Восход Паргелия. Аделина

Глава 9

Падение это не полёт, не движение на пару с ласкающим ветром где-то между землей и облаками. Нет. Падение это страх перед собственным бессилием, это миг жестокости стихий, насмехающихся над человеческой беспомощностью, словно напоминая о том, как мы ничтожны.

Эраис обнял меня в последний момент перед прыжком и крепко сцепил руки. Воздух, жестоко скользящий вдоль тела, обжигал кожу, не давая открыть глаза. Невозможно было сделать даже крохотный вдох, воздушные потоки стремительно скользили мимо. Я хлопала губами как рыба, в надежде ухватить хоть немного, чтоб вовсе не задохнуться. Мы падали бесконечно долго. Сильные руки Эраиса напоминали о том, что это не сон, а сумасшедшая реальность.

Падение завершилось, едва пальцы ног соприкоснулись с водой. Земля, воздух и вода… Вот он идеальный вираж, безупречная игра стихий…

Мои мысли прервало удушье, сопровождающее полное погружение под воду. Я не успела сделать глубокий вдох и немедленно открыла глаза в воде. Тьма расступилась и появились расплывчатые блики света. Я барахталась вверх, когда за ногу схватило нечто и потянуло к себе. А затем отпустило.

Я вынырнула на поверхность, и водой оказался пруд возле замка. Снова кто-то потянул за ногу и отпустил.

— Эраис! — позвала я. — Эраис!

Знакомая голова резко показалась над водой, но лицо изменилось. Глаза засветились ярким пламенем, кожа начала тлеть и лопаться прямо в воде, а на лице появились наросты.

— Скорей! Убирайся! — прорычал он не своим, диким и страшным голосом. — Беги на Остров!

Страх адреналиновой волной прокатился по телу. Я собрала все оставшиеся силы и догребла до берега.

Карабкаясь по каменным ступеням, отворила тяжелую дверь, и забежала внутрь. Знакомый холл, путь до заветной двери под гулкий рёв, сотрясающий каменные стены, и вот я стою нагая и босая по ту сторону мрачного коридора, посреди так называемого Острова.

Я осмотрелась по сторонам. Благо, что свечи горели повсюду, и судя по стекающему воску и застывшим подтекам, освещение здесь поддерживают всегда, ведь в комнате нет окон. Небольшой обустроенный зал, похожий на смарт-квартиру, где была и еда на столе, и запасы в углу, и мягкая кровать, и теплая ванная. Только одно отличало эту комнату от похожих в замке — это знаки везде, на стенах и полу, на всех предметах и даже на кожуре апельсинов. Кстати, еда!

Я прошлёпала босиком вглубь комнаты, потому что Эраис заставил сбросить балласт перед прыжком и ботинки остались у Лайго на память. В одной лишь сорочке, что еще пахла кострами, подошла к столу и набросилась на еду как голодная львица. Наверняка голод усилил страх, ибо теперь, насытившись сполна, я лишь равнодушно прислушивалась то к приближающемуся, то удаляющемуся реву за дверью. Свернувшись калачиком, я так быстро провалилась в сон, что даже не успела осознать опасность, распознать свою силу, появившуюся буквально только что, от которой не осталось и следа вовсе. Тело подчинила лишь усталость — густая, назойливая, необъятная…

— Леди, просыпайся! Просыпайся!

Хлод теребил за плечи, когда я пришла в себя. Отдохнувшей я себя не чувствовала. Внутри все горело, кости крутило, и хотелось очень сильно кушать.

— Хлод, я туда не пойду! Вчера я слышала рёв и видела его лицо! — пробормотала я, дожевывая теплую коврижку, только что принесенную Хлодом.

— Три дня. Минуло три дня, — нехотя отозвался Хлод, топчась на месте.

— Три дня?! Я спала три дня? Чертовщина какая-то!

— Надо идти, хозяин ждет.

— Нет, я отсюда не выйду, здесь можно жить! А если ты будешь таскать мне еду, то будет вообще супер! Я туда не пойду, я боюсь!

— Хранители здесь.

— Какие Хранители? Кто? Люди из этого мира? — поспешила я разузнать, кто же наведался и сможет ли мне помочь бежать.

— Да.

И всё. Просто исчерпывающий ответ — да. Что ж, от Хлода я другого не ожидала. Если я останусь здесь, то пропущу один из немногих шансов на спасение. Лайго сказал, что я умру из-за Эраиса, если… А если не будет этого «если», то и умирать-то не придётся! Набрав полную грудь воздуха, я объявила:

— Хлод, так чего же ждать?! Пойдем скорее!

Кое-как сама затянула сзади шнуровку тяжелого розового платья, что принес Хлод, который снова позабыл о белье. Хотя, наверное, те рюшечные панталоны, что прилагались к такому же рюшевидному платью и были трусами. Напялив на себя все это, я поплелась вслед.

Эраис стоял за дверью. Облаченный в длинный летний плащ, лишь сменил позу, когда заметил меня. Стал более живым, что ли. Хлод прошел мимо и скрылся в полумраке, оставляя нас одних.

— Выспалась? — нарушил тишину Эраис.

— Нет, еще повалялась бы, — несмело прошептала я.

Маг выглядел свежо и привлекательно. Контраст белых волос, собранных в пучок на макушке, и темных одежд всегда гармонировал с чернотой глаз и бледностью кожи. С трудом верилось, что мужчина, безмятежно стоящий напротив, ужасный монстр в глубинах тьмы своей души.

— Как тебе комната фантазий?

— В смысле? Остров? Это же обычные покои, разве нет? — удивилась я.

— Вероятно, ты просто очень хотела отдохнуть, поэтому ничего другого не желала. На Острове может быть все, что угодно — ты можешь погреться на пляже, взойти на снежную гору, попасть под дождь, помолиться в церкви… Ты сама придумываешь место, где хочешь укрыться.

— И что, я могу повидаться с семьёй? Пусть и ненастоящей… — добавила я, тихо буркнув под нос.

— Нет.

— Понятно.

Я потопталась на месте, переваливаясь с ноги на ногу, и в надежде послабить шнуровку корсета, затянула крепкий узел. Вот же!

— Ты слишком отстаешь, почему?

— Ээ, — неловкая пауза и взгляд снова упал на пол, — Я боюсь тебя, — честно сказала я.

— А я боюсь тебя и твой огонь. Что же нам теперь делать? — с эхом раздалось по коридору.

— Отпустить — вырвалось без раздумий.

Эраис покачал головой.

— Нет и никогда. Адель, ты чувствуешь магию стихий?

— Я чувствую, как у меня болит под грудью справа. Так сильно жжет! Боль адская! Ай! — я заторопилась, пытаясь найти рукой то место, где саднит. Но как назло, стянутое сзади платье прилегало так плотно, будто пленка. Режущая боль лишь нарастала. Я подбежала к магу.

— Сделай что-нибудь! Так больно! Расшнуруй, сейчас же! Не могу больше терпеть! Там болит и зудит!

Показывая место, я попыталась приподнять грудь, даже пыталась залезть рукой в ложбинку. Эраис слегка нахмурился. Сделав шаг, он ловко справился со шнуровкой. Одним движением сильной руки лента была порвана, корсет расшнурован и платье соскользнуло на бедра.

Что-то очень горячее и болезненное появилось именно в том месте, куда можно заглянуть лишь с помощью зеркала. Кончиками пальцев я едва прикоснулась к обожжённой коже и тут же взвыла от боли, что волной разнеслась по всему телу. Эраис ступил на два шага назад и зажег ладонь, как факел. Пытаясь не краснеть, хотя было мягко говоря неловко демонстрировать наготу женской груди, не маленькой к тому же, я молниеносно прикрыла ладонями соски, чуть приподнимая правую грудь. Эраис снова замер, невозможно было отследить реакцию, а скорее ее отсутствие, ибо этот зомби превратился в мумию, подсвечивая мою наготу.

— Скажи, что там? Промямлила я, все еще пытаясь чуть нагнуться и заглянуть под лакомый кусочек своего тела. Но тщетно, это оказалась слепая зона.

— Что это, Адель? Кто сделал этот знак, Хлод? — рыкнул Эраис.

— Какой знак, что там у меня? О, боже! Что там, скажи? — приподнимая свою же плоть с затвердевшими розовыми кончиками, я уже больше волновалась о новой неожиданной проблеме, нежели о своей наготе.

— Это символ в виде пентаграммы… как на моей груди.

— Но как? Его же пять минут назад не было! Боже, как болит!

— Постой, рисунок не идентичен, — маг шагнул и наклонился вперед, разглядывая метку. Его лицо оказалось прямо возле моего едва прикрытого соска. Краска все же опалила лицо, а тело начало гореть вдвое сильнее. — Здесь символы как в отражении, в отличии от моих.

— Как это? Хочешь сказать, что там что-то сверхъестественное, а не просто укус паука, например?

— Да, — прозвучало холодное заключение, но он как специально пододвинул свой нос еще ближе к моей руке, которой я отчаянно защищала от посторонних глаз нежную девичью плоть.

— И что означает твоя метка?

Эраис глубоко вдохнул и всё же выпрямился.

— Что я наследный служитель Нижнего Чертога.

— А моя?

— Что ты избранная.

— И для чего я избрана?

— Для меня, — уточнил он.

— А, ну это не новость. Я же сюда не в гости зашла, верно?

Все еще обнаженная по пояс, я нисколько не стеснялась парня, что громко дышал надо мной. Да и какой парень, ему ведь шестьсот лет, его даже дедушкой не назовешь. Хотя, сердце почему-то громко постукивало, а по телу пробежался озноб, стоило ему пальцем коснуться кожи. Маг прошептал что-то, и снова дотронулся, но теперь он провел ладонью по животу. Думала умру на месте от этого прикосновения. Как будто рождественские колокольчики зазвенели в голове и пальцах, тело закрутило как полосатый леденец, готовый к неминуемой талой кончине. Такое ощущение, будто давненько не спускалась в метро, а этот вагон подкатил слишком резво.

— Ты трогаешь меня безо всяких нельзя? Снова разрезал себе спину? — спросила я, когда он закончил шептать.

— Тебе лучше? Не болит? — ровно и монотонно спросил маг. Я уже начала привыкать к его тону и манерам.

— Нет, не болит. Ты настоящий волшебник… Ах, да, ты и так волшебник!

— Приведи себя в порядок и пойдем. Нас ждут.

Как можно было привести себя в порядок после его прикосновений. Здравый смысл бесконечно вторил о нежелательном контакте и неминуемой смерти, но я всё же постоянно желала его присутствия.