Второй шанс

24. Всегда готовы!

Машина неслась по ночному городу. Пестрые витрины мелькали в окне на периферии моего зрения. Я же смотрел во влажные зеленые глаза склонившейся надо мной девушки, гадая, мерещатся ли они мне или же все происходит в реальности. Соленые капли падали мне на щеку и стекали по губам.

— Как он там? — раздался спереди голос Демона.

— Очнулся, — одной рукой Яна аккуратно коснулась моего лица. — Максим, ты меня слышишь?

— Ага, — едва ворочая языком, отозвался я.

— Ха! Живой, сучара! — торжествующе взревел Демон и, отведя одну руку, потрепал меня по плечу.

Это было больно. Я скрипнул зубами.

— Убери грабли! — Яна, на коленях которой я лежал, грубо оттолкнула Димину руку. — Лучше за дорогой следи.

— Сейчас налево, — сосредоточенный голос Зиминой резанул по ушам. Она сидела на пассажирском сидении спереди. — Я отключу все камеры на перекрестке, чтобы запутать следы. Но ненадолго, так что поднажми.

В моем путаном сознании промелькнула радостная мысль о том, что все мы живы. По крайней мере, пока.

— Это я запросто. — Окончание Диминой фразы растворилось в натужном гуле мотора.

Машина дернулась и понеслась еще быстрее.

По моему телу пробежали судороги. Пальцы скрючились, лицо перекосило, лежавшие на заднем сидении ноги дернулись так, что врезались в дверцу.

— Тише-тише, — Яна, не зная, что делать, просто гладила меня по щеке. — Все будет хорошо. Айболит тебя вылечит.

— Хотелось бы, — с трудом прохрипел я, когда приступ стих. — Мне…

— Куда прешь, пид***с! — заорал Демон, вжимая педаль тормоза в пол.

Машина качнулась. Яна наклонилась вперед так, что ее грудь ткнулась в мое лицо.

— Извини! — девушка поспешно выпрямилась и поправила мою голову. — Что ты хотел сказать?

— Что мне уже лучше, — я попытался изобразить улыбку, но не уверен, но получилось именно то, что было задумано.

Тень смущенно отвернулась и спрятала лицо в волосах.

— Может, мне вас в мотель отвезти? — хохотнул Демон и выкрутил руль так, будто собирался воплотить предложение в жизнь прямо сейчас.

— Завались, — посоветовала ему Яна.

— Хера с два, — привычно отозвался Дима. — Макс, к тебе дар что ли вернулся?

— Нет, — ответил я и закашлялся так, что заболели мышцы пресса. — Это «Благодать». Я, кажется, три ингалятора использовал.

Демон даже от дороги отвлекся, повернулся и удивленно уставился на меня.

— Нах*я? — ошарашено спросил он.

— Другого выхода не бы… — я плотно стиснул губы, подавляя приступ тошноты. Тело снова затрясло.

— У тебя передоз походу, — Яна погладила меня по волосам. — И переутомление. Я чувствую, как ты изможден.

— А еще у тебя руки похожи на люля-кебаб, который забыли на мангале, — без тени сочувствия вставил Демон.

— Прекрати, — Зимина толкнула Диму в плечо. — Рули направо. Там через перекресток налево и под мост.

— Так точно, капитан, — без энтузиазма отозвался наш водитель.

— Ты выкарабкаешься, — сказала мне Яна. Ее лицо приблизилось к моему. Влажные губы коснулись лба. — Выкарабкаешься. Я знаю.

Мне хотелось коснуться ее руки, но сил почти не осталось. Каждый раз, когда я моргал, глаза открывались все неохотнее.

— Не вырубайся! — Яна потрясла меня за плечо. — Будь со мной! Не отключайся, Макс!..

Наверное, она говорила что-то еще, но я ее уже не слышал, так как провалился в кромешный мрак. Сознание приятно поплыло в темноте, которую освещали вспышки минувших дней от детства, до боя со Старшим. Одна картинка менялась другой, затем они сливались, разделялись и крутились в разные стороны до тех пор, пока сознание полностью не отключилось.

В себя меня привела невыносимая резкая вонь и строгий знакомый голос.

— Догеройствовался?

— М? — с трудом разлепив глаза, я увидел размытое коричневое пятно. Оно то отдалялось, то приближалось и лишь спустя несколько секунд приняло очертания деревянного потолка с незамысловатой люстрой.

— Тебе несказанно повезло, Максим. — Теперь я узнал говорившего. Им оказался Айболит. Он подъехал ближе, убрал из-под моего носа вонючую ватку и принялся ощупывать мои руки.

— Дуракам всегда везет, — пробормотал я и попробовал пошевелить конечностями.

Получилось! Причем без особого труда.

— В таком случае, я тоже дурак, — Айболит отодвинулся, чтобы вернуться и показать мне пустой шприц, на внутренних стенках которого блестели какие-то стразы.

— Ты меня в фею превратить решил? — я приподнялся на локтях и сел. — Что это?

— То, из чего я когда-то синтезировал «Благодать», — пояснил доктор. — Немного моей плазмы, капелька того, щепотка сего. Ты уверен, что тебе нужны детали? Список большой.

— Тогда не надо, — напрягать извилины мне сейчас не хотелось. — Долго я провалялся? — я принялся разглядывать перебинтованные руки. Белые полоски марли охватывали плечи, предплечья и все пальцы, формируя на кистях подобие варежек.

— Яна сказала, что ты отрубился на выезде из Москвы, значит, — Айболит глянул на часы на стене, которые показывали тринадцать-ноль-пять, — восемь часов, плюс-минус.

— Ого, — я присвистнул, недоумевая, как доктор смог так быстро привести меня в чувство. Тогда, в машине, мне казалось, что я уже не выкарабкаюсь. — Тебе бы нобелевку за такое.

— Скажешь, когда соберешься ее вручать, — скупо улыбнулся Айболит. — Говорю же, тебе повезло. Если бы не блокаторы дара в твоей крови, три дозы «Благодати» в короткий промежуток времени вывернули бы тебя наизнанку. Ты и так чуть не умер. О чем ты вообще думал?

Я пожал плечами, отметив, что мышцы все еще ноют, как на следующий день после изнурительной тренировки. Но боли почти не было. Ощущалась лишь усталость нервной системы. Мысленно переместившись в события минувшей ночи, я сказал:

— О том, чтобы спасти Яну и довести дело до конца.

— И только? — Айболит вскинул бровь, от чего его неправильной формы и пропорций лицо стало выглядеть еще карикатурнее.

— Там везде были одаренные. Оружие оказалось бесполезно. Я тоже. У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда, — жестко отрезал доктор и тут же смягчился. — Но я рад, что ты сделал правильный и вернул нашу принцессу Несмеяну домой почти в целости и сохранности.

— С ней все в порядке? — я быстро огляделся, но в лазарете кроме меня и Айболита никого не оказалось.

Доктор принялся загибать тонкие пальцы:

— Ушибы, ссадины, усталость и уязвленное достоинство, — закончил он. — Первые две позиции я обработал, третья пройдет сама, а с четвертой не ко мне. В любом случае, переживать не о чем.

У меня отлегло от сердца.

— А что со мной?

— Жить будешь, — пожал плечами Айболит. — Но, как я уже говорил, если не перестанешь влипать в неприятности, то все может измениться. Негативное воздействие «Благодати» я нейтрализовал. Организм еще поштормит с недельку, но ничего серьезного. Рекомендую отказаться на это время от вредных привычек, чтобы ускорить восстановление и дать печени передохнуть. Постельный режим соблюдать нужно, но без фанатизма.

Я кивнул и с надеждой спросил:

— А что насчет дара?

— Пока ничего сказать не могу, — с сожалением ответил Айболит. — Твой случай первый на моей практике. Понятия не имею, что теперь с тобой случится. Может, ничего не изменится, а может поменяться все.

— Интересный диагноз, — я хотел было повернуться и спустить ноги с кровати, но решил еще немного полежать.

— Какой есть. — Айболит только руками развел.

В дверь постучали.

— Сказал же, чтобы не лезли, — зло прошептал доктор, но потом будто что-то вспомнил и строго велел. — Войдите.

— Доброго денечка, — дверь открылась и в нее вошел старший сержант Понамарёв. — Ой, — он вдруг отстранился, а спустя пару мгновений на мою кровать запрыгнул упитанный мейн-кун.

— Подстрахую, — раздался в моем сознании голос Котова. — Слушай и повторяй. И не забывай изображать похмелье!

— Я тут хотел бы тебе, Максим, пару вопросов задать, — старший сержант вошел в комнату и собирался закрыть дверь, но ее удержала красная лапа.

Демон встал на пороге и, сложив руки на груди, уперся плечом в дверной косяк. Судя по тому, как одаренный чуть посторонился, мимо него только что прошла невидимая Яна.

— А по какому поводу? — осторожно спросил я у стоявшего рядом с кроватью полицейского и зачем-то икнул.

— А ты не в курсе? — он внимательно посмотрел мне в глаза.

— Вчера я перебрал, ничего не помню, — подсказал мне голос Котова.

Я послушно все повторил вслух, не забывая при этом изображать метания похмельной души.

— Угу, — полицейский что-то зафиксировал в планшете и предупредил. — Я запишу наш разговор. Вы не против?

— Пожалуйста, — я как можно равнодушнее пожал плечами.

— Хорошо, — Понамарёв придвинул к себе стул и уселся на него, закинув ногу на ногу и положив планшет на колено. — Значит, вы вчера много выпили?

— Много — не то слово! — сообщил мне Котов. — Бутылки вон по всей веранде разбросаны и воняют — жуть. Как вы это пили вообще?

— Перебрал, — я кивнул полицейскому.

— А по какому поводу, если не секрет?

Котов молчал, и я решил импровизировать:

— Обмывал завершение испытательного срока.

Стоявший за спиной полицейского Демон довольно оскалился и тайком показал мне большой палец.

— Поздравляю, — коротко бросил старший сержант. — И до скольки вы пили?

— Всю ночь, — последовала подсказка Котова, которую я и озвучил.

— А что с вашими руками?

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы выслушать объяснение Котова и все самообладание, чтобы не вопросить у него, какого хера тут творится⁈ Точнее, что творится, я понимал, как и то, почему меня сейчас допрашивают. Это все из-за вчерашней заварушки. Судя по всему, Понамарёв ничего не знает, а мне нужно придерживаться общей версии происходящего, которую, судя по всему, придумывал не кто иной, как Демон.

Но делать было нечего.

— Обжег, — я поднял замотанные конечности и продемонстрировал полицейскому.

— Как?

— Не поверите, — я хмыкнул, — огнем.

— При каких обстоятельствах? — Понаморёв придвинулся ближе.

Я вздохнул и повторил слова Котова:

— Купил летнюю резину проходимую. Вчера дорогу развезло и, пока я сюда ехал, пять раз застрял — колеса не справились. Димке пришлось тачку из жижи вытаскивать. Грязный был, как черт. Потом я выпил, вспомнил, сколько эта вездеходная резина стоила, снял ее с машины и сжег. Сам при этом в костер свалился. Если бы не Димка, то так и сгорел бы весь. Совсем.

У меня в голове не укладывалось, кто может поверить в эту версию. Но полицейский важно кивнул.

— Значит, руки тогда и обожгли?

— Тогда, — кивнул Айболит. — У меня имеется медицинское заключение.

— Что ж ты так неаккуратно-то, Максим? — Понамарёв посмотрел мне в глаза и недоверчиво прищурился.

— А вы, товарищ старший сержант, если перепьете, всегда аккуратны? — я прищурился тоже.

— Я при исполнении, — напомнил мне полицейский.

Я невинно улыбнулся.

— Вот и я вчера исполнил.

Понаморёв вздохнул, после чего задал мне еще несколько дежурных вопросов и отстал. Он проговорил, что показания всех допрошенных совпадают, после чего демонстративно выключил планшет и обвел всех присутствующих тяжелым взглядом.

— Мужики, — вздохнул он, — ну я же не полный дебил.

— Вот блин, — делано всплеснул руками Демон, — а я так надеялся…

— Дима! — строго прикрикнул на одаренного дядя Миша, с трудом протискиваясь между ним и дверным косяком. — Лёнь, — обратился он к полицейскому. — Пойдем, переговорим без протокола, так сказать.

— Пойдем, — согласился Понаморёв и встал со стула и обратился ко мне. — Выздоравливай, Максим.

— Спасибо. — Ответил я. — Буду стараться.

Дядя и полицейский покинули комнату и, едва улыбчивая Кира показалась в дверях, позвали ее с собой.

— Кирочка, — обратился к ней директор «Вектора». — Составишь нам компанию?

Девушка обреченно вздохнула.

— Ладно, — она помахала мне рукой и ушла, так и не переступив порог.

Котов тут же юркнул следом.

— Тебе бы в актеры, — пророкотал Демон, подходя ближе и хлопая меня по плечу так, словно я был абсолютно здоров.

— А тебе бы в сценаристы, — кисло отозвался. — С таким воображением только идиотские комедии писать.

— Как ты узнал, что это я придумал? — удивился одаренный.

Я выразительно посмотрел в его глаза.

— Догадался.

— У меня было мало времени, — попробовал оправдаться Дима, но потом просто махнул рукой. — Да и пошел нахер, если не нравится.

— Не кипятись, — я прокрутил в голове произошедшее. — Вся эта история с шинами для того, чтобы не вычислили по рисунку протектора?

— Шаришь, — уважительно оттопырил губу Демон.

— И ты, раз все это придумал.

— Это старик придумал, — нехотя признался Димка. — Ну, то, что надо шины сжечь. Он еще Флору отправил на земле следы скрывать. Записи камер Нинка подчистила, так что к нам не прикопаться. Вроде как… — окончание реплики получилось не слишком-то уверенным.

— И все же, — я покачал головой. — Напиться, сжечь шины и свалиться в костер? Обязательно было из меня придурка делать?

— Из тебя его природа сделала, — Демон довольно оскалился.

— Ну, судя по полету твоей фантазии, хоть не из меня одного.

Улыбка сползла с лица моего напарника.

— Да пошел ты! Нормальная история вышла. Не нравится моя версия — придумай свою.

— В следующий раз напишу для тебя заготовку, — серьезно пообещал я.

— Если доживешь, — мрачно глянул в мою сторону Демон, после чего обратился к Айболиту. — Этот придурок доживет?

— Доживет. — Заверил его доктор.

Демон удовлетворенно кивнул и ушел.

— Не перестаю удивляться, как извращенно он пытается проявлять заботу, — покачал головой Айболит. — Очень своеобразный тип.

— Интересно ты завуалировал слово «придурок», — Тень появилась и села на краю моей кровати. — Как ты? — тихо спросила она, глядя мне в глаза.

Айболит нахмурился.

— Я же сказал, что он…

— А я не тебя спрашиваю. — Зло прошипела Яна. — Иди… езжай по своим делам.

— Это мой кабинет. — Насупился Айболит. — Сама иди. И пациента можешь с собой забрать. Не мешайте мне работать. Сейчас Нож, Движ и Упырь на осмотр и перевязки придут.

— Идти сможешь? — в голосе Тени звучала забота.

— Смогу, — я осторожно свесил с кровати ноги и встал. Поначалу колени подогнулись, но с каждой секундой я стоял все увереннее. Первый шаг, правда, сделал с помощью Яны. Дальше мог справиться и сам, но не спешил убирать руку с ее тонкой талии.

— Смотрю, ты здоров, — скептически подметила она, ощутив мои эмоции.

— Почти. Но тебе придется потерпеть в качестве извинений.

— За что?

— За то, что пошла на Старшего без меня, хотя мы договаривались.

— У тебя не было дара, поэтому я… — девушка неожиданно смутилась и отстранилась от меня.

— Это все очень мило, — сухо произнес Айболит, — но чересчур приторно. А у меня диабет. Так что не могли бы вы продолжить в другом месте? — он сделал жест руками, словно пытался отогнать с подоконника любопытных весенних птичек.

Мы вышли в коридор, где встретили насупленную Катю. Она сердито буркнула:

— Рада видеть в добром здравии, — хотя на вид была абсолютно не рада, после чего быстрым шагом пошла к двери.

Я хотел окликнуть ее, но меня остановила Яна.

— Она обижается, что мы не позвали ее с собой на вылазку.

— Так она на ногах едва стояла.

— Именно это я ей и сказала. Но она все равно обиделась. Просто дай ей время остыть.

Катя повернулась на пороге и, показав нам язык, вышла на улицу.

Из приоткрытой двери донесся голос Флоры, которая пыталась объяснить Демону, зачем утилизировать пластик. Мой напарник затянулся сигаретой и послал надоедливую защитницу природы в лес. Входная дверь закрылась, отсекая нас от словесной перепалки.

Мы с Яной пошли на кухню, где она приготовила мне кофе и погрела в микроволновке дядину солянку. С сомнением поглядев на содержимое тарелки, девушка поставила ее на стол передо мной.

— Не уверена, что это можно есть. Но вроде никто из попробовавших не умер. Пока.

— Если что — Айболит на месте. — Я только сейчас ощутил, насколько голоден и с удовольствием принялся за еду.

Даже разогретая в микроволновке солянка дяди Миши была хороша! Острая, кисловатая, насыщенная и густая, она отлично утоляла голод. Есть с забинтованными руками оказалось неудобно, но у меня получилось зажать ложку между большим пальцем и основанием указательного.

— Покормить тебя? — борясь с неловкостью спросила Тень.

— Спасибо, но не надо. Я не люблю ощущать себя беспомощным.

— Настолько, что использовал три «Благодати» разом, — язвительно бросила Яна. — О чем ты думал?

— О тебе.

Зеленые глаза девушки расширились, и она поспешно отвернулась, сделав вид, что обнаружила в открытом холодильнике по меньшей мере сундук сокровищ.

— Вот. Вроде все так делали, — Яна положила в мою тарелку ложку сметаны, щепотку зелени и дольку лимона, после чего с сомнением спросила. — Это действительно так вкусно?

— Да. Попробуй.

Девушка колебалась пару мгновений, после чего все же покачала головой.

— В другой раз. Пока с меня приключений достаточно.

Наступила тишина. Яна сидела на подоконнике, глядела в окно и неспешно пила кофе, а я боролся с ложкой за каждую порцию волшебной солянки от дяди. Годы шли, качество продуктов менялось, но ему каким-то непостижимым образом удавалось каждый раз добиваться одного и того же, знакомого мне с детства вкуса.

Удивительно.

Что это, если не суперсила?

— Когда я пришла к Старшему, — нарушила тишину Яна, он о чем-то говорил по телефону. Не успела понять с кем, но говорил он уважительно. Не так, как с нами.

— Он говорил, что за ним кто-то стоит. — Вспомнил я слова бандита. — Если его допросить…

— Ни разу не слышала, чтобы люди без головы могли разговаривать.

— Что? — я аж поперхнулся.

— Демон сказал, что, когда он за тобой вернулся, ты башку Старшего раздавил, как воздушный шарик, — Яна свела руки, словно давила на что-то невидимое, после чего развела ладони в стороны и пошевелила пальцами, изображая взрыв. — А потом еще и пожар начался. Нина подслушала полицейскую частоту — в логове Черепов ничего не осталось.

— Ну, — я помедлил, обдумывая услышанное, — с одной стороны это хорошо, если улик не осталось. А с другой…

— Не парься, — посоветовала мне Яна. — Лучше поправляйся быстрее. У нас работы полно. Твой дядя уже намекнул, что офис и дом сами себя не восстановят.

— Он нас в строители решил переквалифицировать?

— Нет, — Яна улыбнулась, — ремонтом займутся профессионалы, а мы будем зарабатывать деньги, чтобы им заплатить и… Почему ты на меня так смотришь?

— У тебя очень красивая улыбка.

Яна покраснела, решительно поставила кружку кофе на подоконник и… исчезла.

— Что я не так сказал?

Ответом мне стала тишина.

Сидя в гордом одиночестве, я тоже выпил кофе, держа кружку двумя руками и чувствуя себя идиотом. Заскрипела лестница второго этажа. Дядя проводил старшего сержанта, после чего собрал всех в гостиной.

— Дела такие, — объявил он и обвел всех сотрудников «Вектора» взглядом. — Банде Черепов вилы. У следствия имеются к нам вопросы, но нет доказательств. Леня мне по секрету сказал, что им сверху спустили приказ о возможной мобилизации всех агентств и наделении нас особыми полномочиями. — Дядя замолчал и задумчиво пожевал ус.

Мы все принялись переглядываться.

— В связи с чем? — спросил я, предчувствуя нечто нехорошее.

— Банды города сегодня как с ума посходили. — Сообщил дядя. — Кругом беспредел. Сейчас отморозки силами померятся и примутся Чертаново делить. Патрули не успевают туда-сюда мотаться. Просят помощи. Взамен обещают дополнительное финансирование. Но дело опасное, так что мне нужно письменное согласие каждого из вас и…

— Где подписать? — оживился Демон.

— Ты даже не дослушал. — Сказал ему дядя.

— Мне предложили больше денег за то, чтобы гасить уродов, — Димка кровожадно оскалился. — Я по любому в деле!

— Нисколько в тебе не сомневался, — поджал губы дядя Миша. — Что насчет остальных?

Все мы выразили согласие. Сотрудники «Вектора» выглядели скорее воодушевленными, чем расстроенными. Впрочем, меня это не слишком-то удивило, ведь я сам ощутил какой-то прилив сил от предвкушения настоящей работы.

— Хорошо, — кивнул дядя Миша. — Кирочка, ты подготовишь бумаги?

— Конечно, — девушка с готовностью кивнула и покосилась на меня. — А что насчет тех, кто на больничном?

— Да мы все практически здоровы, да? — Нож вскочил и тут же с шипением поджал забинтованную ногу. — Ну, почти.

— Почти, — дядя нахмурился. — Давайте вы пока восстановитесь, а там сориентируемся. Что скажешь, Толя?

— Соглашусь, — отозвался Айболит. — Как только пациенты смогут вернуться к своим рабочим обязанностям, я дам знать.

Все немного успокоились, а вот мое возбуждение не проходило. В груди гулко билось сердце, кровь пульсировала в висках, грудь ныла от глубоких вдохов. Яна заметила это первой и подошла ко мне.

— Все в порядке? — спросила она.

— Кажется, да, — я поднял правую руку на уровень глаз и посмотрел, как стягивающие кисть бинты неспешно пожирает слабое синее пламя.

Но в этот раз все было не так, как минувшей ночью. Дар, пусть и едва ощутимый, подчинялся мне целиком и полностью. И пусть сила вернулась не в прежнем объеме, но она вернулась! Огонь плясал на кончиках восстановившихся после ожогов пальцев, а я невольно залюбовался этим давно позабытым танцем.

Демон хохотнул.

— Ну дела! — громогласно гаркнул он. — Голубой огонек снова в деле!

Все уставились на него.

— Стремная кличка, — поморщился Движ.

— Ага, — согласился Вадим.

— Говорил же, — обратился я к напарнику, не пряча улыбки. — С фантазией у тебя просто беда.

— Да пошли вы! — беззлобно отмахнулся Дима. — Придумаете лучше — сообщите.

— А чего тут думать? — вмешался мой дядя. — У него в СОБРе позывной был Жар. Так ведь, Макс?

— Так, — я кивнул, мысленно возвращаясь в былые времена. Теперь эти мысли не вызывали у меня отторжения, как и звучание старого позывного. Кажется, мне, наконец, удалось смириться с прошлым и принять настоящее.

— Жар, — повторила Кира и тепло улыбнулась мне. — Звучит как-то по-французски, но мне нравится.

— Тебе… подходит, — кивнула Яна.

— А как по мне — говно. — Решительно заявил Демон. — Мой вариант в разы лучше и хера с два вы меня переубедите.

— Даже пытаться не буду, — я рассмеялся. — Проще со стеной договориться, чем с тобой.

— Это потому, что вы тупые.

— Это потому, что все тебя недолюбливают, — мягко вставила Кира.

— Почему все? — делано изумился я. — Только те, кто знаком с ним лично.

В гостиной раздался дружный смех. Демон тоже смеялся, причем громче всех.

— Ну, — тихо произнес дядя Миша, глядя на всех своих подопечных. — Будем считать, что боевое слаживание прошло успешно. Теперь можно переходить к следующему шагу.

— Это к какому? — поинтересовался я, усилием воли гася танцующее на пальцах пламя.

Дядя гордо подбоченился.

— Как это, к какому? — он подкрутил ус. — Стать лучшим агентством в Москве естественно! Так что отдыхайте, пока есть время, и набирайтесь сил. Скоро снова в бой. Вы готовы?

— Всегда готовы! — первым отозвался я.