Алекс. Тень в Императорской Академии

30 глава

Алекс

Чудесным воскресным утром мы, с Куро и Карлом, стояли возле красивых кованых ворот большого двухэтажного деревянного дома. Ого! Я никак не ожидала увидеть такие хоромы. Это же домик из сказки! Стены бревенчатые, на окнах резьблённые ставни, а на крыше, вертится от каждого порыва ветра, настоящий шедевр искусства — кованый флюгер в виде невиданной райской птицы, чем-то напоминающей жар-птицу. Вот это кр-руть!!!

Во дворе нас встречала такая же рыжая, как хозяин, в белые яблочки собака, по местному — горрай. Совсем, как наша дворняга, только высотой почти в пояс и с зубами такими, что сможет не то, что руку, голову откусить. Аж мороз по коже! Куро сразу же встопорщил шерсть на загривке и тихо зарычал.

— Ньора, фу! — гаркнул Карл и горрай на полугавке аж подавился. Вот это дисциплина!

— Ньора? — хохотнула я. Этому зубастому чудовищу никак не подходило его имя.

— Ньорберия, — тяжело вздохнул парень, проходя во двор. — Это малая её так назвала. Отец спорить не стал и вот теперь у нас есть Ньора. Ты заходи, она, вообще то, добрая и ласковая, только лает громко да на вид страшная.

Мы с Куро весело переглянулись и синхронно шагнули за боевиком. Как раз в этот момент из дома вывалилась толпа мальчишек, с громкими криками и смехом, они набросились на Карла, повалили его на землю и создали кучу малу. Не знаю, что они там делали, потому что сбоку это выглядело, как огромный катающийся по двору, меховой шар, но изнутри чётко слышались смех, брань и попискивание. Кажется, это и есть те самые младшие братья.

— Эх, а меня не возьмут… — послышалось совсем рядом. Тоненький звонкий голосок принадлежал румяной, круглощёкой девочке, лет пяти. Она смотрела своими васильковыми глазами на резвившихся мальчишек и разве что не подпрыгивала от нетерпения получить и свою порцию ласки от старшего брата. Похоже, Карлу очень повезло с семьёй.

Загрустить я не успела. Куча мала распалась на части и изнутри вывалился взлохмаченный, усталый, но абсолютно счастливый боевик. А рядом стояли такие же радостные мальчишки.

— Алекс, знакомься, — громко возвестил друг. — Это Марк, старшенький.

Мне шутливо поклонился парнишка лет пятнадцати, с густыми каштановыми волосами, но такими же медовыми глазами. Он был чем-то неуловимо похож на старшего брата.

— Этот умник — Брикс, — Карл весело растрепал такую же каштановую шевелюру второго брата. На вид, ему лет двенадцать, но карие глаза смотрели на меня серьёзно и внимательно. — А это Синдри, младшенький из братьев…

— Но ничем не хуже других, — радостно заулыбался мальчишка. Я бы не дала ему больше восьми лет. Светло-каштановые волосы, весёлые карие глаза и трогательные ямочки на щеках. Он вырастет настоящим красавчиком!

— А я Милена, но можно просто малая, — серьёзно представилась девчушка и отправилась получать свою порцию любви и ласки от старшего братика.

— Это Алекс, мой друг! — представил меня Карл, поднимая сестру на руки и направляясь в дом. — Идёмте скорее. Нечего держать гостей во дворе!

Изнутри дом казался ещё больше, чем снаружи. Мебель вся деревянная, самодельная и немного больше стандартной, потолки высокие, на второй этаж вела массивная деревянная лестница. Поэтому, я чувствовала себя здесь маленькой и неуверенной в себе девочкой.

— Карл, это ты? — послышался со стороны кухни приятный женский голос. Почему кухни? Пахло оттуда до одури вкусно: мясом и свежеиспечённым хлебом. Куро аж слюну пустил, как я его понимаю!

— Да, мама, — отозвался боевик. — И я не один…

— Неужели невесту привёл? — всполошилась женщина. Послышались торопливые шаги. И к нам вышла такая же рыжая, как сын, с медовыми добрыми глазами, немного пухленькая, что совершенно её не портило, женщина. Она с минуту смотрела на меня, как на пришельца, пока я не сдалась и не разрушила эту немую сцену.

— Здравствуйте, я Алекс, друг вашего сына. Мы учимся вместе…

— Боги! — вскричала госпожа Беркар. — А я то уж подумала, что сын решил наконец то женится! Раньше он никогда своих друзей не приводил…

— Потому, что раньше мне не было кого приводить, — пытался вклиниться в этот монолог боевик.

— Ну что же вы? Проходите, раздевайтесь! Сейчас отец придет, и будем обедать. Вы, наверное, голодные с дороги то! Марк, Брикс, живо накрывайте на стол! Милли, милая, помоги мне на кухне. А ты, Синдри, бегом в кузнецу, зови отца. У нас гости голодные, а он всё не идёт!

Вот это женщина! Она мне немного маму напоминает, такую даже страшно ослушаться.

— Ты не смотри, что мама так говорит. Знаю, на севере не принято женщинам командовать, и тебе наверное не нравится… Но отец не запрещает ей быть главной в доме. Говорит, будет больше порядка, когда его нет.

— Не волнуйся. У тебя чудесная мать! Она напомнила одного дорогого мне человека…

Вскоре явился глава семейства, настоящий кузнец! Огромный, почти два метра ростом, косая сажень в плечах, ручищи такие, что одним ударом насмерть убьёт, и взгляд темно-карих глаз внимательный, серьёзный. Такой, за свою семью, порвёт на мелкие части и скажет, что так и было. Смерив меня взглядом, он лишь молча кивнул и сел за большой деревянный стол. Да, места в комнате неожиданно стало меньше.

Вся семья молча, но с большим аппетитом пообедала, даже Куро перепало много сочных кусочков. Мой обжорливый котик, так налакомился, что в комнату, которую нам любезно выделили, добирался, тяжело переваливаясь со стороны в сторону. Такими темпами нам светит ожирение, а это чревато, особенно для меня. До поздней ночи просидели у камина, слушая и рассказывая свои истории. Было так спокойно и хорошо, будто вернулась домой, в родные объятья мамы и под пристальный взгляд мягкого, но сильного отца. Да, они живы и, надеюсь, здоровы, но боль утраты не утихнет никогда, кто бы что ни говорил.

Утром Куро, как всегда, затребовал прогулки. М-да, и где я тебе расчищенные дорожки здесь найду? Вышли на улицу, надеюсь, нас не побьют. Люди в деревне просыпаются рано, наша дурашливая пробежка сильно привлекала внимание, но агрессии или недовольства на их лицах, я не замечала. Скорее любопытство! Будет о чём говорить ближайшую неделю, а то и две.

На краю деревни, у самой опушки редкого лиственного леса, не то, что у нас на севере, в этом даже не заблудишься, стояла небольшая аккуратная избушка. Возле неё возилась старая, с круглой, натруженной спиной, бабушка. Она ловко орудовала большой деревянной лопатой, отбрасывая насыпавший за ночь, снег. За городом было ощутимо холоднее и снега побольше, почти, как в моих детских воспоминаниях.

— Бабушка, — позвала я, пожалев старую женщину, — может вам помочь?

Хозяйка выпрямилась, осмотрела нашу компанию внимательным взглядом и, что-то себе решив, махнула рукой.

— Айда, мил человек, помоги старушке, коль не шутишь!

— Да какие уж тут шутки, — от души рассмеялась. — И вам полезное дело сделаю, и мне тренировка.

Я ухватилась за ручку лопаты и отправилась отрабатывать вчерашнее обжорство. Женщина семенила сзади, продолжая свои расспросы:

— Как звать то тебя, нежданный помощник?

— Алекс, бабушка. Я в гости приехал к кузнецу вашему.

— Небось, тоже из академии той, куда сынок егойный учиться пошёл…

— А как же, бабушка, — улыбнулась ещё шире. Не знаю, почему, но она мне очень нравилась. Вот вроде бы чужой человек, но чувствовала себя здесь, как дома. Куро она тоже понравилась. Он всё время держался рядом с хозяйкой избушки, подставляя то один, то другой бок под скрюченные временем пальцы.

Работалось легко и весело. Даже, будто, сил добавилось. Может, мне и в академии каждое утро дорожки чистить. А что? И полезно, и красиво. Хотя, там редко бывает столько снега…

— Что ж, Алекс, — сказала бабушка, когда я расчистила весь двор, — ступай за мной в дом, буду тебя вкусненьким потчевать!

— Что вы, бабушка, не надо! — попыталась отказаться. — Неудобно, как то. Я ведь не для этого помочь вызвался…

— Знаю, что не для этого, — отмахнулась старушка. — Угомонись и ступай за мной. Раз я сказала, угощать буду, значит буду! Нам с тобой есть о чём потолковать, касатик…

А вот это меня уже напрягло. Женщина она пусть и старая, но зоркая и внимательная. Неужели я где-то прокололась? Сбежать бы, да не выпустит… И Куро спокоен, значит угрозы она нам не несёт.

В маленьком доме было всего две комнатки, аккуратная беленька печка, большой деревянный стол, а под потолком и на стенах висело множество сухих трав. Пахло — соответствующе, а ещё грибами и хлебом.

— Садись, милая…

Кажется, у меня остановилось сердце. Я резко отскочила к двери, подавая знак Куро следовать за мной. В ушах шумело, руки задрожали. Кто она? И что теперь делать?