Генеральный 7

Глава 8 14 октября 1976 года. Район Харбина. Сны о чем-то большем

Я сидел возле окна и меланхолично смотрел на незнакомые пейзажи, расстилающиеся по обе стороны железной дороги. Это уже не сибирские леса и не забайкальские степи. Позади остались горные хребты и сопки. Местность стала ровнее. Редкие заросли незнакомых деревьев, поля, небольшие поселки. Людей значительно больше, чем до советско-китайской границы. Климат все-таки лучше, да и с юга много народу переехало под защиту братьев с севера.

В китайском обществе заметно изменилось отношение к нам. Многие их бросили, а русские, забыв о прошлых разногласиях, пришли на помощь. Сотни тысяч беженцев успели поработать у нас, ознакомились с нашим бытом и обществом. Увидели, что мы относимся к ним, как к хорошим союзникам по строительству коммунизма. Кругозор у людей стал заметно шире. Так что агитация старых представителей китайского истеблишмента уже не работает. А хунвейбины стремительно потеряли авторитет.

Впереди сложные переговоры с китайскими товарищами. Решил взять на себя эту обязанность. Бедному Машерову и так хватило в последние недели горячих точек. Кто бы мог подумать, что международная политика станет такой малоуправляемой. Единственное, в чем я преуспел за десять лет правления — мы сумели спаять воедино социалистический блок в Европе. Не мытьем, так катаньем удалось перестроить международный отдел ЦК на новые рельсы и заставить МИД плотно работать с соцстранами. Пристальным вниманием к «союзникам» удалось избежать инициированных извне волнений в Чехословакии, а также бузу в Польше. Зато после насильного смещения Чаушеску получили небольшой мятеж в Румынии. Но там Тито помог. Его спецслужбы тесно сотрудничали с Секуритате. Так что «Гения Карпат» здесь не получилось. Румыния для меня вообще мутная страна с непонятной историей. Самый жирный минус — что она находится между нами и Болгарией. Хочешь не хочешь, но приходится с Валахией работать.

Но успех на Западе материка отозвался дичайшими событиями в Китае. И вся эта чехарда с убийством Мао и дальнейшей эскалацией заставляет думать о том, что имело дело внешнее вмешательство. Мы же с ним почти договорились. У каждого свой социализм, но общий враг. Мао Цзэдуна согласился на то, чтобы политическая риторика велась между идеологами. А мы оставались при этом государственниками и решали более глобальные задачи. Но не сложилось. Кто-то пробует воспользоваться глубокими трениями внутри компартии. И я этот момент прозевал. Малое количество агентуры и постоянная закрытость китайцев мешали разобраться в хитросплетении связей внутри огромной страны. Тут бы с собой разобраться!

Первые успехи по блокированию национализма вскоре наткнулись на пока непреодолимые препятствия. Машеров точно спасует, литовских нациков зачистили мы. Так что срочно ищу ему помощника. Речь нового Генсека о славянском братстве на Украине приняли прохладно. Щербицкий поддержал «Киевских» и слишком ревниво относится к своей республике. Снова замелькали блакитные «шаровары». Резко снимать былого передового назначенца нельзя. Будет скандал. Белорусского лидера пока не воспринимают, как всесоюзного. Я такую ситуацию предвидел и поэтому рассчитывал на кого-нибудь другого, чтобы дать Мироновичу крепко обосноваться в Москве.

Все поменялось во время одного из «кризисов», когда я снова загремел в Барвиху. Как бы ни следил за здоровьем, но оно уже подводит. Чазов утверждает, что впереди при должном уходе достаточно лет жизни. Но нервов тратиться больше, чем у того Ильича. В этом мы с ним разные. Сие обстоятельство отметили все родственники. С братом у меня нового отношения не сложились. Но тут он мог сослаться на должность. Мол, загордился Ленька. С Викторией Павловной отношения в целом прохладные. Но таковыми они были давно. Вскрылось тут, что Ильич был бабником отменным. Пришлось пару раз разрулить пару весьма щекотливых ситуаций. Жаль тут, пока нет генетической экспертизы. Похоже, что потомков у него больше.

Так что из подходящих кадров оставался лишь Машеров. Нет, были более деятельные и яркие люди. Имеющие больший опыт. Но я смотрел дальше. «Технический Генсек» с нашей привычкой к византийским интригам мог завести совсем не туда. А у меня могло уже не быть сил и влияния. Хотя нет, это останется до конца. Материала и компромата на всех с излишком. И не все заветные папочки донесены до Машерова. Пусть переварит сначала что есть. Но чем меня привлек этот долговязый мужчина?

Харизма! Очень яркая и, даже, можно сказать, солнечная. Я часто замечал, как вокруг него тут же начинаются улыбаться люди. Это не заработать политическими очками или воссоздать политтехнологиям. Это должно быть в человеке изначально, и над этим следует работать всю свою жизнь. Так что у меня и выбора, собственно, не существовало. Даже после кардинальной перетряски основная кодла Политбюро выглядела несколько уныло. Были неплохие специалисты, крепкие секретари с нужной закваской, но не имелось ярких личностей. Не вырастили на шестом десятке лет существования государства.

И что еще более важно: нужен был срок, чтобы вырастить Машерова в полноценного лидера. И у меня он еще имеется. Как и должность Председателя КПСС с существенными полномочиями. И вот в подобных китайскому «узких» местах я его старался подменять. Потому что «Высокий политик» в стране понимало только несколько человек. Жаль, что Косыгин оказался оппортунистом. А ведь голова! Но после знаковых событий ему можно поручать лишь некоторые области в экономике.

Тут он въедлив до ужаса. Поляков затерроризировал так, что те на него еженедельно в Москву жаловались. Чуть ли не традицией стало. Пока сами не просекли, что так, как он предлагает, будет лучше. Как с семьдесят пятого у них внезапно поперло, таки они его отзывать категорически запретили. А мне интересно, что получится из точного расчета и чисто польского бардака.

На самом деле ляхи иногда по наитию влетают на полном ходу в такой лютый писец, что диву даешься. Но затем проворачивают гениальную идею буквально на стыке капитализма и коммунизма. Семейные предприятия на селе и маленьких городках, «народные» фабрики. Посмотрим, что из этого выйдет. Но тяжко идут восточноевропейцы на коллективизм. Нет у них традиций, лучше нас жили. Немцы, те берут прусской дисциплиной.

— Леонид Ильич, через полчаса будем на вокзале.

Решили встретиться в Харбине. Вроде как нейтральная территория, вроде как китайская. Пусть и под нашим контролем. Хотя по мне, это только кажется. День наш, ночь китайская точно. Эти восточные болванчики себе на уме. С ними надо держать ухо востро. И проблема их интеграции даже не следующего поколения, а через одно-два. Сотни тысяч рабочих рук в Сибири — это, конечно, здорово. На Дальнем Востоке они уже составляют конкуренцию северным корейцам.

Те также ребята не промах. Давно поняли, что работать лучше, будучи специалистом. Больше заработок и уважение. Нам же там порой остро необходимы разнорабочие. Вот корейские начальники и ставят туда китайцев. Те поработают, освоятся и начинают права качать. Иногда это выливается в массовые драки. Шаолинь хренов! Столько рабочих рук выбил.

Но мы такие инциденты быстро пресекать научились. Сотню другую зачинщиков выслали без права заездов, поставили комиссаров и создали согласительную комиссию. Сейчас спорят до хрипоты. Но пусть лучше так, чем морды бить. Да и корейцы уже неплохо знакомы с нашим менталитетом и частично русифицировались. Читают советскую литературу, особенно им почему-то нравится фантастика в журналах, и с яркими картинками. На этой почве «взлетели» советско-корейские мультсериалы про космос для подростков. Более верных поклонников, как корейцы было не найти.

Китайцы, глядя на них, начали сами интересоваться русской культурой, и в итоге «залипли». Это же целая неведомая для них вселенная. Ни для кого не секрет, что Китай одно из самых националистических государств в мире. Хотя все азиаты такие. Все остальные для них фаранги, варвары. Хань не раз завоевывали, но в итоге почти все захватчики оказались «переварены».

Русь, Россия росла изначально иначе. Вспомним легендарную Русь Рюрика. Неважно был они или нет. Но речь шла о договоре между залетными варягами, пришедшими не так давно словенами и аборигенами финских народностей. Не засилье одного народа, а честное битье по рукам. Одни дают территорию, другие охраняют, третьи — проводник внутрь славянских земель. Отсюда и характер русской экспансии, и способность переваривать этносы без их тотальной ликвидации. Даже былых завоевателей татар русифицировали.

Так что у меня и преемников развязаны руки. Будем строить коммунизм на основе русской цивилизации. СССР, кстати, так и был создан. Но отсюда и проблемы. И решать их в ближайшие десять лет Машерову. Это кристально честный человек, которому я могу доверить державу. Сейчас самое важное: передать ему как можно больше и сколотить крепкую команду. Он уже приглашает в Москву людей из республик. И правильно делает. Был провинциальный лидер — станет государственным человеком. В столице масштабы иные и взгляд также становится другим. Нет, зашоренные люди имеются, но такие сразу вычисляются, и никто им ничего не предложит. А примеров роста в истории хватает.

Вот и Щербицкого планируем в скором времени поднять в одно из министерств. Он неплохой хозяйственник, но как политик себя не оправдал. Хотя там здорово сыграло окружение. И мы его будем постепенно безжалостно чистить. Сначала внимательно изучим, откуда эта самостийность постоянно лезет. Во Львове намного тише. Там резко вспомнили, что раньше назывались Русским королевством, а позже в Польше сотни лет существовало Русское воеводство. Западенцев хлебом не корми, дай выйти гонору наружу. Вот и сейчас устроились наособицу. Зато нежданно выперло украинство в русскоязычном центре.

За промышленный восток республики и аграрный юг я спокоен. Там в открытую на уроках историю упоминают Новороссию и Малороссию. Имеется негласная установка выжигать с корнем все «украинское». Школы «национальные» позакрывали, мол, некому там учиться. Все вывески, газеты и книги на русском. В высших учебных заведениях считается крайне маргинальным упоминать сельскую мову. Так за пару поколений мы ее вытесним обратно к хатинке с вишней. Тогда и уйдет питательная среда «национальной интеллигенции», что возрождается, как Кощей бессмертный. Да и чёрт с ними, но их потугами пользуются всякие корыстные личности в Киеве. Еще коррупция и кумовство! Там борьба еще впереди.

Я всматривался в лица китайских товарищей и отчего-то думал о Мао. Старший сын зажиточного крестьянина из китайской глубинки, он стал одним из величайших политических деятелей ХХ века. Желание освободить свою страну от иностранной зависимости, поднять её с колен и обеспечить ей достойное место в кругу великих держав привело юное дарование к коммунизму. Таких тогда в Китае было много, ведь рядом во весь рост встала Советская Россия, показавшая миру пример успешного восстания в отсталой стране. Но если другие после изучения марксизма-ленинизма в Москве начинали усиленно искать в Китае пролетариат, что приводило только к поражениям, то Мао, лучше всех знакомый с реальной жизнью огромной страны, смог осознать и выбрать единственный путь, который и привёл китайских коммунистов к победе.

Мао успешно решил свою национальную задачу: Китай освободился от иностранного влияния, сначала западного, а затем советского. В моей истории начиная с 70-х годов смог начать строить отношения с великими державами уже на иной, равноправной основе. Но была и задача социальная, в представлении Мао уходящая куда-то в метафизику. Совместив Маркса с Цинь Шихуанди, изменить Китай так, чтобы он больше никогда не оказался в такой яме, как в начале XX века, вырвать его из бесконечного колеса «династических циклов», изменить в итоге самих китайцев.

Следующим поколениям партийных лидеров это отчасти удалось. Эксперимент над человеческой природой ушел в футуристическое будущее. Одна система социальных рейтингов, что значит. Проблема лишь в том, что от реального социализма у Китая осталось в итоге мало. Великая страна с коммунистической партией во главе, с капиталистической экономикой, псевдосоветской управленческой структурой власти и империалистической экспансией во внешний мир. Такому строю путь к коммунизму закрыт.

— Председатель Гофэн, мы никак не можем повлиять на аппарат «Северных областей». Они с самого начала кризиса проявляют самостоятельность. И мы не вправе ее ограничивать по закону. Разве не так? Наша задача: следить за порядком, облегчая вашу зону ответственности.

По лицу председателя Госсовета Хуа Гофэна сложно что-то прочитать. Он похож на китайского болванчика, бесстрастно взирающего на мир. Постоянно заявляет себя верным последователем Мао. С трудом под давлением военных разрешил разгон хунвейбинов. В моей истории стали переходящим лидером постмаоистской эпохи. Здесь же нацепил себе почетное имя «Председатель» и отодвинул в сторону более мудрого Чжоу Эньлая. Что мне от него ждать?

— Но это наша территория и пора пересмотреть наши отношения.

— Вы сможете ввести сюда разом двести тысяч сотрудников правопорядка? Избавить население от бандитов? Ситуация далека от стабильной. Миллионы беженцев нарушают размеренный порядок, сюда со всей страны приехало множество преступных элементов.

Хуа Гофэн все-таки сжимает губы и косится на члена Политбюро ЦК, маршал КНР Сюй Сянцяня. Новому военному главе Китая уже много лет, но он еще бодр. «Старейшины» не хотят отдавать власть молодняку. Натерпелись от него. Но внутренняя борьба вылилась в итоге в цепь кровавых мятежей. В одном из них и сложил голову маршал Чэнь И, с которым Советский Союз много связывало. И у меня до сих пор нет достаточной информации о внутренней политике китайской власти.

— Мы как-нибудь справимся.

Не могу удержаться от шпильки:

— Как в Шанхае?

Китайские лидеры мрачнеют. Из-за бардака и безалаберности последствия ядерного удара не купированы до сих пор. Радиоактивную местность не зачистили, разрушенные кварталы огромного города до сих пор не разобраны. Обломки не увезены на утилизацию. Даже пыль не смыта вовремя, что привело к увеличению района заражения. А ведь мы сразу предложили помощь. Нас пустили, но поздно. Хотя все равно по моему настоянию советские специалисты провели глобальное исследование, заодно мы буквально выкупили информацию у китайских военных.

Маршал Чэнь И помог. Естественно, не за деньги, а за новейшее оружие. Но я разрешил поставки, потому что хотел, чтобы наша наука была впереди планеты всей. Не дай бог, что-то случится. Понятно, что все, что знал о возможных авариях на АЭС, я довел до специалистов. Но все равно эти болваны чуть не устроили пару аварий. В итоге появились строжайшие протоколы, которые заставили соблюдать всех. Нарушаешь мелочь — уходи из профессии.

— Мы уже осознали собственную ошибку и сейчас сотрудничаем с вами.

Я не стал настаивать и улыбнулся:

— И это хорошо. Предлагаю создать совместную комиссию по северным территориям.

— Мы согласны.

— Но я бы на вашем месте не торопился. Сначала купировал опасность на юге. Ваша задача — противостоять американскому империализму и ревизионизму бывших партийных лидеров. Задача-максимум — вернуть Тайвань в КНР. И в этом мы вам поможем.

Глаза у Сюй Сянцяня блеснули. НОАК понесла существенные потери в последние годы. Мы бесплатно даем не так много. Старое оружие: танки Т-34, артиллерия времен Великой Отечественной, стрелковка, первые реактивные самолеты. Но и этому рады. Потому что с южной стороны положение не лучше. У американцев также нет финансов содержать большую армию, и они отправляют туда всякое старье. Зато бесплатно. Новые вооружение, как крылатые ракеты, даются под конкретные операции. В экспериментальных целях. Зачастую на самолетах разведки сидят наши пилоты и специалисты. С той стороны американцы. Новый фронт Холодной войны. Разрядки в этом мире нет. Да и не будет. Нам она невыгодна.

Хуа Гофэн показался мне напуганным. Он внезапно понял, что условия сейчас ставлю я. Даже не будучи Генеральным. То есть преемственность власти в СССР соблюдается. Не будет в этот раз чехарды, как в пятидесятые и шестидесятые. Я же понял, что это слабый, временный политик. Но нужны ли мне тут сильные? Никто из моего окружения не может дать точный ответ: что делать с разорванным Китаем? Так сложилось, что мы не можем влиять на внутреннюю политику КНР. Да и не нужно обольщаться, никогда не могли. И Сталин это отлично видел. Ему приписывают это сравнение:

«Мао как редиска — снаружи красный, внутри — белый».

Максимум на что мы способны: корректировать и согласовывать некоторые действия. Но я надеюсь, что на севере мы успеем часть населения переформатировать и создать на его основе новое крыло в партии. Тогда и поговорим. Но все это требуется время. И закончится без меня. Так что на данный момент со мной сидит человек, который будет заниматься дальнейшими связями с Китаем.

— Мы вас услышали, Председатель. Что насчет кредита?

— Только под разработку полезных ископаемых. У Советского Союза нет свободных денег. Запущено несколько масштабных проектов. Мы на всем экономим.

Китайцы молодцы, не показали видом, что недовольный. Но им деваться некуда. Да и те запасы редкоземельных ископаемых, на которые я положил глаз, пока еще не так востребованы в мировой экономике. К ним нужно проложить дороги, да и создать инфраструктуру. То есть бесплатную пользу КНР все равно получит. Видимо, среди верхушки это согласовано.

Хуа Гофэн после короткой заминки, будто бы для размышления, соглашается.

— Присылайте переговорщиков.

— Хорошо. К тому же мы планируем в ближайшее время испытать в боевых условиях новое оружие. Будет такая возможность?

Китайцы с готовностью берут сладкую пилюлю. Удачные образцы мы разрешаем им копировать. Все равно их изделия хуже, но хоть пусть так поддерживается наше «союзничество».

Дьявол, как тяжело с этими азиатами! Все-таки мы такие разные цивилизации. С европейцами хоть знаешь, какие неприятности ожидать. И как их купировать. КНДР мало идет на контак в области политик и культуры. «Сами с усами». Как будто экономики хватит. Так что использование «мягкой силы» мной санкционировано еще лет пять назад. Через поколение это будет европеизированная страна с азиатскими скулами. Северный Вьетнам встал в позу, пеняя нам на сотрудничество с южанами. Не навоевались еще? Страна в руинах, дикие потери в населении. Пока их держит лишь угроза с Севра и полная зависимость от нас. Только при мне дела поставлены жестче. Получили — распишитесь! И тратить лишь на то, что сэкономлено.

Маоизм в других странах Юго-Восточной Азии сокрушен, и пока непонятно, куда дело пойдет. В Индонезии левые силы уже терпят поражение. Покамест ведем активные переговоры. Окружающим странам: Сингапуру, Таиланду и Малайзии эта непрекращающаяся война достала всех. Трояновский ведет активные переговоры и, возможно, вскоре Джакарте будет предъявлен ультиматум. Уж тамошний режим точно не демократический!

У СССР в южной Азии положение в целом шаткое. Обстановка там нестабильная, страны в основном бедные. С точки зрения экономика больше интересует оттуда поставки сырья. Хлопок, чай, рис, фрукты, специи. Взять можно немного. Из-за этого торговый оборот слабый, даже с Индией. Те крайне неохотно платят валютой. Но влиять на ситуацию все равно необходимо. И пока идет поиск компромисса. Чтобы и на не накладно было, и терять влияние желания нет. Так что хочешь не хочешь, но как сверхдержава мы обременены в любом случае. У меня лишь получается снизить тяготы до минимума.

Успешная внешняя политика должна работать на внутреннюю экономику. Эти слова я непрестанно повторяю, сначала на Президиуме, потом в Политбюро. Ох, как кого-то типа Суслова это пекло. Международный отдел пришлось разогнать, чтобы десятки миллионов валюты не разошлись по пустякам. Да я лучше часть их ирландцам отдам или немцам. Как славно RAF и Зеленые форматируют Западную Германию! Кувалдой и крапивным веником. И немецкие элиты после хороших пиздюлей слились. Если раньше они держались на бывших нацистов, с которыми не забалуешь. То сейчас приходится играть в демократию. А не умеют. Нет у немцев и не было никогда опыта в демократию. А национальный менталитет испортился еще во времена Тридцатилетней войны. Когда северную Германию обнулили на четыре пятых. Достаточно взглянуть на жизнерадостных баварцев или, прости господи, гольштинцев. Какие разные нации!

Так вот зачем, спрашивается, мне нужно было, как тому Брежневу помогать западной немчуре строить эффективную экономику? Будущий бессменный президент уже получил от этой же грабли. Не друзья они нам и не будут никогда. Осси и те норовили укусить по случаю. Нет, немцы обожают порядок, и себя, встроенными в Орднунг. Я восточным и южным такое право предоставил. Острейх, то есть Австрия всю свою историю сталкивалась и работал со славянами. Они даже онемечить сумели многих. Вот и сейчас на отлично выполнили роль финансового, газового и политического хаба. Один из крупнейших банковских центров Европы. И большая часть финансовых институтов в наших владениях. Непосредственно или через третьи лица. По совокупной мощи мы уже бросаем вызов воротилам из Парижа и Милана.

ГДР получила доступ к современнейшим технологиям, наши кредиты, привозную рабочую силу, а также разрешение на создание совместных предприятий. Их экономика резко рванула вверх. Благосостояние заметно выросло, показав соседям с Запада преимущества социалистического строя с социальными гарантиями. Через «дочек», что выпестовал Вольф, Союз контролирует множество раскиданных по всему миру предприятий.

Это «Родезийский флот», что приносит сотни миллионов валюты и заодно поставляет нужные там ништяки и оружие в любую дыру мира. Доли в предприятиях Родезии, Конго, ЮАР, Индии, Бирмы и Цейлона. Газовый трубопровод через Иран, нефтяные концерны в Кувейте и Абу-Даби. Через ГДР идут экспортные поставки многих наших предприятий. Как будто «Совместные». Так проще работать с валютой, не вводя ее во внутренний контур экономики. Обратно идут «переводные рубли». Это важно. Не мешать нашу валюту со свободно конвертируемой. Потому что я добился того, что во всех странах участниках СЭВ СКВ модно спокойно обменять на ПР. И это первый шаг. Дальнейшее я из умных речей экономистов-реформаторов не очень понимаю. Не было такого в нашем времени и близко. Суть в том, чтобы баланс не менялся непланово.

Потому доллары, фунты стерлингов, швейцарские франки и немецкие марки тут же выводятся в зарубежные анклавы. И там крутятся в мировой экономике, добывая нам немалую прибыль. В СССР же возвращаются в виде прямых вложений оборудованием, целыми заводами или технологиями. В плановом порядке, через увеличение рублевого оборота. Это всего лишь цифры в банковских отчетах. Многие уже в электронном виде. Даже поставки продовольствия и товаров первой необходимости мы проводим переводным рублем. Валюта тут же выводится в аффилированные банки, предприятия получают внутренний кредит на ПР. Исключен прямой обмен рубль-доллар. То есть зависимости СССР от нефтедолларов нет. Мы продаем свои нефтепродукты за ПР. Хотите их купить — обращайтесь в Варшаву. Там находится необходимый банк.

Поляки отлично считают злотые и гроши, радостно потирают руки от халявы. Европейцам работать там проще, чем в Берлине или Москве. Понемногу чисто спекулятивный сектор также растет. Но, как ни странно, работает во благо всех стран СЭВ. Западные бизнесмены недовольны. Курс не самый лучше, но иного нет. А цены у нас приятные. Современная компьютерная техника, бытовая радиотехника, бытовые приборы, нефтепродукты, мебель и бумага. Все это у нас есть на экспорт.

Хабаровск. «Поезд Брежнева»

— Я рад, что ты следуешь моему совету, Петр Миронович. Проехаться по стране, чтобы ощутить ее мощь.

— Да я уже малость очумел, пока ехали из Владимира до Оренбурга. В самолете нет такого понимания пространства.

— Будет полезно. С людьми пообщаешься. Советую на Новосибирск и их Академгородок время уделить побольше. Сибирь в недалеком будущем — взрывная точка в развитии страны.

По глазам видно, что Машеров делает себе заметку в памяти и наверняка наведет справки. А они для него в аппарате АР готовы. Сложно бывшему первому пусть и передовой, но республики воспринять наш Союз во всей его мощи. Мы и в самом деле были сильными и могучими. Потому за падение СССР вдвойне обидно. Как можно было не сохранить хотя бы центр в виде славянских республик и сильно русифицированного Казахстана? Каким политическим чучелом стоило быть, чтобы не прекратить раздрай на необходимом минимуме. Даже в девяносто втором все можно было разыграть обратно. Военные и население поддержали. Не нашлось настоящего патриота, одни лишь крысы.

— Леонид Ильич, мне люди с республик жалуются, что их зажимают.

— Тех, кто жалуется? Значит, правильно.

Мы пьем чай. В Китае мне надарили всякого, угощаю.

— То есть нужно обращать внимание на тех, кто их пишет?

— Конечно. Они считают, что раз ты с национальной республики, то дашь слабину. Но мы же живем в едином государстве.

— И поэтому были отменены республиканские МВД?

— А зачем они? Прикрывать местных прохиндеев и писать нужную статистику? Видел отчеты по Грузии и Армении?

Машеров мрачнеет. У него честно опустились руки, когда я ему передал несколько папок.

— Сейчас я вас понимаю, но стоит ли и дальше продолжать жёсткие меры.

— Пока не наведем порядок. А это долго. Так что не торопись.

У нового Генсека тут же возникает резонный вопрос:

— Насколько долго?

Смотрю ему в глаза, чтобы понял, что не вру.

— Как минимум еще одно поколение.

А чашечку он осторожно поставил и тут же достал платок. Проняло масштабами.

— Долго.

— А ты как думал, Петр Миронович, создать нового человека не так просто. Придется на этом пути многое сделать и пережить. Но для нас главное — направление.

— Я тебя понял, Леонид Ильич. Берем ношу по себе.

— Ты не бойся, молодежь у нас хорошая. Не вся, конечно. Да и испортится часть по пути. Но остальные смогут поменять много. Ты на них обрати внимание. Демократия должна идти снизу. С нижайших комунн. Их опыт нужно изучать и привносить в стальные слои и кластеры общества.

— Но мы получим много слишком разного.

— Запомни, пожалуйста, одно. Нам не требуется единое и одинаковое. Оно излишне примитивно. Социалистическое общество должно быть разнообразным, но строиться вокруг одного каркаса.

— Автономная система, — догадался Машеров.

— Да. Потому что вожди — это лишнее. Они могут звать в силу личных причин совсем не туда. И от вождизма следует избавляться. Здоровая инициатива на местах, вот наше будущее.

Новый Генсек потер подбородок.

— Сложно.

— А кто говорил, что будет легко? Петро, не мы такие, а жизнь такая.

Машеров сузил глаза:

— Где-то я это уже слышал.

Информация к размышлению:

Пример демонстративной самостоятельности Машерова приводит в своих мемуарах переводчик советских вождей Виктор Суходрев. Когда в 1974 году в СССР пожаловал президент США Ричард Никсон, первый секретарь ЦК КПБ решил лично свозить его в Хатынь для осмотра мемориального комплекса, строительство которого сам и инициировал.

«Постановлением Политбюро это, правда, не предусмотрено, но я никого спрашивать не буду и поеду», — подмигнул Машеров переводчику, который знал, что по протоколу сопровождать высокого гостя в такой поездке должен менее высокий чиновник — председатель президиума Верховного Совета Белоруссии. Нарушив протокол, бывший партизан проявил редкую по тем временам самостоятельность. Окружение Брежнева, впрочем, предпочло этого демарша не заметить.

Осматривая мемориал, в какой-то момент Никсон отделился от группы и остался один. Было видно, что он проникся атмосферой. В американских газетах тогда писали, что, показав президенту Хатынь, советская сторона использовала его визит в пропагандистских целях. «Никсон видит Хатынь, а не Катынь», — кричали они, намекая на расстрел польских офицеров в 1940 году, который СССР тогда отказывался признавать.

Машеров разрешил журналисту Владимиру Бегуну опубликовать свою антисионистскую книгу в Минске, в чем ему отказали московские издательства. Поговаривали даже, что автор-антисемит пользуется поддержкой главы республики.