Гувернантка для Дракона

Глава 11 Сокровище, которое не в сундуке

День свадьбы начался с того, что Искорка съела фату.

— Что значит — съела? — Элис смотрела на пустой сундук, где еще вечером лежало нежнейшее кружево, сотканное эльфийскими мастерицами.

— Она приняла ее за… закуску, — виновато объяснял Джайлз, паря в воздухе и нервно теребя прозрачные руки. — Фата была очень воздушной, почти невесомой. Искорка, видимо, решила, что это съедобное облако.

— Где она сейчас?

— В комнате Тэда. Переваривает.

— А Тэд?

— Пытается ее отчитать. Безуспешно.

Элис закрыла глаза и сосчитала до десяти. Потом еще до десяти. Потом открыла глаза и спросила:

— Что мне теперь делать? Выходить замуж без фаты?

— Эльфийки уже шьют новую, — утешил Джайлз. — Они сказали, что управятся за час. Магия ускоряет процессы.

— А если Искорка съест и эту?

— Я лично буду сторожить, — пообещал призрак.

Элис вздохнула. Свадьба еще не началась, а уже приносила сюрпризы. Хотя, если честно, другой она и не ожидала. Жизнь с драконами — это постоянный сюрприз.

Пока эльфийки колдовали над новой фатой, Элис решила прогуляться по замку. Ноги сами принесли ее в сокровищницу — туда, где Тэд проводил большую часть свободного времени.

Дракончик сидел на груде золота и выглядел несчастным. Искорка лежала рядом, изредка икая и выпуская маленькие кусочки кружевного дыма.

— Она не виновата, — сказал Тэд, увидев Элис. — Она просто хотела попробовать что-то новенькое. А фата была такая… вкусная на вид.

— Я не сержусь, — успокоила его Элис, присаживаясь рядом. — Это всего лишь фата. Главное, что все живы и здоровы.

— Правда?

— Правда.

Тэд облегченно выдохнул и прижался к ней.

— Элис, — сказал он тихо, — а у тебя есть сокровище?

— В смысле?

— Ну, у драконов есть сокровища. У папы — целая гора. У меня — вот это, — он обвел рукой свою кучу золота. — А у людей есть сокровища?

— У людей разные, — задумалась Элис. — Кто-то собирает книги, кто-то — картины, кто-то — украшения. А у меня… у меня была коллекция фарфоровых слоников.

— Слоников? — Тэд сморщил нос. — Это же маленькие и не блестят?

— Не блестят. Но они милые. Я собирала их много лет.

— А где они сейчас?

— Остались в моем мире. Когда меня переместили сюда, я ничего не смогла взять с собой.

Тэд задумался. Потом слез с золота и подошел к сундуку в углу.

— Хочешь, я подарю тебе сокровище? — спросил он, копаясь в сундуке. — Настоящее, драконье. У меня тут есть кое-что…

— Тэд, не надо, это же твое…

— Надо! — перебил он. — Ты моя мама. У мамы должно быть сокровище. Вот!

Он вытащил из сундука небольшую брошь — серебряную, с огромным сапфиром в центре, окруженным мелкими бриллиантами.

— Это моей мамы, — сказал он тихо. — Настоящей. Папа сказал, что она носила ее всегда. А когда ее не стало, он отдал брошь мне. Чтобы я помнил.

— Тэд… — у Элис перехватило горло. — Я не могу это взять. Это слишком…

— Ты теперь моя мама. — Он посмотрел на нее серьезно, совсем по-взрослому. — Значит, брошь должна быть у тебя. Мама бы хотела.

Элис смотрела на него и чувствовала, как слезы текут по щекам. Этот маленький дракон, который еще недавно жег мебель и пытался съесть эльфов, сейчас дарил ей самое дорогое, что у него было.

— Спасибо, — прошептала она, принимая брошь. — Я буду беречь ее. Всегда.

— И носи завтра, — добавил Тэд. — На свадьбе. Чтобы мама тоже была с нами.

— Обязательно.

Они обнялись — крепко, по-настоящему. Искорка, почувствовав важность момента, подползла и ткнулась в них носом, урча.

— Вы мои самые лучшие, — сказала Элис сквозь слезы. — Самые любимые.

Через час эльфийки закончили новую фату. На этот раз Джайлз лично сторожил ее, накрыв призрачным покрывалом. Искорку временно заперли в комнате Тэда под присмотром поваров (те поклялись кормить ее каждые полчаса, чтобы отвлечь от кружевных искушений).

Элис примеряла платье — то самое, невероятное, темно-синее, со звездной пылью. Оно сидело идеально, будто шилось специально по ее меркам. Эльфийки суетились вокруг, поправляя каждую складочку.

— Вы будете самой красивой невестой в истории Семи Королевств, — заверила старшая.

— Лишь бы не самой неловкой, — пробормотала Элис, вспоминая, как наступила Игнатию на ногу на балу.

— Драконы ценят искренность, — улыбнулась эльфийка. — А вы — сама искренность.

В дверь постучали. На пороге стоял Джайлз с загадочным выражением на прозрачном лице.

— Мисс Элис, к вам посетитель. Говорит, что хочет вручить подарок лично.

— Кто?

— Леди Аурелия.

Элис замерла. Бывшая невеста Игнатия, которая последние дни тихо сидела в гостевом крыле, вдруг решила нанести визит? В день свадьбы? Это не предвещало ничего хорошего.

— Пусть войдет, — сказала Элис, расправляя плечи.

Аурелия вплыла в комнату, сияя еще ярче обычного. На ней было платье изумрудного цвета, которое подчеркивало ее драконью красоту, и такая высокая прическа, что, казалось, вот-вот упрется в потолок.

— Ах, какое милое платье, — пропела она, окидывая Элис оценивающим взглядом. — Очень… скромное. Для драконьей свадьбы, пожалуй, даже слишком.

— Мне нравится, — спокойно ответила Элис. — Вы что-то хотели?

— Хотела сделать тебе подарок. — Аурелия щелкнула пальцами, и в воздухе материализовалась шкатулка. — Открой.

Элис открыла. Внутри лежало кольцо — массивное, золотое, с огромным рубином, который пульсировал, будто живой.

— Это кольцо моей бабки, — пояснила Аурелия. — Оно приносит удачу в браке. Я подумала, что тебе оно пригодится. С твоей-то неопытностью.

— Зачем вам это? — прямо спросила Элис. — Вы же меня терпеть не можете.

— Я? — Аурелия изобразила удивление. — Вовсе нет. Я просто хотела убедиться, что ты достойна Игнатия. И, знаешь… кажется, начинаю понимать, почему он тебя выбрал.

— Почему?

— Ты не сдаешься. — В голосе драконицы впервые прозвучало что-то похожее на уважение. — Я пыталась тебя запугать, унизить, выставить в глупом свете. А ты только смеялась. И Тэд тебя любит. И Игнатий… я видела, как он на тебя смотрит. На меня он так никогда не смотрел.

— Аурелия…

— Я уезжаю. — Драконица вздернула подбородок. — Сегодня вечером. Не хочу смотреть на ваше счастье, оно меня раздражает. Но перед отъездом решила оставить подарок. Бери. Не из доброты, а из уважения. Ты заслужила.

Элис взяла кольцо. Оно было тяжелым и теплым.

— Спасибо, — сказала она просто. — Правда.

— Носи на здоровье. — Аурелия развернулась и пошла к двери, но на пороге остановилась. — Элис… береги их. Обоих. Они этого стоят.

— Обязательно.

Дверь закрылась. Эльфийки выдохнули — кажется, они ожидали скандала. Джайлз перестал парить нервно. А Элис посмотрела на кольцо и улыбнулась.

— Кажется, я только что подружилась с бывшей невестой, — сказала она.

— Это вы хорошо, мисс, — одобрил Джайлз. — Врагов меньше, друзей больше.

— Ага. Особенно если друг — драконица с пятитысячелетней родословной.

— Такие друзья самые ценные, — философски заметил призрак.

Свадебная церемония должна была состояться в главном зале замка ровно в полдень. К одиннадцати зал был полон гостей — драконы, эльфы, великаны, гномы, даже пара оборотней (они держались особняком и подозрительно косились на всех).

Игнатий стоял у алтаря — огромного каменного сооружения, украшенного цветами и магическими огнями. Он был в парадных доспехах (драконья традиция — жених должен быть готов защищать невесту даже во время церемонии) и выглядел так, будто собрался на битву. Но в глазах его читалось нечто совсем не воинственное — надежда, счастье и легкое волнение.

— Волнуешься? — шепнул Тэд, стоящий рядом с отцом (он был главным шафером и нес подушечку с кольцами).

— Нет, — соврал Игнатий.

— А чего тогда дымишь?

Игнатий посмотрел на себя и обнаружил, что из его ноздрей действительно вьется тонкая струйка дыма.

— Это я так… согреваюсь, — нашелся он.

— Ага, — хитро прищурился Тэд. — Конечно.

Музыка заиграла туш. Все обернулись к входу.

Элис шла по красной дорожке медленно, стараясь не споткнуться. В новой фате, с брошью матери Тэда на груди и кольцом Аурелии на пальце, она чувствовала себя не просто невестой — она чувствовала себя частью этого мира. Настоящей, живой, любимой.

Игнатий смотрел на нее и не верил своим глазам. Эта женщина — его. Скоро. Навсегда.

Она подошла к алтарю. Он взял ее за руки.

— Ты прекрасна, — сказал он тихо, только для нее.

— Я знаю, — улыбнулась она. — Ты уже говорил.

— Повторю еще тысячу раз.

Церемониймейстер — древний дракон с седой бородой до пояса — начал читать ритуал. Длинный, торжественный, на древнем языке. Элис не понимала ни слова, но чувствовала — каждое слово пропитано магией, вековой мудростью и силой.

— Согласна ли ты, Элис, человек, стать женой лорда Игнатия, дракона, разделить с ним огонь, сокровища и вечность?

— Согласна, — твердо сказала Элис.

— Согласен ли ты, Игнатий, дракон, взять в жены Элис, человека, защищать ее, хранить и любить до последнего вздоха?

— Согласен, — голос Игнатия прогремел под сводами.

— Тогда обменяйтесь кольцами и скрепите союз поцелуем.

Тэд торжественно протянул подушечку. Игнатий надел кольцо на палец Элис — тонкое, золотое, с маленьким драконьим глазом. Элис надела кольцо ему — широкое, массивное, с рубином.

— А теперь поцелуй! — закричал Тэд, не выдержав торжественности.

Все рассмеялись. Игнатий притянул Элис к себе и поцеловал — долго, крепко, обещающе.

— Люблю тебя, — шепнул он.

— И я тебя.

Зал взорвался аплодисментами. Эльфы пели, драконы рычали (по-доброму), гномы стучали кружками, великаны топали ногами так, что дрожал пол.

— А теперь подарок! — объявил Тэд. — От меня!

— Подарок? — удивилась Элис.

Тэд вышел вперед и поднял руку. Искорка, дремавшая в углу, вдруг проснулась и подползла к нему, неся в зубах что-то блестящее.

— Это тебе, — сказал Тэд, принимая предмет из пасти саламандры (она неохотно разжала зубы). — Я сам сделал.

Это был медальон. Обычный, медный, но с выгравированными фигурками — дракон, женщина и маленькая саламандра.

— Это мы, — объяснил Тэд. — Папа, ты и я. И Искорка. Семья.

Элис снова заплакала. В этот день она плакала уже третий раз, и это были самые счастливые слезы в ее жизни.

— Тэд, это чудесно, — сказала она, надевая медальон. — Я буду носить его всегда.

— И не снимай! — строго сказал Тэд. — А то Искорка обидится. Она помогала.

Саламандра гордо урчала, явно осознавая свою важность.

Праздник продолжался до глубокой ночи. Гости танцевали, ели, пили и снова танцевали. Тэд уснул прямо за столом, обняв Искорку. Элис и Игнатий вышли на террасу — туда, где стояли в ночь после бала.

— Мы сделали это, — сказала Элис.

— Мы только начали, — ответил Игнатий. — Впереди — вечность.

— Страшно?

— С тобой — нет.

Она прижалась к нему, глядя на звезды. Где-то вдалеке догорали огни праздника, где-то в замке спал Тэд, обнимая саламандру, где-то уезжала Аурелия, махая рукой на прощание.

— Игнатий, — тихо сказала Элис, — спасибо, что украл мою пенсию.

— Что? — он рассмеялся. — Я не крал, я пригласил.

— Спасибо за приглашение. Лучшее в моей жизни.

— Я рад, что ты его приняла.

Они смотрели на звезды и знали — это только начало. Впереди их ждало столько всего: первые ссоры и примирения, новые приключения, новые подвиги Тэда, новые шалости Искорки. Но главное — они будут вместе. Навсегда.

— Пойдем спать, — сказала Элис. — Завтра новый день.

— Завтра новая жизнь, — поправил Игнатий.

— А послезавтра?

— Тоже новая. Каждый день с тобой — новая жизнь.

— Льстец.

— Правдолюбец.

Они поцеловались и пошли в замок. Туда, где их ждала семья. Туда, где начиналось их счастье. Навсегда.