Жена из забытого прошлого

ГЛАВА 20. Взаимность

Карин

Мне казалось, что в чужом доме я быстро заскучаю, но день получился на удивление интересным. Сначала горничная Дина провела для меня экскурсию, показала бальный зал, библиотеку, зимний сад, музыкальную комнату, картинную галерею, все три общие гостиные, каждая из которых была оформлена в своей цветовой гамме.

Мы вполне неплохо поладили, Дина даже призналась, что этот дом, несмотря на всю свою роскошь, кажется ей слишком пустым. У меня тоже сложилось похожее впечатление. Особняку будто не хватало жизни, души, и он напоминал просто большой музей.

В неиспользуемых комнатах чистота поддерживалась артефактами, за цветами смотрел приходящий два раза в неделю садовник, а гостей в особняке почти не бывало. А ещё Дина сообщила, что я первая девушка, которую хозяин вообще сюда привёл. Хотя и сам Кай обычно появлялся тут лишь для того, чтобы поспать и поесть.

Время до вечера пролетело быстро. Около семи горничная сообщила, что хозяин приказал накрыть ужин через полчаса в малой столовой, а пока приглашает меня в свой кабинет. А потом добавила, что так рано он домой вообще ни разу на её памяти не возвращался.

Собираясь на встречу с Каем, я вдруг поймала себя на том, что нервничаю, как перед первым свиданием. А ведь это было так давно, словно в прошлой жизни. Тогда Ирма сделала мне причёску, подарила платье, дала обувь, да и вообще в её присутствии мне становилось спокойнее. Интересно, какая она сейчас? Как бы отреагировала, если бы мы встретились?

Мысли о подруге помогли отвлечься и взять эмоции под контроль. Это ведь просто ужин – ничего больше. Ну да, а после ужина мы снова придём в мою спальню, Кай попросит меня раздеться и будет обрабатывать шрамы мазью. А там и шрамов-то почти не осталось.

От этой мысли меня бросило в жар, даже дышать стало сложно. И я покаянно призналась самой себе, что хочу Кая до одури. А ведь у него свадьба совсем скоро, пусть и фиктивная. Значит, нужно мне держать свои желания в узде. Тем более, что близость между нами всё только усложнит.

Пока я шла к кабинету Кайтера, расположенному на первом этаже, меня всё сильнее захлёстывало эмоциями. А мысль о том, что до свадьбы три дня, теперь, наоборот, начала подстёгивать к действию. Ведь сейчас он ещё не женат, не связан клятвами, магией, обязательствами. Так может, если мы с ним позволим себе зайти за рамки, ничего страшного не случится?

Он ведь всё равно женится – сам говорил, что свадьбу никак не отменить. А я всё равно скоро уеду, потому что в Шаразе вся моя жизнь, семья, стажировка, будущее. Возможно, сейчас для нас с Каем единственная возможность быть вместе… хотя бы только в постели.

Чтобы усмирить разбушевавшиеся неуместные желания, мне пришлось тряхнуть головой и даже чуть похлопать себя по щекам. Да что со мной происходит? Может, Дина подлила какое-нибудь возбуждающее зелье? Или всё гораздо проще?

Мне почти удалось взять свои эмоции под контроль, но в одном из зеркал в коридоре я заметила, что глаза у меня возбуждённо горят. Ох, не стоило нам с Каем вчера целоваться. Жила я без всего этого спокойно пять лет, и всё было нормально. Но хватило одного поцелуя, чтобы тело вспомнило, как хорошо может быть с Каем, и теперь отчаянно требовало своего.

В кабинет я стучала нервно. На стук никто не ответил, но спустя несколько мгновений Кайтер открыл мне сам.

– Доброго вечера, Ри, – тепло проговорил он, протянув мне руку.

Мы смотрели друг на друга одинаково лихорадочными взглядами. Я видела в глазах Кая отражение своих мыслей, своих желаний, и от этого губы сами растянулись в улыбке. Боги, кажется, мы безнадёжны, но, к счастью, это взаимно.

Когда я вложила пальцы в раскрытую ладонь Кайтера, нас обоих знатно тряхнуло. Он обхватил мою руку, потянул на себя, заводя в кабинет, захлопнул дверь… и поцеловал.

Хотя, может это я его поцеловала – не знаю. Мы потянулись друг к другу одновременно, соприкоснулись губами, на миг застыли… и сорвались в пропасть.

Но поначалу всё же оба старались сдерживаться – увы, безуспешно. Поцелуи сразу стали глубже, отчаяннее, слаще, бесстыднее. Кай подхватил меня под бёдра, усадил на свой рабочий стол – кажется, при этом мы сбросили с него что-то большое, вроде стопки папок, но мне было всё равно. Я выправила его рубашку из брюк, запустила руки под ткань и с наслаждением провела по сильной спине.

Кайтер чуть прикусил мою шею, тут же поцеловал, сорвав мой стон. Крючки на платье мы расстёгивали вместе, чтобы было быстрее. Бюстье Кай просто спустил вниз, и тут же припал губами к моей груди. Но я уже и так была на грани. Вцепилась в его ремень, сама не поняла, как расстегнула, и взялась за пуговицу на брюках.

Меня накрыло даже не туманом, а настоящим грозовым облаком. Каждое прикосновение, каждая ласка проходилась разрядом по разгорячённому телу. Я не могла думать уже ни о чём, меня не волновало, что мы в кабинете, что я сижу на столе, что в любой момент сюда может кто-то войти. Мне был нужен Кай, и я боялась, что просто не выживу, если мы хоть на мгновение прервёмся.

Моё платье Кайтер спустил до талии, юбку бесстыдно задрал, но меня это уже не волновало. Его брюки вместе с бельём я стянула настолько, насколько смогла. Куда делись мои трусики – не знаю. Всё это казалось неважным, глупым, неуместным. Меня сейчас волновал только Кай, его тепло, его поцелуи, объятия, его горящий огнём взгляд.

Но в тот момент, когда он оказался во мне, вошёл одним резким толчком… я вскрикнула от смеси безумного удовольствия и лёгкой боли.

– Ри… – Кай остановился, посмотрел мне в глаза, пытаясь понять причину крика. – Больно?

– Нет, – я сама подалась к нему, поцеловала в губы, при этом рванув на нём рубашку. – Замечательно.

Пуговицы посыпались на пол, зато я получила доступ к его обнажённой коже, прижалась губами к плечу, а Кайтер начал медленно двигаться во мне. И это было так восхитительно приятно, что просто сводило с ума.

Снова поймав в плен мои губы, Кай уложил меня спиной на стол. Мы жадно целовались, толчки становились всё глубже, всё горячее… и на пике я снова застонала в голос, а потом рассыпалась на мельчайшие частицы, сияющие чистым золотом.

Мне было настолько хорошо, что я умудрилась пропустить тот момент, когда пика достиг Кай, но, вернувшись в реальность, увидела блаженство в его глазах. А потом он крепко прижал меня к себе, поднял на руки и опустился вместе со мной на стоящий в стороне диван.

Я же лишь сейчас настолько пришла в себя, что смогла осознать произошедшее. Мы ведь не просто переспали, а занялись любовью прямо в его кабинете, пусть и домашнем. Быстро, страстно, да ещё и прямо на столе. Какой ужас.

– Кай… – я не знала, что хочу сказать, но считала необходимым как-то оправдаться. Ведь сама ставила между нами рамки, и сама же так легко их снесла.

Он приложил палец к моим губам и посмотрел в глаза.

– Ничего не говори. Не нужно. То, что сейчас было, лучше нас с тобой ответило на все наши вопросы. Ничего между нами не прошло, Ри, никуда не делось.

– Мы больше не женаты, – напомнила я ему.

– Это поправимо, – ответил он, довольно улыбнувшись.

– Мы… толком друг друга не знаем.

– Никто не знает меня лучше, чем ты, Ри, – признался он вдруг. – То, что сейчас случилось между нами, было правильно. Честно. Искренне.

– Это было порывом, – покачала я головой.

– Пусть так, – не стал он спорить. – Но мы оба этого очень хотели.

– Лучше не повторять, – поднял голову мой здравый смысл.

Но у Кая были другие мысли:

– Повторим, и прямо сейчас, – заявил он.

Но вдруг замер, услышав стук – причём стучали не в дверь, а будто бы в окно.

На мгновение Кайтер насторожился, но тут в его глазах вспыхнуло понимание, а затем появилось что-то вроде смущения. Я никак не ожидала увидеть у него таких эмоций, потому искренне удивилась.

– Нужно одеться, Ри. К нам гость, – сообщил он.

– Гость? Через окно? – не поверила я.

– Хуже, – вздохнул он и пересадил меня на диван.

Сам поднялся, подал мне потерянное платье, трусики, даже предложил помощь, но я заверила, что справлюсь сама.

– И кто там явился? За нами что, подглядывали? – эта мысль заставила меня встряхнуться.

– Снаружи ничего бы не увидели. Тут в другом суть. Оденешься, и всё узнаем.

– Но, может, твой гость тактично промолчит, если даже что-то и видел, – предположила я.

– Этот – не промолчит.

Кай выглядел самую малость смущённым и чуточку виноватым, но куда сильнее в его глазах сияли удовольствие и удовлетворение. Несмотря ни на что, его радовала случившаяся близость, и он не собирался этого скрывать. А вот я не могла понять, как теперь быть. Знала же, что не стоит поддаваться желанию, но не сдержалась.

Когда я уже почти закончила поправлять причёску, снова постучали, но на этот раз в дверь. Кай окинул меня изучающим взглядом, явно остался доволен моим внешним видом и отправился открывать.

На пороге оказалась Дина.

– Лорд Гринстек, к вам леди Алексис Арго Фэрс, – проговорила она, поглядывая на меня с любопытством и волнением.

Интересно, кем она меня считает? Хотя тут и думать нечего – любовницей Кая. Она же в курсе, что вчера он после приезда сразу повёл меня в спальню, и еду подавать приказал туда же. А сейчас мы вдвоём провели в кабинете довольно много времени за закрытой дверью. А может, она даже что-то слышала? Ох, как же стыдно.

– Пригласи её сюда, – ответил горничной Кай, а ужин накрой на троих.

Едва Дина оставила нас одних, я поймала Кая за руку и сказала:

– Я пойду к себе. Поем одна. Не буду вам мешать.

– Нет, – он отрицательно покачал головой. – Останься.

– Кай, она твоя невеста, а мы только что… – у меня жар прилил к щекам от смущения и воспоминаний.

– Ей плевать, с кем я сплю, как и мне – с кем спит она. А вам стоит познакомиться нормально.

Кайтер притянул меня к себе и быстро поцеловал в губы. Отстранившись, поймал мой взгляд и ободряюще улыбнулся.

Тут дверь открылась без стука, я дёрнулась, попыталась отодвинуться от Кая, но он перехватил меня за талию и прижал к своему боку.

– Закончили? – ехидно бросила гостья, прикрыв за собой створку. – Удивил, Кай. Не ожидала, что, сунувшись к тебе, наткусь на столь… пикантную сцену. А ты оказывается горяч.

В её голосе звучала насмешка, я не могла найти в себе сил даже просто поднять взгляд. Так и смотрела в пол, пытаясь побороть смущение. Никогда за всю мою жизнь мне не приходилось попадать в такие глупые ситуации, и сейчас я просто не знала, как себя вести.

– Не завидуй, – ответил ей Кайтер самодовольным тоном. – И вообще, Лекса, подглядывать нехорошо.

– Так я же за женихом, – уточнила она. – Это, считай, моя святая обязанность.

– И как, понравилось? – спокойно поинтересовался он.

– Ещё как, особенно, твоя голая задница, – ответила она.

Этот разговор выходил за все рамки разумного и никак не желал укладываться у меня в голове. Так могли говорить два парня в военной академии, но точно не жених с невестой королевских кровей.

– Подожди… подожди, Кайтер, что это такое? – вдруг Алексис подошла ближе, а заговорила таким тоном, будто чего-то испугалась.

Я даже подняла голову, посмотрела на неё и увидела, что Алексис явно озадачена. Она рассматривала лицо Кая, словно на нём были иноземные письмена, а потом вдруг потрясенно округлила глаза и отступила на шаг.

– Ты улыбаешься? Серьёзно? Это точно не притворство? – выпалила она, не веря. – То есть, чтобы снова начать вести себя, как живой человек, тебе нужен был просто хороший секс? Да знала бы я это, давно бы в постель тебя затащила.

– Дело не в сексе, Лекса, а в девушке, – вздохнул Кай. – Хватит уже смущать Карин. Присаживайся. И почему ты пришла так рано? Мы ведь договаривались на девять.

Алексис тут же стала серьёзной. Насмешка из её глаз испарилась, а губы сжались в линию. Она опустилась на стул, но, вместо того, чтобы ответить, красноречиво посмотрела на меня.

– Наедине, Кай, – сказала принцесса серьёзным тоном.

– Я собирался всё рассказать Ри о наших планах, – возразил он.

– Рассказывай, если настолько ей веришь, хотя я бы не стала, – проговорила Алексис. – Но делай это потом и без меня. А я пришла к тебе с серьёзными новостями, да и у тебя есть, что сообщить. Сейчас точно не время впутывать в наши дела твою любовницу.

Последнюю фразу она сказала, переведя взгляд на меня. Её бледно-голубые, словно ледяные, глаза смотрели остро и недоверчиво, а ещё в них была далеко не шуточная угроза.

– Лучше пойду, – сказала я, отходя от Кая. Он не стал удерживать. – Ужинать буду в своей комнате.

Кабинет покидала в тишине. Уходила гордо, не глядя при этом ни на Кая, ни на Алексис. И лишь оказавшись в коридоре, смогла перевести дыхание. Мне следовало осмыслить произошедшее в последний час, обдумать, понять, куда могут привести мои глупые желания. А ещё… теперь я окончательно убедилась, что Кай и его невеста плетут заговор против канцлера, что может обернуться новой гражданской войной в Республике. И я совершенно точно не хочу в этом участвовать и не хочу ничего об этом знать.

Однажды я уже перешла дорогу Олирду Гринстеку, и это закончилось очень печально. Поэтому даже хорошо, что Алексис явилась и завела этот разговор. Сама того не понимая, она напомнила мне, что я уже наступала на грабли по имени Кайтер, и наступить на них ещё раз будет огромной глупостью.

Но я не стану жалеть, что мы с ним позволили себе близость. Пусть она станет этаким приветом из счастливого прошлого. Способом утолить голод и тоску по ласке и друг другу, по всему тому, что связывало нас когда-то. Но повторять подобное точно не стоит. Иначе всё для нас снова закончится катастрофой.

***

Кайтер

Как только за Карин закрылась дверь, Лекса выдохнула спокойнее и откинулась на спинку стула. Я же лишь сейчас обратил внимание, что у неё ссадина на виске под распущенными волосами, на лице следы усталости, а в глазах – почти паника.

– Что случилось? – спросил я, сев на своё место.

Глянул на разбросанные по полу папки и листы, и в памяти сразу вспыхнули картины всего того, что мы с Ри творили тут совсем недавно. Я не планировал ничего такого этим вечером, думал, мы просто поговорим, потом поужинаем вместе, но всё как-то сразу пошло не по плану. Её взгляд, её запах, вкус её губ действовали на меня, как сильнейшее приворотное зелье, способность думать отключалась, а самоконтроль куда-то сбегал. Наверное, если бы Ри хоть как-то показала, что не хочет близости, я бы остановился, но она хотела, едва ли не так же сильно, как я, и это окончательно затуманило мой разум.

– Мы с Остином ехали из издательства «Новой газеты Ферсии», когда нашу машину остановили люди в форме стражей, – серьёзный голос Лексы тут же вернул меня в суровую реальность. – Остин вышел, но даже не успел ничего спросить, как его скрутили и затащили в другую машину. Я выскочила за ним, но на меня кинулись трое. Держали магией, не давали обратиться к дару. Я всё равно вырвалась, кинулась на одного… – она коснулась пальцем царапины на виске. – Их было слишком много. Меня же в конце концов просто швырнули на дорогу и уехали. Я пыталась найти Остина, проводила ритуалы поиска, но у меня не получилось.

– И вместо того, чтобы сразу сказать обо всём, ты тут разыгрывала непонятно, кого перед Карин? – прорычал я, бросив на неё возмущенный взгляд.

Потом открыл ящик, достал с самого дна шкатулку со всякими безделушками и поставил на стол. Для меня это было чем-то вроде поискового чемоданчика, здесь лежали личные вещи всех важных для меня людей, и через эти предметы я с помощью своего дара мог быстро найти любого из них, как бы его ни прятали.

Взяв в руки пуговицу Остина, я сжал её между ладонями и прикрыл глаза. Отклик пришёл сразу, причём был очень ярким. Я даже почувствовал всё то, что испытывал сейчас Дартский: холод, страх, прикрытый гордостью, одиночество и надежду. Вокруг него было непроницаемо темно, пахло сыростью и гнилью, он явно находился под землёй, да ещё и в очень знакомом мне месте.

– Где он? – взволнованно спросила Лекса, когда я открыл глаза.

– В подземельях дворца канцлера, на самом нижнем уровне, который официально, по всем документам, давно завален.

– Нужно вытащить его оттуда! – Лекса решительно встала, но, встретив мой взгляд, медленно села обратно и, прищурившись, заявила: – Ты только со своей Ри живой становишься, а сейчас снова ведёшь себя, как ледяная глыба.

– Тебе не помешало бы немного хладнокровия, – ответил я ровным тоном. – Ты всегда быстро срываешься. Нам же сейчас нужно хорошо подумать. Итак, кто-то разыграл арест Остина Дартского, и теперь его держат там, куда может войти только сам канцлер и несколько его верных прихвостней. То есть, Остина просто временно убрали с игровой доски. Возможно, дядя подозревает, что Дартский может что-то выкинуть на нашей с тобой свадьбе. Но это лишь догадки. Факты же в следующем: случилось это похищение после того, как ты заявила, что поддерживаешь кандидатуру Остина на предстоящих выборах. И после того, как я вернулся из Карста.

– Его в любом случае нужно оттуда вызволить, – уже спокойнее произнесла Лекса.

Но я отрицательно покачал головой и озвучил свои предположения:

– Это проверка. Или ловушка.

– Какая, к демонам, проверка?! – рявкнула Алексис. Говорю же, не хватает ей выдержки. Не место ей в политике с такой вспыльчивостью.

Спокойно, но без подробностей, я рассказал ей о проведённом Магнолией разрыве связи, обнаруженном магическом поводке, а потом и о сегодняшней встрече с дядей. Лекса слушала настороженно и всё больше хмурилась.

– Подожди, получается, этот хитрый ублюдок собирался управлять мной через тебя? – в её глазах было холодное удивление. – То есть, считаешь, что Остина он продержит в заточении, пока мы не проведём свадебный ритуал?

– Канцлер должен был понять, что его артефакт-поводок больше не работает. Сегодняшний разговор со мной дал ему пищу для размышлений. Дядя далеко не дурак, с логикой у него всё в полном порядке. Думаю, он знает, что я ему больше не подчиняюсь. Какими могут быть его дальнейшие шаги?

Лекса задумалась. А потом принялась рассуждать:

– Тут два варианта: или подчинить тебя снова, или выдать меня за кого-то другого. Но для этого ему понадобится время, да и нашу свадьбу придётся отменить, а тут уже иностранные послы, которым нужно показать, что в Ферсии всё хорошо. Значит, он попытается вернуть контроль над тобой.

– Я после прошлого такого ритуала несколько месяцев в себя приходил, – ответил я ей. – Нет, он будет искать способ на меня надавить. А сейчас моё единственное слабое место – Карин. Но знает ли он об этом? Да я и сам только вчера понял, что она для меня значит. Следовательно, этот вариант убираем.

– Давай вернёмся к Остину. Ты говорил про проверку.

– Да, – ответил я. – По логике, если я уже сорвался с поводка, то сразу же ринусь вместе с тобой спасать Дартского, тем более, дядя знает, что я могу найти кого угодно. Если же я всё ещё под контролем, то просто явлюсь к канцлеру и попрошу отпустить Остина, так как нет оснований для его ареста. В этом-то и состоит проверка моей лояльности. Но я не знаю, как он поступит дальше.

– И что делать нам? – уточнила Алексис, заметно успокоившись.

– Пусть Остин посидит в подземельях пару дней. Ничего ужасного с ним там не случится, – ответил я. – Так даже лучше, выставим потом его в газетах мучеником, которого без суда и следствия канцлер бросил в подземелья.

– Ладно, – чуть подумав, ответила Лекса.

– Но нужно как можно скорее подготовить к публикации материалы компромата на дядю, выпустим их послезавтра утром, за день до свадьбы. Они должны сопровождаться подачей исков в суд от всех пострадавших, что тоже нужно будет отразить в газетах.

– Он назовёт это клеветой, будет изображать святого перед народом, – Лекса не спешила соглашаться. – Но если вызвать его на публичные слушания и заставить говорить правду, то всё выгорит.

– И я даже знаю, где, когда и как их будет лучше организовать, – мои губы растянулись в холодной усмешке.

Лекса оценила выражение моего лица, быстро сложила одно с другим, и в её глазах вспыхнул восторг.

– На свадьбе? Это будет очень дерзко, но изящно. Нам нужна Магнолия, которая легко заставит его говорить. И толпа. Мне нравится твоя идея. Значит, именно так и поступим. Но Остина нужно вытащить хотя бы накануне.

– Уверен, там будет ловушка. Вход в те подземелья находится в личном кабинете канцлера, он явно что-то придумал и ждёт, пока ты или я явимся. И он знает про твои перстни, которые делают невидимым и позволяют ходить через изнанку. Так что лучше тебе сейчас держаться подальше от дворца и быть на виду. Скажи супруге Остина, пусть завтра утром придёт к стражам с заявлением о похищении мужа. Можно и из этого тоже поднять шумиху.

– Когда твой дядя узнает, что ты больше ему не подчиняешься, он тебя убьёт, – озвучила Алексис то, что я и так понимал. – Или же арестует по надуманному обвинению. Или придумает что похуже.

– Мы все рискуем, – кивнул я. – Придётся постараться обезопасить себя и близких. Твою сестру вместе с супругом я отправил в Шараз, пока всё не уляжется. Твою мать сложно назвать тебе близкой.

– На тебя могут надавить через Карин, если о ней узнают, – напомнила Алексис. – И давай сразу отбросим мысль, что ты сможешь сохранить её появление в тайне. Будем рассматривать самый неблагоприятный вариант. Итак, канцлер знает. Что будешь делать?

– Прятать? – спросил я у самого себя. – Не выход. Мне нужно раз в сутки с ней видеться, я тебе рассказывал о клятве. Проследят, найдут, похитят. Получается, что самое безопасное место для неё – в этом доме. Но только в том случае, если она не будет никуда выходить.

– Я не доверяю ей, Кай, но если она действительно может стать рычагом давления на тебя, то помогу обеспечить её безопасность, – решительно сказала Лекса и положила на стол передо мной серебряное кольцо. – Дай ей перстень изнанки, объясни, как пользоваться. Но скажи, чтобы активировала его только в самом крайнем случае.

– Спасибо, – ответил я, глядя на Лексу с искренней благодарностью. – Знаешь, чем больше я думаю о ситуации с Остином, тем сильнее мне кажется, что он, действительно, приманка. Причём, именно для меня.

– Его могли просто временно убрать, чтобы ничего на свадьбе не выкинул, это куда более очевидный вариант, – предположила Алексис.

– А может, и то, и другое. Дядя всегда умел строить многоходовые планы, а значит, нам нужно действовать хитрее и осторожнее. Завтра я всё равно пойду к нему с докладом, тогда и сообщу о похищении Дартского. Дальше будем действовать по обстоятельствам.

– Не рискуй.

– До свадьбы Олирд ничего мне не сделает. Ему нужен наш с тобой брак, а без меня его заключить не получится. Отменять свадьбу он не станет. Но и спокойно наблюдать, как из его рук утекает власть, тоже не будет. Он наверняка чувствует, что крах близко, поэтому пойдёт даже на самые изощрённые поступки.

– Будь осторожен, – она смотрела взволнованно. Но переживала Лекса не столько за меня, сколько за исполнение наших планов по свержению канцлера.

– Буду, – ответил я. – Но, если со мной что-то случится, обеспечь безопасность Карин.

– Обещаю, – ответила Лекса. – В этом можешь не сомневаться.