Всеслава

Глава 27 Богдан и Тешка

Слава сжалась под испытывающим взглядом мужа. И хотя она не чувствовала своей вины, его пронзительный взгляд заставил ее поежится.

— Что тебе приказал сделать князь? — выпрямился Искро, глядя на нее сверху темными омутами глаз.

Слава посмотрела на застывшего рядом Богдана. Искро не выгнал его, значит можно при нем говорить. Девушка набрала воздуха:

— Чтобы я ухаживала за Остромыслом, — выдохнула она.

Он весь подобрался. Сжал кулаки. А в глазах зажглись странные огоньки.

— Значит ты отказала?

— Сказала, что у меня есть муж, которому тоже требуется уход. А для своего дружинника, пусть поищет кого-то другого, — в ее голосе прозвучал вызов.

Его брови приподнялись. Он сжал губы. А Богдан хмыкнул, упираясь ногой в лавку и опираясь на нее рукой.

— Прямо даже интересно у кого ты так бесстрашно дерзить научилась? — он искоса посмотрел на Искро. Тот бросил на него хмурый взгляд.

— Я не могла поступить иначе, — вырвалось у Славы.

— И правильно сделала, — послышался голос Тешки. Из бабьего кута показалась жена Богдана, — я была у князя, когда он тебя позвал, — объяснила она. — Не понравилось мне, как Гостомысл себя ведёт, побежала к Богдану. А он уже нашел Искро. Прости, быстрее не получилось, — она кивнула на рубаху Искро, в которой та сидела, — сильно досталось?

— Нет. Только один удар, — на этих словах она заметила, как дернулся муж, словно удар хлыста пришелся по нему, а кулаки сжались, — все нормально. Скоро заживет.

Слава окинула взглядом мужа и поднявшись шагнула к сундуку. Достав первую попавшуюся рубаху, протянула ему. Тот молча натянул ее на себя.

— Ты молодчина, Слава, — присел рядом с женой Богдан, — смелости тебе не занимать. Впрочем, это было ясно с первой встречи. Ты так отважно противостояла Искро! У нас тут его мужики боятся. Что уж о бабах говорить.

Слова лишнего молвить страшатся. Князь и тот предпочитает не связываться с ним. А ты в открытую вызов бросила. Да еще умудрилась натравить на него деревенских парней. И как ловко! За вороток! Стенка на стенку! Да еще после того, как он полдня пахал как лошадь по хозяйству.

Слава покосилась на мужа, чувствуя, как заалели щеки. Он же спокойно стоял напротив, сложив руки за спиной. Поймав ее взгляд, подмигнул ей. Теперь-то она понимала, что эти виды борьбы не были для него новыми. Он с детства в них сражался. Знал все досконально. Обхитрил ее, умолчав о своем происхождении.

— Когда мне Богдан рассказал, я долго смеялась, — призналась Тешка, — это ж надо было умудриться заставить его в за-вороток биться! Вятича! Хотя я понимаю тебя, Слава. Будь он степняком вряд ли бы смог долго продержаться. Зато какие гуляния на Любомир! Будет что внукам рассказывать!

Взгляды Славы и Искро встретились. В ее глазах отразилось изумление и испуг. На лице Искро мелькнула растерянность.

— Да ладно тебе, Искро. Я ведь не дурак, — посмотрел на него Богдан, и хмыкнул, видя потерянность друга, — хотя, наверное, дурак. Потому что именно Тешка мне сказала, что ты никакой не степняк, а наших кровей.

— И ты молчал?

— Мы решили, что раз ты не хочешь об этом говорить, значит на то есть причина, — пожала плечами Тешка, — но поверь, это случилось не так давно. Мы тебя и как степняка приняли.

— Кстати, Верислав тоже об этом знает. Проговорился, после твоего сватовства, — усмехнулся Богдан, — он тогда сказал что-то вроде, хорошую девицу для нашего вятича нашли. Уж не знаю, как он догадался.

Слава впервые видела, что муж не может справиться с эмоциями. Его лицо отражало всю гамму чувств, которые можно представить. Она посмотрела на Тешку.

— Как ты догадалась?

— Не сразу. Просто все сложилось в общую картинку. Его манера говорить, когда он взволнован. Ты же видишь, он чисто по-нашему говорит. Только, когда тревожится говор меняется. И то несильно. У степняков такого нет. Они всегда по другому речи молвят. Даже, если язык наш хорошо знают. А уж когда в гневе или не в себе, так вообще по-своему лопочут. Я никогда не слышала, чтобы Искро по-ихнему говорил. Он даже ругаться по-нашему предпочитает. — Слава мысленно согласилась с Тешкой. Та же продолжила, с улыбкой переводя взгляд с Искро на Славу и обратно:

— Потом, знание наших обрядов. Он хоть и не ходит на наши праздники, но я не видела, чтобы и иноземным богам поклонялся. Зато на наши капища с уважением заходит. — Здесь Слава была согласна с ней, вспомнив, как Искро вел себя на Любомир в капище Сварога а потом Лады. — С волхвами уважительно ведет. Рубахи вон с твоей обережной вышивкой носит. Не стал бы степняк этого делать.

Слава поймала на себе взгляд мужа.

— Может это он просто, чтобы меня не расстраивать? — нашлась она. Но Тешка покачала головой.

— Ты мало степняков в своей жизни видела, Слава. Нам с Богданом немного больше довелось их встречать. Еще до того, как мы сюда приехали, почти год они поселок, где мы жили в своих руках держали. Я сразу вижу разницу. И потом, это странное, на первый взгляд, желание сражаться против степняков.

— Я же наемник, — бросил Искро внимательно слушая Тешку. Та покачала головой.

— Не думаю, что ты бы на своих оружие поднял.

— Ты слишком внимательна, Тешка, — щурясь проговорил Искро. Она только кивнула. — Только наемник не будет смотреть на совесть. Коли платят, пойдет и на своих.

— Но она все правильно подметила, Искро, — встряла Слава.

— Она у меня такая, — в голосе Богдана звучали горделивые нотки, — именно поэтому нам с ней удалось выжить там. — Богдан неопределенно махнул головой куда-то в сторону.

Тешка улыбнулась мужу и вновь посмотрела на Славу.

— Когда ты единственная девочка в семье и растешь среди братьев, тебе приходится быть внимательной и смышлёной.

— Понимаю, о чем ты, — Слава вспомнила своих братьев, — я хоть и не единственная девочка в семье, но от братьев тоже доставалось. Пришлось быстро взрослеть.

Женщины переглянулись улыбнувшись друг другу. Богдан закатил глаза.

— У тебя есть сестры или братья, Искро? — спросила Тешка. Слава резко вскинула голову на мужа.

— Нет, — хрипло ответил он.

— Они погибли, — добавила Слава, чтобы больше не возвращаться к этому вопросу. Тешка и Богдан извиняюще посмотрели на него. Тешка поерзала в руках мужа, устраиваясь по удобнее. В этот момент ребенок видимо сильно пихнулся. Потому как Тешка тихонько ойкнула, прижав руки к животу. Богдан прижал жену к себе, положив свои руки поверх ее. Взгляд Славы затуманился, а губы слегка дрогнули в умиленной улыбке. Искро не проявлял открыто своих эмоций, но, когда они оставались наедине, непременно, обнимая ее, так же нежно и аккуратно клал руки на ее животик. Хотя ее фигура еще не сильно изменилась. Срок был небольшой. В такие моменты Слава замирала, давая возможность мужу привыкнуть к новым и незнакомым для него ощущениям. Осознать, что отныне он не только муж, но и отец. Глава Рода.

Тешка посмотрела на Славу и ее глаза хитро блеснули.

— У нас в деревне есть поверье, что той, кто только понесла надо положить руку на живот женщине, которая на сносях. Богиня Рожена благословляет обоих детей, связывая их одной судьбой.

Слава встретила ее взгляд. Рука Искро опустилась на ее плечо.

— Да хватит вам уже скрываться! — рассмеялась Тешка, видя их недоумение и растерянность. — Понимаю, что пересудов избегаете, да сглазы отвести хотите. Сама до последнего как могла молчала. Но нам-то можно признаться! Я ведь через это проходила, Слава. И когда тошнит от всяких запахов. И есть непонятно чего хочется. Причем постоянно, — она подмигнула Искро. — Наверное сейчас по более твоего ест, а?

Ее муж только кивнул. Слава обреченно вздохнула. Она и не замечала. Теперь будет внимательнее за собой следить. Искро выразительно на ее посмотрел, слегка сжав пальцы на ее плече.

— А еще вечно просит чего-то непонятного, — тихо проговорил он. — Давече, на озере были. Так она камни грызла.

Слава смущенно вспыхнула, а Тешка рассмеялась, похлопывая мужа по руке. Тот только многозначительно хмыкнул.

— Камни это еще ничего, — в тон жене ответил Богдан, ласково прижимая ее к себе, — моя мне все кожаные пояса сгрызла.

Слава посмотрела на пояс мужа на своей талии. Пока ее на такое не тянуло.

— Еще кто-то знает? — неожиданно хриплым голосом спросил Искро.

— О чем? — улыбаясь посмотрел на него Богдан. — О том, что ты наш или о том, что у вас будет малой?

— Богдан! — в голосе Искро прозвучали угрожающе нотки, которые только рассмешили их.

— Про беременность, вряд ли кто знает, — ответила Тешка, — да и я бы не догадалась, не заметь тебя в саду, за обе щеки улепетывающую пироги. А потом видела, как тебя мутило от рыбы.

— Про вятича ничего сказать не могу, — взглянув на товарища ответил Богдан, — я этот вопрос ни с кем не обсуждаю.

На лице Искро было такое выражение, словно только что свершилось чудо, и он стал его свидетелем. Слава понимала мужа. Фактически большую часть жизни он жил одиноко, привык никому не доверять и во всех видеть врагов. А рядом с ним были друзья. Поднявшись, она шагнула к мужу, обнимая его за талию. Он притянул ее к себе, невольно задев место удара. С губ девушки сорвался стон. Он тут же стал сосредоточенным и напряженным. Заметив это, Тешка и Богдан переглянулись. Понимая, что друзьям надо побыть наедине, Богдан поднялся, протягивая руку жене и помогая той встать.

— Давайте вечерком посидим на берегу, — предложил Богдан, — Ночи хоть и прохладные, да Тешка моя любит гулять. Костер разожжем. Просто поговорим.

Искро кивнул, принимая приглашение.

Тешка с Богданом ушли, а Искро подошел к своему сундуку и, немного порывшись в нем, достал какую-то баночку.

— Пахнет не очень, — ответил он на ее взгляд, — но по крайней мере быстро все заживёт. И от степняков есть польза… знают они толк в снадобьях. Давай я помогу.

Он помог ей стянуть рубаху и уселся рядом. Слава терпеливо ждала, когда он нанесет мазь. Прикосновение его пальцев к обожжённой розгами коже, казалось невесомым. Мазь приятно холодила, принося облегчение. А его пальцы, втирающие мазь, заставляли забыть о произошедшем.

— Как ребенок? — прозвучал его вопрос.

— Нормально. Срок еще маленький. Навредить можно, но сложно.

Он отставил баночку. Притянул ее к себе, обвив руками. Слава прислонилась к нему, прикрыв глаза.

— Ты им расскажешь? — поинтересовалась она. Искро пожал плечами, поглаживая ее живот.

— Наверное, но не все, — проговорил он, — не стоит им все знать.

— Как и мне? — повернулась она к нему.

Он кивнул, отводя взгляд в сторону. Девушка взяла его руку и перевернула, проведя пальцем по шрамам и мозолям на его ладони.

— Возможно ты никогда и не расскажешь мне всего, что с тобой произошло, Искро, но ты не одинок. У тебя такие замечательные друзья.

Он прямо посмотрел на нее. Слава готова была отдать все что у неё есть, лишь бы узнать его мысли. Искро вздохнул, коснувшись губами ее ладони.

— У меня есть ты, — неожиданно проговорил он.

Слава смотрела на него, вспоминая, каким он был, когда они впервые встретились и каким стал. За эти месяцы Искро изменился. Правда только с ней. Стал более открытым. Мягким. Хотя в нем это всегда было. Просто было спрятано очень глубоко. И ей нравились эти перемены. Однако то, что происходило вокруг заставляло задуматься.

— Князь недоволен, что я не доношу на тебя. Мне кажется, что Остромысл, был просто поводом, чтобы показать свою власть.

— Так и есть, — он наклонился вперед, уперевшись локтями в колени, — и он будет пытаться добиться своего любыми способами. Что он придумает в следующий раз, богам ведомо. Остается только надеется, что ты не пострадаешь.

— Я буду осторожна, Искро.

Их взгляды встретились. Искро кивнул, понимаясь.

— Переодевайся и пошли. Богдан заждался.

— Мы с Богданом с детства вместе росли, — Тешка тепло улыбнулась мужу, который подкинул в костер несколько сухих веток. Они сидели на берегу озера. Давно стемнело и только яркое пламя отражалось в мутной воде. Слава грызла яблоко, слушая подругу и наблюдая за яркими вспышками звезд в ночном небе. Заметив, что ей зябко, Искро притянул ее в объятия, накинув на плечи край своего утепленного плаща. Слава с благодарностью посмотрела на него.

— Когда мне минула тринадцатая весна нас с Богданом просватали. На следующее лето мы должны были стать мужем и женой. Однако отец нашел мне другого жениха. Более состоятельного. Сын купца. Понравилась я ему, вот и пожелал меня в жены взять. Моего мнения никто спрашивать не стал. Да и зачем? Я единственная дочь. Отдав меня в семью купца, отец хорошее приданное получил бы. Я случайно, услышала их разговор. Сначала растерялась, а потом к Богдану побежала.

Богдан усмехнулся. На его лице отражались огненные всполохи.

— Я в амбаре спал. Слышу сквозь сон — дверь скрипит. Глаза открываю. Кикимора. В одной нижней рубахе, с распущенными волосами. Лежу, а у самого сердце замирает. Ну думаю, коли кикимора к тебе пожаловала, ждать тебе Богданушка неприятности. Потихоньку к стенке отполз. Может и не заметит. Мимо пройдёт. А она огляделась и ко мне. Я чуть к Марене не отправился, — рассмеялся он.

— У меня не было времени, чтобы одеться, — покраснела Тешка.

Слава поймала на себе взгляд Искро, но не стала поворачиваться. Она догадывалась, какие мысли бродят в его голове. В ее памяти тоже всплыла их первая встреча, когда он ее древесницей-чаровницей назвал. Как забавно получается. Два друга своих жен за таинственных духов леса и дома поначалу приняли.

Руки Искро слегка сжали ее плечи. Слава прильнула к нему, согреваясь его теплом.

— Поговорили мы с Богданом, — продолжила между тем Тешка, поглаживая свой живот, — и бежать решили. Не хотела я за нелюбого идти. Да и Богдан мой меня отдавать другому не хотел. Но где нам с сыном купца тягаться? Отец мой мельник. У Богданушки — пахарь. Решив не затягивать с этим, стащил у сестры одежду и той же ночкой мы ушли. Идти пришлось долго, обходными путями, чтобы не поймали. Да и в город опасно было соваться.

— Я на тот момент совсем не опытным был, — продолжил Богдан, — но понимал, что в именно в городе нас и будут искать, поэтому уходили на юг, лесными тропами. Подальше от мест, где нас знали.

— Мы почти все лето в лесу прожили, — снова заговорила Тешка, — а по осени поняли, что надо искать, где жить. Сами мы с Торусы, *(Город получил по реке Таруса (ранее Торуса, также Таруска), на которой был основан) с тех мест, где речка Торуса в Оку впадает. Пошли по Оке на юг, к истоку. Да потом передумали. На восток повернули. В Дедославль. Почти год там прожили. По дороге, в осень, просили благословение у Ладушки. Там со степняками впервые столкнулись. Как только смогли ушли. Сюда уже на следующее лето пришли.

— Думал вглубь земель уйти, — встретив взгляд Искро продолжил Богдан, — в Козельск или Мещевск. Да жить надо было как-то. А мы оба деревенские. К городской жизни не приучены. Я поначалу воем пошел. Налеты здесь в то время были привычные. Много людей гибло. В том числе и дружинников. Вот князь и решил новых набрать, — рассказывал Богдан, — решил рискнуть. Обещал он много, да не сдержал слова. Я той осенью думал уйти, когда ты появился, — он посмотрел на Искро, — да понял, что многому у тебя научится смогу. Вот и остался.

— А потом и я понесла, — улыбнулась Тешка, — долго нас Лада нас не слышала. Видимо за наш побег деток не давала. Зато теперь вон…счастье какое. Вы тоже счастливые, раз Лада вас дитятком благословила так скоро. Расти вместе будут.

Слава посмотрела на мужа. Вряд ли. Искро был настроен решительно на уход.

— Да, конечно, — пробормотала она, вновь оборачиваясь к друзьям. — Так ты с родными так и не помирилась?

— Нет, — вздохнула Тешка, — далеко мы теперь. Не доехать. Да, поди уже и похоронить успели.

— Главное, что вы вместе, — глядя на них через костер проговорила Слава, — это же великое счастье жизнь с любым прожить.

— Согласна. Не представляю себя женой другого, — Тешка поежилась, — я бы, наверное, не смогла бы с нелюбым жить.

Почувствовав на себе испытывающий взгляд Искро, девушка подняла к нему голову. Его лицо было наполовину освещено костром. Огонь равными всполохами освещал черты его лица. Слава смотрела на него, думая о том, что сказала Тешка. Жить с не любым. Она тоже когда-то думала, что это невозможно. Но ведь прошло совсем немного времени и этот незнакомец, поначалу пугающий ее, стал ей не просто мужем. Взгляд девушки затуманился. Да и был ли Услад любым? Скорее всего просто увлеклась им. Конечно, за долгое время обратил на нее внимания. А она и рада была, и ничего подозрительного видеть не хотела. Она не заметила, как исказилось лицо Искро, погрузившись в свои думы. Ее руки легли на живот, что не ускользнуло от пристального взгляда ее мужа. Рывком поднявшись, он спустился к воде и запрокинув голову, уставился в небо. Проводив его взглядом, Слава посмотрела на мило воркующих друзей.

Как бы все сложилось, не узнай на правду об Усладе? До сих пор считала бы его любым? И будь он действительно любым. Смогла бы она принять Искро? ведь она всей своей душой она приняла его. Потянулась к нему, как цветок к солнцу. И она прекрасно понимала Тешку, глядя на темную тень мужа на берегу. Слава не хотела обманывать саму себя. Она бы не смогла быть с кем-то другим, кроме Искро.

Повинуясь какому-то порыву, она поднялась и спустилась к озеру, туда, где задумавшись стоял мужчина. Обняв, положила голову на его спину. Некоторое время они стояли тихо, греясь друг от друга и прислушиваясь к приглушенным голосам друзей.

— Они такие счастливые, — глядя на Богдана с Тешкой произнесла Слава, глядя на темные тени в свете костра на берегу.

— Да… Счастливые.

Ей показалось, что его голос дрогнул? Она подняла голову. Обошла его, встав перед ним. Ее голова слегка склонилась в бок, пока она всматривалась в его лицо, прокручивая в памяти разговор.

— Искро, — прошептала она, касаясь рукой его щеки, — я счастлива, что ты стал моим мужем. И благодарна матушке Макоши, что она связала наши нити жизней вместе.

Искро внимательно всматривался в ее лицо. Странная тень пробежала по нему при ее словах, словно она разбередила старую рану. Его губы слегка скривились в горькой усмешке.

— Слава! Искро! — донесся до них голос Тешки. — Идите сюда. У воды совсем замерзните. А тебе болеть нельзя.

Кивнув, Слава стала подниматься, по склону наверх, когда услышала негромкий вопрос.

— Только мужем, Слава?

Она чуть не оступилась, но он успел подхватить ее, не дав упасть. Дрожь пробежала по ее телу, стоило ей увидеть его глаза. Что он имел в виду? И почему смотрит на нее, словно она нанесла ему смертельную рану?

— Слава! Искро! Давайте к нам!

Слава моргнула. Отпустив ее, Искро криво усмехнулся, указывая ей на тропинку.

— Пойдем, Слава. Нас ждут.

Искро шагнул вперед, протягивая ей руку и поддерживая, чтобы она не упала. Опираясь на него, Слава легко поднялась наверх. В ее голове звучал его вопрос.

— О чем ты Искро? — тихо спросила она, останавливая его. Он взглянул на нее и покачал головой.

— Не важно, — так же тихо ответил он. — Возможно ничего не изменится. Поэтому пусть остается так как есть. Я твой муж, Слава.

Она кивнула. Да что он хочет сказать? Зачем эти загадки? Искро подтолкнул ее к костру, а сам шагнул следом. Яркий костер на берегу согревал своим теплом друзей, отражаясь дрожащими бликами в мутной воде озера.