Жена из забытого прошлого

ГЛАВА 2. Надежда на перемены

– Карин, иди сюда, – позвала меня неожиданно вернувшаяся домой мама. – Нам нужно поговорить.

Я удивлённо выглянула из своей маленькой комнатки и медленно поднялась с кровати.

Нынешняя работа мамы подразумевала круглосуточное нахождение рядом с пациентом, поэтому дома она появлялась редко. В прошлый раз мы виделись несколько дней назад, когда ей пришлось забирать свою нерадивую дочь из отделения городской стражи. Она тогда была очень расстроена, но внешне оставалась собранной и спокойной. Строго отчитала меня за проступок, потом выслушала сбивчивые объяснения, проводила до маленькой квартирки, которую мы с ней снимали, и снова ушла.

На самом деле мама знала, что иногда я хожу в бордель лечить девочек и, конечно, давно запретила мне это делать. Она сама много работала, но денег нам с ней всё равно не хватало, и я старалась хоть как-то ей помочь, пусть и пойдя против её воли.

Мы всего полгода назад переехали в Ворт из провинциального Кисмота, и причина тоже была во мне. К сожалению, оказалось, что в столице всё намного дороже, сложнее, непонятнее. И пока у нас с мамой так и не получилось наладить здесь жизнь. Я неоднократно предлагала перебраться в городок попроще, но мама отказывалась.

А около месяца назад она получила работу сиделкой у какого-то довольно богатого лорда, и с тех пор почти не появлялась дома. Да, платили там прилично, но мы с ней стали видеться очень редко. Тогда-то я и нашла себе подработку целителем в борделе. Там никого не интересовала моя лицензия, был важен лишь результат. Силы у меня хватало, а вот опыта – нет. Но я изучала книги по целительству из общественной библиотеки, и пока с особо сложными случаями не сталкивалась. Ясное дело, что платили мне намного меньше, чем дипломированному специалисту, зато у меня появились хоть какие-то деньги.

Но теперь об этом заработке можно было забыть, а без лицензии с одним школьным образованием взять меня могли только официанткой. Да и то, лишь после того, как отработаю назначенное стражами наказание.

– Карин, – вздохнула мама, наблюдая, как я подхожу ближе. – Присаживайся.

Она была, как всегда, опрятно одета, спину держала прямо, голову – ровно, даже в простом платье из дешёвой ткани и с самым обычным пучком вместо изысканной причёски умудрялась выглядеть истинной аристократкой. Да, моя мама родилась в графской семье, когда-то её ждало блестящее будущее… но появилась я, и жизнь юной леди Верзалии стала совсем иной.

Мама никогда не говорила мне, что жалеет о своём решении родить ребенка, наоборот, называла меня своим счастьем, любила, учила, помогала, но… иногда в её глазах стояла такая тёмная горечь, что мне становилось больно. К собственной участи бастарда я давно привыкла, а за неё было обидно.

В свои тридцать восемь мама выглядела замечательно. Правда, мы с ней были мало похожи: она – блондинка, я – шатенка; она – хрупкая и невысокая, а я – пусть и стройная, но выше неё на голову; она – утончённая и манерная, настоящая леди со слабым целительским даром, а из меня, к сожалению, леди не получилось. Зато магии во мне было с избытком, да только без диплома я не имела права применять свои таланты и, уж тем более, брать за это плату. А на обучение в академии денег у нас не было.

По словам мамы, и магию, и внешние черты я унаследовала от отца. Правда, я никогда его не видела, даже имени не знала – мама отказывалась рассказывать о нём. А однажды и вовсе призналась, что пообещала ему сохранить его отцовство в тайне. Когда-то мне было интересно выяснить правду, найти папу… а потом я просто смирилась. Если мы были не нужны ему все эти годы, то какой смысл вообще его разыскивать?

Сегодня мама показалась мне напряжённой и даже немного растерянной. Когда я села за пустой стол на нашей маленькой кухне, она заняла место напротив, отвела взгляд в сторону и тихо сказала:

– Лорд Вальтер сделал мне предложение.

– Какое? – не поняла я.

Мама продолжала смотреть в боковую стену, но пояснила:

– Он хочет, чтобы я стала его женой.

Я откровенно опешила, а в голове завертелись обрывки фактов. Мама уже месяц жила в доме этого лорда, сначала была его сиделкой: он пострадал после аварии. Но две недели назад почти поправился, даже начал сам выходить из дома, и в постоянном уходе уже не нуждался. Но маму не отпустил.

Теперь хотя бы стало ясно, почему.

– И что ты ответила? – спросила я, подперев голову рукой.

– Я… не знаю. Попросила дать время подумать, – с тяжёлым вздохом призналась она и только теперь посмотрела мне в глаза. – Он хороший, добрый. Обещает обеспечивать и меня, и тебя. Даже готов дать тебе свою фамилию.

– Мам, – я потянулась через стол и поймала её напряжённую руку. – Это всё неважно. Скажи, он тебе нравится? Ты готова жить с ним? Ты хочешь стать его женой? Если это просто жертва ради меня и денег, то, прошу тебя, не надо. Я уже взрослая. И меня вполне устраивает моя фамилия.

Она поджала губы и опустила голову.

– Твою фамилию, как и мою нынешнюю, я просто придумала, – с горькой иронией произнесла моя родительница. – Ри, это шанс для тебя получить ту жизнь, которой ты достойна, которую заслуживаешь по праву рождения.

– Мама, послушай, – я крепче сжала её чуть дрожащую ладонь. – Ты не любишь этого лорда. Если бы любила, согласилась бы, ведь от вашего брака столько плюсов. И если говоришь сейчас со мной, значит, замуж не хочешь.

– Не хочу… – она опустила плечи и отрицательно покачала головой. – Но тебе нужно учиться.

– Я тут кое-что узнала, – ответила я. – Говорят, что в академии в Карсте новый ректор добился того, чтобы на первый курс всех одарённых принимали бесплатно, а по окончании выдавали справку о начальном магическом образовании. Об этом даже в сегодняшней газете написали. Мам, если слухи – правда, то для меня это шанс. Поехали в Карст? Сейчас как раз идёт набор студентов. Я обязательно поступлю.

В глазах мамы будто промелькнул тусклый огонёк надежды, но она пока не спешила отвечать.

– Ты и так пожертвовала ради меня многим, – продолжила уговаривать я. – Пожалуйста, не нужно выходить замуж, если ты этого не хочешь. Мы справимся, обещаю тебе.

Она всхлипнула, но крепко сжала мою руку в ответ.

– Ты у меня замечательная, Ри, – прошептала мама. – Самая лучшая. Самая любимая. Я так хочу, чтобы ты была счастлива. Я никудышная мать. Думала, всё смогу сама… а в итоге мы с тобой только и делаем, что сводим концы с концами.

– Я очень люблю тебя, мамочка, у нас обязательно всё будет хорошо. Давай поедем в Карст?

– Ладно, – она ещё раз всхлипнула и снова приняла привычный спокойный вид.

Мама очень редко позволяла себе слёзы и всегда быстро брала эмоции под контроль. Так получилось и сейчас.

– Сколько тебе ещё отрабатывать наказание? – спросила она, глядя на меня без малейшего упрёка.

– Три дня, – ответила я и тут же добавила: – Штраф я уже выплатила. Он оказался не таким уж и большим.

– Умница, – мама тепло улыбнулась, поправила волосы и, обречённо вздохнув, поднялась на ноги. – Ты права, милая. Я не хочу замуж за лорда Вальтера Роуста. И не пойду. Мы с тобой уедем в Карст, и ты обязательно поступишь в академию. Я слышала, в этом городке тёплый климат и даже пальмы растут. Думаю, мы сможем там прижиться.

Я тут же вскочила на ноги, обогнула стол и крепко обняла маму.

Не думала, что она так легко согласится на моё предложение, но зато теперь меня переполняли поистине яркие эмоции. В этот момент я была почти счастлива, а в душе появилось чувство, что теперь всё у нас обязательно будет хорошо! Всё наладится! Отучусь год, получу документ, позволяющий использовать дар в работе. А если повезёт, то продолжу учёбу… и стану настоящим дипломированным магом!

Ну разве это не повод для искренней радости?

***

Слухи о том, что первый год обучения в академии Карста теперь стал бесплатным для всех одарённых, оказались чистой правдой. Эта новость прогремела на всю Республику, разошлась с невероятной скоростью и подарила шанс на лучшую жизнь невероятному количеству магов. И я радовалась вместе с ними, пока не осознала, что теперь все они дружно ринутся в Карст.

Нам с мамой чудом удалось купить два последних билета на поезд в нужном направлении, причём места нам достались в разных вагонах, но мы взяли их, ведь иных вариантов уже не осталось.

В самом же Карсте теперь творился настоящий хаос. Мест в гостиницах не осталось, люди спали на вокзале, на лавочках в скверах, или занимали заброшенные и полуразрушенные дома, коих тут было действительно много.

Десять лет назад в нашей Ферсии случилась революция, быстро перешедшая в гражданскую войну. Короля свергли и казнили, и страна раскололась на два лагеря: одни выступали за монархию и старые порядки, другие требовали республику и глобальные перемены. Тогда из-за боёв пострадали многие города, а полностью восстановили пока только столицу. А в Карсте, где и был убит прошлый правитель, до сих пор целые кварталы вблизи развалин дворца оставались брошенными.

Но когда перед тобой стоит выбор: спать на улице или в пустом полуразрушенном доме – в любом случае, предпочтёшь наличие над головой хоть какой-то крыши.

Мы с мамой прибыли в Карст ранним утром, за день обошли едва ли не весь город, до последнего надеялись снять хоть какую-нибудь комнатку. Но проблемы тут были не только с ночлегом, но и с едой, потому что город оказался попросту не готов к такому безумному наплыву гостей.

В академии и вовсе творилось нечто непостижимое. Люди приходили к воротам, записывались в очередь на вступительные экзамены. И когда я сразу после приезда добралась до листочка с записью, то была там уже пятьсот восемнадцатой.

– Приходи завтра к вечеру, – посоветовал мне парень, который эту запись и вёл, а потом пропускал по ней через ворота. – Думаю, как раз подойдёт время твоей очереди.

Поселились мы с мамой в заброшенном двухэтажном домике почти у самых стен разрушенного дворца. Здесь повсюду дико фонило тёмной магией и настоящей жутью. Маминого дара хватило лишь на то, чтобы сплести силовые линии в защитный купол, а напитывала его уже я. Кстати, в отличие от меня, у мамы хотя бы была лицензия ассистентки целителя, которую она получила, закончив курсы ещё до революции, когда с этим было намного проще. Сейчас такие документы выдавали только в академиях.

Вместе с нами в этом доме ночевало ещё несколько семей, благо комнат тут хватало, а в некоторых даже осталась мебель. Ужинали мы все вместе на просторной кухне. Скинулись по феру с человека, купили продукты, приготовили вполне приличную похлёбку с овощами. Да ещё и на завтрак осталось.

– Я слышала, что к вечеру в листке записи уже было две с половиной тысячи человек, – сообщила за ужином Миранда, взявшая на себя обязанности старшей по кухне.

На вид ей было лет тридцать, и она тоже приехала поступать, а с ней ещё и три младшие сестры.

– Боги, – удручённо выдохнул сидящий рядом со мной Вилт – молодой рыжеволосый парень с сильным огненным даром. Он прибыл в Карст по той же причине, что и все остальные. – А я в списке триста третий. Документы начнут принимать уже завтра, и боюсь… я буду в пролёте.

– Я девяносто вторая, – проговорила утончённая брюнетка лет двадцати пяти, видимо, из разорившейся после революции аристократии. – Хочешь сказать, что у меня тоже шансов нет?

– Шансы есть у всех, – строго сказал Мирай. Он среди всех нас был самым старшим, привёз поступать восемнадцатилетнюю дочь Лору. Хотя, как по мне, сделал это зря, ведь у неё толком не было магии.

– Да, в сегодняшней газете писали, что, по словам ректора, шансы будут у всех, кто приехал, – проговорила моя мама. – Приёмная комиссия даст возможность каждому. Да, поступят только сто человек, но в следующем году можно будет снова попытать счастья.

– Только сто… из двух с половиной тысяч, – покачала головой Миранда. – Это же нереально.

– Зато это хоть какая-то возможность учиться для тех, у кого нет денег на оплату обучения, – напомнила собравшимся я. – Все мы приехали сюда, чтобы попробовать что-то изменить в жизни. И должны быть благодарны уже за этот шанс.

– Тебе-то не о чем волноваться, – ехидно бросила брюнетка-аристократка, её имени я не запомнила. – С таким-то впечатляющим уровнем дара тебя точно возьмут.

И, вроде, говорила она приятные для меня вещи, но в голосе чувствовался яд, а во взгляде читалась чёрная зависть. Вокруг и так было слишком много тёмной магии, которая сама по себе удручала и заставляла находиться в постоянном напряжении, а чужая злоба только усиливала этот эффект.

– Обязательно возьмут, – уверенно сказала моя мама. – Примут всех, кто пройдёт вступительные испытания. В газете говорилось, что будет два этапа: проверка уровня дара и оценка теоретических знаний.

– Скорее всего, там будут спрашивать основы магии и оценивать общую образованность, – кивнула я.

– Давайте настраиваться на то, что пройдут все, – улыбнулся Вилт. – А уже завтра узнаем, кто будет учиться, а кто отправится домой. Пока же гадать бессмысленно, но накручивать себя не стоит.

Мы все с ним согласились, а мудрая Миранда перевела тему. Начала расспрашивать, кто откуда приехал, как добирались, ведь далеко не всем повезло с поездом. Так разговор быстро ушёл от напрягающей и волнующей всех темы, и даже на душе стало чуть спокойнее.

И только уже ложась спать, я снова подумала о завтрашнем поступлении. У меня действительно был высокий уровень дара, да и в школе я училась хорошо, умела делать некоторые артефакты, зелья, создавать плетения. Но ведь я в списке далеко не в первой сотне. Что, если сто человек на первый курс наберут раньше, чем до меня дойдёт очередь? Ох, надо было наплевать на оставшиеся дни отработки наказания и выехать сразу, как увидела в столичной газете заметку о бесплатном обучении. Но что уж теперь жалеть? Нужно дождаться завтрашнего дня и сделать всё возможное, чтобы поступить.

***

В академию я отправилась с раннего утра – слишком боялась пропустить свою очередь. Но когда добралась до ворот, увидела две огромные очереди: в первой стояли те, кто уже значился в списках на прохождение испытания, а вторую занимали те, кто только собирался записаться.

И поначалу всё было довольно спокойно. Одних пропускали по двадцать человек на территорию, других – записывали и отпускали. Но потом из академии начали выходить те, кого не приняли… и оказалось, что из первой двадцатки до дальнейших испытаний допустили только одного парня.

– Да это всё фикция! – вдруг крикнул один из вышедших, остановившись перед нашей очередью. – Они берут только тех, у кого уровень дара выше семёрки, а на остальных даже не смотрят.

– Но как же так?! – возмутилась рыжеволосая высокая девушка. – Это неправильно! Ведь для тех же артефакторов не нужна мощная магия!

– У меня шестёрка! – воскликнул молодой парень. – То есть, меня не возьмут?!

– А у меня тройка, но я отлично знаю теорию!

– Это несправедливо!

– Негодяи!

– Гады!

И градус настроения толпы начал стремительно возрастать. Вокруг всё сильнее чувствовалась нарастающая агрессия. Люди злились, спорили, ругались, кто-то даже начал драться, но дебоширов быстро разняли.

– Да хватит вам нагнетать! – рявкнула пожилая женщина, стоящая в очереди вместе с юной внучкой лет шестнадцати на вид. – В любом случае, отчаиваться рано. Вы все уже здесь, значит должны попытаться поступить. А если кто-то против и готов сдаться, даже не попробовав, пусть не занимает чужое место и сразу возвращается домой.

Толпа притихла, но напряжение всё равно никуда не ушло.

Ещё через час из второй двадцатки вернулись семнадцать человек, и все они выглядели поникшими и расстроенными, но, как ни странно, никто не возмущался. А потом вошедших и вовсе начали выпускать через другие ворота, расположенные с противоположной стороны территории академии. Некоторые из них возвращались к нам и снова записывались на прохождение, а одна девушка пояснила:

– Нам сказали, что сначала выберут тех, у кого высокий уровень дара, а потом, если останутся места, будут принимать и других. Шанс мизерный, но всё же есть.

Толпа немного воодушевилась. Люди чуть успокоились, даже начали шутить, улыбаться, а очередь на запись продолжала расти.

Мою двадцатку запустили уже на закате, а едва мы зашли на территорию, дежурный закрыл ворота на замок и громко объявил, что на сегодня набор закончен и снова начнётся завтра в семь утра. Люди в толпе, конечно, снова возмутились, но как-то без особого задора, и потихоньку начали расходиться. За этот день в очереди устали все.

Ну, а последнюю группу поступающих, включая меня, проводили в большое здание, к которому вела широкая аллея, и оставили в просторном холле на первом этаже. Дальше отсюда вызывали уже по одному.

Когда назвали мою фамилию, за окнами уже стемнело, а в помещении загорелись множество желтоватых ламп. Я к этому времени так вымоталась, что даже волноваться не могла. А про себя решила: будь, что будет.

В длинном мрачном кабинете стояли несколько столов. За первым расположились две уставшие женщины, которые при моём появлении даже не подняли взглядов.

– Положите руку на измеритель, – сказала одна.

Я уже видела, как выглядят подобные устройства, поэтому спешно вытерла вспотевшую от волнения ладонь о штанину и медленно опустила её на мутновато-белый камень сферической формы. Стрелка на прикреплённом к нему круглом циферблате тут же качнулась, сделала круг и остановилась на отметке девять.

– Отличный результат, – проговорила вторая женщина, поднимая на меня взгляд. – Направление магии?

– Универсал, – ответила я, прочистив горло.

Её коллега уважительно покивала, написала что-то на листочке, поставила печать и отправила меня к следующим столам, где сидели двое мужчин преклонного возраста и седовласая особа лет сорока.

– Давайте документы, – равнодушно бросила она, и я тут же опустила на её стол удостоверение и выданную ранее бумажку с уровнем дара.

– Рассказывайте, как зовут, где учились, что умеете, кем видите себя в будущем? – подперев голову рукой, спросил старичок в круглых очках.

Я растерялась, но тут же заставила себя собраться с мыслями и начала:

– Кари́н Лорэ́т, родилась в Латоре, закончила с отличием школу, спецкласс для одарённых, – начала я. – Немного разбираюсь в бытовых и лечебных артефактах, знаю рецепты некоторых зелий, мама учила меня лекарским плетениям. Легче всего из стихий мне подчиняется вода, но и с остальными проблем нет. Хочу стать артефактором или целителем. Мечтаю пройти весь курс в академии и получить диплом.

– Похвально, похвально, – равнодушно проговорил всё тот же пожилой мужчина, подкрутив седой ус. – Что ж, в таком случае, ждём вас завтра на…

– Профессор Горн, – перебила его сидящая рядом женщина и протянула ему моё удостоверение личности. – Посмотрите-ка сюда.

Тот обречённо вздохнул, перевёл взгляд на документ, и его белые брови хмуро сошлись к переносице.

– Что ж, жаль, – выдохнул он и протянул мне листок с моим именем, показаниями дара и печатью. – Увы, алта 1 Лорэт, вы нашей академии не подходите.