Восход Паргелия. Аделина

Глава 23

Сквозь прекрасные сновидения о семье и доме, меня снова разбудил голод. Хотелось съесть целую тушу мяса и ведро овощей. Хлод таскал различные блюда уже с периодичностью в пару часов. Совсем не хотелось думать зачем я здесь и почему, вспоминать о том, что произошло со мной. К боли на спине можно было привыкнуть, только бы то чудовище больше не появлялось в моем сознании. Невыносимо было делить свое тело с чужаком. В моей голове будто шипели тысячи змей, обвиваясь кольцами, как удавки. А тело саднило словно после сотни переломов.

Жуткие воспоминания должны раз и навсегда исчезнуть из моей головы. Эраис обязательно спасет меня. Снова.

Моя тюрьма не выглядела как темница, скорее наоборот, это было райское место, где, закрыв глаза, я могла придумать себе все, что угодно: тихое озеро в чаще леса или бирюзовый залив и тихую гавань... Но сейчас мне больше всего хотелось увидеть Эраиса.

Я не могла назвать его просто мужчиной. Нет. Да и выглядел он не как человек. Странный и крупный, но божественно красивый, он был для меня кем-то очень большим и важным, словно Божество. Я привыкла к его резким движениям, даже в моем теле. Наоборот, его порывы зарыться глубже в мою любовь отдавали пламенем в душе. Для меня он стал всем, целой Вселенной. Я жаждала прикосновений, вспоминала как он сжимал тело в экстазе, как проникал все глубже, изливаясь страстью, которую я с удовольствием принимала и желала еще. Хотеть его тело стало наваждением. Как я жила без него раньше?

Он изменился. Его глаза прояснились, теперь я могла видеть эмоции на его некогда каменном лице. И он уже не был равнодушно холодным, проявлял заботу и дико желал меня. Теперь я поняла, почему мама родила нас так рано. Если бы я забеременела после ночи с Эраисом, я бы никогда об этом не пожалела. Но у него… у нас не будет детей. Плохо это или хорошо, никто из нас не мог сейчас сказать. Нам нужны были лишь объятия, взаимные и крепкие.

Я покрылась испариной и в лицо ударила краска, когда воспоминания о нас двоих на этой постели вдруг всплыли наверх. Поднеся подушку к носу, я сделала глубокий вдох. Она пахла его ароматом стылых костров. Ох, как же он сводил меня с ума. Обезумевшая от вожделения, я сняла с себя сорочку. Вдыхая аромат, оставленный Эраисом, я как кошка, потерлась о простынь. Сначала спиной, а потом и животом, мурлыкая и вспоминая о нем.

— Аделина, что ты делаешь? — послышалось позади моей выставленной напоказ пятой точки. — Без меня.

Эраис явился через портал. Не представляю, сколько времени он наблюдал за мной, но вид у него был весьма возбужденный. Первым был сброшен сюртук прямо на пол, затем развязались завязки на рубашке. Не думаю, что ему нужны были мои ответы, но я все же промурлыкала:

— Тебя жду.

Он сначала поставил одно колено на кровать, жадно рассматривая мое тело, а через мгновение уже полностью навис надо мной.

— Моя, только моя, — произнес он, кладя ладонь на мою грудь и зажимая маленькую розовую горошину меж пальцев. Ох… А потом его губы коснулись второй. Сначала нежно, а потом так, что вырвался стон.

Он начал спускаться вниз, целуя живот, и все ниже и ниже, пока нежно и бережно не дошел до места, которое познал только он. Не меняя скорость изучения моего тела, он нежно провел языком по женскому телу.

— О,боги! — вздохнула я и закопалась руками в его волосах. — Сейчас, Эраис, возьми меня сейчас.

Он наконец снял кожаные брюки и теперь я могла лицезреть его тело в ярком свете. Он привлекал и пугал меня всякий раз. «Как это всё в меня помещается?» только подумала я, как Эраис подмял мои бедра под себя и я почувствовала его в своем теле. Каждый толчок был слаже и глубже предыдущего. Каждый раз он заставлял сердце трепетать, а тело биться в экстазе. Ловил губами мои и целовал так неистово, что перехватывало дух.

— Расскажи мне, где ты был? Как успехи в поиске лекарства для меня? — тихо спросила я, обводя кончиком пальца ребристые пентаграммы на его груди.

— Я ищу, Аделина. Но пока что безуспешно.

— Новости не очень, — хмыкнула я, любуясь его широким подбородком с небольшой ямкой, а затем нежно чмокнула ее. Он как обычно не реагировал, даже глазом не повел. Иногда он напоминал изваяние или только что распакованную мумию. Но стоило мне завестись, как он тут же становился жарким любовником, таким, как я хотела.

Я сделала абсолютно точный вывод — этот властный темный шестьсот летний маг был полностью в моей власти. Ох, это заводило меня еще сильнее. Он мог читать мои мысли, как и где я хочу его, и бесконечно целовать.

— Ты ненасытная женщина, Ад, — улыбнулся он в ответ на мои мысли.

— Я люблю тебя, Эраис. Очень сильно.

— Наверное, мне стоит сказать то же самое? — повел бровью Рай и слегка потянул уголок рта.

— Не говори ничего, просто будь собой. Моей любви хватает на нас двоих, ты ведь сам сказал… — я забралась сверху и легла на его грудь. — Твое сердце бьется очень медленно, — прислушалась я.

— А ты думаешь, почему я так долго живу?

Я чуть сползла, обхватив его бедра своими, целуя его мужское тело своим, нежно касаясь девичьей мягкой кожей его снова отвердевшего тела.

— Сегодня я долго думала, что будет дальше, если ты найдешь лекарство?

— Я не отпущу тебя, можешь много не думать.

Он положил ладони на мои бедра и придавил к себе. Вздох вырвался из груди, Эраис уже был на пороге снова посетить мое тело.

— О, Боги, почему я так хочу тебя? Снова! — вырвалось у меня. Я расслабилась и осторожно протолкнула его в себя, давая возможность занять собой больше, чем было возможно в теории. Наши разговоры сошли на нет и мы полностью отдались животным инстинктам и нашей взаимной любви.

— Я должен сказать тебе кое-что, Ад.

Серьезной тон Эраиса застал меня врасплох и насторожил. Он надел сорочку и поднял с пола сюртук.

— Скажи, — тихо проговорила я.

— Я продал душу твоей сестры, — констатировал он и замер, как обычно это делал.

Когда истинный смысл сказанного наконец дошел до меня, вместе с выбросом адреналина, онемели и руки, и ноги.

— Что? Ты что сделал? Эраис, о чем ты? Как это? — бессвязно тараторила я.

— Не я спас тебя от Хранителей, а, считай, твоя сестра.

Мысли разбежались, как мыши по углам. Сосредоточиться было весьма сложно.

— Она об этом знает?

— Нет, — равнодушно ответил тот.

— И как это случилось? Кому ты продал ее? И как ты смеешь распоряжаться ее жизнью?!

Голос дрогнул, но тон я не сбавила. Досадная правда еще никогда так не сбивала меня с ног. Только что я любила всей душой и телом этого человека, а сейчас ненавижу его темную сущность до мозга костей!

— Один бы я не справился. Я привлек армию демонов ночи, пообещав их королю твою сестру взамен на его помощь. Только так я мог спасти тебя.

— Демоны?! Эраис? Ты спятил? Ты отдал сестру демону? Лучше бы я умерла!

— Твоей сестре ничего не угрожает, ее никто не будет пить.

— Что значит пить?

— Они пьют живую кровь, это позволяет им быть бессмертными.

— О, Боги! И кто он, этот ночной король? Я хочу его видеть!

— Он лично поставил клеймо на твоей спине и помог запечатать Хташа. Его армия сильна, а власть могущественна, он достойный лидер и хранитель ночного мира. И ему тоже нужен наследник.

— А что, кроме Авроры, никто не может его осчастливить?

— Проклятие ночных в том, что никто из них не может родить дитя или взрастить урожай. Вы обе дочери Теренеи, и лишь вы во всей Вселенной можете это сделать даже на ледяной земле. Сосуд магии Земли может дать жизнь там, где мертво, если на то будет его воля — так написано в древних писаниях.

— Эта сделка дорого тебе обойдется, Эраис! — со злостью зашипела я.

— Я знаю, Аделина. Не было иного пути.

— То есть, ты решил исповедаться? Почему сейчас? Ждешь прощения?! — в нетерпении я задавала тысячу вопросов, сжимая кулаки до хруста. — Игру судьбой моей сестры я тебе никогда не прощу! — я сделала паузу, ибо горло горело жгучей тоской, нагоняя слезы несчастья.

— Я не сожалею, Аделина. Хотел, чтобы ты об этом узнала до того, как я уйду.

— Пошел прочь, Эраис и будь ты проклят! За всё, что ты сделал мне и моей семье! Будь проклят...

Голос задрожал от нахлынувших воспоминаний и сегодняшней боли, которую я терпела из-за него.

— Я уже проклят, Аделина, — спокойно ответил тот, отворяя тяжелую дверь покоев.

А затем он развернулся и просто направил взгляд на меня, рассматривая долго и томно, будто хотел запечатлеть в памяти мой образ. Подозрение на то, что он еще что-то скрывает, медленно оправдывалось. Я видела это по глазам. Толика печали читалась в этих пронзительных радужках лунного света.

Слова “Останься, побудь еще немного” вертелись на языке. Мне не хватило каких-то нескольких мгновений до прощения. Но он ушел. Окутанный тьмой и тишиной.