Алекс. Тень в Императорской Академии

52 глава

Измир Карритер Азарийский

В голове творился хаос! Мысли и эмоции смешались, он уже не знал, что хорошо, а что плохо. Кого лучше слушать: сердце или голову. Ещё недавно всё было так ясно и просто, а сейчас…

Раян пропал, уже вторую неделю нет ни одной весточки, кроме того сухого письма. Слепому было ясно, что между ними с Алексом что-то происходит. Точнее, у него происходит, потому что сам Грейс это стойко игнорировал. Измир не верил, что парень настолько не внимательный, чтобы не заметить чувств Рэнье. Им стоило давно разобраться между собой. Сейчас не пришлось бы прятаться непонятно где.

Алекс разводит вокруг себя всё больше тайн. Но, обидно даже не это, а то, что парень ему не доверяет, раз не признаётся. Только разве он, Измир, проявил ещё недостаточно понимания? Разве он не заслужил хоть на крупицу доверия? Видимо нет…

Первого дня недели после занятий за ним прибыла карета от отца. Что может понадобиться главе Тайной канцелярии от непутёвого отпрыска? В приёмной его встретил секретарь.

— Велингтон, здравствуй, — поздоровался Измир, подходя к кабинету. — Может, ты знаешь, что случилось? А то я уже теряюсь в догадках.

— Мы взяли графа Баккера, он подозревается в проведении ритуала призыва.

— Ого! — удивился парень. — Соуру поймали?

— Нет! Саму тварь обнаружить не удалось…

— Хватит расспрашивать моего секретаря! — послышалось глухое из-за двери в кабинет главы ТК. — Измир, заходи скорее!

— И как ему удаётся всегда всё слышать?

Секретарь только руками развёл. Все в курсе, что Мастер владеет чуть ли не сверхчутьём. Он никогда не ошибается, всегда в курсе всех сплетен, всегда всё предвидит заранее. Правда, бывают и такие промахи, как с соуру. Мужчина никак не ожидал, что некромант, провисев в карцере полторы сутки, всё ещё будет упёрто молчать.

— Так это правда? — спросил Азарийский-младший, закрывая за собой дверь. — Вы поймали изменника?

— Грубо говоря, — скривился мужчина. — Он молчит! А для применения ментальной магии, не хватает доказательств. Измир, ты должен ещё раз пересказать всё, что тогда случилось. Я чувствую, мы что-то упускаем! Помоги мне найти ответ!

Парень неосознанно напрягся. Если он сейчас всё расскажет, то подставит Алекса под удар. А ведь обещал беречь его тайны. Что тогда делать? Как выкрутится, чтобы и отцу помочь, и другу не навредить? Другу? Да! Именно!

— Ты уверен, что больше нечем прижать этого Баккера? Раньше ты не очень церемонился с подозреваемыми.

— Раньше им не требовалось ментальное сканирование! — огрызнулся отец. — Ты не хочешь рассказывать? Есть что скрывать?

— Нет, — вот же виргл пронырливый! — Ладно, тогда слушай…

Он постарался рассказать всё в подробностях, старательно избегая упоминания всего, что связано с Алексам.

— Стоп, — прервал его мужчина. — Что ты вообще забыл в том трактире? Ты же никогда не посещал такие заведения.

Измир скривился. Нашёл, кому врать!

— Я хотел поговорить с Алексом…

— Тем пареньком? Зачем? — удивился Азарийский-старший.

— Он… он столкнул меня с лестницы, — выпалил парень позорный эпизод из своей жизни. — Это было давно, но я никак не мог забыть…

— И решил ему отомстить? — кажется, столько презрения Измир ещё никогда не слышал от отца в свою сторону. — Слабому целителю? Неужели, ты мог настолько низко пасть?

Парень отвернулся, сцепив пальцы за спиной. Ну, Алекс, за ЭТО тебе ещё придёте рассчитаться! Он только что уничтожил свою репутацию ради того самого слабого целителя. Если бы это всплыло, отец не узнал бы собственного сына.

— Так вышло, что нам никак не удавалось пересечься наедине… Ещё Раян с ним подружился… Вот, я и подумал, что лучше поговорить там, где меня никто не узнает. Я не собирался его бить! Мне просто было любопытно!..

— С тобой разобрались, — тяжело вздохнул мужчина, растирая лицо руками. — Что там забыл Грег Ривэр?

— А он что, не рассказал? — удивился Измир.

— Увиливает!

— Преследовал Грейса…

Боевик не знал, почему ему так приятно сдать следователя, но сейчас слова сами лились с его уст, одновременно принося истинное удовольствие. Ему не нравилось, что Ривэр ещё несколько раз появлялся в поле зрения Алекса, но подходить ближе не решался. Ещё бы! Ведь с парнишкой рядом всегда кто-то был: то он, то Раян… Кстати!

— Отец! Мне нужна твоя помощь! Только так, чтобы никто не узнал.

Мужчина заинтриговано поднял бровь. Это впервые сын обратился к нему. Раньше он всегда предпочитал решать свои проблемы самостоятельно.

Крейг Арчибальд Раян Рэнье

Хозяйкой, приветившей его у себя, была не кто иная, как герцогиня Филлида Беренсье, родная сестра императора. Женщина приветливо встретила Крейга, когда он спустился на первый этаж личного особняка герцогини. Она сердечно заверяла принца в своём молчании, что никто не посмеет потревожить её гостя и здесь он сможет всё обдумать, и принять правильное решение. Но, она на его месте, обнаружила бы этого бесчестного человека и отдала под суд императору. Само собой, за столь подлый поступок, его казнят. Но, ведь использование запрещённых зелий на королевской особе, это уже неминуемая смерть!

Крейг слушал рассуждения женщины за обедом, и всё больше понимал, что не сможет подвергнуть Алекса такому испытанию! Что уж говорить о смертном приговоре… Нет! Лучше он сам во всём разберется. А ещё стоит выяснить, каким именно зельем его травили, и каким способом он попадал внутрь организма.

— Если вы не против, лиэрде Беренсье, я бы хотел поговорить с вашим целителем, который меня осматривал. Это бы очень помогло мне разобраться в ситуации.

— Конечно, Ваше Высочество! — приторно улыбнулась женщина. — Завтра утром он приедет вас осмотреть. Но, чтобы не ждать так долго, он оставил вам своё заключение письменно. Это я настояла! Всё же, документ имеет большую силу, нежели слова!

Крейг только криво улыбнулся, когда к нему подошёл мажордом с конвертом на серебряном подносе. Видя жадный взгляд хозяйки, парень сломал восковую печать Гильдии целителей. На листе сухо было изложено всё то, что ранее ему поведала герцогиня. Указывалось некое редкое любовное зелье, о котором принц даже никогда не слышал. По заключению целителя, Крейга регулярно поили неким отваром, который вызывал неконтролируемое желание и неестественную любовь. По рекомендациям, ему стоит как можно дольше избегать всякого контакта, хоть физического, хоть зрительного, с объектом желания, дабы избежать рецидива. А ещё лучше, если больной за это время сможет влюбиться в кого-то, кто соответствует его положению, поскольку на влюблённое сердце большинство любовных эликсиров не действуют.

Как может случиться рецидив, если, по словам герцогини, зелье за неделю беспамятства полностью вывелось из организма, парень не понимал. Но спорить не стал. Лишь уточнил, может ли он немного погостить? Ему, и правда, очень нужно время, чтобы разобраться в себе и во всей этой ситуации.

Прошла ещё одна неделя. Герцогиня всё так же была сама любезность, но когда она думала, что никто не смотрит, её черты лица неуловимо изменялись, исчезали любые эмоции, даже глаза теряли живой блеск. Иногда Крейгу казалось, что на самом деле она давно умерла, оставив по себе нетленное тело и механический заводной механизм с набором наигранных эмоций. Жуть!

Третьего дня недели наведывалась принцесса Элеонора. Она прибыла посплетничать к хозяйке особняка, и сильно удивилась её гостью. Девушка сразу же преобразилась, улыбалась, кокетничала, даже уговорила принца прогуляться в саду, несмотря на морозный день и пасмурную погоду. О чём говорить, парень не знал, поэтому просто слушал звонкий девичий голосок. Тогда он понял главное: несмотря на расстояние, на время, проведённое порознь, на убедительное объяснение его поведения, он скучает по Алексу. Да, целитель был прав в одном, страсть ушла, будто бы её и не было, голова снова соображает трезво, и больше не было вспышек агрессии, но сами чувства никуда не делись. Только сейчас они уже приносят не боль, а скорее лёгкую грусть. Наверное, несмотря на эликсир, он всё же испытывал какие-то истинные чувства к Грейсу. Их излечить будет не так-то просто.

«Пора возвращаться!» — подумал Крейг, стоя рано утром седьмого дня у окна выделенной ему спальни. Принцесса навещала его каждый день, пытаясь развлечь, и они даже нашли общие темы для разговоров. Герцогиня Беренсье старалась в такие моменты оставлять их наедине, хотя это строжайше запрещено протоколом общения королевских особ. Она не раз намекала принцу, что это его шанс навсегда избавится от зависимости. Но, сердцу ведь не так легко приказать. Оно упёрто твердило, что место занято и освобождаться не желает. «Долг превыше всего!» — убеждал себя Рэнье и брал девушку за тонкую ладонь. Элеонора напоминала хрупкий цветок, который нужно холить и лелеять, тогда как Алекс, это свободный ветер, что пролетая мимо, лишь вскользь заденет твоё плечо. Но, как же заманчив этот полёт!..

Граф Харлем Годрих Баккер

Послышались шаги. Не обычное топанье жёстких сапог спецагентов, что день за днём пытали его, пытаясь выбить нужную им информацию, а лёгкая поступь женских туфелек. Он сразу же узнал эти ножки. Самые прекрасные ножки, которые он когда либо видел! Неужели к нему пришла его богиня? Неужели он снова сможет заглянуть в её удивительные тёплые глаза, почувствовать завораживающий тонкий аромат её духов. Самая красивая женщина в мире, его королева!

Тяжёлая металлическая дверь натужно скрипнула, открываясь. Внутрь вошла женщина в тёмном плаще с глубоким капюшоном. Когда она сбросила плащ, мужчина даже ахнул. Она была прекрасна! В длинном чёрном платье с серебряной вышивкой и глубоким декольте, светлые волосы приподняты в высокую причёску, губы алые, как кровь, но в глазах он не увидел былого тепла, сейчас там царил стылый лёд.

— Адриана, любовь моя! — прохрипел мужчина сорванным горлом. — Ты пришла…

Женщина презрительно скривилась, не приближаясь к пленному.

— Не называй меня этим именем! Ты же знаешь, оно мне не нравиться.

— Прости, — раскаялся граф. — Я так скучал! Но, скоро меня обязательно выпустят! Потерпи! У них ничего нет, лишь догадки… Я ничего не сказал! Подожди ещё немного…

— Я довольна тобой, — ответила холодным, даже мёртвым, голосом посетительница. — Но, боюсь, мы больше не увидимся.

— Что? — мужчина даже подался вперёд, по мере своих скудных сил, ведь на нём живого места не было от побоев.

— Я не могу так рисковать, оставляя тебя в живых. Не сегодня, завтра, император согласится на ментальное сканирование, и ты разболтаешь всё и даже больше, — пленный обречённо опустил голову. — Сказала бы, что мне жаль, но это не так! Прощай, Харлем!

Она подошла ближе, коснулась пальцами мокрого от крови и пота лба и приказала ему умереть. Чёрная энергия вырвалась из груди мужчины, унося и его хрупкую жизнь. В этот момент бесстрастного лица, наконец-то, коснулась тёплая улыбка.