Генеральный 7

Глава 5 11 августа 1976 года. Восточное Средиземноморье. Неожиданная развязка

Борт крейсера «Сварог». ГКП

— Срочно от «Гарпуна» целеуказание! Идут с юго-востока. Групповая цель! Азимут…

Оператор взволнованно частит. Контр-адмирал Ховрин тревожно бросает взгляд на планшет, затем идет к операторам ПВО.

— Почему с кораблей не идет целеуказание?

— Идут низко, товарищ командующий! — отвечает один из дежурных офицеров. Несмотря на работу кондиционера, по его лицу стекает капля пота.

— Если низко, то это атака! — начштаба смотрит на командующего оценивающе.

Еще бы! Только отмахались от турок, договорились с американцами и европейцами, как новая напасть.

— Над самой водой стелятся. Кто же это такой у нас умный?

Прошедшую неделю многие участники событий будут помнить долго. Турки прекратили десантирование на Кипр не сразу. Еще два конвоя и вертолеты пытались совершать вылазки на остров. Но подошедшая советская 5-я эскадра не оставила им шансов. МИГ-23 К сбивали все, что попадало в сферу видимости «Гарпунов». Советский Союз официально установил 50 мильную зону вокруг Кипра. Соединенные Штаты идею поддержали. Они так и не смогли вывести «Саратогу» в море. Но присутствовали крейсером и несколькими фрегатами, встав между Грецией и Кипром. Турция — страна НАТО, но не хватало еще того, чтобы она ввязалась в войну со сверхдержавой. Американцы точно не готовы были впрягаться из-за части острова в Средиземном море. Европейские страны НАТО вяло поддержали идею. У них и своих проблем хватало.

Формально вышедшие из организации французы оперативно предложили свой Иностранный легион в качестве разводящей силы. Усиленный из Ливана «миротворческий корпус" шустро загнал турецкий десант в 'котел». С помощью средств ПВО они сбили три UH-1 с поддержкой, перекрыв полностью связь с материком. В ответ турецкие истребитель-бомбардировщики F-104 «Старфайтер» попытались ударить по аэродрому Никосии, снова ставшему базой для миротворцев. Но их перехватили дежурившие там греческие истребители. Итог скоротечной схватки 2×3. Катапультировавшихся турецких пилотов забили до смерти критские ополченцы.

Это одна из знаковых деталей происходящих событий. Греки практически не брали пленных и обстреливали дома турков-киприотов. Подозревая тех в подготовке мятежа и тайному складированию вооружения. Призывные пункты на Кипре были переполнены добровольцами-христианами уже утром 5 августа, но, к примеру, один из батальонов ополчения не смогли сформировать из-за того, что склад с обмундированием для них находился в северной части острова. А она уже была недоступна из-за блокады дорог, устроенной в населенных местными турками селах. У киприотов к тому же было критично мало бронетехники, а артиллерией они просто не умели пользоваться.

Но греки в тот же день сумели перебросить на остров батальон спецназовцев, что стало неприятной новостью для турона. Почти без танков и артиллерии им пришлось уходить с пляжа Пентемили в сторону Киренеи. Бои за два дня полностью сместились туда. Перебросить в этот или другой порт подкрепление и боеприпасы турецкому командованию так и не удалось. Советские МИГ-27 и Су-17 М2 потопили эсминцы «Коджатепе» и старый тральщик, очередной десантный LCU с техникой получил бомбу прямо на палубу. Потери становились серьезными.

Попытки истребителей турецких ВВС защитить десантные конвои вылились в десяток сбитых советскими пилотами самолетов. Больно уж разница в техническом оснащении была велика. Новейшие МИГ-23 К против неуклюжих F-104 «Старфайтер» и устаревших F-100D Super Sabers. Потери советских ВВС за все противостояние составили три машины. Один СУ был задет вражеским истребителем, пилота спасли вертолеты эскадры. МИГ-21 с Тартуса потерпел крушение при посадке, отказали приборы. И неудачно приземлился на палубу МИГ-23 К. Самолет годился лишь на списание, летчик получил травмы. К боевому ордеру Опэск никто даже не думал приближаться. Ее ПВО внушало уважение и американцам.

Счет в итоге вышел убедительным.

Греки между тем показывали чудеса героизма. Спецназовцы жгли остатки турецкой техники из советских «Шмелей». Пожилой отставной сержант Дросос возглавил оборону одного из поселков, отбросив остатки турецких парашютистов к Киренеи. Греческие самолеты начали бомбежку анклавов турков-киприотов, «случайно» вдарив по колонне англичан. Те вывозили своих подданных на свою базу. На Кипре любило отдыхать много британских поданных. Остальных туристов вывозили миротворцы и советские транспорты, подошедшие из Бейрута. Ввиду начавшейся резни, ООН потребовали немедленного прекращения огня, в Вене не останавливались переговоры. Из-за начавшихся беспорядков советские дипломаты в Турции были вывезены на американские военные базы, но были и пострадавшие. Турецкое посольство в Москве взято в осаду. В ФРГ турецкие гастарбайтеры закидывали торгпредства СССР камнями и бутылками. Английская пресса истерила по поводу уничтоженных РЛС, вопя о немотивированной «агрессии русских». Мир сходил с ума.

И как-то подозрительно тихо на заднем фоне произошло несколько инцидентов. Разведчик «Фантом» израильских ВВС нарушил «бесполетную зону» и был сбит дежурным звеном МИГов. Советское командование еще раз предупредил всех воздерживаться от полетов. На следующий день группа советских кораблей в составе ЭМ «Пламенный», СКР «Куница», МТЩ «Контр-адмирал Першин», танкер «Грозный», «МБ-130» и РФС «Лама», что лежали в дрейфе у острова Куфониси, подверглась нападению неизвестной подводной лодки. Противолодочники вовремя уловили выпуск торпеды, потому предупредили остальных и начали преследование лодки. Ее быстро обнаружил патрульный ДРЛО П-42’Гарпун'. Он сбросил радиогидроакустические буи и дал целеуказания. Сторожевик отработал глубинными бомбами. И они нашли цель. Вскоре над морем появились израильские спасательные вертолеты. По договоренности сторон советский ВМФ не стал мешать операции.

Недружелюбные действия Израиля удивили советскую сторону. МИД отправил ноту, правительство выпустил бюллетень. Но СМИ Израиля ответили немотивированной волной обвинений. И все бы ничего, но история получила в итоге жесткое продолжение.

Оператор снова отвлёкся от планшета:

— «Гарпун» сообщает, что его атакуют.

Командиры переглянулись. Ховрин сработал на автомате:

— Передайте на «Нахимов» чтобы выпускали дежурные звенья. По эскадре боевая тревога! БЧ 2 приготовиться к отражению атаки!

Ходивший доселе тенью по командному пункту замполит капитан 1-го ранга Дубягин побледнел:

— Израильтяне с ума сошли, что ли!

Ховрин и Селиванов одновременно на него обернулись.

— Считаете, что они?

— Солнце встает на востоке, там их аэродромы. Наших оно ослепляет именно сейчас.

Командирующий оставил себе зарубку в памяти — узнать, кем раньше служил замполит.

Рубка крейсера «Сварог»

Командир тяжелого ракетного крейсера тревожно смотрел вслед летящим МИГам. «Ревуны» добавляли беспокойства. Зачем их включают, дежурные смена и так на посту, остальным сообщит непосредственное начальство. Только нервозность наводят и панику. Или это таким образом пытаются экипаж укрепить в духе? Так он и так в нем уверен. Боевой поход вышел в меру активным и четким. На днях бункеровались прямо в море, получив оказией из Латакии свежие фрукты. А то ходят по тропикам, а пьют компот из сухофруктов.

«Господи, о чем я сейчас думаю?»

— Что там?

— Метки потеряны. Они сбили нашего патрульного, идут над самыми волнами, мы их увидим уже непосредственно в атаке.

— БЧ 2 приготовиться!

Сейчас вся надежда на ЗРК ближнего рубежа обороны «Оса-М» и артиллерию. Но как ловко их подловили! Всего один патрульный был в воздухе и, как назло, Ту −95 РЦ ушел. Или это не случайность?

— Вижу групповую цель! Пошли ракеты!

Контр-адмирал Капитанец с замиранием сердца выбежал на мостик. Спаренная стабилизированная установка ЗИФ-122 с барабанным хранилищем уже вышла из-под палубы, закрутилась, и в воздух одна за другой поднялись ракеты. Сразу же сработала установка с другого борта. С соседних кораблей также были отмечены пуски.

В этот момент сигнальщик отчаянно заорал:

— Ракеты!

— Приготовиться к столкновению!

Капитанец заметил на восточной стороне над морем несколько разрывов, но сбили не все. Слишком поздно засекли. «Оса-М» может выстрелить две ракеты в минуту, но сейчас этого оказалось недостаточно. Вот на эсминце «Бывалый» взбух огненным шаром разрыв. Застрочили пушки, еще разрывы. Одну ракеты задело касательно, и она нырнула прямо перед носом крейсера. Затем командир увидел прямо перед собой летящую в их сторону смерть, но внезапно, и эта ракета булькнула в волну. Что это было? Он обернулся, лампы в плафонах мигали, часть приборов и вовсе отключилась.

— Вахтенный⁈

— Товарищ командир, с ГКП сообщают, что использовали «Рубеж».

Капитанец невольно покосился на стоящие на баке крейсера странного вида антенны. Неужели новая разновидность РЭБ так сработала? Ничего себе чудо-оружие! Его мелькнувшую радостью мысль тут же перебил отчаянный крик:

— «Нахимов» горит!

Снова бинокль в руки и на левую крамболу. Авианосцу предназначалось восемь ракет из всех пущенных израильскими Фантомами. Две не долетели по техническим причинам, четыре сбили, но одна ударила под самые клюзы верхней палубы, бесполезно истратив взрывчатую часть. Вот вторая ракета летела ниже и проделала основательную дырку в обшивке ближе к ватерлинии. Изнутри полыхнуло огнем и густо зачадил дым, закрывая понемногу взлетную палубу.

— Куда они попали?

Капитанец обернулся, рядом стоял командующий, захотевший убедиться, что творится наверху. И зря. В глубине корпуса он был в большей безопасности. Но, видимо, еще одного удара уже не ждут.

— Там вроде горюче-смазочные хранятся.

— Вот дьявол!

Они метнулись к переговорным устройствам.

— Спасгруппы уже ушли, сработала штатно система пожаротушения, так что мы можем выпускать и принимать самолеты, — послышался взволнованный голос командира «Нахимова». — Но мне только что сообщили экипажи Ка-27, что на месте крушения «Гарпуна» экипажа не обнаружено. Плот есть, буй остался, людей нет.

— Почему? — не сразу дошло до командующего.

— Кто-то их уже снял.

— Вот суки… Туши пожар, готовь все авиагруппы к удару. Конкретику сейчас начштаба пришлет, — Ховрин обернулся к Селиванову. — Я иду докладывать в штаб флота. Ты готовь основной калибр к пуску.

— Товарищ ко…

— У меня есть полномочия! Можешь спросить у особиста, если сомневаешься. Нельзя просто так ударить по советскому кораблю!

Противокорабельные ракеты П-1000 «Сулица» имели возможность бить и по берегу. И 16 пусковых установок являлись довольно грозной силой. Отдав необходимые приказы, командир крейсер повернулся к «соседу». С палубы уже стартовали один за другим два ДРЛО П-42, затем в воздух поднялись поисковые вертолеты. Ордер поворачивал на юго-восток к Хайфе. Израиль в военном плане это не Турция, но 5-я Опэск могла без особых проблем пощекотать евреям слегка оплывшее брюшко.

Комната планирования полетов

— Целеуказание дадут Ту-95РЦ и Ту-16, они уже в воздухе. «Гарпуны» также работают. Ваша задача — израильские РЛС, — командир авиационной группы капитан второго ранга Матковский говорил предельно серьезно. — Поэтому на каждой «Кайре» будет по четыре ракеты Х-25ПС. Ну и Р-3С. Вы, — он обратился к истребителям, сидевшим по правую сторону в зале «координационного центра», — прикрываете «чаек». У вас подвешены только «Эрки». То есть работаете по профилю. Идете по сторонам, будет постоянно получать целеуказания. В воздухе сейчас туева хуча самолетов.

Раздались смешки. Кавторанг любил крепкое словцо.

— Но и нас будут видеть.

— Они не сразу смогут поднять самолеты. Перед подлетом на критическую дальность по израильским аэродромам будут нанесены ракетные удары. Как «Сварогом», так и другими доступными средствами.

— ТУшки?

— Они самые. Так и остались в Тартусе. Второй полк будет бить через Египет. Ракеты пойдут над водой и через пустыню.

— Тогда у нас есть шанс подойти скрытно, — согласился комэск двадцать третьих.

— Не забывайте, товарищи военно-морские пилоты, что израильтяне могут уже рассредоточиться заранее и стартовать хоть с шоссе. Так что зря не рискуйте. В свалку не ввязывайтесь, покажите зубы и достаточно. Самым боеспособным у их ВВС их же истребитель «Кфир», вы их должны бить. Несомненные тактические достоинства «двадцать третьего» — при любом виде маневра он теряет меньше скорости, так что используйте их на максимум. На вертикалях «двадцать третьему» всегда легче догнать и проще оторваться, при надобности.

Накоротке малой высотой на форсаже он легко уходит. В таком режиме практически любая другая машина попадает в болтанку, вынимая к чертям душу из пилота, а мы можем. Так что используйте в первую очередь наши преимущества. И не ввязывайтесь в бой на условиях противника. Лучше уйти. Но ходят слухи, что израильтяне получили американские F-15 «Игл». Что за зверь, мы пока не знаем.

— Пока…

— Это не значит, Федоров, что их обязательно нужно попробовать на зуб. Это не турки. Их летчики имеют большой боевой опыт.

— Так и мы не арабы, товарищ капитан.

Матковский лишь покачал головой. Парни тут собраны лучшие, лихие. Еще бы им серьезности. Но кто из серьезных людей идет в авиацию?

Ситуационный центр, Москва

Сейчас из Кремля сюда можно было быстро добраться на специальной ветке метро. Недавно, наконец, все было достроено. Долгосрочность обуславливалась невероятно сложной подземной структурой в старинной части города. Метростроители то и дело натыкались на неведомые ходы, а то и пещеры. Работающие с ними археологи временами разряжались оглашенными воплями, и тут же Генеральному раздавались звонки из Академии Наук. Невольные раскопки дали науке невероятно много находок и еще больше загадок. Еси так дальше строить, то, может, и легендарную библиотеку Грозного удастся обнаружить.

Машеров привычным широким шагом зашел в зал управления и еще раз поразился футуристичному виду помещения. Все уже собрались и изучали свежую информацию. На большом экране в центре зала шла «бегущая строка». Сбоку висел экран, на который проецировалась оперативная карта района боевых действий. Все обернулись к Генеральному. Тот не стал задерживать:

— Какова обстановка, товарищи военные?

Неизменный руководитель Ситуационного центра генерал армии Арико был краток:

— Через пять минут общий доклад.

— Хорошо.

Не та ситуация, чтобы спешить. Машеров прошел к странного вида креслу и опустился в него. Ого, чертовски удобно!

— Как вам?

Министр обороны Юрий Дмитриевич Маслюков с интересом наблюдал, как Генсек крутил настройки кресла.

— Здорово! И знаете, у меня создается впечатление, что я все это где-то видел.

Машеров обвел руками зал.

— Конечно, в фантастическом сериале «Туманность Андромеды», — без тени иронии заметил Маслюков. — Дизайнер один. И, как оказалось, все это вполне функционально. Некоторая техника, как эти экраны уникальна. Нигде ее больше нет. Передовые разработки.

— Скажите на милость. И все из-за кино.

Генсек был заметно удивлен.

— Мы нанесли успешные удары по аэродромам северной части Израиля, а также по береговым РЛС, прикрывающим страну. Вся эта зона, — начштаба Огарков указкой отметил область, — сейчас не прикрыта. Что позволило нанести серьезный удар полком ТУ-16, дислоцированного в Египте через сектор Газа по командным бункерам ЦАХАЛ.

— Что говорит наша разведка?

— Основную массу самолетов израильтяне заранее рассредоточили.

— Все-таки читали, что мы ударим? — удивился Машеров.

— Скорее, это у них привычка. Столько раз воевали! Но они не ожидали такого массированного удара по своей системе ПВО. И новейшими ракетами, против которых у них ничего нет. Плюс наши корабли потопили их разведывательные суда. Поэтому у их ВВС на данный момент проблемы с целеуказаниями.

— Как 5-я эскадра?

— Отлично сработали! Все-таки свой авианосец — это мощь! После удара по РЛС израильтяне попытались перехватить наши бомбардировщики, но нарвались на МИГ-23. Наши истребители применили новые схемы боя и сходу сбили пять израильских истребителей. Больше те наперехват не вылетали.

— И что показательно, наши с «Нахимова» сообщают, что один из сбитых — новейший американский F-15. Сейчас мы пытаемся его найти и достать. Но в дело вмешались американцы. Они, наконец, раскочегарили свою «Саратогу» и сейчас на полном ходу идут к Израилю. Просят прекратить огонь.

— Ладно, оставим это политикам. Пока решено не нагнетать. Нам еще с турками замиряться, иначе пролив не откроют.

Все благоразумно промолчали. Закрытие проливов из Черное в Средиземное море было лишь частью неприятностей. Боевые действия могли перерасти в полномасштабную войну. Были подняты по тревоге Черноморский флот, Кавказский военный округ. Туда перебрасывались подкрепления. Морская пехота сидела на кораблях, мобильщики около самолетов в ожидании приказов. Болгары и югославы сосредотачивали армии около турецкой границы. Им на помощь готовы были прийти венгры и поляки. Подняты по тревоге и их ВМФ. В мировых СМИ не утихали споры. Но, как ни странно, мало кто поддерживал Турцию. Все-таки первыми начали они, и это был явный акт агрессии.

— Товарищ Генеральный секретарь, Брежнев на проводе.

— Доброго вечера, Леонид Ильич.

— И тебе не хворать, Петр Миронович. Вот что. Я из Крыма с Фордом лечу в Вену. Трояновский и Помпиду скоро подтянутся.

— С кем? — не понял Машеров.

— С бывшим американским президентом. Он гостил у меня и принял живое участие в переговорах. Туда же летит Госсекретарь Роджерс. Нужно гасить эту волну немедленно.

— Я так правильно понимаю, что товарищи евреи нажаловались своим боссам?

На том конце провода раздался смешок.

— Правильно понимаешь.

— Не ожидали, что мы так резко ударим.

Брежнев хрюкнул в трубку:

— Скажем так, себя перехвалили. Но я считаю, что все закончится миром. Так что отдавай приказ отвести эскадру назад к Кипру. По нему еще долго будем договариваться. Турки требуют компенсации за беженцев.

— Ну это правильно.

— Только греки не согласны.

— Я считаю, что мы сможем их убедить. Может, мне туда скататься с визитом?

— Мысль хорошая. Но сначала пошлем специалистов.

— Вы своих?

— Уже и твоих. Они тебе тут же сообщат, как решат проблемы.

— Какие? — не понял Машеров.

— Англичане действовали не просто так.

— Вот оно что…

После разговора Машеров чертыхнулся. Как в мире все непросто. Ильич ему уже передал дела по Информбюро и вкратце рассказал о предстоящей битве с «мировой закулисой». Новый Генсек поначалу не верил в этот маргинальный бред, пока ему не предоставили отчеты и цифры. Затем очень задумался. Теперь ему стали понятны некоторые странности в мировой политике и еще больше проявился гений Сталина. Вождь буквально провел страну между Харибдой и Сциллой.

Посадочная площадка около Хайфы

Капитан-лейтенант Чернышов чертыхнулся. Стукнуло больно, когда его подхватил на руки израильские коммандос. «Нештатное приземление» вышло не самым удачным для него. Но главное, что весь экипаж цел. Сволочи, они еще за это ответят! Их самолет никому не угрожал. Но что более было горше — эскадра осталась на время без их «глаз». А перед крушением их оператор заметил цепочку несущихся к советским кораблям целей. Это была атака. Парашюты сработали штатно. Вода была теплой, они быстро нашли друг друга и сцепились вместе. Но вместо ожидаемого Ка-27 П появился вертолет неизвестной конструкции. Под дулами автоматов советских лётчиков погрузили внутрь, и вот сейчас их выволакивают наружу.

— Вперет!

Офицер указал дулом пистолета, на дверь подкатившего наглухо, закрытого микроавтобуса. Даже передние стекла были затонированы.

— Ребята, нас вытащат, так что не дергаемся.

— Не разговарит!

Члены экипажа помогли друг другу забраться внутрь. С ними сели два охранника в песчаном камуфляже, в последний момент в салон залетел незнакомый офицер, улыбнулся и снял берет. Непослушные курчавые волосы снова вздыбились вверх.

Он глумливо оскалился:

— Приветствую вас на гостеприимной израильской земле.

Русские угрюмо уставились на него, ответил по негласной традиции командир экипажа:

— Бывший? И как тебе продастся за двадцать шекелей?

Улыбка тут же сошла с лица незнакомца.

— Я бы на вашем месте выбирал выражения, уважаемый. Вы не в той…

— Заткнись! Лучше молчать, чем тебя слушать.

Штурман прошипел:

— Попался бы ты мне в темном переулке.

Израильтянин неожиданно рассмеялся:

— Ребята, мы не с того конца начали. Никто вас пытать и расстреливать не собирается. Сообщите номер части и звания. И больше ничего. Я Айзек, офицер разведки. Если кому-то нужна медицинская помощь, то лучше сообщить сразу. Мы не варвары. Вода находится в боковых нишах около вас. И поверьте, она не отравлена. Позже вас покормят. Не курорт, но мы соблюдаем все нормы.

— Тем, что напали на наш самолет?

Айзек миролюбиво вытянул руки:

— Капитан, решения принимаю не я и не вы. Ваша задача: вернуться домой целыми и невредимыми. Так ведь?

Командир экипажа хмуро кивнул. Пожалуй, этот ушлый бывший соотечественник прав.

— Согласен.

Они взяли по бутылке воды, молодежь выбрала газировку в банках, оценивая незнакомый вкус. Посматривающий на Айзека молодой оператор не выдержал:

— Я тебя знаю! Выступал на эстраде раньше.

Израильтянин разошелся в искренней улыбке:

— Ты прав, было дело.

Капитан поинтересовался:

— А чего тут тогда?

Айзек пожал плечами:

— Юмористов и без меня на Святой земле хватает. Приехал, огляделся и подался в разведку. Там также артистичность нужна. И все лучше, чем в пехоте под бомбами.

— От нас чего надо?

Взгляд второго пилота оставался недобрым. Охранники перехватили свои короткоствольные пистолет-пулеметы. Но разведчик даже не поменялся в лице.

— Все просто, ребята. Нужны козыри для обмена. Поэтому будем вас беречь как зеницу ока.

Капитан-лейтенант ничего не ответил. Аргумент был весомым. Но не верил он этому «юмористу» ни на грош. В такие заведения просто так не брали. Перед ним сидел предатель.

Ситуационный центр, Москва

— Товарищ генерал, срочное сообщение о радиационной опасности!

— Что⁉

Все обернулись на дежурного офицера связи, что сидел у компьютера. Тот быстро считывал несущиеся сообщения.

— Сначала пришла информация от самолета-разведчика. У них сработала автоматика. Разведчики разную аппаратуру несут.

— Применение ядерного оружия?

Машеров похолодел.

«Неужели?»

— Нет, не похоже! Капитан, есть другие источники информации?