Ты - сущая ведьма!

Глава 11. Прием в Королевском дворце

В день приема мы с котом поднялись с кровати затемно. Сначала я два часа просидела в банной комнате. Принимала ванну и приводила себя в порядок с помощью огромного количества баночек, укладывала волнами и сушила волосы, стараясь успеть до того, как проснется Алекс. Когда вернулась к себе, Василий, как заправская горничная, уже приготовил одежду, обувь и дамские мелочи.

Казалось, атласное платье цвета молодой травы, надетое на магический манекен, паривший в воздухе, занимает все пространство моей спальни, не занятое мебелью. Небольшое круглое декольте платья идеально подходило для утренних визитов, по всей поверхности его пышной верхней юбки шла сеть из золотистой нити, прикрепленная к ткани маленькими голубыми топазами. По задумке портнихи юбку пошили модной длины до середины икры, предполагалось, что она продемонстрирует мои ножки в кружевных чулках и золотистых туфельках на высоченных каблуках. В дополнение мне прислали белые кружевные митенки, сумочку в тон платью и белый веер из пушистых перьев с крупным топазом на костяной ручке.

Платье, слишком вызывающее для дебютантки, но в самый раз для выпускницы школы ведьм.

Печенька с тех пор, как к нам переселился Алекс, спала с ним. Но, услышав модную суету в нашей комнате, просочилась сквозь щелку, будто притянутая магнитом.

Пока я одевалась, прокляла раз пятьдесят приглашение и столько же раз возблагодарила высшие силы за то, что графиня я не настоящая и каждый день мне так мучиться не нужно.

Полчаса мы с котом честно пытались затянуть корсет. Получилось так себе. Потом надевали чулки, нижние юбки и натягивали поверх платье. Лягушка помогала нам советами. Я самостоятельно причесалась и дополнила наряд жемчужным гарнитуром. Украшения достались мне от бабушки, я забрала их, когда принимала наследство, но не надевала еще ни разу. Когда мы закончили, лягушка с котом растроганно посмотрели на меня.

— Красавица. Жаль, котов не представляют ко двору, как ты без меня справишься… Будь осторожнее. — Василий, как заботливая горничная, подал мне сумочку, украшенную брелоком с топазами, и провел хвостом по юбке, разглаживая только ему заметные складочки.

Я пригладила руками бока лифа, поправляя несуществующие морщинки, ладони ощутили прохладную атласную ткань платья. Покрутилась перед зеркалом трельяжа. Никогда не считала себя красивой, но девушка в отражении показалась мне волшебной красоты феей.

— Алекс приглядит за нашей Агнешкой, — заверила лягушка, она имела абсолютно замечательное мнение о своем маге.

С каждым днем хозяин становился для нее все большим авторитетом. Я даже ревновала временами. Хотя если подумать, то Печенька — фамильяр Алекса и их привязанность друг к другу понятна.

Спускаясь по лестнице, чувствовала себя богиней, в ушах еще звучали восторги фамильяров. Сейчас передо мной прыгала лягушка, за спиной вальяжно шел кот. Минуту триумфа подпортило только то, что корсет мы затянули как смогли, поэтому платье на мне сидело неплотно и даже немного вертелось. Удачно, что вырез у платья небольшой, есть надежда, что я не выскочу из него в самый неподходящий момент.

Куратор ожидал нас за накрытым к завтраку столом. При виде нашей троицы на его лице на мгновение появилось растерянное выражение. Он быстро справился с удивлением, выскочил из-за стола, шустро отодвинул мой стул и помог усесться. Впервые за время нашего знакомства он вспомнил, что я девушка, хотя и ведьма. Не иначе как испытал шок, когда увидел в красивом платье меня, свою персональную проблему.

Тем временем куратор вел себя так, как будто его подменили. Заботливо сложил мне на тарелку всего понемногу, так что получилась горка еды, которой хватило бы накормить дворцового стражника. Похоже, он за меня беспокоился. Мне удалось впихнуть в себя лишь половинку подсушенного хлебца и полчашки кофе. И я поняла, что позавтракала. От нервов кусок в горло не лез.

Алекс продолжил удивлять — открыл шкаф и достал белую орхидею.

— С первым выходом в свет. Это тебе, можешь его прикрепить к волосам. — Куратор смотрел на меня по-особенному, не так, как всегда.

Цветок для меня. Неожиданно. И приятно.

— Спасибо тебе, Алекс. — Я цапнула в загребущие руки подарок, прошла к зеркалу и задержалась перед ним, прилаживая цветок в прическу.

Получилось мило. Наверное, если бы место рядом с ним не принадлежало кузине, я бы в него влюбилась. А так за эти недели уже привыкла воспринимать куратора как вредного родственника.

Алекс наблюдал, как я прикалываю цветок. Потом покрутил меня за плечи в разные стороны, как куклу, осматривая, все ли в порядке. И убивая тем самым небольшое чувство неловкости, которое возникло.

— Ты, главное, ничего не разгроми сегодня, у тебя большой опыт, я волнуюсь, — одарил меня замечательным напутствием куратор.

Ну вот, привычный Алекс вернулся. Снова подозревает меня не пойми в чем.

Сегодня, чтобы добраться во дворец, мне нужен экипаж. Несмотря на близость главных ворот, туфли на каблуках не дадут пересечь площадь пешком. На таких сделаешь два шага — и намертво застрянешь в брусчатке. Я помнила о такой сложности и собиралась послать Василия на стоянку за площадью, чтобы кот привел наемный экипаж.

Но это не понадобилось. Когда мы закончили завтрак, к лавке, блестя коричневым лаком, подъехала карета Ипсомов. На ее дверце красовался герб Дома Падубов — лицо лесного человека в обрамлении из листьев падуба. Внутри уютно, стены, сиденья и подушки обтянуты алым бархатом и декорированы золотыми кистями. Кот вместо напутствия лизнул меня в щеку. Непривычно заботливый куратор помог мне загрузиться вместе с юбками внутрь и забрался сам, решив составить компанию. Печенька квакнула нам вслед что-то ободряющее.

Гордая семья провожает дебютантку на ее первый бал. Если вдуматься, то так оно и есть. И ничего, что семья у меня состоит из кота, лягушки и вредного куратора. Главное, они вместе со мной, поэтому для меня они самые важные.

На воротах предъявлять приглашение не пришлось. Алекс высунулся в окно кареты, и тяжелые створки распахнулись. Нас пропустили, не задавая вопросов. Алекс пожелал мне удачи и вышел сразу, как мы въехали на территорию, он с утра собирался проверить посты дворцовой стражи. Карета графа Ипсома с расфуфыренной ведьмой внутри продолжила свой путь.

Колеса зашуршали по гравию, мы въехали на территорию дворцового парка. Из окна я видела огромный сад идеально ухоженных декоративных яблонь и зеленые ковры стриженых лужаек. Легендарные озера, подсвеченные магией, переполняющей их наравне с водой бирюзового цвета, казалось, занимали всю территорию вокруг дворца. Волшебное место.

Карета остановилась у парадного входа во дворец. Здесь, у подножия широких ступеней из белого мрамора, лакеи в богатых черных с золотом ливреях встречали прибывающих гостей. Мне помогли выйти из экипажа, отметили в списке приглашенных и подсказали, куда идти дальше.

До начала время еще оставалось, поэтому я могла не спешить и осмотреться. На прием собирались люди разных сословий и достатка. У входа смешались разодетые в пух и прах дамы и скромные бедно одетые мышки из благородных семей, молодые щеголи и серьезные мужчины в возрасте.

С каждой минутой для меня становилось все важнее найти туалетную комнату, место, где гостьи могут решить мелкие проблемы с одеждой и прической, неизбежно возникающие в дороге. Я целеустремленно следовала по коридору вместе с общим потоком приглашенных, чувствуя, как платье на мне болтается все сильнее, и начиная всерьез опасаться, что корсет развязался и я его скоро уроню. Когда заметила туалетную комнату, то нырнула в нее с чувством величайшего облегчения.

Тут одновременно работали четыре горничные, пахло ядреной смесью разных духов, раздавалось деловитое щелканье щипцов для завивки, шарканье щетки для обуви. Одна из дам, ожидающих своей очереди, нервно постукивала костяным веером по туалетному столику, резкий противный звук разносился по всей комнате и заставлял ежиться ближайшую горничную, занятую подвязкой лент на юбке юной светловолосой девушки с огромными голубыми глазами. Мне пришлось подождать минут пять, после этого дежурная горничная затянула как следует мой корсет и поправила платье.

Тем временем другие девицы в туалетной комнате тарахтели, как волнистые попугайчики, и подозрительно косились на мое достаточно яркое платье. Дамы постарше бросали осуждающие взгляды. Зеркала на стенах подтвердили, что на общем фоне девушек, одетых в белые и пастельные платья, в своем травянистом я выглядела предерзко. Пришлось широко, как настоящая ведьма, улыбнуться всем осуждающим. Приличных женщин перекосило.

В коридоре при выходе из туалетной комнаты дожидались придворные кавалеры. Держась вежливо и отчужденно, я скользнула по ним взглядом и удивилась. Алекс в парадном камзоле явно скучал в одиночестве, кого-то ожидая. Может быть, меня? Я шагнула в его сторону, но в последнюю секунду засомневалась. Сменить мундир на камзол и догнать меня за столь малое время нереально. Взгляд упал на его идеально уложенные волосы. Они определенно стали чуть короче, чем утром. Мужчина посмотрел на меня пустым взглядом знакомых глаз коньячного цвета и вопросительно изогнул одну бровь. Во взгляде — ни капли уже привычной насмешки.

— Простите, я обозналась. — Я поняла, что этот человек никак не мой куратор, просто похож.

— Бывает, — процедил высокомерный тип.

Не Алекс, а его точная неприятная копия. Похоже, именно этого типа я повстречала с веселой компанией в городе. Вспомнились убийственные взгляды, которыми после этого я несколько дней награждала Алекса. Надеюсь, он не подумал, что я странная. Да ладно. Он и так считает меня чудной. Странностью больше, странностью меньше — уже несущественно.

Большой зал для утренних приемов произвел на меня впечатление — в первую минуту мне показалось, что он сияет как драгоценность. В высокие витражные окна, выходящие на юго-восток и изображающие сцены отдыха на природе и охоту, льется яркий солнечный свет. Проходя сквозь стекла витражей, он разбегается яркими пятнами по отполированному паркету янтарного цвета. Каждую картину витража венчает изображение Великой короны Лакертов. Я видела корону в Лакусском историческом музее, в первую очередь она поразила мое воображение своим размером — высотой символ драконьей власти доходит до пояса взрослому человеку. По преданию, ее носил Стефан Третий, последний король, который обладал способностью оборачиваться в ящера. На фоне стен, затянутых золотой парчой, дамы в белых и кремовых нарядах смотрятся легкими волшебными созданиями. Я тайком дотронулась рукой до одной из колонн, поддерживающих потолок. Белый с розоватым мрамор оказался теплым. Красная ковровая дорожка обозначила путь от входа к малому трону и креслам для короля и членов королевской семьи.

Большая часть публики уже собралась и теперь активно общалась между собой, в основном пересказывали сплетни и перемывали косточки знакомым. Мужчины не отставали от женщин. Благородная публика беседовала вполголоса, создавая общий фон, похожий на негромкий, но всеобъемлющий шелест волн. Девицы на выданье в сопровождении матерей и компаньонок. Серьезные дядьки с папками. Дежурят несколько магов, они тут на работе, прячутся в дальних углах, скрытых магическими тенями, но благодаря ведьминскому дару я вижу их сквозь наведенные тени.

При взгляде на идейных противников так и подмывало подстроить им небольшую гадость, даже пришлось убрать руки за спину и напомнить себе, что я могу сделать гораздо большую гадость — утвердиться при дворе, заявить о себе и получить Золотую Шильду для лавки. Распыляться на мелочи не в моих интересах.

— Ах какая встреча, вы, должно быть, ведьмочка, которая трудится на Цитадельной площади. — Немного гнусавый голос с издевательскими интонациями раздался за моей спиной.

Про площадь прозвучало по-настоящему двусмысленно. Я резко обернулась, чтобы тут же забыть обо всем на свете.

Меня внимательно разглядывал представительный старик с роскошной белоснежной шевелюрой, одетый в черную мантию. На его шее болтался знак четырех стихий, украшенный переливающимися синим, зеленым, рубиновым и белым цветом камнями. По числу стихий, которыми умели управлять маги королевства. Вот ты какой, верховный маг.

Я почувствовала, как жар бросился мне в лицо. Верховный маг выглядел благообразно. Встреться мы на улице, я бы приняла его за жреца. Но железка на шее мага кричала о том, что передо мной человек, который возглавляет магический цвет королевства, и все гонения на ведьм в последние пятьдесят лет затеяны им. Считаешь меня дурочкой? Хорошо, я тебе подыграю.

— А вы, значит, трудитесь во дворце? — Я присела в реверансе и улыбнулась.

Маг поморщился, пренебрежение ему не нравилось так же, как и мне.

— Верховный маг Катарактарума Кирий Псястус, к вашим услугам. — Дед снисходительно кивнул и попенял мне с отеческими интонациями: — Что же вы без шляпы? Так можно и обознаться. Вот раньше любое магическое существо имело шляпу, в смысле — бирку. Ну, вы меня поняли. А сейчас дикие времена наступили, дикие. Упыри могут безбоязненно ходить по улице. А от нас требуют относиться к ним с терпимостью.

Последнее слово он почти выплюнул. И он только что меня с упырем сравнил… да? Я не ослышалась?

— А, поняла, вы носите этот символ вместо бирки, — я невежливо ткнула пальцем в знак четырех стихий, который меня слегка куснул в ответ магией, — не знала, что даже магам нужна бирка. Но вам, конечно, виднее.

Мага слегка перекосило. Он одарил меня взглядом из серии «какая дурочка, так бы и придушил». Приятно, что мои усилия оценили, буду стараться в том же направлении. Глядишь, он лопнет от злости.

— Ха-ха, — раздельно произнес маг, отдавая должное моему чувству юмора, но не разделяя моего веселья. — А вдруг шабаш, вы без белья на метлах. А по улицам люди ходят. Срам один. Жители должны быть предупреждены о возможных рисках.

Вот вы какие, эротические мечты старичков.

— Вы лучше про это не думайте, кровяное давление — штука коварная, реагирует на всякие фантазии, это я вам как специалист говорю. — Я утешающим жестом похлопала Верховного по руке веером.

Я нарывалась, но ничего не могла с собой сделать, заткнуться оказалось выше моих сил.

— Да какие там фантазии, — припечатал маг, — страшная реальность. С вами случилось недоразумение. Когда вас прислали, я уезжал по делам, и вы попали не к тому куратору. Ведьм в дворцовой лавке курирую я. Сразу бы поставил вам отработку и характеристику написал. И ехали бы вы куда собирались.

Ага, сейчас прямо сама себе посочувствую и пожалею об упущенной возможности.

— А так можно? — Я похлопала ресницами, как настоящая дурочка, возникло искушение попрыгать на месте от радости, но я его подавила, поймет, что издеваюсь, и окончательно озвереет. — Я после отработки собиралась открыть лавку в столице.

В ответ я, кажется, услышала отчетливый скрип зубов Кирия. Ну вот не нравится он мне.

— Если Алекс согласится и вы уедете из столицы, то кто я такой, чтобы стоять на пути у вашего счастья.

Я старательно думала целую минуту. На лице мага забрезжила надежда на немедленное избавление от меня. А я поняла, что не соглашусь ни за что на его щедрое предложение. Маги закошмарили ведьм. Я не знаю, какую игру ведет Ехидна, но наверняка она подгадала отсутствие этого Поросятуса. Не буду портить ее игру. Ведьмы заслуживают лучшей жизни.

— Алекс не согласится, он честный, — признала я очевидное, — и я тоже не соглашусь.

Сама себе удивилась, как приятно оказалось стереть предвкушение победы с этого неприятного лица. Наш разговор зашел в тупик. Я смотрела в выцветшие голубые глаза и понимала, что завожу себе могущественного врага.

Дядюшка Деян появился неожиданно, у меня за спиной, не один, а привел с собой высокомерного неАлекса из коридора.

— Графиня Дезрозье, приветствую, вы очаровательны, — раскланялся граф Пустырников, вовремя прерывая нашу с магом игру в гляделки, — Верховный.

Кирий пробормотал нечто неразборчивое, то ли приветствие то ли проклятие, и рассосался. Вот буквально только что мозолил мне глаза, а тут нырнул в толпу и исчез.

Своего спутника дядя представил мне как графа Сержа Ипсома, брата-близнеца Алекса. Отрекомендовал его как возможного наследника Главы Дома Падубов. Надо сказать, что в фейских Домах порядок наследования замороченный. Претендовать на место главы Дома могут главы всех кустов, входящих в Дом. Преемника выбирает магия святилища, которое у каждого Дома свое. Я припомнила гербовник фейских родов-кустов, к Дому Падубов причислено около двадцати кустов.

— Граф Ипсом, познакомьтесь с чудесной внучкой моего лучшего друга, графиней Агнессой Дезрозье. Я сегодня без трости благодаря ее мази. За последнюю неделю совсем забыл про боль в колене. Выросла, выучилась на ведьму и стала бриллиантом чистой воды. — Дядюшка благодарно посмотрел на меня.

Серж, услышав, что я есть ведьма, открывшая лавку на площади и посмевшая прийти во дворец, стал похож на возмущенного сома. Такого же лупоглазого и немо разевающего рот.

Ну, его осуждение не мои проблемы.

Наверное, боги смеялись над одной глупой ведьмой в этот день. Я почувствовала, как мне в спину воткнулся недобрый взгляд, и обернулась. Сесилия с теткой буравили взглядами мою спину с другого конца зала.

Кузина оказалась на приеме. Чудовищно злая на меня за мое появление здесь. Что делать, что делать…

Придумать несуществующую хворь и сбежать из дворца? У меня это получится: где-то в сумочке завалялась пакостная смесь трав, которая дает жесточайшее отравление. Достаточно лизнуть — и выйдешь из строя на целый день, да так, что болезнь любой лекарь подтвердит.

Но другого шанса быть представленной ко двору у меня может и не случиться. Я возлагала много надежд на этот прием. В конце концов, как приличная ведьма, я должна ставить свои цели выше чужих.

Кузина решительно двигалась в мою сторону, ее идеально гладкий лоб прорезала хмурая морщинка.

Сестрица сегодня выглядела сногсшибательно. В шелковом платье нежно-розового цвета, рукава и верхняя юбка которого расшиты серебряными листьями и бутонами роз. Корсаж платья и нижняя юбка из однотонного шелка на оттенок темнее. К корсажу приколота редкая розовая орхидея. Хрупкие щиколотки кузины обхватывали ремешки серебряных туфелек с невероятно высокими каблуками, привлекая внимание к идеальным ногам в белых шелковых чулках. Как всегда, безупречна.

Я отвернулась и ждала родственницу с умеренной тревогой. Надеюсь, она не собирается устроить прямо тут позорные разборки. Королю не понравится скандальная ведьма. Но скандальная графиня, будущая супруга главы Дома цветочных фей, ему понравится еще меньше. Это обнадеживает. Хочется верить, что кузина воздержится от варварских разборок, а ее злой язык я переживу. Не в первый раз.

Тем временем Серж отмер от провокационного заявления дядюшки Деяна и откашлялся, будто желая придать вес тому, что хотел сказать.

— Абсолютно безумное поведение, графиня. Вы ломаете жизни ваших близких. Ваших родителей не примут ни в одном доме. Братьям не предвидится должностей. А на сестрах не женится ни один приличный мужчина, потому что породнится с вами и должен будет принять вас в свою семью. Да и человек низкого происхождения не рискнет так опозориться. Хотя бы взять нашу семью, у нас ведьмы быть не может. Ни в каком виде.

К сожалению, брат Алекса обрел голос и сразу наговорил много «умных» слов.

Сесилия выросла у меня за плечом, намереваясь устроить мне скандал, но успела услышать конец разговора. Ее нежная улыбка, которую она натянула на лицо специально для Сержа, подувяла. А еще сестрица, на свое несчастье, попала на глаза дядюшке.

— Как приятно, госпожа Сесилия, видеть вас, вы с Сержем такая прекрасная пара. — Дядюшка галантно приложился к ручке змеюки.

То есть жених у нас Серж. И в плане сестрицы есть пробел, Серж еще не глава Дома.

Мы с кузиной стояли с натянутыми улыбками. Ощущая, что ходим по лезвию ножа со своей тайной. Серж слегка недоумевал, какое они с невестой имеют ко мне отношение.

— Серж и Сесилия, вы такая замечательная пара, — на лице дядюшки, этого матерого интригана, расцвела улыбка, — а родственники — это самое важное в мире…

Он определенно изощренно издевался над кузиной и заставлял ее молчать. Шантаж в чистом виде.

Сесилия резко покраснела и пришла к выводу, что настало время прекратить скользкий разговор и нужно упасть в обморок.

Она рухнула на пол как подкошенная. Серж подхватить ее не успел, дядюшка и не пытался, я скривилась, оценив, как сильно она ударилась. Вокруг сестры поднялась суматоха. Сразу у трех дам нашлись флаконы с нюхательной солью, появился лекарь. Кузину привели в чувство, после чего она удалилась в кабинет лекаря в сопровождении подоспевшей тетки и жениха. Граф Пустырников тонко улыбался, наслаждаясь ситуацией.

Церемониймейстер три раза ударил жезлом об пол, так что все собравшиеся обернулись в его сторону, и объявил о появлении короля и королевы. Переполох, вызванный падением кузины, мгновенно затих. Присутствующие выстроились вдоль ковровой дорожки, чтобы поприветствовать королевскую чету. Я в одиночестве присоединилась к толпе, дядя Деян покинул меня, хозяйственные дела неожиданно потребовали его присутствия. Последний раз мне довелось видеть первых лиц государства еще будучи ребенком, когда дедушка привозил нас с кузиной на детский праздник во дворце.

Король за прошедшие десять лет слегка поправился, светлые волосы уже делали попытку отхлынуть ото лба, но пока этот конфуз удачно маскировал венец. Королева стала еще прекраснее, она держалась со спокойным достоинством, с ее губ не сходила доброжелательная улыбка. Светло-русые локоны волной спускались на плечи Ее Величества, а голову венчала маленькая легкая «прогулочная» корона, усыпанная рубинами. Простое белое платье подчеркивало тонкость королевского стана, тем более удивительную, что у королевской четы трое почти взрослых детей — принцессы Гортензия и Аурелия и старший принц Этьен, который в этом году уже заканчивает Академию магии.

Королеву сопровождали знакомая мне старшая фрейлина Селина Фей и две дежурные младшие фрейлины в форменных платьях. Их величества заняли трон, и потянулась череда представлений вперемешку со срочными государственными делами, которые король решал тут же, на мой взгляд вполне разумно и справедливо.

Первыми представили двух милых девушек, похожих друг на друга, дочерей князя Ору из соседнего государства. Они приехали с родителями на каникулы и хотели посещать праздничные мероприятия при королевском дворе. После представления они получили приглашение на ближайший бал-маскарад и отошли за колонну с отцом. Их мать, высокая величественная женщина в кружевном многослойном платье кремового цвета, с длинными русыми волосами, заплетенными в затейливую прическу, по приглашению королевы присоединилась к ней. По всему выходило, что они с королевой старые подруги. Слов я не слышала, но издали заметно, что женщины рады видеть друг друга и не испытывают затруднений в темах для разговора.

Следующим представили изобретателя чудо-машины для чистки обуви. Машина работала без магии, и ее предполагалось установить при входе в присутственные места. Гений техники демонстрировал свое изобретение минут десять. За это время многие испытали чудо-машину на себе. Под конец даже его величество спустился с трона и поставил ногу в расшитой камнями туфле на площадку, и машинка тщательно прошлась щетками по королевской обуви. Изобретателю король пообещал всяческое содействие, но не уточнил, какое именно. Монархи, они такие, предусмотрительные.

Следующей представили меня.

— Графиня Агнесса Сильва Роза Дезрозье из Дома Белых Роз, выпускница Высшей школы ведьм, диплом с отличием, изобретательница уникальных рецептов и снадобий, — провозгласил церемониймейстер.

Я вышла вперед и сделала приличествующий ситуации реверанс. Благородная публика притихла. Придворные настоящие конъюнктурщики. Ведьма — это фу, но если ее представляют ко двору, то, чтобы не ошибиться, лучше дождаться реакции королевских особ. Его Величество похвалил мою красоту и ум, а потом объявил во всеуслышание, что у меня в лавке прекрасная мазь от прострела, а его дочери в восторге от моей пудры. Придворные попридержали презрение и расцвели акульими улыбками, выражая горячее желание со мной подружиться.

Похожую сцену я видела на картине знаменитого художника Федо Крышкина, когда нас водили от школы в музей искусств. Называлась картина «Одинокий путник и волки в степи».

И все шло хорошо, пока Ее Величество не присоединилась к разговору и не заявила, что быть умницей — это хорошо, но иногда надо и развлекаться. И одарила меня приглашением на ближайший бал-маскарад.

Наступило время отползти в сторонку и тихо дождаться окончания приема. Я присела в реверансе, благодаря за оказанную честь, распрямилась и почувствовала на себе ненавидящий взгляд. Очухавшаяся кузина стояла у входа в зал, опираясь на руку жениха, и не сводила с меня глаз. Недалеко от нее тяжелым взглядом на меня смотрел Верховный маг Катарактарума. У-у-у, ведьмоненавистники.

Тихонько постоять в одиночестве в дальнем уголке у стены мне не удалось. Сначала со мной заговорила пожилая, даже древняя, разодетая в шикарный наряд дама, которая представилась герцогиней Снежур. Она принялась дотошно выспрашивать у меня про зелья для красоты. Особенно про афродизиаки, про них она спросила раз шесть.

Старуха страшно шепелявила, ее вставная челюсть периодически пыталась выскочить, она привычным движением ловила ее рукой. Мне приходилось вслушиваться и угадывать, что она говорит, от ее платья зверски пахло лавандой. В разговоре выяснилось, что у дамы умер четвертый муж и ей тоскливо, поэтому совсем скоро она собирается найти пятого мужа и хочет знать, чего нового появилось в последнее время. Для счастливой семейной жизни.

Пришлось с умным видом импровизировать и говорить, что в зрелом возрасте беспроигрышный вариант — сделать упор на зелья для домашнего хозяйства. Улучшение среды обитания, так чтобы добыча не захотела покидать зону комфорта. Опора семейной жизни — приправы, успокаивающие духи и мазь от прострела.

— Зайдите ко мне на днях. — Я постаралась, чтобы мое приглашение прозвучало весомо.

Пусть герцогиня прочувствует, как ей повезло, что я готова заняться ее вопросом. Придется помочь, нужно держать марку, репутация и авторитет — наше все.

— Вы дадите мне афродизиак? — оживилась настойчивая герцогиня.

— Нет, — рявкнула я, окончательно теряя терпение, — я вам дам мазь от ревматизма и пояс из собачьей шерсти, поверьте, это гораздо эффективнее, с ними вы сможете настичь счастливого претендента, а это, считайте, уже полдела сделано.

По вытянувшемуся лицу герцогини я поняла, что так ее еще никто не удивлял.

От назревающей дискуссии меня спасло появление строгой девушки в скромном голубом платье, украшенном бриллиантовой брошью в форме буквы «А». Младшая фрейлина Ее Величества.

Девушка сообщила, что королева хочет меня видеть.

Прием уже перевалил за середину, официальная часть закончилась. Наступило время утреннего чая и неформального общения между гостями. Слуги вкатили в зал тележки с заварочными чайниками, чашками, запеканками и сладким.

Следуя за провожатой, я испытывала легкую досаду. После официальной части я собиралась сбежать с приема и избавиться от тугого корсета и высоких каблуков, к которым я не привыкла. Теперь придется терпеть муки неудобной одежды. А еще я терялась в догадках, зачем могла понадобиться королеве, не столь я великая птица, чтобы меня звать к себе. Главное, чтобы не начали спрашивать о родстве с Лебланами.

Для королевы и ее приближенных дам сервировали отдельный стол и принесли пуфы и стульчики. Такой неформальный пикник во дворце. Помимо Ее Величества тут находилась Селина Фэй, моя провожатая, которую королева назвала Алисой, еще одна младшая фрейлина Злата и подруга королевы княгиня Мелисса Ору. Селина и Мелисса держались расслабленно и доброжелательно, младшие фрейлины немного важничали передо мной, гордые, как гусыни во дворе школы.

— Дорогая, составьте нам компанию. — Королева снисходительно посмотрела на девушек, благосклонно кивнула мне и приняла чашечку чая из рук слуги. — Оказывается, вы настоящая красавица. Правда, Мелисса?

Мелисса подтвердила, что я милая. Обсуждают, будто меня здесь вовсе нет. Некоторое время разговор крутился вокруг малозначащих вещей — погоды и предстоящего бала. На меня перестали обращать внимание, я расслабилась и потянулась к еде. Положила в рот маленькое канапе с красной рыбой и ощутила вкус свежайшей, в меру соленой рыбы и сливочного масла. Какое счастье! Первая еда за день.

— А вы можете наколдовать средство от прыщей? — в мой разум, затуманенный запахами еды, вторгся голос Златы.

Я подавила желание зарычать и напомнила себе, что я здесь по делам. Не жуя, проглотила кусок и благовоспитанно вытерла губы салфеткой. Пригляделась к коже девушки, ее лицо покрывали прыщи, которые она отчаянно маскировала толстым слоем грима.

— Могу сварить микстуру из недотроги и крем, на днях сделаю и пришлю с Василием.

— О, этот ваш фамильяр такая харизматичная личность, — лукаво улыбнулась Ее Величество, которая успела услышать наш разговор, — девушки бывают в восторге, когда вы присылаете его. Алекс Ипсом молодой, симпатичный мужчина с хорошими перспективами, но вашему котику девушки радуются больше, чем ему.

— Да, Василий обаятельный.

Я немного смутилась от похвалы Ее Высочества. Если Алекс узнает о том, что его сравнили с Василием в пользу последнего, то может обидеться.

— А от грубой кожи на пятках можно что-нибудь придумать? — шепнула Мелисса, заметно смутившись, и прикрыла лицо веером.

Надо же, никогда бы не заподозрила, что у таких дам хоть что-то может быть не идеальное, всегда казалось, что они вроде моей кузины, рождаются с надписью «совершенство».

— Крем с молотыми крыльями золотистых жуков, стойкий эффект на год, у меня есть пара баночек. — Я предложила самое дорогое и действенное средство для пилинга.

Золотистые жуки произвели впечатление, Мелисса пообещала зайти.

— Дорогая, дворец может рассчитывать на постоянные поставки вашего волшебного крема? Кожа стала выглядеть моложе на двадцать лет, — подключилась к разговору Селина Фей, рассматривая свои руки.

— Конечно. Вам, как одним из первых покупателей, со скидкой. — Похвала легла бальзамом на мою душу.

Я окончательно забыла о еде и воодушевленно поддерживала разговор. Чем больше рекламы, тем лучше.

Королева умело направляла общий разговор, и незаметно мы перешли на менее понятные для меня материи, но судя по реакции присутствующих — актуальные и азартные вещи. Женихи. Их обсуждали все. Молодые фрейлины хотели замуж. Подруга королевы присматривала себе зятя, а лучше сразу двух. Селина Фей, находясь в статусе вдовы, замужество не искала, но ее глаза, как и глаза королевы, при обсуждении блестели азартом охотниц.

Под конец приема Ее Величество поманила меня к себе.

— Дитя, мы с супругом весьма довольны вами и вашей лавкой и хотели бы помочь с расширением, возможно, вам нужны деньги или какие-то разрешения? — Ее Величество смотрела на меня человеческими голубыми глазами с круглым зрачком, на ее лице не было драконьих чешуек.

Наша королева чистокровный человек и, вероятно, более мягкосердечна, чем Его Величество.

Не знаю, высшие силы ли услышали мои молитвы или дядюшка поспособствовал. Но, определенно, мне сейчас самое время хватать удачу за хвост и пользоваться ситуацией.

— Ваше Величество, Золотая Королевская Шильда сильно прибавила бы нам веса в глазах всех, кто недостаточно нас уважает, — поведала я о главной мечте Верховной ведьмы.

Ее Величество прикрыла лицо веером — похоже, моя фраза о недостаточном уважении ее позабавила.

— Да, такие люди еще есть, в основном те, кто считает, что наши женские маленькие неприятности — блажь и не требуют решения, — согласилась королева, — я сегодня же подпишу документы на присвоение вашей лавке Королевской Шильды. Вы нам нужны.

— Спасибо, Ваше Величество, для меня это важно. — Я церемонно поклонилась.

Боюсь поверить, но, кажется, мне удалось спасти свой диплом и дальнейшую жизнь. Вот так просто. Вместо ста бессонных ночей над котлом и варки многих литров чудодейственных зелий, напитанных моей силой всего один разговор с королевой — и моя самая страшная проблема решена. И, надо себе честно признаться, вовсе не потому, что я гениально варю зелья, а благодаря предприимчивости графа Пустырникова.

Вскоре королева покинула прием, напоследок пригласив приходить во дворец с новинками и брать моего милого мудрого котика с собой. Глядя, как королева удаляется из зала, я чувствовала себя немного оглушенной и очень счастливой.