Хищная кровь

часть 5

Спор был непродолжительным, Ульв нашел аргументы для Альрика, чтобы отряд задержался на сутки. Будущий король злился и ворчал, метал огненные взгляды в сторону хижины, в которую скрылась Далия, но все же расположился неподалеку на пригорке и послал гонца в Чертог, чтобы предупредить королеву о задержке.

Вольранд ушел на охоту, а Марта лишних вопросов не задавала. Узнав, что королеве нужна помощь Далии, она расцеловала названную дочь, обняла и в который раз повторила, что она — любимица и посланница богов, раз даже королеве понадобились ее услуги. Далия часто пропадала, а сейчас она будет в замке — самом безопасном месте. А если случится побывать на поле боя, то окружать ее будут отважные, непобедимые воины. Все лучше, чем блуждать в темноте одной или прыгать через Великий Разлом. О том, что ей все же придется прыгнуть, Далия умолчала. Не хотела тревожить Марту.

Вернувшись в хижину к вечеру, Далия закрыла калитку и дверь на засов и задернула все окна. Весь день ее сопровождали люди Альрика, хотелось побыть одной, не ощущая чужой тени за спиной. Она села на кровать, завернулась в пончо и уставилась в стену, заново проживая все удивительные моменты этого дня.

Кто принял решение идти в Чертог? Она сама или ее охмурил Ульв? Она действительно готова спасти свой народ от Свирепых или ей хочется быть ближе к Альрику? Она правда верит в племя Непобедимых Волков? А может, дело в отце? Нужно почтить его память самоотверженным поступком и доказать, что дочь пошла по стопам великого воина. Или это знак, что пора бросить воровство и стать честным, вносящим свой вклад в благополучие Варгавии жителем?

Далия закрыла глаза и прислушалась к себе, глубоко дыша и отсчитывая удары сердца. Вдох-выдох… В этом неспешном ритме хаотичное движение мыслей приобретало четкую последовательность. Фрагменты плавно занимали свое место, выстраиваясь в общую картину происходящего. Тело расслабилось, и Далия растворилась во внутренней тишине.

Через некоторое время, открыв глаза, она вскочила, схватила рюкзак, запихнула в него пончо и еще несколько своих любимых вещей, собрала небольшой провиант и отодвинула половик. Скрипнули петли открывающейся в полу двери, и Далия тихо спустилась в подвал.

Где-то на пригорке мерцали огни костров, вдоль забора слышалась тяжелая поступь варгавов из отряда Альрика. Далия на приличном расстоянии от хижины с усилием открыла тяжелую дверь, засыпанную землей, ведущую из подземного хода в степь. Этим ходом не пользовались давно. Он весь зарос паутиной, лестница стала ветхой, на ней не хватало перекладин. Пришлось сильно постараться, чтобы открыть лаз, не скатившись вниз. Запыхавшись, Далия наконец-то выбралась наружу и, закрыв за собой дверь, стала отряхиваться. Комья паутины были отчетливо видны в лунном свете.

— Отличная идея прогуляться в такую прекрасную ночь.

Далия резко выпрямилась, замерла на секунду, ощутив, как рушатся ее надежды на побег и обернулась. Ульв сидел на камне неподалеку, его белые волосы серебрила луна. Как всегда спокоен, сдержан, красив и доброжелателен. Как она не заметила его сразу? Минуту она смотрела на него в упор, потом вздохнула, подошла и села рядом.

— Как ты узнал?

— Это предсказуемо. В Чертоге тоже есть подземные ходы, их строили по приказу твоего отца. Решила осквернить его память побегом?

И вновь укол в самое сердце! Она холодно посмотрела на Ульва и встретилась с чуть насмешливым, пронзительным взглядом.

— Я люблю своего отца, понял?

— Ну разумеется. И Марту с братьями и сестрами тоже. Что будет с ними, когда королева узнает о твоем дезертирстве? Она не простит…

— Они здесь ни при чем!

— Когда на кону стоит будущее всего народа, каждый имеет значение.

— Королева не убивает своими руками! Значит, за дело возьмешься ты или твои собратья! И ты сможешь, Ульв? Одно дело крошить людей на поле боя, и совсем другое — приговорить невиновных!

— Но ТЫ же можешь.

Эти слова оглушили Далию, она вскочила на ноги, Ульв тоже поднялся и продолжил:

— Признайся, тебе абсолютно наплевать, что будет с Мартой, твоей семьей, деревней и всем нашим народом. А, зная нрав королевы и опасность вторжения Свирепых, это — равноценно смерти. Пусть и не осознанно, но ты обрекаешь на нее всех и, в первую очередь, своих близких. О, да, конечно, ты любишь их. Но, как только любовь потребовала настоящего ПОСТУПКА, заботливая Далия сразу отступила на второй план и появилась Одиночка. Ни любви, ни верности, ни привязанности. Так? Иначе, ты сейчас не была бы здесь. Любую потерю можно оплакать, не так ли? Это проще, чем предотвратить.

Слова кромсали душу, кровь пульсировала в висках. Ульв как будто вытягивал из глубины ее сознания уродливую сущность, которую действительно не волновало будущее ее близких. Неужели это я? Поднялись самые тайные, скрытые, забытые чувства. Далия вновь почувствовала себя одинокой, маленькой, несчастной, плачущей на могиле отца.

«Папа, почему ты бросил меня? — кричала маленькая девочка внутри. — Мне страшно! Мне больно! Лучше быть одной, чем вновь переживать такое!». Она закрылась и озлобилась, пережив слишком тяжелую для ее возраста потерю, проявляя симпатию внешне, глубоко в душе держалась отстраненно. Далия была признательна Марте и родным за поддержку в трудный момент, и всеми силами старалась отблагодарить ее, считая, что благодарность равноценна любви. Но это не так.

Она ошарашено смотрела на красивое лицо королевича с серебристой повязкой на одном глазу. Ей показалось, что в его взгляде промелькнуло тепло и сочувствие. Он подошел ближе.

— Любовь — не всегда потеря. Любовь — бессмертие души. Твой отец был бесстрашен, потому что верил в свое продолжение. В тебя. Никто не займет ЕГО место в твоем сердце, Далия, но, возможно, кто-то сможет найти в нем СВОЕ, если ты позволишь. Ты не одинока.

Далия смотрела на него в упор, тяжело дыша и не моргая. По щекам потекли две крупные слезы.

— Как только ты примешь нас, страх перестанет диктовать тебе, что делать. Ты услышишь свой истинный голос. Одиночкой быть хорошо, а одинокой внутри — не обязательно. Твой народ нуждается в тебе. Прими нас и помоги…

Далия вздрогнула и провела по лицу ладонями, размазав слезы. Ульв молчал. Ночь была тихая, свежая, ясная. Легкий ветерок шевелил волосы, нежно касался щек и ресниц. У Далии появилось ощущение, будто она вынырнула из-под толщи воды. Хотелось сделать глубокий вдох и заполнить легкие свежим воздухом нового мира.

— Ты вообще человек? Или дух? — она потихоньку приходила в себя.

— Дух, потому что растревожил твою душу? — улыбнулся Ульв. — Верные решения возможны только тогда, когда она жива. Именно живая любящая душа способна подсказать, кто ты и на что способен на самом деле. Она не врет. Всегда укажет верный путь идаст огромную силу, чтобы пройти его. Прислушайся к себе, и ты поймешь, ради чего и ради кого ты на него вступаешь. И будь смелой, чтобы разделить его с тем, кого действительно любишь…

На сердце у Далии стало тепло и легко. Она почувствовала глубокую благодарность, но не ту, что возникает, когда тебе что-то дают. Подобное чувство зарождается, когда забирают нечто ненужное, тяжелое. От чего никак не получалось избавиться самостоятельно.

— Ульв, благодарю тебя, Ваше Высочество… — она сложила руки на груди и склонила голову. Сейчас она уже не была своенравной Одиночкой. Жительница Варгавии с доверием преклонялась перед мудростью своего правителя, и была готова вместе с ним отстоять весь народ. — Вы… Ты не расскажешь?

— Все, что случилось, останется здесь, в степи.

Далия кивнула и заторопилась к крышке люка, чтобы вернуться в дом.

— Уверена, что не хочешь дойти обычным путем? Я провожу, никто не скажет и слова.

— О, нет. Пусть все действительно останется в степи. До завтра, Ульв.

— Спокойной ночи, Далия.

Далия отлично выспалась и проснулась бодрой, отдохнувшей и какой-то повзрослевшей. Ушло смятение и притворство, душа и разум наполнились тишиной. На сердце теплилось предвкушение новой интересной жизни, наполненной приключениями. Она счастливый человек! Молода, красива, свободна! Она любит и любима своей семьей. И сейчас ей выпала ответственная миссия — внести свой вклад в благополучие Варгавии. Отстоять свой родной край, как это делал ее отец. Бесстрашно, не сомневаясь ни минуты.

За окном посветлело. Далия выскользнула за калитку и поднялась на холм у леса к могиле родителей. Она была уверена, что за ней наблюдают, хоть и не знала кто и откуда. Но бежать не хотелось. Далия гордилась своим решением и доверилась судьбе. Пошептавшись у могил и попросив благословения, она в лучах рассветного солнца с легким сердцем спустилась к хижине. Неподалеку на пригорке темнела фигура Альрика рядом со светловолосой девушкой с двумя длинными косами.

«Ханна здесь, — подумала Далия. — Наверное, приехала ночью. Надо же, будущие король и королева у моего порога»

Не удержалась от сарказма. А как иначе? Очевидно, Альрик нравится ей. Он всегда тревожил душу и, возможно, она до сих пор одна, потому что не встретила другого такого же. Сильного, вспыльчивого, страстного. В то же время справедливого, способного признать свои ошибки и от души посмеяться. В нем ключом била жизнь и хотелось быть рядом, чтобы впитать эту неуемную энергию. В нем притягивало все: низкий, хрипловатый голос, четкие черты лица, мускулистое тело. Хотелось сразу родить ему ребенка! Вот прямо на этом месте!

«Ах, если бы он был свободен!» — Далия улыбнулась своим мыслям.

Альрик принадлежит другой по закону королевской крови. Интересно, а он испытывает к Ханне такие же чувства? Она, безусловно, красива и стройна. Верный друг и соратник в бою. Они знакомы с самого детства. Говорят, она спасла ему жизнь. Наверное, будущую жену королю выбирают по этим критериям. Ханна от него без ума. Никогда не предаст и нарожает кучу наследников. Тут ее, без сомнения, можно понять.

«Помечтала и хватит», — Далия вздохнула, собирая вещи в две большие наплечные сумки.

Раз уж она решилась на это приключение, то и подготовиться нужно соответственно. Удобные брюки, рубашки, теплый жилет, несколько пар кожаной обуви на твердой подошве. Только в Артеге могут делать такие. Подумав, она взяла с собой нарядное платье. Черное, с серебристым блеском, красиво облегающее фигуру и оголяющее спину. Оно было похоже на мелкую сеть или кольчугу. Далия еще ни разу его не надевала, но любила красивые вещи. В Чертоге часто проходят праздники, может, у нее, наконец, будет возможность его примерить? Мягкие сандалии из черной кожи и тонкие сережки дополнят образ. Ах, если бы у нее сразу оказалось две серьги из Артеги! Она бы просто вернула их королеве, и всех этих приготовлений удалось бы избежать!

— Но тогда не было бы и приключения. Я бы не увидела Альрика вновь. А Ульв не сказал бы тех слов в степи, от которых в душе что-то перевернулось, — произнесла она вслух и, перекинув сумки за плечи, вышла во двор. Отряд был готов, ждали только ее.

— Это все твое приданное? Или еще полдома соберешь? — Альрик помог разместить сумки на лошади.

— Благодарю за ожидание, здесь все, что нужно, — вежливо ответила она и вскочила на коня. Окинула взглядом родные места, в душе попрощавшись и с домом, и с прошлым, и отправилась в Чертог служить королеве Свее.