаряд 37-миллиметровой пушки, которая в Германии получила обозначение KwK 38(t), имел начальную скорость в 762 метра в секунду, что позволяло подбить даже советскую «Тридцатьчетверку» в ослабленные зоны бронирования. Немецкие инженеры поставили на «Прагу» радиостанцию собственной конструкции и увеличили экипаж танка на одного человека.

Но все же тягаться со специально перестроенным танком Т-55, да еще и с машиной совершенно другого класса и возможностей «Прага» не могла.

Пара 37-миллиметровых снарядов с визгом и скрежетом отрикошетили от наклонной лобовой брони Т-55 и отлетели, неведомо куда. Танк даже и не покачнулся.

— Выстрел! — Егор увидел, как взорвался чешский танк на службе Вермахта.

Тупоносый бронебойный снаряд попросту расколол твердую, но довольно хрупкую лобовую броню. А ее острейшие обломки и заклепки ударили в экипаж, мгновенно убив всех четверых. Поневоле вспомнились мемуары немецкого танкового аса Отто Карриуса…

После чего третий оставшийся танк начал пятиться, но все же сделал несколько выстрелов. Но — безрезультатно, фонтаны взрывов взметнулись в стороне от маневрирующего русского танка. Начав неуклюже разворачиваться влево, «фриц» подставил борт, и Егор не преминул воспользоваться такой удачей. Ударил в борт — точно под башню! Боеукладка с правой стороны рванула знатно, подняв угловатую, с характерными скосами башню «Панцера-III» на огненном столбе детонации снарядов.

— Цель поражена.

— Уходим по дну ложбины к лесу.

Танк поддал газу и вскоре благополучно укрылся под зеленым пологом.

Егор высунулся из своего открытого люка и подставил летнему ветру разгоряченное лицо. В соседнем проеме люка показалось лицо Лешки. Он довольно улыбался.

— Всыпали «фрицам»!..

— Не то слово — самому приятно…

— Так, товарищи танкисты, не терять бдительность. Перекур пять минут, и выдвигаемся подальше отсюда.