Warhammer 40 000: Одни из многих

Затмение

Спустя минуту, лестница приличной высоты наконец кончилась, и наша обувь коснулась пола посадочных доков.

— Ну что, — Мелиса развернулась к нам, — говорить лишнего не стану, удачи что ли…

— Можешь сказать это чуть более позитивно и я поверю хотя бы в один процент вероятности такого исхода, — Ханс показал палец.

— Позитив больше по твоей части, — Мелиса смерила его взглядом, — хотя выкинь какую-нибудь сортирную шутку и всем станет ещё грустнее от осознания с кем они умрут в окопах.

— Я так не считаю, — обидчиво отвернулся Ханс.

Мелиса состояла в специальной группе, прикреплённой к разведывательному подразделению генерального штаба полка, что в целом не ставило её в положение наиболее вероятного пушечного мяса, так что на её месте я был бы более спокоен. Хотя, кто знает.

Гектору так же было немного в другую сторону, туда, где базировались боевые псайкеры.

Оба уже начали разворачиваться, чтобы уйти, но в последний момент я окликнул Гектора. Тот обернулся.

— Если видимся в последний раз, я не хотел бы завершать на плохой ноте… мы изменились. Изменилась и обстановка. Но… несмотря на все наши разногласия, я хочу, чтобы ты выжил.

Гектор грустно ухмыльнулся:

— Это будет трудно. Но я постараюсь. Побольше думай о себе. А то сам помрёшь ещё…

С этими словами он развернулся и последовал за Мелисой.

— Хм, вот блин, а мне ты такого не говорил! — иронично произнёс Ханс.

— Не волнуйся, для тебя это настолько очевидно, что даже не обсуждается, — ухмыльнулся я, — пойдём уже к нашим, вылет совсем скоро.

Мы шагали вдоль довольно хаотичных рядов гвардейцев. Место нашего отделения находилось практически в первых рядах, где уже можно было почувствовать лёгкий жар, от прогревающихся движков десантного челнока.

— Что-то они уже постоянно носятся вместе, походу Гектору невмоготу слить баки перед смертью.

Я рассмеялся.

— Тебе тоже ничего не мешает прямо сейчас это сделать самостоятельно, уверен все отнесутся с пониманием.

— Вряд ли у меня ствол поднимется, особенно под комиссарским взглядом. Кстати, о чём там может шептаться сержант Эроу с любовью всей жизни псайкера Вангорича, мм?

— Не волнуйся, тебя мы не обсуждали, — снова ухмыльнулся я.

— Эх, жаль… Ну а если серьёзно?

— Обычные просьбы помочь Гектору, если окажемся на одном поле боя. Он же блевал там, наверное может стать небоеспособным. На самом деле сейчас только он сам может себя защитить. Поэтому максимально тупая просьба в этой ситуации, наверное от отчаяния.

— Мда уж… самим бы уцелеть.

— Ну ты же заслуженный хирургеон, правда ведь? Ты же поможешь нам? — с улыбкой спросил я.

— Конечно. Эвтаназии меня обучили в первую очередь.

— Пфф, ну спасибо.

Наконец, в толпе, я увидел знакомую фигуру.

— Приветствую, сержант, — Себастьян отдал честь.

— Вольно, друг, как обстановка?

Себастьян заметно выделялся из толпы своим широким коренастым телосложением, а также более низким ростом среди окружающих. Мир, на котором вырос гвардеец, имел показатели силы тяготения заметно выше принятого стандарта Святой Терры. Такие физические показатели с лёгкостью позволили бы ему раскидать тут половину полка одной левой, однако тупым громилой он не был. Если меня не было рядом, то именно Себастьяна я оставлял за старшего. Не настолько самовольный как Маркус, но и не настолько бездейственный, каким может быть Ханс, весь ум которого ушёл в сферу медицины. Скорее всего, к счастью. Такое разделение труда меня устраивало. То, что эти трое по-прежнему остались в составе отделения, меня очень порадовало. Но с остальными двумя ещё предстоит перекинуться приветственными словами.

Не успел я протянуть руку Себастьяну, как гвардеец тут же подбежал максимально близко и шепнул:

— Вообще-то не очень, я бы даже сказал, у нас проблемы.

Не успел я ничего подумать, как он отошёл в сторону, открывая вид на эту самую проблему. Мозгу потребовалось секунды две, чтобы осознать ситуацию.

— Пресвятой Император…

Заставив ноги, ставшие слегка ватными, сдвинуть меня с места, я зашагал к двум гвардейцам в толпе:

— Вам… Вам сколько лет, а? — голос оказался слегка приглушённым, особенно учитывая обилие звуков в посадочных доках, но мог вот-вот сорваться.

Девчонка уже было открыла рот, как я резко поднял руки:

— Нет-нет, стоп! Не надо… не травмируйте мою психику ещё больше!

Она и парень, стоящий рядом, выглядели достаточно молодо, чтобы я поддался сиюминутной панике. Касательно возрастных рамок в гвардии, у меня всегда были довольно размытые знания, за исключением, конечно же, каких-нибудь мясорубок, где дети учатся держать ствол раньше, чем ходить, однако даже молодняк лет шестнадцати-восемнадцати встречался в армии нашего сектора весьма редко. По крайней мере, в полках аграрных миров. Видимо, именно мне коварная судьба поручила наблюдать разрушение стереотипов.

— Эти сраные бюрократы вообще охренели в конец… — проговорил я, слегка отворачиваясь в сторону и потирая переносицу.

— Простите, сержант, мы всё понимаем, мы молоды и неопытны, тем более, явились прямо перед операцией, доставили вам много проблем… но постараемся не путаться под ногами и чётко исполнять все приказы! — выпалила девчонка на одном дыхании, слегка выйдя вперёд и вставая чуть ли не по стойке смирно. Голос её в целом был уверенным, но фальшивил.

— Какие например? Броситься под пули и доблестно склеить ласты?

Выражение лица слегка переменилось.

— Мы стали гвардейцами не вчера, успели пройти базовую подготовку, так что не совсем бесполезны! — в её голосе по-прежнему проскальзывала лёгкая надежда.

— Знаю я эту базовую подготовку… повезёт, если пробежите пятьсот метров, не выблевав лёгкие. Вот это что за херня?

Подойдя к ней ближе, я резким движением сдвинул криво сидящую каску, обнаружив под ней, заплетённые в плотный короткий хвост, золотистые волосы.

— Отрезай.

— Что отрезать? — вылупилась она.

— Что-что, волосы! И никаких но! — возразил я, уже замечая движение губ. Выхватив штык-нож из чехла на груди, я сунул ей.

— Отрезаешь и надеваешь ровно! Базовая, сука, подготовка… А ты чего молчишь?! — обратился я к мальчишке, пока его напарница осторожно приняла нож и начала покорно орудовать им, издавая недовольное кряхтение. Упомянутого я уже успел рассмотреть чуть детальнее, обнаружив на щеке небольшой след от ожога. Форма у него, похоже, была далеко не по размеру, — уже дар речи потерял?

— Не знаю, возразить особо нечего, — неуверенно пожал он плечами, — сестра уже всё сказала.

Я раздражённо втянул воздух.

— Ох, бля… стяще просто, — проговорил Ханс сзади. Ну это полный аут уже. Последний гвоздь в крышку гроба.

— Отлично. Мы имеем сопливых родственников-неразлучников, для которых это первый бой. Со сраными неизвестными ксеносами.

А ведь мы ещё даже не высадились. Да уж, утро добрым не бывает, для многих гвардейцев этот закон жизни поважнее Тактика Империалис.

— Что будем делать? — спросил Себастьян, как только я развернулся в его сторону.

Мой взгляд непроизвольно изобразил смотрящего на идиота.

— Ну можешь снять штаны и передёрнуть! Что нам, блин, делать…

Ханс ухмыльнулся, а Себастьян виновато отвёл взгляд.

— Слушайте сюда, — обратился я к молодым, — с этой минуты, вы, во-первых, не путаетесь у меня под ногами, как вы уже сами сообразили, хвала Императору. Знаете только два слова — так точно и никак нет. И не липнете друг к другу, чёрт вас дери, даже во время боя, иначе одна долбаная био-граната и вы оба трупы. Оружие, до момента мясорубки, держите на предохранителе! Вам всё понятно?!

— Так точно! — вскрикнули оба.

— Пипец какой-то просто… где Маркуса носит?!

— На месте, командир… — тут же послышался его голос за спинами молодых, — смотрю уже познакомились с нашими хлюпиками? — в зубах он перебирал какую-то зубочистку. Подходя ко мне, он неаккуратно растолкал плечами двух новоприбывших.

— Более чем. Где ходил?

— Решил высказать Такару всё, что думаю о нём.

— Пфф, да ну? А он рядом?

— Да, вон в соседнем строе.

Ещё раз издав вздох, я обошёл молодых и направился в сторону, указанную Маркусом. Хотелось на время просто покинуть поле зрения всех, кого знаю, дабы не взорваться окончательно. Пройдя немного в сторону, я действительно увидел Такара в другом формировании. Он, как всегда, фактурно выделялся из толпы, за счёт своего одеяния и большой бороды. Впрочем, за эти годы он стал одеваться более цивилизованно. Так же стал сержантом и управлял собственным отделением. Ему предстояло улететь на соседнем десантном челноке. Вёл он беседу, видимо, как раз со своими подчинёнными. Даже смотреть на это не хотелось, понимая, что у кого-то нет с ними проблем, а на меня решили повесить ответственность за жизнь тех, кто не видел и половины её.

— Такар… — окликнул я.

— О, Райгат, не знал, что ты поблизости, как настрой? — спросил он, обернувшись.

— Ну… универсальный.

Мы пожали руки.

— Всё понятно, — рассмеялся гвардеец с первобытного мира, — у всех его наблюдаю, — показал он пальцем на своих, — значит действительно универсальный.

— Маркус тебе тут решил подгадить, смотрю?

— Да не бери в голову, языком чесать он всегда умел.

— А ты прикинь… — начал я, но разговор прервал звуковой сигнал, прокатившийся по залу.

— Походу началось, — вздохнул я, — не дали нам поговорить…

— Ничего, то, что увиделись — это уже хорошо, пожелаю просто удачи.

Мы снова пожали руки и я вынужден был, как можно скорее, отойти обратно. Вернувшись к своим, я занял место между Маркусом и Хансом в строю. Двое молодых встали сзади нас четверых.

— Простился? — с иронией спросил Маркус.

— Наверное, да — вздохнул я, — настрой полное говно, остаётся только прощаться.

— Да уж, задачку нам дали… — протянул Ханс, — надеюсь ты не заставишь меня учить их делать тебе искусственное дыхание?

— Для начала научи его бриться, а её расписанию месячных… — ответил я, хлопая по карманам.

— Дай сюда нож, — обернулся я к девчонке, которая, как выяснилось, уже успела расположить моё холодное оружие у себя в кармане, надеюсь просто из цели ожидания. Но хоть каска сидела теперь ровно.

— Сержант, у нас имена есть, — резко заявила новенькая, когда нож оказался в чехле. Все четверо синхронно обернулись.

— Вы, видимо, называете своих товарищей по именам, и мы, как ни крути, тоже ими стали, по крайней мере, надеюсь… Мы не хотели всего этого, буквально через пару дней после нашей эвакуации, ксеносы не оставили живого места от нашего родного мира. И теперь мы здесь. Возможно, вы тоже были на нашем месте. В общем… я извинюсь ещё раз и просто скажу, что мы не хотим портить наши с вами отношения. От этого зависит наша выживаемость… Или ваша…

Несколько секунд я не отводил от неё взгляд. В её глазах читался страх моего ответа. Остальные так же ждали моей реакции.

— Император простит. Называйте свои имена.

— Асель, — произнесла она с видимым облегчением.

— Квинт, — добавил мальчишка.

— Хорошо, впредь так и будете называться, — ответил я, поворачиваясь обратно. Моя выживаемость значит. Хех. По крайней мере это лучше сопливой истерики.

— А девка-то бойкая, да и на личико ничего так… — произнёс Маркус, продолжая вертеть во рту зубочистку. То, что Асель стояла сзади, его не особо смущало.

— Ох, Маркус, не знал, что ты планируешь стать некрофилом, не знал, — отозвался Ханс.

— А ещё планировал набить тебе морду, кажется всё по расписанию…

— Завалите оба свои рты, — вставил я, — не нервируйте меня лишний раз.

Оба покорно замолчали, отвернувшись в стороны от собеседника. На мостике сверху постепенно становилось всё меньше хаотичной суеты, а перед подразделениями выстраивались ряды офицеров, комиссаров и присоединялись к ним полковники. Наши знакомые уже были на месте. Комиссар Корс с серьёзной злостью рассматривал толпу гвардейцев внизу, а по взгляду Хашманта вообще было сложно что-то понять. Их видок явно не добавлял радости. Стояли они в шеренгу.

Маркус наконец убрал свою зубочистку, а Себастьян принялся поправлять форму. Один из офицеров генерального штаба вышел вперёд.

— Смирно! — прокричал он.

Всё подразделение резко застыло в нужной позе.

— Для встречи полковника, напр-а-во!

Отдавая честь, мы повернули головы в правом направлении. Бёрк шагал по мостику, стуча своей тяжёлой обувью. Желтоватый плащ, зелёный мундир с Аквиллой, немногочисленные медали и оружие, похожее на саблю или цепной меч, висящее на поясе. Всё было при нём. Выглядел он весьма важно.

— Вольно! — произнёс он громко и чётко. Мы дружно опустили руки.

— Бойцы! Я, как всегда, буду краток… И откровенен, — произнёс полковник, выдержав пузу, — не могу обещать вам ничего кроме крови, пота и слёз. Наш противник силён. Вернутся не многие…

Такое ощущение, что я почувствовал, как всё внутри сжалось не только у меня, но и у всех вокруг.

— Однако, в данной должности я уже усвоил кое-что. Зачастую вы даже не представляете какой потенциал в вас заложен. Я думаю и ваш противник не представляет. Так что, вы можете победить. С большим трудом, но можете. Я буду сражаться вместе с вами, можете не сомневаться. Идите и выполните свой долг, как полагается!

— Так точно! — взорвался полк возгласами. Сейчас весь зал был ими наполнен. Командиры давали напутствие своим солдатам, а те смиренно оценивали свои шансы. Мы встретились взглядом с Бёрком. Его глаза выражали серьёзность и дикую усталость. Посмотрев на меня секунды две, он поднял их и вгляделся куда-то вдаль. Даже не представляю, что сейчас творится у него в голове.

Посадочный челнок прилично потряхивало. Пространство за небольшими иллюминаторами порой полностью закрывалось гигантскими линкорами. Космос был в принципе плохо различим за роем боевых кораблей.

— По прибытию чётко следовать в указанном направлении! Не разбредаться! — стараясь перекричать технический шум, связист передвигался по салону, держась за верхние поручни, и направлялся к своему сидячему месту.

Спустя некоторое время, перегрузки усилились и челнок начал прорезать атмосферу Маккрага. Развернувшись к иллюминатору за своей спиной, я уставился в него, насколько позволяли двигаться ремни безопасности. Квинт, сидевший рядом, заинтересованно посмотрел на меня и тут же повторил процедуру.

Показались шпили башен-ульев, пронизывающих верхние слои атмосферы. В целом, это было типичным началом пейзажа таких миров, но потом всё изменилось. С большой высоты нам открылся вид города, золотистые крыши которого играли блеском на звездном свету и здоровенные статуи, видные даже отсюда. Разнообразие, но, тем не менее, геометрическая правильность широких улиц и проспектов. Ближе к полюсам были заметны огромные промышленные комплексы, дымящие ввысь. Более семидесяти процентов поверхности Маккрага было одним большим ветреным нагорьем, что подтверждалось, если взглянуть за границу города, однако рядом находился достаточно заметный водоём, смахивающий на озеро, одновременно и на море из-за своих размеров. На Маккраге такие являются редкостью. Вполне может быть, многие были просто высушены постоянной нуждой населения в четыреста миллионов человек. Хотя, для имперского мира данное население было совсем небольшим. Куда уж там ему тягаться с многомиллиардными мирами-ульями. С тем же Ичар-4. Соответственно и такого уровня бедности тут не наблюдалось, тем не менее, из-за неравномерного и сложного рельефа, высотное строительство, походу, всё-таки, было востребовано.

Мы спускались всё ближе к району водоёма. За иллюминатором пронеслись несколько атмосферных истребителей. Вскоре, пара таких же взяли наш челнок на сопровождение. Но это зрелище оказалось пустяком…

Пока мы приближались к воде, я заметил несколько больших тёмных точек. Теперь я понял, что это. Титаны шагали к береговой линии, поднимая своими механическими ногами гигантские волны. Их орудия напоминали по размеру космические корабли, а корпус был испещрён различными боевыми шрамами, иногда перекрывающих эмблему, наверное, ордена, которому эти боевые машины принадлежали. В классах титанов я не разбирался, но размеры этих моделей заставили задержать дыхание. Я видел их впервые. И они вселяли в меня ужас. Сражение будет жестоким.

— Просто… Вот это громадина, — протянул Квинт рядом, — и неужели с таким оружием мы реально можем не справиться?

Посмотрев на его удивлённое лицо, я промолчал. По корпусу челнока прошла странная вибрация. Такое ощущение, что титаны сотрясали не только землю, но и воздух. Размеры позволяли нам рассмотреть их довольно детально даже на скорости.

Челнок накренился, меняя курс.

Титаны остались позади и вскоре мы уже летели над городом на достаточной высоте, чтобы можно было рассмотреть некоторые архитектурные детали. Позолоченные юноши-ангелы, играющие на музыкальных инструментах, и многочисленные статуи святых на фасадах, вперемешку с переплетающимися гранитными растениями и прочими изысками. На большой скорости глаз не мог уцепиться за что-то большее, однако, когда цепь плотной застройки кончилась, нашему взору открылась невероятных размеров площадь со статуей в центре. Я и Квинт мигом оживились.

— Ого! Кто это? Император? — воскликнул молодой.

Не успел я подумать, как гвардеец на противоположном ряду сидений крикнул нам:

— Это Робаут Жиллиман! Один из сынов Императора и величайший полководец! Это его владения и его ордена! — произнёс он с улыбкой.

Иллюминатор как раз был напротив него.

— И он до сих жив? Находится тут? — спросил Квинт.

— Если бы я знал, — ответил гвардеец.

— Его помощь нам бы сейчас явно пригодилась, — проговорил я.

Сегодня Маккраг превратится в руины, хотя, как я увидел через пару минут, это уже происходит. На улицах отныне пылали костры анархии, вызванной страхом людей, оказавшихся взаперти на атакованной планете. Гигантские танки Бейнблэйд ползли по маленьким улочкам, стекаясь на главные дороги, разрушая своим массивным корпусом всё на пути. Тут же за ними плелась более лёгкая бронетехника и стройные ряды гвардейцев и СПО. Сегодня, гвардия наконец получила достойное техническое обеспечение. Красивые фасады центра начали сменятся стандартными блоками спальных районов, коих было в избытке практически на каждой планете Империума. Челнок уверенно двигался к границе города.

На горизонте начала проявляться здоровенная стена, предназначение которой пока было для меня загадкой, на возле неё, по мере приближения, начинало виднеться огромное количество суеты и перемещений техники. А так же посадочные площадки. Немного приподнявшись, я увидел огромную толпу людей, крутящихся возле массивной ограды с колючей проволокой, за ней гостей поджидала окопавшиеся бронетехника и дозорные.

— Что за хрень там творится? — спросил Квинт.

— Походу гражданские, — ответил я, рассматривая представление.

Истребители, сопровождающие челнок, уменьшили скорость и перевели двигатели в вертикальное положение, то же самое, судя по всему, сделал и наш транспорт. Медленно проплывая над оградой и сторожевыми башнями, челнок направлялся к посадочной площадке, откуда в спешке разбегались люди. Конец пути и затёкшая шея заставили меня отвернуться от иллюминатора.

— Давай отлипай, салага, скоро выходим, — сказал я Квинту, дёргая его за плечо.

Через минуту, шасси челнока, наконец, коснулось земли. Движки умолкли, звуки отстёгивания ремней пронеслись по кабине.

— На выход! — скомандовал связист, как только трап открылся, — не задерживаем движение! Построиться так же, как при вылете!

— Ну вот и остановка "смерть", господа, — со вздохом произнёс Ханс.

— Хорошо, что ты сходишь на этой, а я прокачусь дальше, — добавил Маркус.

— Кто знает.

Стоило мне покинуть корабль, как сильный горячий ветер тут же ударил в лицо, оправдывая природную репутацию планеты. На площадке кипела жизнь. Как только все вышли наружу, грузовая модификация шагохода "Часовой" принялась разгружать наш челнок своими механическими конечностями. Отовсюду слышались выкрики приказов, грузовые и пассажирские лифты лязгали, ездя по здоровенной стене то вверх, то вниз. Наконец мы сформировали чёткое построение.

— Отделения семь, два, четыре… — перечислял подразделения наш связист, а офицер рядом тут же фиксировал данные.

За их спиной медленно перемещался конвой из лёгких байков, машин Таурос, и бронетранспортёров Химера. Завершающим стал Бэйнблэйд, сотрясающий грунт своим огромным весом. Его гусеницы медленно вращались, вдавливая асфальт. Все они двигались в сторону ворот на выход.

— Так, отделение семь, вы со мной, вас нужно поднять на стену, — вызвал нас связист, — за мной.

Рассекая воздух, над нами пронеслась эскадра истребителей.

— А что за вонь возле ограды? Походу у вас колючая проволока измазана каким-то дерьмом, — подал голос Себастьян.

— Провести экскурсию? — ухмыльнулся связист, — посмотрите налево, господа, — произнёс он, показывая рукой.

Сначала мы не заметили, но на одном из участков ограды с колючей проволокой, висел труп, свесив руки.

— Гражданские, пытающиеся пролезть на транспорт и свалить. Некоторые просто думают, что тут безопаснее, — продолжил связист, — повезло только самым удачливым, которые ещё до гвардии убежали. А так-то весь гражданский транспорт конфискован для переоборудования. А времени эвакуировать нет.

Один рабочий на стремянке пытался снять труп. Рядом стоял грузовик с приличным количеством тел.

— Вот значит как, всё настолько серьёзно? — спросил я. Асель, идущая рядом, отвернулась от зрелища, зажав нос.

— Да, прыгают с высоких мест на корабли, пытаются залезть, несколько уже потеряли так, полная жопа, пришлось развернуть даже левые места для приманки, однако народу полно и всё видно, скоро и сюда все подтянутся.

— Значит на проволоке… это следы от них? — с отвращением спросил Квинт.

— Ага, кровь, желудочный сок, раздирают себе животы будь здоров! Тут ещё чисто, на других участках жмуров нет времени убирать, развешаны как на новогодней ёлке.

— Атас, — с энтузиазмом произнёс Ханс.

Уже столько смертей, хотя ещё ничего не началось.

— Вы пока под командованием комиссара Корса, — выдал связист.

— Пфф, нормально, чё, — ответил Маркус со смешком.

— Пора на стену, двоих пока будет достаточно.

— Значит так, — я развернулся ко всем, — Себастьян, ты, как всегда, за старшего. Присмотри за нашим космическим десантом, — показал я на Квинта и Асель, — Ханс, ты тоже тут, далеко не уходить, Маркус со мной.

— Спасибо, сержант, что избавили нас от рожи Корса, — поблагодарил Ханс.

— Ага, точно, — подтвердил без энтузиазма Маркус.

Вдвоём мы направились к лифту.

Тем временем на корабле.

Такар стоял возле огромного окна посадочных доков, смотря на планету. Его челнок так и не вылетел. За спиной слышались крики офицера:

— В смысле неисправно?! Вчера была ваша смена, всё должно быть вылизано, я же предупредил, вы сечёте?! Я вас в комиссариат сдам и вас там будут пытать пока стонать можете!

Перед ним стояла группа рабочих.

— Сержант, — к Такару подошёл боец из отделения, — вы, похоже, не очень расстроены, что нам отменили рейс, — ухмыльнулся гвардеец.

— Ну от того, что я буду топтать ногами и кричать, вряд ли что-то изменится, в отличие от офицера, так что пусть он этим занимается, — Такар всматривался в даль космоса.

— Хм, — протянул он, заметив что-то необычное на свету звезды. в следующую секунду выражение его лица начало стремительно меняться. Оружие гвардейца, стоящего рядом, едва не выпало у него из рук.

— Сержант, — произнёс он, с ужасом на лице, — это ведь… это же не просто… космическое явление?

На поверхности планеты.

— Сержант Эроу! Где вас носит? — проворчал Корс идя к нам навстречу. На вершине стены дул приличный ветер. Хотя отсюда открывался прекрасный вид на каменистое плато и множество отдельных нежилых построек.

— Извиняемся, комиссар, я слышал про рапорт…

— Да, — он вынул инфо-планшет, — прочтите это и побыстрее.

По первым строчкам я пробежался за минуту. Вскоре на экран упала тень. Слегка поморщившись, я начал прибавлять яркость кнопкой. Но вскоре это пришлось сделать ещё раза три.

— Аа, серж… ант, — протянул Маркус.

— Да чтоб тебя… Чего? — обернулся я к Маркусу. Он поднял палец на звезду.

— Это что? Это… Затмение?…

Подняв голову, я почувствовал как пульс учащается.

Огромная тень закрывала звезду. По спине пробежал холодок. Я сжимал планшет с такой силой, что экран начал поскрипывать.

— Император храни… — произнёс Корс, обсуждавший что-то с офицером неподалёку.

Возня на стене сошла на нет. Такое ощущение, что ветер был единственным, что издавало сейчас звук. Как завороженные, все смотрели наверх.

— Это не затмение, — произнёс я, — это тираниды!