Госпожа Болотной Равнины 2

Глава 38

Глава 38

Свето-шумовые гранаты относятся к нелегальному оружию,

Призванному вывести противника из строя

Ярким светом и резким громким звуком.

Время потери зрения может достигать

30-60 секунд, а потери слуха до нескольких часов.

Википедия

Милинка с Марко просто хмыкнули на сомнения Стефа, и перевели разговор на другую тему. Я же взяла дорогого родственника под ручку, отвела в сторонку, и сообщила самым суровым тоном:

- Лизонька в опасности! Готов ли ты помочь мне проникнуть внутрь, узнать про эту тюрьму и вызволить ребёнка?

- Ты подожди паниковать – Стефан поморщился и отодрал свою руку – вот узнаем всё доподлинно, тогда и будем решать.

- Не вижу повода откладывать это на потом, мы можем заняться выяснением немедленно – подытожила я беседу, и пошла разыскивать обмундирование для тайного проникновения в стены этого учебного заведения.

Едва стемнело, как мы с ноющим Стефаном стояли возле высокого школьного забора, тихо переругиваясь между собой.

- За кого ты нас вообще принимаешь? – вяло скулил мой кузен – что это за маскарад?

Мы были одеты в неприметную одежду разнорабочих: клетчатые рубахи с высоким воротником и широкие брюки из плотной ткани, на голове были повязаны шарфы, которыми они прикрывают лицо от пыли и грязи во время работы. Под ногами увивалась довольная Бусинка. Она увязалась с нами в дорогу и отказывалась реагировать на наши команды, поэтому мы плюнули и взяли волчицу с собой.

- Буся! Сторожи здесь! – сурово сказал Стефан и подставил мне руки, дабы я перемахнула через забор.

Затем перепрыгнул сам. Не успели мы сделать и пару шагов по саду Академии, как Бусинка легко перемахнула ограждение, не став утруждать себя какими-то ни было нашими командами. Мы тяжело вздохнули, но с полпути сворачивать не собирались. Нам стоило найти жилые корпуса, попасть внутрь, и посмотреть, что у них там за шпицрутены, и как они используются.

Собственно, ничего особенного – мы быстро нашли крыло, в котором жили преподаватели школы. Но ничего интересного узнать не смогли, если не считать таковым тот факт, что директор школы Шнайдер не могла похвастаться наличием богатой шевелюры, и даже тот тощий пучок волос, который красовался на голове госпожи во время нашего визита, был накладным… Ну или то, что воспитатель Миллер любит тайком есть по ночам.

Всё это было ничтожно и недостойно нашего внимания. Мы обнаружили крыло, где жили воспитанницы, и мелко потрусили к нему.

- Ничего не видно. Нужно проникнуть внутрь через приоткрытое окно пустой спальни, а там и комнату Лизы найдём – внёс дельное предложение Стефан – уж если они и измываются где-то над детьми, то наверняка в своих спальнях, на горох они их ставят, али заставляют молитвы читать до рассвета? – Стефан немного задумался, споткнулся об волчицу и довольно закончил - либо и то, и другое.

Я просто молча кивнула, не в силах вынести тяжесть подобных предположений, карабкаясь внутрь помещения. Когда я с пыхтением и сопением перемахнула подоконник, Бусинка уже была там. Она весело обозревала кряхтящую меня, видимо не предполагала, что простая поздняя прогулка может вылиться в такую весёлую игру. Стефан тоже закарабкался, неловко поправил непривычную одежду, и предположил, коли уж мы незаконно проникли в чужое помещение, то нам следует хотя-бы прикрыть лица для того, чтобы оставаться не узнанными. Я с благодарностью приняла критику дорогого родственника, оценив по достоинству его осмотрительность, взяла кончик шарфа, и прикрыла лицо до самых глаз. Мы открыли дверь пустующей спальни, и попали в темноту коридора.

- И куда дальше? Доставай фонарь! Я совершенно ничего не вижу – тихо бурчала я, двигаясь по стеночке в неизвестном направлении.

- Боюсь, что я об этом не подумал, даже свечку не захватил… - прошептал Стефан – и вообще это твоя идея! Так что все претензии к тебе тоже! Ты организовываешь вылазку, разведку и нападение на школу, а я оказываю посильную психологическую помощь!

Я отозвала назад свою благодарность Стефану, и мы, стоя в темноте коридора, начали тихо переругиваться. Я думаю, так бы продолжалось вечно, но, на наше счастье, заметили тихо бредущую старушку вполне учительского вида со свечечкой в руке. Что же нам делать? Стоять тут до рассвета? Либо мы можем сделать вид, будто немного задержались на свидании со своим ребёнком, и вот как-то заблудились! Так и скажем старушенции, дай Бог, не поднимет скандал.

- Я прошу прощения, мы слегка заблудились… - начала было я, сделав шаг вперёд, дабы попасть в крошечный круг света от дрожащего пламени свечи – не могли бы вы подсказать, где спальни девочек?

Я улыбнулась максимально доброжелательно, но не получила взаимности. Женщина дрожащим пальцем показала куда-то за наши спины, и стала аккуратно сползать по стеночке, явно собираясь грохнуться в обморок. Стефан торопливо забрал у неё свечечку, поблагодарив кивком головы, и сумрачно буркнул мне:

- В следующий раз, когда решишь общаться с персоналом помещения, куда мы незаконно проникли… снимай повязку с лица… так люди к тебе больше проникнутся!

Я приняла критику близко к сердцу, но промолчала. Мы снова отправились на поиски комнаты Лизаветы. Стефан прикладывал ухо то к одной замочной скважине, то к другой, но всюду по ту сторону двери была тишина. Я уже хотела предложить просто заходить тихонько в комнаты в поисках недостойного отношения к детям, но позади нас раздался вопль той самой женщины, у которой Стефан забрал свечку.

В данный момент она была в сопровождении директора этого заведения и истово голосила. Мы подпрыгнули на месте, развернулись и помчали прочь. Причём Бусинка бежала впереди нас, испуганно прижав уши.

Всё! Впереди тупик! Поняли это не только мы, но и наши преследователи, поэтому в нашу сторону полетели шуточки и смешки… на крики и вопли догоняющей стороны стали открываться двери спален и в коридор высыпали заспанные девочки в длинных, в пол, ночных сорочках. Кто-то в давке наступил на лапу нашей волчице. Она была, конечно, привычна к такой фамильярности, только всё же сочла своим долгом предупреждающе зарычать…

- А –а –а! Волк! В школу пробрался волк! – крик эхом отозвался от стен, детские визги на несколько мгновений дезориентировали нас, началась паника и давка, но Стефан схватил меня за воротник, Бусинку за шкирку, и забежал в одну из спален, после чего рыбкой прыгнул в окно, ловя меня с той стороны.

В комнатах академии зажигался свет, мы бежали по саду, как заправские легкоатлеты, взяли препятствие в виде ограды, после чего устремились дальше, мечтая оказаться как можно дальше от этого здания. Я бежала, чувствуя пульсацию крови в ушах, остановились мы лишь через несколько улиц, да и то, лишь для того, чтобы немного отдышаться.

«А неплохо сходили, выяснили хотя бы, что ночью дети спят, а не стоят на горохе» - высказалась шиза. «Дура» - хотела ответить я, но не успела.

- А неплохо сходили – подмигнул мне Стефан… я засмеялась, как сумасшедшая… тревога, с которой я жила последнее время, немного меня отпустила.

****

- Мам, ну ма-а-м! Ну можно Александр останется у нас на каникулы? – Лиза нервно болтала ногой, сидя на стуле, и тихо канючила – Можно, а?

- Дорогая, ну что ты такое говоришь? Алексо оставался у нас на зимние и весенние каникулы в прошлом и в позапрошлом году. Причём госпожа Анджела была не в восторге от такого положения вещей!

- Ох, мамочка! Алексо уже совсем взрослый, ему скоро семнадцать зим, а с тех пор, как у господ Рошаль родилась малышка Андромеда, так Анджелу вообще мало, что интересует. Не так ли, дядя Стефан?

Стеф оторвался от интеллектуального занятия по вылавливанию рыбок в моём аквариуме, и промычал нечто невразумительное, хотя я не сомневалась, что он согласен с Лизой на все сто!

Я тихо вздохнула, глядя в окно – прошло то время, когда я ещё надеялась, что спокойный и уравновешенный Александр смог бы повлиять на взбаломошный характер моей дочери. Вот и сейчас нас попросили забрать своего ребёнка на каникулы на две недели раньше срока – дело в том, что все зачётные работы были ей давно сданы, но согласно уставу Академии, Лиза не могла покинуть стены этого заведения без особого распоряжения директора. Только вот госпожа Шнайдер никогда не относилась приязненно к моему ребёнку.

Какова была для этого причина, мне сказать сложно, но от себя хочу добавить, что эта сухопарая диотка никогда не страдала чувством юмора и способностью признавать свои ошибки. Так что невинная лизина шутка, которая спрятала накладной пучок волос госпожи директора перед праздничной литургией, не принесла нашему ребёнку очков в рейтинге приязни от директора.

Ну да это ладно, это всё дела давно минувших дней, а вот то, что случилось не далее, чем третьего дня, надолго выбило Шнайдер из колеи. Впрочем, обо всём по порядку:

Когда Лизавета попросила разрешения покинуть Академию на летние каникулы раньше, чем другие девочки, то получила мстительное «нет», пожала плечами, и пошла в сад продолжать мастерить вместе с Александром свето-шумовые гранаты. Каково, а!? Уже чувствуется интрига?

Александр, который давно относился к Лизавете с особой симпатией, был только рад возможности провести с ней время, пусть и за столь странным для девушки (а тем более воспитанницы Академии Благородных девиц) занятии. Сам он уже достаточно давно постигал военную науку, решив пойти по стопам отца. Одним словом, помочь Лизе он смог.

Праздник Середины Лета традиционно считался одним из самых долгожданных для девушек в Академии, поскольку там давали бал! Приглашали родственников без ограничения и даже кавалеров, появлялись и официальные лица.

- Ах, вы слышали, душеньки, говорят, будто бы сам новый губернатор обещался быть на балу! Валер! Твоя семья ведь дружна с господами Ролан? Я слыхала, будто губернатор молод, весьма недурён собой и до сих пор не женат! – прихорашивались перед зеркалами девушки в ожидании бала, не находя себе места от волнения.

Лиза стояла, насупившись. Она думала о том, что если расскажет всё, что говорил про Блажека Ролан её дядя Стеф, то электорат бы это крепко подкосило. Сама Лизавета не планировала быть на Празднике, сославшись на лёгкое недомогание, да и нас попросила не приходить…

На Празднике в Академии планировались танцы, после них лёгкий фуршет и фейерверк. Чего только не сделаешь, дабы немного выслужиться перед сильными мира сего?

Пока длились танцы, Лизаветка тоже сложа руки не сидела – как раз напротив зала для фуршета она установила несколько свето-шумовых гранат, которые должны были сработать, по задумке нашего сапёра-подрывника, в самый неожиданный момент. А именно – когда гости решат немного отдохнуть от удушающей жары и духоты бального зала, и устремятся к раскрытым окнам фуршетного зала.

Тыдыщ! Бабах! Все радуются, улыбаются, только директор Шнайдер стоптала три платка от возмущения, что не ей пришла в голову такая смешная шутка, а саму Лизоньку премируют досрочными каникулами.

Такой вот у Лизы был план. Но, как говориться, что-то пошло не так!

Поначалу всё шло по плану: она отбоярилась от танцев, села в засаду, пристроив свои гранаты неподалёку от себя, и уже держала огонь наготове. Так что, как только выпал роскошный шанс, не стала медлить, и претворила свой план в жизнь!

Бабахнуло знатно! Взрывной волной сорвало все листья с ближайших деревьев и кустарников, кое-где выбило окна. Визг и крик поднялся такой, громче любой гранаты. Офицеры решили, что лучше всего переждать опасное время где-то под столами, стульями и прочей мебелью в зале. Туда же рыбкой нырнул завидный жених и красавец-мужчина губернатор Ролан.

Только лишь немного утихли испуганные женские визги, как все пришли к пониманию того, что реальной опасности не было. Бравые солдаты немного смущённо покидали места своей дислокации. Люди в зале осторожно подошли к окну, опасаясь увидеть там нечто ужасное. Но увидели лишь Лизоньку, которая очумело водила головой из стороны в сторону и непонимающе смотрела в округ. Её платье было всё в саже и грязи. В вечно растрёпанных волосах застряла приличного размера ветка от дерева. Лиза постепенно проморгалась, только вот слух вернулся далеко не сразу. Вначале она ошарашенно смотрела на директора Шнайдер, которая поднималась с пола, вся в окружении сломанной мебели. В зал переместилась большая часть растительности, в которой так скромно ранее пряталась виновница происшествия.

Директор открывала и закрывала рот, как будто заходясь в истошном крике… потом слух вернулся…

- … как только ты посмела, девчонка? Клянусь богом, это была твоя последняя выходка! Немедля пишу твоим родителям! – голосила директор.

К ней подошёл немного смущённый губернатор:

- Прошу вас, госпожа! Мне кажется, что вы не до конца разобрались! Возможно, юная госпожа Валер пояснит своё пребывание в эпицентре взрыва?

- А? Что? – Лиза слышала, будто через вату – я просто гуляла. Не знаю, что произошло… но «Бум» вышел знатный!

- Ну вот видите, она просто гуляла – уже более уверенно улыбался губернатор – а не могла бы она гулять сейчас в собственном доме, к примеру?

- Я сожалею, но правилами Академии не допускается роспуск на каникулы раньше срока! Даже для представителя одной из самых обеспеченных семей в столице, говорят, с ними даже сам губернатор дружит! Только вот у меня любимчиков нет! Как нет и процента с морской торговли редкостями…

- Зато вы по-прежнему директор… - тихо пробормотал губернатор, исподтишка подмигнув Лизавете, которая выплёвывала в этот момент комья земли изо рта.

Так Лиза смогла приехать в наш городской дом на каникулы немного раньше…