Госпожа Болотной Равнины 2

Глава 22

Глава 22

Усталость забыта,

Колышется чад,

И снова копыта,

Как сердце, звучат.

И нет нам покоя,

Гори, но живи!

Погоня, погоня,

Погоня, погоня

В горячей крови.

к\ф «Неуловимые мстители»

Итак, наши мнения по поводу того, куда бы могла податься госпожа Божена, разошлись. Бабка по-прежнему настаивала на том, что нам следует обшаривать соседние городки, в которые могла бы направиться её невестка и «жить там припеваючи, на мои-то денежки», по меткому выражению самой бабы Ванги. Не то, чтобы я в корне была не согласна с такой постановкой вопроса, но всё-же сомневалась, что она «заляжет на дно» в непосредственной близости от семьи Альвер. Во всяком случае, я бы точно на месте бедной Божены убежала, куда глаза глядят ещё в день знакомства с потенциальной свекровью…

Между тем, уже успели вернуться Эсфирь Соломоновна и Лиза, которых посылали на разведку. Собственно говоря, «разведывать» должна была только сама Эсфирь, а Лизаветка скорее так, для отвлечения внимания. Забегая вперёд, скажу, что наша гувернантка крайне внимательно отнеслась к просьбе разузнать всё о потенциальном маршруте передвижения беглянки, так что отсутствовала часа три, не меньше.

- Была она тут! Вчера была! Усё, как вы описывали – по виду знатная дама, но шо-то менжевалася, была без прислуги и багажу… села в дилижанс до Темерина.

Бабка подпрыгнула на месте от возбуждения.

- Это тут, недалеко, рукой подать! Сей же час в дорогу, городишко крошечный совсем, Божку сыщем в нём в два счёта! – Ванга пританцовывала от возбуждения, стремясь метнуться вслед за дилижансом, не обращая внимания на то, что госпожи Божены в нём уже точно нет.

-… та я шо сказать имею? Дилижанс тот кудой-то отъехал, и возница на ём тот же, что и вчера. Так шо мы очень могём вернуть товар на Родину – последнюю фразу Эсфирь Соломоновна уже говорила в никуда, и через несколько секунд раздался бабкин вопль с улицы:

- Запрягай давай, да поживее! Мы уезжаем немедленно!

Мы поблагодарили тётю Фиру за рвение, и тоже спустились вниз. Можете представить, какого же было удивление возницы того самого дилижанса, который отвозил вчера госпожу Божену в Темерин, когда его остановила большая дорожная карета, и какая-то бабка с сумасшедшими глазами велела ему отвечать, где он высадил вчера одну из своих пассажиров? А между тем, всё так и было. Бедный возница решил было поинтересоваться законностью подобных действий, но получил существенный тычок к бок от молчаливо стоящего рядом Марко, и решил не артачиться.

- В Темерине и высадил, госпожа хорошая! Аккурат супротив площади особняк имеется, вот туды и направилася дама ваша – открыл тайну возничий, после чего был благосклонно отпущен.

Ну что… в одном бабуля была права – уже через два часа мы стучали в дверь того самого «особняка» на площади, который указал нам неразговорчивый извозчик. Правда, я бы скорее назвала его домиком, нежели особняком. Такой хорошенький домик в германском стиле, и всюду чувствовалась заботливая рука хозяйки. Я отмела мысль, что этот дом был постоялым двором или доходным домом… нет, скорее любовное гнёздышко, причём денег в него было вложено вполне достаточно для того, чтобы купить неплохой дом в самой столице, не то, что в маленьком городишке в провинции. Неужели и сюда тоже ушли ворованные деньги с семейного счёта Альвер? Я виновато покосилась на сурово вышагивающую рядом со мной бабку, и не решилась высказать такую крамолу вслух. С меня было вполне достаточно того, что она зарядила палкой в лоб бедному садовнику просто за то, что он поинтересовался, кто возжелал видеть хозяйку дома.

Шустрая горничная хотела было доложить о нашем приходе, но Стефан вовремя оттеснил её к стеночке, так что, можно сказать, она практически не пострадала. Саму хозяйку дома мы нашли в небольшой столовой, где она наслаждалась засахаренными ягодами из красивого туесочка, и отваром из трав. Заслышав наше шумное вторжение, дама удивлённо повернула голову, её идеально подведённые брови приподнялись в искреннем удивлении, после чего тонкие губы слегка тронула вежливая улыбка:

- Евангелия! Какой сюрприз, однако! Не желаешь ли отведать ароматных ягод в сахаре? Изготавливают в Дубовой Роще, да ты и сама это знаешь, не правда ли? Захолустное именьице нынче в цене…

Госпожа Альвер только и могла, что открывать и закрывать рот, не в силах произнести ни слова. Она устало опустилась в кресло и закрыла глаза.

- Ты-то здесь откуда взялась? Божка где? – выдавила из себя баба Ванга.

На что дама искренне рассмеялась, настолько её поразила сама мысль о том, что в этом доме могла бы находиться невестка госпожи Альвер.

- Однако, ты не представила меня своим друзьям – госпожа наклонила голову, оценивающе смотря на нашу разношёрстную компанию.

- Это Мария, супруга одного из наших городских стряпчих, он контору свою имеет, и жену вот… тоже… - сухо произнесла госпожа Евангелия, чувствовалась, что она мечтает так же огреть сидящую перед ней милую даму, как перед этим её садовника – она вместе со мной сопредседатель общества по защите сирых и убогих.

- А в этом доме я иногда провожу время со своим мужчиной. Супруг, видите ли, не слишком обеспокоен моим времяпровождением, так что могу себе позволить – дама тонко улыбнулась – но я в любом случае буду счастлива видеть тебя в гостях, Евангелия, так же, как и твою невестку! – сказанное показалось Марии настолько забавным, что она не стала сдерживаться, и рассмеялась громко и искренне, очевидно, рассмотрев в своих словах какую-то шутку.

Мы понуро побрели к выходу. Признаюсь честно, я питала определённые надежды, что мы быстренько найдём беглянку с деньгами, и сможем с чистой совестью отправиться в Дубовую Рощу. А где теперь разыскивать воровку? Ума не приложу…

- Подождите, выходит, эта дама не госпожа Божена? А где она тогда? Отправилась в Вильнево? – решил блеснуть интеллектом Стефан, когда мы уселись в карету.

- О чём ты сейчас говоришь, блаженный? – лицо бабки стало наливаться багрянцем, то и гляди окочурится, одним словом, инсульт близко…

- Так в тот день, когда с постоялого двора отправился дилижанс в сторону Темерина, был ещё дилижанс на Вильнево. Вдруг Божена села в него? – примирительно сообщил Стефан.

- Кучер! Кучер! – заголосила Ванга – поезжай в Вильнево.

Взгляд, который она при этом подарила моему кузену, не предвещал тому ничего хорошего, а его супруга просто закрыла глаза, мечтая провалиться сквозь землю. Сам Стефан не испытывал ни малейшего дискомфорта от своей запоздалой информации, и озорно нам подмигнул. Путешествие продолжалось…

Скажу сразу, извозчик дилижанса, которого мы разыскали в маленьком городке, не припоминал одинокую благородную даму в качестве своей пассажирки в тот день, тогда их было вообще не так много – Праздник Середины Лета был в разгаре, так что было крайне мало желающих провести его в дороге.

- Булочница была, направлялась в гости к своякам… мастеровые опять же, гувернантка ещё, но она до Вильнево не доехала, просила высадить раньше, мол, в одном из загородных домов требуется няня для малыша, да пара студентов ещё, домой возвращались из Румы, на праздники, выходит…

Мы поблагодарили словоохотливого возницу, и пошли, несолоно хлебавши, до тех пор, пока меня не осенило:

- Божена была среди этих людей! Я просто убеждена в этом!

- Вот те здрасти! Чокнуться решила! Анька, ты наверно, слаба на уши стала, только что тот человек сказал, что дам среди пассажиров не было! – бабка Ванга не знала, на ком сорвать свою злость, а тут такой случай!

- Но она же могла подозревать, что её будут разыскивать? Так почему бы ей не сменить ипостась и представиться, к примеру…

- … студентом из Румы – ядовито оборвала меня бабка, тяжело вздыхая при этом.

Мы все отлично понимали, что понятия не имеем, где теперь разыскивать эту «гувернантку». Поскольку, если мы принимаем, как данность, что это была Божена, то она уж точно не собиралась становиться няней у местных помещиков. Значит, она сообщила это для отвода глаз, а сама попросилась в попутчики в любую крестьянскую телегу.

- Нам стоит разыскать её конечное место назначения – нарушил молчание Марк – я думаю, что она стремится в столицу, там и затеряться проще, тем более с таким деньгами, что у неё сейчас есть.

Мы молча внимали нашему златоусту, понимая, что зерно разумного в его речи есть. Допустим, это так, и Божена действительно направляется в столицу, но как мы будем разыскивать одинокую женщину в большом городе? Особенно, если она не желает быть обнаруженной? По-моему мнению, госпожа Божена никогда не была глупа, так что с такой суммой на руках бабкину невестку с распростёртыми объятиями примут как паны в Ольском королевстве, так и мусье в Лютеции, да и славские князья не погнушаются…

Так-то оно так, только ведь покинуть Родину – это тоже дело не одного дня…

- Что ж, самое лучшее, из того, что мы могли бы сделать – догнать Божену на тракте и не дать ей попасть в столицу, где она может легко потеряться – поставила я точку.

Собственно говоря, именно так мы и поступили – останавливались на каждом постоялом дворе на час-другой, после чего все члены нашей «поисковой группы» разбредались согласно предварительной договорённости – бабка в комнаты на отдых (то есть мы отдыхали от неё какое-то время), Марко со Стефаном – во двор для задушевных бесед с конюхами и кучерами, Лиза вместе с Эсфирь Соломоновной общались с обслугой и прочими домочадцами, ну а наша с Милинкой задача состояла в том, чтобы не мешать творческому процессу.

Одно можно сказать точно – мы идём по следам госпожи Божены. Ну или очень верим в это, поскольку её свекровь с каждым днём становилась всё более невыносимой, даже вечно спокойный Марко начинал нервно жмуриться в её присутствии.

«Вот что, подруга! Беглянку надо срочно отыскать, а то так и вдовой стать недолго» - шиза была очень обеспокоена, да и я тоже, ведь мы уже практически приблизились к Руме, а Божены как не было, так и нет… признаюсь честно, даже меня, неисправимую оптимистку, время от времени стали посещать дурные мысли, особенно после того, как слышишь:

- Постоялый двор «Маленькая Щучка»? Что за убогое создание придумало такое название?

Вот как? Действительно, бабка не ошиблась, поскольку нам навстречу, улыбаясь и вытирая руки о передник, спешила хозяюшка постоялого двора. Едва мы только вышли, то сразу заметили разительные перемены по сравнению с таким недавним нашим прошлым приездом – двор был полон карет и дилижансов, но хозяйка всё-равно нашла время для того, чтобы с нами поздороваться.

- Я ведь не сразу поняла тогда, кто поспособствовал тому, что к нам рейсовые дилижансы заходить стали… только вот слухами земля полнится… это я сейчас про того мальчишку, за которого вы тогда заступились – женщина ещё раз улыбнулась и пригласила на коронное блюдо местной харчевни – баклажановые рулетики.

- С мисок кушанье завсегда уходит самым первым – призналась она, подавая на стол – те же рабочие присоветовали попробовать, что и пельмени готовить научили.

Бабуля уплетала незнакомое ей блюдо за обе щеки, а мне на душе было неспокойно, тревожно отчего-то…

- Если вы не против, я бы хотела совсем не надолго заглянуть кой-куда, а после вернуться обратно. Вы же не против будете, госпожа Евангелия, если я воспользуюсь вашей каретой – в нашей лошадей выпрягли уже.

- Ну что ты, милочка, конечно нет… с тем условием, что я поеду с тобой – бабка прищурилась и пыталась усмотреть в моём лице нечто, наведшее на столь странную мысль, будто бы у меня возникло желание просто взять и уехать. Но я чувствовала, что я должна поступить именно так и никак иначе.

- Я с вами! – Милинка торопливо жевала последний баклажан, и вставала из-за стола.

Больше никого мы не стали с собой брать – «нечего от дел отрывать, коли тебе, беспутной, что-то в голову втемяшилось» - по крайней мере именно это нам сказала заботливая бабуся, когда мы садились в карету. Собственно говоря, ехали мы действительно не очень долго, потому что нашим пунктом назначения был тот постоялый двор, где наших кучеров кормили бесплатно – приятный бонус, не так ли? В данный момент никого из гостей не наблюдалось, лишь на заднем дворе раздавался шум, крики и плач.

Мы дружно ринулись туда, причём выиграла этот забег баба Ванга. Она молодым гепардом промчалась мимо нас, и подбежала к поленнице, где в этот момент происходило восстание века. То есть, по моим представлениям, сейчас была яркая иллюстрация того, что бывает, когда «верхи не могут, а низы не хотят». А именно – происходило шумное выселение того самого пацанёнка и пожилой служанки с постоялого двора.