Госпожа Болотной Равнины 2

Глава 26

Глава 26

Я уже как-то говорила, но

Повторюсь снова – всё зло от книг

Ольга Шах

В лабиринт Минотавра? Я невольно дёрнулась, услышав об этом. Безусловно, я помню, как рассказывала вполне безобидную легенду о греческом герое Тесее, и о том, как он бесстрашно пошёл в лабиринт, из которого нет выхода – дабы сразиться со страшным Минотавром и освободить пленников в лабиринте. А вот выбраться из этого лабиринта греческому герою помогла дочь местного властителя Ариадна. Девушка, судя по всему, не была лишена интеллекта, во всяком случае, именно она придумала, как можно выбраться из него, просто дав Тесею клубок ниток. Да уж, и чего только влюблённая женщина не сделает для того, чтобы помочь своему возлюбленному? Одним словом, Тесей привязал начало клубочка у входа в лабиринт, спустился туда, убил чудовище, ну и освободил пленников. Все довольны и счастливы.

Я припоминала, как рассказывала эту легенду Лизавете, она ужасалась коварству и жестокости царя Миноса, а жалостливая Данка умилялась чувствам его дочери Ариадны, вот только я не подумала, что мой ребёнок решится на то, чтобы в гостях у Рошаль поискать Минотавра, да и лабиринтов здесь я никогда не замечала…

А тем временем, широкая публика явно ждала каких-то комментариев на этот счёт. Хорошенькое лицо Анджи пока не выказывало никаких особых эмоций, кроме привычного нам всем небольшого недовольства. Но Марко уже явно почувствовал недоброе, так что он весь немного подобрался, готовясь в случае необходимости на проведение полномасштабной поисковой операции.

- Ну так что это за Минотавр такой? Это хотя бы не опасно? – нарушила молчание Анджи. Несмотря на то, что на улице было уже достаточно тепло, и ярко светило солнышко, она по-прежнему зябко куталась в изящное лавандовое пальто.

- Это чудовище, жившее в лабиринте на острове Крит – послушно пробормотала я, опустив глаза вниз. Андрей за моей спиной печально покрутил пальцем у виска, призывая окружающих не слишком серьёзно относиться к моим словам об опасности для детей, и тем более – к моим небылицам и страшилкам.

Я тоже решила немного расслабится – ну мало ли где могли находиться дети? В конце концов, территорию поместья они бы точно не покинули, а за своевременным принятием пищи чётко следила Эсфирь Соломоновна. Мы осторожно спускались с каменных глыб, которые валялись то тут, то там в качестве мусора.

- Здесь рядом есть заброшенная штольня нашей каменоломни – раньше тут добывали недурной камень, вот порода пустая на поверхности лежит, всё руки не доходят измельчить её, да и заходим сюда достаточно редко – особливо надобности какой нет, вот и мельница стоит без дела, опять же – как бы извиняясь, начал Андрей, помогая мне спустится вниз.

- А что же за причина того, что этой штольней не пользуются больше – поинтересовался мой любопытный супруг, который тащил на себе уставшую Анджелу.

- Внутри произошёл обвал, провалилось основание, а расчищать его никто не собирался, да и зачем те огромные глыбы ворочать? Вот и сейчас там давно никого не было, только лишь факелы оставляем, да огниво, ежели такая необходимость возникнет – равнодушно пожал плечами Андрей.

Вот и сейчас мы проходили мимо входа в эту штольню. На штырёк для факела была привязана голубая мохеровая нить. Я шла первой и невольно остановилась от входа, пристально смотря на нитку. Дело в том, что не далее, чем сегодня утром, когда мы собирались на эту прогулку, я видела шарфик такого цвета у Александра. Видела его и Анджела. Только этим прискорбным фактом я объясняю тот дикий крик, который издала бедная мать.

- Так что там насчёт этого лабиринта Минотавра? – глухо пробормотал Марко.

- Я… я… мы найдём их – я безнадёжно подёргала за нитку, потянула её на себя, и, смотав приличный клубок, до конца вытянула наружу. Детей не было.

Побегав немного вокруг входа в штольню и даже покричав в тёмный провал, я обеспокоилась ещё сильнее. После чего мы с Марко обернулись к Андрею и поняли, что сейчас он нам не помощник – Анджела собиралась умереть окончательно и бесповоротно, её супруг прыгал вокруг неё обеспокоенной наседкой, только хрипло бросив нам через плечо:

- Детей ищите, сказочники чёртовы!

Я окончательно растерялась. Надо идти вниз, дети могут быть в опасности, в том сомнений нет, только вот как туда спуститься? Они забрали единственный факел перед тем, как пойти в «лабиринт»! Марко побежал за подмогой, факелами и верёвками. Анджи не гарантировала того, что сможет остаться в живых после такого потрясения. А я схватилась за голову и велела себе не предаваться паники. И без того было страшно, особенно после тех причитаний, которые я слышала от Анджелы. Согласно её предположениям, наши дети уже погибли, умерев страшной смертью от голода, холода и болезней, ну или просто упали в расщелину внутри каменоломни. Нет, так дальше продолжаться не может. Я сделала первый несмелый шаг в темноту. Андрей собрался меня поддержать и пойти следом за мной, но Аджела жуткими криками заставила его оставаться на месте.

- Как ты можешь оставлять меня одну! Ты просто бесчувственен и аморален! Я категорически запрещаю тебе оставлять меня одну в страшной опасности и тревоге! Неужели ты допускаешь хоть тень мысли, что я могу находиться тут в безопасности? – причитала его супруга, крепко держа Андрея за рукав пальто и обливаясь слезами.

- Да в своём ли ты уме, дорогая? Нашему сыну может грозить реальная опасность, а не надуманная! Отпусти меня сей же час, и возьми себя в руки! – я впервые вижу флегматичного Рошаля настолько взволнованным и обеспокоенным судьбою сына.

Я сама стола у входа в эту пещеру и держала в руках бесполезный моток ниток, впереди была кромешная темнота.

- А зачем ты забрала у детей нитки? – немного вытерев слёзы и по-прежнему всхлипывая, спросила у меня Анджела. А если они по этим ниткам хотели выбраться наружу? Ну подумай сама, если бы у них в руках были нитки, то это был бы шанс на спасение от Минотавра, а теперь его нет!

Я настолько опешила, что даже не знала, что и ответить на это странное заявление. Слава Семину, что в этот момент появился Марко в сопровождении нескольких суровых с виду мужчин. Каждый из них, включая Марко, несли по факелу, фонарю и большой верёвке, опоясанной на поясе, и двое из них с металлическими инструментами за спиной. Они споро и деловито остановились возле входа в штольню, и один из них поинтересовался у нас:

- Вы, што ли, мамашами будете?

Мы с Анджи согласно кивнули, старший всё так-же неторопливо поинтересовался причиной, по которой дети могли оказаться в этом заброшенном месте. Я рассказала про Минотавра, и в доказательство предоставила клубочек ниток, Анджи просто рыдала. Мужики нахмурились ещё больше, после чего тот же человек произнёс:

- Там они, тут и к гадалке не ходи, как пить дать, полезли на Минотавра того любоваться.

А на слабое Анджино: «Ну вы спасёте моего сыночка?» просто ответил:

- Это уж как Семин даст! – зажгли факелы, обвязали себя верёвками и ушли в темноту.

Госпожа Рошаль после таких слов упала без чувств, так что Андрей и Марко, взявши её за руки и за ноги, наподобие опытных медбратов, споро понесли Анджи в дом. Я осталась одна возле входа в штольню, трясясь от ужаса и страха. Я была готова простить любую шалость, лишь бы только дети вернулись живыми и здоровыми, так что просто сидела монгольским сусликом и смотрела в темноту, прислушиваясь к малейшему шороху со стороны тёмного провала.

- Ты только посмотри на ету сторону – услышала я под ухом глубокомысленное замечание Эсфирь Соломоновны – и шо оттуда кажут? – в голосе нашей няни появился некий градус сожаления.

- Вы абсолютно правы, Эсфирь Соломоновна, я действительно, очень виновата за то, что рассказала эту дурацкую легенду про Минотавра – я готова была поддаться эмоциям и разрыдаться на месте, чувствуя за собой такую вину.

- Та я на вас умоляю! Када есть свободные уши, так я сама среди здесь могу про любовь душевно сообщить – она утешительно похлопала меня по плечу, призывая не вешать нос, но я по-прежнему смотрела вперёд, надеясь увидеть выходящих оттуда детей.

- И потом, ну шо там за любовь? Када Ариадна посмотрела прямо на того Тесея, так никто ж монеты медной за жизнь его не давал. А потом он так вот просто, на раз два девчонку бросил? Так вам тётя Фира за него так скажет – это он там, у Афинах гройсе хухем, а на Крите – еле-еле поц!

Я от такого сочувствия уже больше не могла сдерживаться, и стала тихонько подвывать, когда за спиной Эсфирь лизин голос тихо спросил: « Эдак мы никогда не выясним, почему все эти люди спустились вниз!»

Я хотела было ответить, что для того, чтобы найти и спасти и саму виновницу происшествия, и её подельника… когда поняла, что хмурая Лизка стоит и вопрошает меня!

Я тихо обернулась и увидела и Лизу, и Александра, которые с нескрываемым любопытством смотрели на меня.

- И всё-таки, что могло там произойти? – вежливо спросил Алексо – госпожа Эсфирь позвала нас на обед, мы расположились во-о-он там! И отлично видели, как эти люди пошли играть в лабиринт Минотавра.

- Да, это так! – подтвердила Лиза – мы тоже хотели поиграть, и даже пришлось распустить шарфик Алексо для нашей ниточки, только ничего особенного у нас не вышло – факел мы зажечь не смогли, только зря вытаскивали его из держателя, потом мы очень быстро проголодались, и побежали на обед. Тем более, что тётя Фира обещала нам пикник, пока взрослые занимаются своими скучными делами!

Я прикрыла глаза рукой, пытаясь осознать то, что сейчас услышала, и педагогически верно на это отреагировать. Наш сегодняшний день можно назвать по-разному, но точно не скучным… после чего больше не стала сдерживать слёзы и обняла обоих детей.

- И чего она так расстроилась? – тихо пробурчал Алексо у меня под мышкой.

- Так ты сам-то подумай – рассудительно ответила Лизавета – история-то какая душевная! У нас Данка всегда в таких местах плачет! Я потом тебе рассажу про Орфея и Эвридику, сам поймешь!

А мои слёзы катились из глаз, не переставая… уже вернулись Марко и Андрей, получили свою порцию радости и счастья, дети были окончательно заласканы и отправлены домой… наступила ночь… но спасатели до сего момента так и не вернулись…

Андрей стал организовывать второй поисковый отряд. Созванные крестьяне и рабочие каменоломен жгли костры, готовили горячие взвары, пытаясь согреться, и сурово переговаривались между собой. Марко и Андрей растянули большой шатёр, где и находился сам штаб по спасению спасателей. Лично я не могла сказать, что сумела бы помочь хоть чем-то в поисковой операции, но продолжала упорно сидеть в том самом шатре, поскольку находится в доме не могла чисто физически – Анджи устроила истерику, да не просто очередную малую истерику, на которую уже мало кто бы отреагировал, а вот прямо всем истерикам истерику, «с выходом из-за печки». Напуганных криками Анджи детей успокоили и уложили спать, а я смотрела на древний план этой заброшенной каменоломни и судорожно соображала, что могут означать те или иные значки, которые были начертаны на плане. Одно мы знали точно – спасатели уже давно должны были вернуться, только о сию пору от них не было ни слуха, ни духа.

Марко с Андреем взяли с собой ещё пару добровольцев и начали спускаться вниз, обвязанные всяческим снаряжением. Андрей раздавал поручения на время своего отсутствия оставшимся работникам. Одним словом, все были при деле. Кроме меня, разумеется. Я по-прежнему просто сидела в шатре, чувствуя свою беспомощность.